Кислая вишня

Прогуливаясь по самой кромке безлюдного пляжа, омываемого тёплой, кристально чистой водой Атлантики, Ариса неспешно мочила босые ноги в набегающих волнах. Мелкие барашки пены ласкали её лодыжки, оставляя на коже соляные дорожки. Держа в руке лёгкие босоножки, она мягко, в такт каким-то своим мыслям, раскачивала их из стороны в сторону, наслаждаясь редким моментом уединения. Тепло. Вот бы всегда было так тепло, не только снаружи, но и внутри, где уже давно поселился пронизывающий до костей холод. Она хотела отдохнуть от вездесущего Сынмина, от его удушающей заботы, которая в последнее время всё больше напоминала тотальный контроль, поэтому отправилась на пляж одна - в компании потрёпанной книги и старых наушников, из которых лилась тихая, меланхоличная музыка.

Где-то около двух месяцев назад, в один из таких же пасмурных дней, краем глаза, почти на периферии зрения, она увидела молодого человека, до жути похожего на Феликса. Она не видела этого блондина уже года два, если не больше - время в её голове текло совершенно непредсказуемо. Опять же, возможно, она никогда и не была с ним знакома в реальности, и это всего лишь очередная шутка её воспалённого разума. Но тот случай насторожил её, занозой засел в сознании. Сынмин же упрямо твердил ей обратное, убеждая, что ей всё показалось! Ариса тогда резко развернулась всем корпусом, чтобы убедиться в своём предположении, и Феликс, если это и вправду был он - так же синхронно обернулся, испуганно, почти затравленно смотря ей прямо в глаза. Этот взгляд она не могла забыть. Сынмин не дал ей и десяти секунд, чтобы осознать, кто перед ней. Он грубо, но замаскировав это под заботу, развернул её назад и, стальной хваткой держа под локоть, продолжил идти дальше. Странно, не так ли? До жути, до скрежета зубовного странно. С того самого времени она была уже не так сильно расположена к нему. Относилась с плохо скрываемым недоверием и обострённой, как у дикого зверя, бдительностью.

После того случая она пометила ту «случайную» встречу особой датой в своих заметках в телефоне, записав каждую деталь, пока память была свежа. Иногда она перечитывала этот текст, сидя в одиночестве, и напряжённо задумывалась. Врёт ведь? Её так называемый возлюбленный - всего лишь талантливый актёр?

Сегодня не хотелось ничего крышесносного. Никаких разбирательств и скандалов. Просто отдохнуть душой, вдохнуть солёный воздух полной грудью. Сынмин пугал её всё больше. Отличный актёр, чёрт бы его побрал. Его игра была достойна «Оскара».

–Не может быть...,–выдохнула Ариса и замерла как вкопанная, глядя вдоль пляжа.

Она увидела его. Хван Хёнджина. Живого. Настоящего.

Красивый. До одури, до слёз, до дрожи в коленях красивый. Прямо как тогда, в её воспоминаниях. Длинные, чуть выше плеч, каштановые волосы, которые небрежно развивал летний океанский бриз. Его вид ни на грамм не изменился, не потускнел. Он был таким же. Как с обложки дорогого глянцевого журнала. Словно сошедший с небес. Настоящий. Из плоти и крови. Не выдуманный, не спроецированный подсознанием библиотечный персонаж, как упрямо, изо дня в день заявлял ей Сынмин, стирая её личность в порошок.

Хван стоял к ней лицом на расстоянии каких-то десяти-пятнадцати метров, но не замечал её, погружённый в свой собственный мир. Казалось, он был чем-то увлечён, яростно и вдохновенно водя карандашом в своём потрёпанном блокноте.

Ариса стояла на месте ещё минуту, боясь дышать, боясь спугнуть это прекрасное видение. Она до дрожи в кончиках пальцев убеждалась, что Хёнджин и вправду реален, что это не мираж. А значит, в тот раз она видела не кого-то похожего, а самого настоящего Феликса! Когда осознание реальности происходящего накрыло её с головой, словно цунами, она медленно, на негнущихся, ватных ногах зашагала в его сторону.

Прошла мимо. Сделала вид, что не узнала, испугалась, струсила в самый ответственный момент.

Дура. Какая же она дура.

–Извините,–её голос дрожал, но Хёнджин не обратил внимания, продолжая с каким-то маниакальным упорством вырисовывать женский силуэт в блокноте.–Не хочу показаться навязчивой, но вы выглядите невероятно привлекательно на фоне этого пляжа. Вы не против того, если я вас сфотографирую?,–Господи, какая же глупая, до банальности нелепая причина. Фотограф-любитель, которого он никогда не видел.

Парень замер. Его рука с карандашом остановилась на полпути. Он молчал. Часто-часто моргая, он тупил невидящий взгляд в белую страницу, испещрённую штрихами, пытаясь понять - не показалось ли ему? Неужели этот голос, который он слышал в своих снах, звучит сейчас наяву? Переваривая услышанное, его глаза медленно превращались в две огромные орбиты, полные ужаса и надежды, а воздух переставал поступать в лёгкие, будто кто-то перекрыл кислородный клапан.

Молчал. Его молчание было оглушительным.

Угнетает. Её сердце колотилось где-то в горле.

Медленно, словно в замедленной киносъёмке, повернув голову в сторону исходящего голоса, он наконец увидел её,–Ариса...?,–единственное, что смогло сорваться с его пересохших, непослушных губ. Это был не вопрос, это был выдох облегчения.

Ариса мелко, нервно закивала, рассматривая его так, будто видела в первый раз в жизни и боялась, что он растает в воздухе.

–Ты настоящий?,–прошептала она, глядя в его бездонные, тёмные глаза, пытаясь найти в них ответы на все мучившие её вопросы, но находя только его самого, отражение своей потерянной души.–Прошу тебя, как бы безумно и странно это ни прозвучало, можно тебя обнять? Мне это жизненно необходимо.

Хёнджин, не говоря ни слова, захлопнул блокнот, убрал его вместе с карандашом в висящую через плечо холщовую сумку. Повернувшись всем корпусом к дрожащей девушке, он сам широко расставил руки, приглашая её в свои объятия. Чёрт возьми, Ариса ещё никогда в жизни не была так искренне рада вдохнуть этот знакомый, терпкий, родной запах. Запах дома, который у неё украли.

–Я же знала, что обязательно встречу тебя снова. Чувствовала. Феликс тогда дал мне надежду, он показал, что вы существуете,–бормотала Ариса куда-то в его грудную клетку, в ткань лёгкой рубашки.

–Давай просто постоим так ещё немного, а потом снова исчезнем из жизней друг друга? Навсегда?,–Хёнджин сказал это на одном дыхании, без запинки, и, как ни в чём не бывало, продолжил нежно, успокаивающе поглаживать её по макушке, по спутанным на ветру волосам.

Ариса замерла, переваривая его жестокие слова, набирая в лёгкие побольше солёного воздуха и лихорадочно размышляя, что ответить.

–Любовь к тебе снова просыпается в моём сердце. Я не могу снова потерять тебя,–Ариса хотела отпрянуть и взглянуть ему в лицо, но он только крепче, до хруста, прижал её к себе, не желая отпускать.–Я не могу сказать, что не скучал по тебе каждую секунду, но, узнав, что с тобой происходит, я принял решение вернуться. Феликс рассказал мне о том ублюдке.

–Ты даже не представляешь, как мне промыли мозги, Хёнджин! Я и вправду сейчас нуждаюсь в тебе так, как никогда раньше...,–Ариса судорожно всхлипнула и сама прижалась к нему ещё сильнее, словно пытаясь врасти в него, стать единым целым.

–Ари, тихо, не хнычь,–тёплым, обволакивающим, словно мягкое одеяло, голосом он укрыл её от всех невзгод и продолжил,–Я, точнее мы с Феликсом, обязательно поможем тебе. Я больше никогда, слышишь, никогда в жизни не оставлю тебя. Никогда, слышишь?,–ей так давно, до зубного скрежета были нужны именно эти слова. От него. Он был нужен ей как воздух.

///

–Начнём с того, что сегодня ты переночуешь у меня,–твёрдо, не терпя возражений, заявил Хёнджин. Он приобнял её за плечи, бережно направляя к ближайшему деревянному шезлонгу, одиноко стоящему у кромки песка.–И мне абсолютно плевать, что тебе скажет этот Сынмин завтра утром. Даже если будет названивать - я лично проломлю ему череп, если он посмеет приблизиться,–он аккуратно усадил её на нагретое солнцем дерево и, опустившись на одно колено, забрал из её ослабевших рук босоножки. Начал бережно, с трепетной нежностью надевать их на её всё ещё влажные ноги.–Вы с ним встречаетесь?–спросил он, застёгивая последнюю тонкую бляшку на щиколотке.

Хёнджин поднял на неё тяжёлый взгляд, медленно распрямляясь с корточек во весь рост, продолжая удерживать зрительный контакт.

–Нет! Всё, что пишут в интернете - это наглая ложь и глупости,–её речь прозвучала торопливо, как сбивчивая отговорка маленькой, провинившейся школьницы.

–Забавно,–горько усмехнулся он и сел на соседний свободный шезлонг напротив неё.–Никогда бы не подумал, что ты будешь заигрывать со своими коллегами по съёмочной площадке. Это же твоё железное правило.

–Он... Он был рядом в трудную минуту и...,–Ариса опустила голову и задержала дыхание, не зная, как оправдаться.

–Скажи мне правду. Всю, что знаешь.

–Он убедил меня в том, что я психически неуравновешенная, что у меня расстройство личности, и всё, что было связано с тобой - это лишь выдумка моего впечатлительного, больного разума. Он заявил, что я взяла твой образ из какой-то книги и настолько сильно прониклась персонажем, что после автомобильной аварии и последующей комы я окончательно сошла с ума,–проговорила Ариса, нервно прокручивая тонкий браслет вокруг пальцев.

–Вот же моральный урод...,–казалось, что Хёнджин сейчас превратится в огнедышащего дракона и испепелит всё вокруг.–Это насколько же цинично нужно было промыть тебе мозги, чтобы ты в это поверила. Ты ведь поверила ему, да?

–Изначально - нет. Я отчаянно не могла поверить в этот бред ещё очень долго, пока он не показал мне «мою» медицинскую карту, где чётко стоит штамп напротив моего якобы подтверждённого психического состояния. Тогда я сломалась.

–Я посажу его. Размажу. Сделаю всё, что в человеческих силах, чтобы этот моральный урод больше ни на шаг к тебе не приблизился,–парень сжал кулаки так, что побелели костяшки, но их вскоре накрыла тёплая женская рука.

Ариса молча смотрела на него, мысленно соглашаясь с каждым словом. В её голову резко, словно прорвав плотину, хлынули воспоминания о Кристофере. О, как же давно она не вспоминала о нём. Вся эта ситуация была дико, до мурашек, похожа на ту, что происходит сейчас с Сынмином. И опять она вступила в романтические отношения с коллегой. Как же глупо, как бесконечно глупо. Но радует одно: Хёнджин снова оказался рядом и обещает помочь. Рядом, в самый нужный, критический момент. Так неожиданно, так желанно. Рядом.

–Я до сих пор до конца не верю, Хён...,–Ариса убрала свои руки и, положив их на колени, начала нервно похлопывать по ним.–Ты выглядишь так же, как в старые добрые времена. Вовсе не изменился... Скажи мне честно, умоляю, где ты пропадал всё это чёртово время?

–Ариса,–Хёнджин пустил звонкую, глупую и стыдливую усмешку, потирая шею, и начал свой рассказ,–Я с Феликсом вернулся на его родину и... Чёрт, как же это всё глупо звучит сейчас, я до сих пор задаюсь вопросом, зачем я тогда сбежал от своих чувств, как трус.

Ариса смотрела в его глаза и читала по ним, как ему сейчас тяжело и мучительно стыдно говорить всё это. Чувства, по-видимому, он старался обходить стороной.

–Мы работали там моделями для какого-то скромного местного бренда. Платили не много, но на жизнь хватало, с нашими-то сбережениями,–вновь нервно усмехнулся и отвёл взгляд к бескрайнему океану.–И тут, когда нам наконец дали долгожданный отпуск, мы решили съездить именно сюда. Я не знаю, почему мы выбрали именно это место. Честно, не знаю. Тянуло сюда, словно магнитом,–он пожал плечами и вернул свой взгляд к девушке.–А возможно, это судьба так распорядилась. Ну, свести нас вновь, когда мы оба на мели. Помирить наконец,–стыдливо, по-мальчишески улыбнулся.

–Судьба - далеко не дура. Она всё может устроить. В отношении нас - уж особенно,–подмигнула Ариса и тихо посмеялась, после чего её щёки покрылись нежным румянцем.

–Кстати, насчёт Феликса. Вот ты сказала, что он дал тебе надежду. Это ты о той случайной встрече в Корее?,–он сощурился, вспоминая детали.

–Да. Я увидела его на улице, пока гуляла с Сынмином. Сначала я подумала, что обозналась, и решила обернуться. Когда обернулась, он уже смотрел на меня с таким неприкрытым, животным страхом в глазах. Я тогда окончательно убедилась в том, что это был именно тот самый Ли Феликс, с которым мы вечно грызлись как кошка с собакой. И именно в тот момент я впервые глубоко задумалась над стальными убеждениями Кима.

–Я знаю об этой вашей встрече, Ари,–мягко, понимающе улыбнулся Хёнджин и продолжил, убирая прядь волос с её лица.–Мы в то время были в Корее проездом. Он тогда влетел в номер как ошпаренный и начал громко звать меня. Он смотрел на меня как на огонь. Он был таким испуганным. Так эмоционально, сбивчиво мне всю вашу встречу пересказывал. Руками размахивал так, что чуть люстру не снёс. И про этого твоего Сынмина сказал, что от него даже на расстоянии веет какой-то деструктивной, тёмной энергией, злостью и диким собственничеством. Он видел его взгляд, когда ты обернулась на Феликса. В этом взгляде читался и страх разоблачения, и шок, и чёрная злоба. Сынмин отлично играет свою роль. Талантливый актёр, чёрт бы его побрал,–Хёнджин тихо, сквозь зубы выругался.

–Да, актёр из него тот ещё... На съёмках всегда выкладывался на все сто процентов. А знаешь, какие у него всегда были, без исключения, роли? Отрицательные, мать вашу! Никого тебе это не напоминает?,–едко усмехнулась Ариса и отвела взгляд к горизонту.

–История повторяется, Ариса. Как бы нам того ни хотелось, но судьба выстраивается в твоей жизни именно по такому трагическому лекало. И, видимо, после каждого такого паршивого отрицательного актёра в твоей жизни обязан появиться я - твой личный ангел-хранитель, чтобы спасти тебя от этого токсичного дерьма,–горько улыбнулся Хёнджин и пересел к ней на шезлонг, сокращая дистанцию.–Но, впредь, твоя жизнь больше никак, ни единым днём не будет пересекаться с этими уродами. С этого самого момента я никогда больше не дам тебе такой возможности. Я буду оберегать тебя, как зеницу ока. Никогда больше не брошу и не исчезну,–он крепко приобнял её за плечи и прижал к себе.–Я всегда буду рядом, что бы ни случилось.

–Я этому несказанно рада, Хёнджин,–с тёплой, искренней улыбкой, освещавшей всё вокруг, сказала Ариса и обняла парня в ответ, мягко и доверчиво прижимаясь к его надёжному плечу. Впервые за долгое время она почувствовала, что находится именно там, где и должна быть.