Дочери улиц

Мы зашли в нужный нам подьезд и поднимались по лестнице, наши шаги были лëгкими и уверенными. Лёгкая улыбка озарила наши лица. Мы постучались. Дверь открыла тëтя Света. За 4 года в Казани она почти не изменилась: та же добрая улыбка, только глаза стали усталее, а в уголках губ прибавилось морщинок- следы заботы и болезни. Но что-то в ней было не так. Увидев подругу, она ахнула и слёзы пошли сами собой.
-Стюра, родная! - она обняла её, как родную сестру. - Наконец-то! А это.. Боже, Ксюшенька!

Света отступила на шаг назад, разглядывая меня. Да, черты лица те же - овальное личико, но щёчек как раньше уже не было, прямой нос, упрямый подбородок и пухлые губки. Но всё остальное... Раньше у меня были длинные, тëмно-каштановые волосы, а сейчас - стрижка чуть ниже плеч, с выбеленной чëлкой и скрытым окрашением. Взгляд не детский озорной, а уставший, взрослый. Света смотрела и не могла соединить два образа.

Из-за спины Светы выскочила Юля. Пятилетняя девочка с двумя хвостиками и в платье с котиками. Она на секунду замерла, широко раскрыв глаза. Потом её лицо засветилось абсолютным, безоговорочным счастьем.
-Ксюша! - завопила она тоненьким голоском и не раздумывая, бросилась вперёд, обхватив Ксюшу за ноги. - Ты приехала! Ты приехала!

Меня настигнули врасплох, я остолбенела. Затем наклонилась, подхватила Юльку на руки . Она обвила мою шею мокрыми от слёз ручками и спрятала своё лицо в моём плече.
-Приехала. - хрипло сказала я, гладя девочку по спине. - Вижу, выросла моя девочка. Красавица моя.

В дверном проëме возник парень. Высокий, худой, с неловкостью подростка, выросшего слишком быстро. Он смотрел на незнакомку с его сестрой на руках с откровенным недоумением и осторожностью. Кто эта девушка с белой чёлкой?  Почему его сестра..

И тут я, всё ещё держа Юльку, подняла на него взгляд. Мои чёрные  до боли знакомые глаза, встретились с его. Я молча смотрела на него, словно проверяя: узнает?
На моём лице появилась едва заметная,  кривая улыбка - точь-в-точь такая, какой я провожала его, когда мы в детстве затевали какую-нибудь авантюру.

-Ну что, Андрюш. - сказала она. И её голос - этот голос, с той самой хрипцой, с интонацией, которая могла быть и насмешливой, и невероятно тёплой- прозвучал как выстрел- Совсем старый стал или эта я маленькая такая?

И в нём что-то щëлкнуло. Голос. Тот самый, который кричал ему "Андрюха, беги!" в вишнëвом саду. Который успокаивающи бормотал "ничего, живëхонек", когда он разбил коленку. Который шептал " Держи" и протягивала ему половинку последней конфеты.

-Ксеня.. - вырвалось у него шепотом. Потом громче. - Ксеня!!

И пятнадцатилетний парень, который давно уже ни перед кем не плакал, сдавлено всхлипнул и забыв про всё на свете, бросился вперëд. Он врезался в них, обняв и сестру на её руках и саму Ксюшу, лбом к её плечу. Его плечи затряслись. Он не мог говорить. Он просто держался за неё, как когда-то в пять лет держался за её руку, переходя дорогу.

Я стояла,  зажатая между двумя плачущими детьми. Моё собственное горло свело спазмом. Я закрыла глаза, чувствуя, как Юля цепляется за моё шею, а Андрей- за талию. Этот мальчик... Этот почти мужчина. Он плакан у меня на плече. И в этот момент вся моя броня, вся "метеорность" дала трещину. Я обняла его свободной рукой, прижала к себе.
-Ну ладно, ладно. - прошептала я хрипло. - Хватит реветь, я же тут.

Они все прошли на кухню. За столом пахло свежезаваренным чаем,теплым пирогом с капустой и домашним малиновым вареньем. Юля устроилась ко мне на колени, не желая отпускать ни на секунду.
-Ну рассказывайте, - начала мама отпивая чай. - как вы тут без нас? Андрей, как учёба?
-Да нормально, - пробормотал Андрей, всё ещё красный от слёз, но уже улыбающийся. Он не отрывал от меня взгляд, как-будто боялся, что я исчезну.
- Учёба учëбой, - смеясь начала тётя Света. - А вот вспомни, Насть, как они маленькие были! Помнишь историю с вишней?

Настя фыркнула, качая головой.
-Как же! Моя-то стратег, а твой - исполнитель. Прибегают оба в слезах, в грязи, а у неё в руках пять вишен. И она мне: "Мама, это не воровство! Это.. Трофеи!". А он стоит молча, как партизан на допросе.

Андрей сгорал от стыда, а я усмехнулась, глядя в чашку
-За то научился молчать, полезный навык.- я перевела взгляд на Андрея и подмигнула.

-А как на сосну залезть пытались? - продолжала тётя Света, заливаясь смехом. - мне Андрей потом рассказывал : "Мама, а Ксюша сказала, что с самой верхушки видно море!" Какое, к чёрту, море в Челябинске?

-Видно было, - упрямо буркнула я. - воображение должно работать.

-Ой, да что там сосна! - махнула рукой мама. - А их "побег в Африку" ? С компасом и бутербродами? Нашли их на вокзале, сидят, газировку пьют, как два взрослых мужика совещаются ! 

Все за столом расмеялись. Андрей ловил мой взгляд, и мы обменивались понимающими ухмылками.

Юля, слушая, тихо зевнула и прижалась щекой к моей груди. Через пять минут она крепко спала, посасывая во сне палец. Я не стала её отпускать, просто пристроилась поудобнее и продолжила слушать матерей, изредка вставляя саркастичные замечания.

Ночь в маленькой квартире была тихой. Юлю уложили к матери,моей маме в комнате Андрея. Мне и Андрею постелили на полу в гостиной один большой матрас- как в старые добрые времена, когда он приходил в гости.

Мы лежали в темноте. Сначала молча, спиной к спине. Потом Андрей не выдержал и тихо спросил.
- Ксюш.. Ты правда теперь здесь?
- Да, - так же тихо ответила я. - Правда.

Он перевернулся и как в далёком детстве, обнял меня за талию, прижавшись лбом к моей спине. Я не оттолкнула. Наоборот, моя рука накрыла его.
- Спи, Андрюш. Всё нормально.

Он заснул почти мгновенно, с ощущением, которого ему не хватало четыре года: защищённости. Рядом снова была его Ксюша, его старшая сестра, его единственный друг из того, самого важного детства. Даже с белой чëлкой и новыми шрамами.

Уутром нас разбудил топот маленьких ножек. Юля вскочила на матрас и запрыгала.
- Вставайте! Пойдём гулять! Ксюша, пойдём в парк!

Андей,  протерев, глаза увидел что я уже не сплю. Я лежала на спине и смотрела в потолок, а на моём лице- не превычная натянутая маска, а что-то вроде...покоя

-Ладно, - сказала я и села. - Только дайте мне с ума сойти сперва и чаю

Мы вышли на улицу спустя час. Пятнадцатилетний парень в  просторной тонкой кофте, маленькая девочка, скачущая вокруг и девушка с белой челкой, в чьих глазах впервые за долгое время мелькнул не вызов, а тихая, почти неуловимая надежда. Они шли по Казанскому двору, Андрей шагал рядом с метеором , но готовый в любой момент броситься вперёд, если она скажет. Но теперь он был уже выше неё . И он поклялся себе, что в этот раз он будет хоть немного защищать её.

Прогулка в парке была похоже на попытку вернуться в детство, которое уже не влезало в новые рамки. Юля бегала вокруг скамейки, собирала одуванчики и каждые пять минут требовала, чтобы я её покрутила или показала "как бьют плохих дядей". Андрей шёл рядом засунув руки в карманы, и украдкой наблюдал за мной. Я курила, прислонившись к дереву,  и смотрела куда-то поверх головы его сестры- взгляд отсутствующий, будто я мысленно всё ещё в том Челябинском дворе.

-Ксень, а правда что в Челябинске сейчас.. жестоко? - осторожно спросил он.
Я медленно выдохнула дым.
-Везде жëстко, Андрюш. Просто где-то по понятиям, а где-то - беспредел. Здесь говорят свои порядки.
-Говорят, -он кивнул. - держись подальше, это не детские игры.

Именно в этот момент, с другой стороны пруда, их заметил Турбо. Он шёл с пацанами, но отстал что-бы закурить. Увидел знакомую фигуру Андрея, потом девушку с белой чëлкой и ребёнка. Андрей стоял слишком близко к ней, смотрел слишком внимательно. А она курила с таким видом, будто ей принадлежит весь парк. "Новая что-ли? - мелькнуло у Турбо. - Да он с Ирой вроде.. Странно." Он видел как Андрей что-то ей говорит, а она в ответ усмехается - коротко, безрадостно. Что-то в её осанке, в этом холодном оценивающем взгляде, которым она скальзнула по его компании через пруд, заставило его насторожиться. "Не местная. И не простая. " Но подходить не стал - не время, не место. Просто запомнил лицо. Затушил окурок и догнал своих.

Вечером в квартире пахло пирогами- я, чтобы занять руки, принялась за готовку, что у меня получалось  на отлично.
Мама с тётей Светой сидели в пару сантиметров от меня, пили чай и дискутировали.
- Насть.. Я с ума схожу с этим Андреем.. То пропадает на сутки, то приезжает с деньгами. Говорит "бизнес".КАКОЙ БИЗНЕС.  Ты же знаешь... - её руки затряслись. - Я боюсь что он втенулся в эти ваши... Группировки..

Мама бросила на меня взгляд, но я также стояла к ним спиной и будто не слышала.
-Свет, времена такие. -вздохнула мама. - может тебе и вовсе показалось..
-НЕ ПОКАЗАЛОСЬ! - перешла она на крик с дрожью в голосе, - я нашла у него кастет.. Самодельный. . Из подшипников. . И слышала он по телефону "стрелка", "наезд", " "бабки". ОН В ЭТУ ИХ БАНДОВЩИНУ ВЛИП, НАСТЬ! ВТЯНУЛСЯ!
Мама нагнулась прям к уху Светы и тихо прошептала.
- Если Ксюша узнает, что её "маленький брат" полез в эту жизнь, она не останется в стороне. А эта катастрофа..

В дверном проёме, в тени, замер Андрей. Он пришёл пораньше чтобы побыть с Ксюшей побольше и услышал всё. Щёки горели от стыда и злости. Мать всё понимает, но не понимает главного - почему. Он не для "крутости" , он для того чтобы защитить. Их с сестрой, квартиру, маму у которой из-за этого всего едит крыша, ото всех. И теперь он слышит этот страх в её голосе - и ненавидит себя за то, что он его приченяет.

И тогда, не оборачиваясь, тихо и чётко сказала Метеор. Голос её был плоским, без интонации, как лезвие
- Кастет - говно.- соврала я. - Тяжёлый, неудобный, в кармане звенит. Кто учит работать на подшипниках - тот сам шестëрка. Настоящие пацаны так не мажутся.

На кухни зависла гробовая тишина. Света уставилась на её спину с широко раскрытыми глазами, Настя побледнела, Андрей в дверях затоил дыхание.

- Что.. Что ты сказала, Ксюшенька? - прошептала Света.

Метеор наконец повернулась. Лицо её было спокойным, почти отстранёным, но глаза.. глаза горели тем самым холодным, знакомым Андрею по  детству огнём- огнём оценки и превосходства.

- Я сказала, что кастет из подшипников- удел лохматников. Если уж лезть во всё это, - я сделала паузу и следующая фраза звучала как приговор. - то надо знать, кто старшак и какие у него "понятия". Иначе кончится плохо. Быстро.

Я посмотрела в дверной проём, прям в глаза Андрея. Наши взгляды встретились. В его- паника и вопрос. В моих - предупреждение и.. Странное, почти братское раздражение. "И ты туда же, балбес"

Мой взгляд упал на двух разъерëных женщин, готовых убить меня и чтобы сбавить их обороты, я начала.

- Я работать хочу, куда у вас тут можно?

Света задумалась и осмотрела меня.
-Я знаю тут кафешка есть, на автобусе думаю доехать можно и там требуется помощник на кухню, там долго никто не задерживается из-за шефа, говорят ещё та истеричка.

- Если платят и график нормальный, то я согласна

-Ну всё, значит наберу ему и договорюсь о собеседние, номер соседка где-то оставляла.

- и ещё, - добавила мама - мы через недельку или чуть позже поедим в санаторий, я, Светка и Юлька. Вы тут с Андреем побудите вдвоём,  ведите себя хорошо. Справитесь?

-Да, хорошо.

-Если я сказала вести себя хорошо, то это значит без приключений и без организования дома варки самогона.

Я закатила глаза.

-Да когда такое было, то?

- Когда меня 2 дня дома не было! Пьяная сидит и самогон гонит!

-Но тебе же понравилось!

-А я и не отрицаю!

Чуть ранее в качалке - логове местной пацанской братвы - шли сборы. Воздух был сиз от дыма, на ящиках стояли бутылки с портвейном. Турбо, не в силах усидеть на месте, топтался возле Андрея.
- Слышь, Пальто, а это кто у тебя днём в парке была? С белой чëлкой?  - выпалил он наконец.

Все притихли, заинтересовавшись. Пальто чувствовал как его уши заливаются жаром.

- Это.. Она..

Не успел он договорить как вмешался старший - Адидас.
-Так, хватит базара. Дело есть, Поступила инфа что "Разъезд" хотят территорию рынка расширить. Надо стрелку забить.

Турбо так и не получил ответа, но не собирался отпускать тему.

Перед самым концом сборов, когда решали кто поедит на стрелку, Пальто неожиданно встал.
-Я завтра.. Не один приду, приведу того, о ком говорил. Познакомлю.

-Кого? - насторожился Зима.

-Вы увидите - твëрдо сказал Пальто- дорогой мне человек, проверенный, с улицы.

В качалке повисло недоумëнное молчание. Приводить кого-то в логово без общего одобрения было против правил.

-Ладно, - нехотя буркнул Зима- но если что - сам ответишь.
Турбо заинтересовано свистнул.

Дома когда все спали, а Ксюша курила на балконе, Андрей подошёл к ней.
- завтра.. Я тебя с ребятами познакомлю, с теми, с кем я тут. Они нормальные.

Я повернулась к нему, и в свете уличного фонаря мои глаза были пустыми, как два осколка льда.
- Ты уверен, что хочешь меня в свою жизнь пустить, Андрей? Я - не подарок.  Я - проблема.

- Ты - семья. -просто сказал он. - А семью не бросают.

Я отвернулась, затушила окурок.
-Ладно, твоя взяла. Только предупреждаю - если кто-то из твоих дружков начнёт гнать на меня, я ему морду разобью. По-дружески.

Я ушла в комнату. Андрей остался на месте, глядя в сторону его логова. Он чувствовал, что привёз в свой тихий, хрупкий мир УРАГАН. И завтра этот Ураган впервые покажется тем, кто считал себя хозяевами улицы.

А турбо, в своей квартире,  допивая вторую стопку, всё прокручивал в голове картинку из парка. Пальто и та девушка со взглядом, в котором читалось что-то опасное и до боли знакомое. Что-то от чего кровь стынет в жилах.

Утро. Тётя Света договорилась о собеседние и оно будет завтра. Сегодня я всё подготовила для него и убрала чтобы потом не бегать. Затем я принаредилась. Я одела облегающую кофточку, которая подчëркивала мою шикарную фигуру и длинную юбку, на ноги одела туфли. Мы с Андреем  шли в его логово.

Воздух был тяжёлый, запах пота, ржавого железа и пыли. Когда дверь распахнулась, все обернулись.
Первым шёл Пальто- напряжëный, собранный. За ним шагала я. Голова высоко поднята, походка была уверенная. Я выглядила шикарно. Моя осанка, мой холодный взгляд, скользнувший по каждому лицу, говорили о том что я оценивала территорию.

Турбо, стоявший у груши, бросил на меня взгляд- оценивающий, наглый. Увидел, как Пальто нервно переменается рядом со мной и его мозг привыкший к простым схемам, выдал готовый вывод. Ухмылка растянула его губы.

-О, Пальто! - громко, на всю качалку, начал он, перебивая общий гул. - а это кто? Неужели наконец-то нашёл себе "вафлëршу" по вкусу, какой гламур в нашу конюшню завезли!

Слово "вафлëрша" прозвучала как пощёчина. Всё замерло.

Я не стала ничего отвечать. Не стала оправдываться или кричать. Я взорвалась действиями.

Моё тело, всего секунду назад было расслабленное, сжалось в тугую пружину. Я сделала два шага вперёд, сблизившись с Турбо в долю секунды.

Он даже не успел понять, что происходит, как моя рука, не сжатая в кулак, а собранная в жëсткую "лопату", со всего размаха врезалась ему прям в солнечное сплетение.