V. PARTY IS OVER
Шестого декабря Мариам исполнилось двадцать четыре, и праздник она отметила с размахом.
-- Слушай, Эми, -- сказала она накануне. -- Я тут хочу на день рождения снять apartment и пригласить много гостей... Человек тринадцать. Денег я уже наскребла. Не волнуйся, занимать у тебя не буду!
-- Тринадцать? -- удивилась Эми. -- У тебя правда так много друзей?
-- Не совсем... В основном это всякие знакомые, которые просто любят тусоваться.
-- А можно я с вами? -- жалобно спросила Флея.
-- Флея, извини, но день рождения -- это праздник всё-таки для людей, а не богов.
-- Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! -- Флея умоляла, сидя на коленях.
-- Ладно, хорошо, ты пойдёшь с нами. А то как-то неправильно будет оставлять тебя одной, я согласна!
В полдень дня рождения Мариам, раскачивая руку Эми, вышла из дома, а за ними -- Флея.
-- Ура, я так рада! -- призналась Мариам. -- Сейчас пойдём к Эльвину, он, наверное, так тепло меня встретит!
“Как неловко я себя чувствую... -- подумала Эми. -- В последний раз я его видела у дома голым на моём матрасе. Хотя, для меня главное, чтобы Мариам было хорошо. Сегодня её день”.
Эльвин встретил Мариам страстным поцелуем, а Эми лёгким объятием.
-- Сегодня твой день, дорогая! -- он обратился к Мариам. -- Лови свои подарки!
Мариам начала рассматривать: “Hand-made платье, идеально под мой вкус, альбом с моими забавными и милыми фотокарточками и подписью “my dearest love”, и бисквитный клубничный торт, который приготовил сам Эльвин... Боже мой, да я сейчас расплачусь от счастья! Это самый лучший день!” Мариам уселась на диване, обняла одной рукой Эльвина, а второй Эми, ещё незаметно пытаясь обхватить Флею.
-- Какие же вы все у меня прекрасные! -- повторяла Мариам. -- Обожаю вас!
-- Кстати, у меня тоже есть для тебя подарок, -- сказала Эми и протянула простенькую портретную открытку, зато такую красивую и яркую.
-- Спасибо... -- растаяла Мариам.
-- Это всё для тебя! -- восторженно объявил Эльвин и открыл шкаф.
Тесный шкаф был доверху заполнен различными мешками. В одних был праздничный реквизит: костюмы, одежда на любую тематику, парики, косметика, маски... В других алкоголь, коробки с пиццей из доставки, сладости, много всякой еды. Всё было подготовлено до последней мелочи: даже для готического подсвечника, который будет украшать комнату и придавать ей мрачноватый вид, было заготовлено отдельное место.
-- Ах... -- задрала голову Мариам и удивилась. -- Откуда всё это...
-- Половину купили за гроши на блошином рынке, -- признался Эльвин, -- другую наворовала Флея.
Они взяли мешки, забрали по дороге Софи и направились к точке.
-- Боже мой, Мариам, нам точно сюда? -- спросила Софи. Этот дом такой старый и дряхлый, окна выколочены, кажется, он может развалиться от любого неосторожного прыжка.
-- Да, это точно он. -- ответила Мариам. -- По фоткам тут всё выглядело гораздо лучше...
Они через скрипучую дверь друг за дружкой вошли внутрь.
-- Я же говорила, это хороший вариант! -- воскликнула Мариам. -- Внутри другое дело: комната такая большая, стены фиолетовые, как раз под наш vibe, кровать такая огромная и стол, а самое главное, DJ-пульт стоит... Да сюда хоть двадцать человек поместятся!
Все начали разбирать мешки, переставлять вещи, переодеваться, наносить грим.
-- Как вам? -- Мариам вышла покрасоваться!
На ней был чёрный меховой лифчик, одни лишь красные трусы с отпечатком губ и накладные чёрные крылья за спиной.
Флея посмеивалась: “Крылья? Это что, пародия на меня?”
-- Супер, -- ответила Софи. -- Ты точно будешь главной звездой своего вечера! Кстати, а какая тематика у нашего праздника? Просто я пока не понимаю вообще, как мне одеться.
-- Вообще, это планировалось быть gothic, -- сообщила Мариам. -- Но я запланировала это всё только вчера, и Эльвин с Флеей судорожно разобрали всё, что было. Из образов там буквально всё подряд, семь мешков с реквизитом. Бери что хочешь, не стесняйся!
-- О, какие классные салатовые туфли! Надену их.
Эми зачерпнула рукой самый набитый мешок.
-- Костюм Мисы Аманэ из “Death Note?” -- удивилась она. -- Ничего себе, есть даже такое!
-- А тебе хорошо! -- ухмыльнулась Мариам. -- Ты как раз низенькая и с жёлтыми волосами.
Один за другим начали сыпаться гости, первым из которых пришёл DJ.
-- Ой, кто это пришёл? -- встретила его Мариам, чмокнув в губы. -- Давай, проходи, включай свою пластинку!
Люди постепенно стягивались к столу, они ели пиццу, пили дешёвый ликёр и смеялись.
-- Какая у нас программа? -- кто-то спросил.
-- Ох, программа великолепная, -- ответила Мариам. -- Танцы, караоке, фотосессия, много алкоголя, вырезание коллажей из порно-журналов, конкурс лучшей карикатуры на Путина, Трампа и президента Грузии, рисование портретов друг друга цветными мелками...
-- Давайте, может, коллажи, пока все не напились? -- предложил Эльвин.
Все потихоньку перемещались на пол и принимались за вырезки. Софи смеялась во весь голос: она вырезала своё собственное лицо и поместила его на красного от загара брутального мужика с огромными бицепсами, который путешествовал на каком-то круизе.
Потом все раскрепостились. Мариам сидела у Эльвина на коленках и пыталась пьяно что-то закричать в микрофон, вроде: “Мы самые крутые! Я вас люблю!” Эльвин посмеивался и смотрел ей в глаза.
Эми танцевала, впервые за долгое время, по-настоящему раскованно. Она хотела вывести Софи и потянула её за собой, но та оттолкнулась:
-- Эми-и! Ну ты видишь, мне на этих высоченных каблуках танцевать неудобно! Иди лучше ко мне!
Эми и Софи упали на диван. Они громко кричали песни “Тату” на русском.
-- Ты знаешь русский? -- спросила Эми.
-- Пару слов! -- ответила Софи.
Тогда они и впервые поцеловались по пьяне:
-- Интересно, -- сказала Софи, вылизывая её, -- я сейчас целую Эми или Мису Аманэ?
Они решили всей толпой выйти к ближайшему магазину и носились в пьяном угаре.
-- Двадцать четыре! -- крикнула Мариам. -- Как мне легко и весело! Жизнь только начинается! Ребят, давайте, пока мне двадцать четыре, каждый мой день будет таким!
Вдруг из-за угла выскочил человек в фуражке и засвистел.
-- Остановитесь, пожалуйста!
-- За что? За то, что мы веселимся? -- спросила Мариам.
-- За то, что перебежали дорогу в неположенном месте!
-- А у меня день рождения! Может, вы меня поздравите, и мы разойдёмся, а?
-- Ладно, с днём рождения. Только не шалите тут больше, а то проблемы будут!
К полуночи люди постепенно стали приходить в себя, и как раз в это время большинство и ушло. Праздник постепенно подходил к концу, а когда на ночёвку остались только Эми, Софи и Эльвин, Мариам написала пальцем на пыли старого телевизора: “PARTY IS OVER”.
И Флея всё это время была где-то рядом. Она ни разу не говорила и просто молча наблюдала за происходящим. “Как жалко, что кроме Эми и Мариам, меня никто не видит и не слышит! -- думала она. -- Может, дотронуться здесь до всех и веселиться с ними! Но тогда я только их испугаю и испорчу праздник...”
Когда все засыпали, Мариам, лежавшая в крепких объятьях Эльвина, ворочалась и долго не могла уснуть. И только у неё получилось, как вдруг снова открыла глаза, а из окон палил ярко-оранжевый свет. Это восход, а значит, восемь утра. В тот день он был особенно ярким и красивым, с красноватым оттенком. Мариам сразу погрузилась в тревожный поток сознания:
“Сегодня я собрала лучшую тусовку в моей жизни. И снова конец. Двадцать четыре года... Именно столько было моей матери, когда та бросила меня. Мне было пять, а она казалась мне такой взрослой, усталой и несчастной. И неужели я стала такой же?.. Когда мне было шестнадцать, я думала, что в этом возрасте буду мировой звездой и все будут мечтать меня увидеть хотя бы на концерте, а за мой автограф готовы будут продать душу. Думала, что буду где-нибудь в Нью-Йорке, а не в самой дешёвой комнате у какой-то несчастной семьи. Что есть у меня в свои двадцать четыре? Работа в “Марфи”, теряющем свою популярность, которая идёт ко дну день от дня и скоро такими темпами оставит меня в полной нищете? Близкие люди? Да, они есть, но разве стоит ли за них цепляться? Они могут меня покинуть, да и я сама уже, по своей дурости, чуть не потеряла Эми. Денег почти нет. Еду нам приносит Флея. Я взяла в долг очень много у Софи и не могу отдать уже который месяц. Одними только тусовками и беспечным весельем я долго не проживу. Всем моим гостям по восемнадцать-двадцать, максимум двадцать два года, я самая старая. И что меня дальше ждёт? Сегодня опять в свой магазинчик, принять, наверное, с десяток клиентов и остальное время просидеть на месте ровно, вернуться ни с чем, ведь издержки стали дороже прибыли. Потом опять к Эльвину, опять в его постель, опять в его тело? Я уже этим так пресытилась. Или сразу к Эми -- у неё проект, она занята, хоть в глубине души и мечтает, чтобы я пришла к ней пораньше и хотя бы с ней поговорила. Интересно, она будет меня любить, если я стану конченной алкоголичкой, бомжихой или того хуже? А Эми такая хорошая девочка. Она учится, на архитектора, её ждёт большое и светлое будущее. Зря она со мной связалась. Может снова начать играть? Точно! Только в этом моя радость будет, как в детстве мечтала! А магазин к чертям закрою, или передам Софи. А Софи одна не справится, нехорошо, и как быть? Всё равно играть хочу. Гитару брала в руки год назад в последний раз. Она вроде в доме у бывшего. Может, позвонить ему, забрать? Слишком не хочу с ним общаться. Может, позвонить деду? У него же тоже какая-то часть моих вещей осталась... Гитару можно взять на рынке, она там мне в гроши обойдётся, правда наверняка она будет расстроенная. Вот бы Эми и Софи начали встречаться. Из них такая пара хорошая вышла бы, господи, смотрю и радуюсь, а я же всегда говорила! Ладно, мне бы заснуть. Небо уже голубое -- на работу скоро”.
Вечером следующего дня Эми сидела дома и была очень взволнована. Она то набрасывалась на свой семестровый проект, защита которого была назначена на следующий день, то откидывала его в сторону и принималась смотреть, улыбаясь, в экран -- после вчерашней ночи Софи завязала с ней переписку.
-- It was unbelievable. Want to repeat it again so much, -- написала она.
"Я сама бы хотела повторить это... -- подумала Эми. -- Больше всего мне нравится чувствовать себя желанной”.
В перерывах между сообщениями Эми продолжала корпеть над чертежом: “Какого чёрта это всё в последний момент! Вход во вторую секцию таунхауса -- с северной стороны или южной? А мансарду под каким градусом наклонить? Ещё же аннотацию надо написать ко всему этому! Единственное, что меня радует -- что завтра со мной в аудитории будут Мариам и Флея, и, по-видимому, ещё и Софи”.
Услышав Эмины вздохи и отчаянные возгласы, Флея решила предложить ей помочь:
-- Я ведь тоже училась инженерии, когда хотела стать строительницей. Сразу бы меня попросила, чего мучаешься?
-- А чего ты строить собиралась? -- удивилась Эми.
-- Какой-нибудь роскошный замок где-нибудь в Антарктиде.
-- Ладно, давай, помоги. Сейчас тебе всё объясню.
Флея наплевала в свою руку, зацепила своим аккуратным ногтем слюну и принялась чертить линию на чистовике.
-- Что же ты делаешь? Вот же карандаш!
-- А я не понимаю как карандашом пользоваться. Мы рисуем только слюной.
-- Чего тут уметь? Берёшь и проводишь по бумаге так же, как ты сейчас ногтем это делала.
-- Ну посмотри же, зато как красиво!
Линии, проведённые Флеей были какого-то непонятного цвета, то ли красного, а то ли фиолетового, оставляли за собой отблеск и были перламутровыми.
-- Вообще-то, проект, написанный не простым карандашом, могут и не принять. Хотя, нашему профессору всё равно. Я скажу, что у меня под рукой была только ручка, вот ей и начала писать. Но вообще, на ручку это мало похоже.
Спустя недолгое время Эми полностью уступила своей неоновой подруге стол, а сама продолжила переписку. Флея сделала остаток работы быстро, всего за час с небольшим. Правда почерк у неё, конечно, был, как будто араб или китаец впервые попробовал написать латиницей -- буквы все пляшут, то большие, то маленькие, и очень кривые -- на Эми совсем не похоже. Эми посмотрела на итог и подумала: “Ладно, всё равно этот профессор боковым зрением работы проверяет. Главное артистично всё рассказать и добавить фотографии в презентацию”.
Мариам сидела в “Марфи” и пересчитывала мелочь, которую ей придётся нести домой.
“Какая же я злая сегодня! -- подумала она. -- Я будто предсказала утром, что я буду такой злой!”
Мариам заметила сообщение от Эльвина:
-- My love, do you wanna come to me tonight?
-- No, sorry, -- ответила она. -- Not your fault.
Мариам пришла домой как по расписанию, точно в девять-сорок.
-- Привет, -- встретила её Эми, -- ты сегодня рано, сразу с работы?
-- Да. И я очень устала, если честно. Как твой проект?
-- Я сделала.
Это я сделала! -- донеслось из угла комнаты от только проснувшейся Флеи. -- Привет, Мариам!
-- Флея? -- засмеялась Мариам. -- Ты архитектурный проект? Ни за что бы не поверила.
-- Ну вообще-то правда, -- смущённо ответила Эми, как будто стыдясь.
Мариам в удивлении застыла:
-- Ладно. Надеюсь, она хоть тебе правильно сделала. Хочешь прогуляться? Давно уже не ходили вдвоём.
Они сперва спустились вниз поужинать. За столом Вахтанг задорно повторял: “День расплаты-день расплаты!” Мариам смущённо сидела и всё-таки призналась шёпотом:
-- У меня нет денег.
Она виновато посмотрела на Эми:
-- Может, ты оплатишь за нас обеих? Я тебе верну долю, как только получу, обещаю.
Эми кивнула головой и поднялась за тремястами лари. У Вахтанга, получившего в руки купюры, загорелись глаза. Он ещё сильнее раззадорился, начал ими махать, показывать какие-то фокусы и кричать: “Тамара! У нас теперь достаток!”
“Хочется сквозь землю провалиться от стыда”, -- подумала Мариам. Она судорожно допивала свой тыквенный суп, взяла Эми и поднялась в комнату, чтобы собраться на прогулку. А Флея чуть ли не плакала, умоляла взять её с собой:
-- Я вам не нужна! Я что, тут лишняя?
Мариам взяла её, согнутую, за плечо и сказала:
-- Это не значит, что мы не любим тебя, Флея. Мы просто хотим погулять вдвоём, поговорить о людском, это наша традиция. Когда будет настроение -- возьмём и тебя.
-- Значит, я вам нужна только когда у вас хорошее настроение? А просто так я вам уже никто?
-- Нет, -- глубоко вздохнув, ответила Мариам, стараясь утешить Флею, но при этом раздражение и злость к ней потихоньку подступали, -- это не так работает. Я, например, всю прошлую неделю не гуляла с Эми. Я была у парня, она занималась учёбой. Ты же сама помнишь. И что, мне, по-твоему, теперь Эми что ли не нужна и не интересна?
-- А ты бы лучше ко мне относилась, если бы я была человеком? -- Я и так к тебе хорошо отношусь. Всё. Не дави на нервы. Мы будем недолго.
Флея отвернулась и забилась в угол. Эми подошла к ней, и стала гладить её склизкую, но нежную кожу, приговаривая: “Флея... Да, мы скоро вернёмся, не скучай”.
На улице было холодно и тихо. Эми и Мариам сидели у дороги, укутавшись в тёплые пуховики.
-- Как тебе этот спектакль, который Флея устроила? -- откровенно спросила Мариам.
-- Да, это всё тяжело. Кажется, что она ребёнок в огромном теле. Я, если честно, до сих пор не могу поверить, что она настоящая. Всё это время я как будто в пелене -- я даже задумалась, а не моя ли это выдумка? Но ты же тоже её видишь. Даже Софи сказала, что знает, что боги существуют. А мне она нравится, на самом деле, меня она приятно манит, хоть и истощает своим присутствием. Она такая жаркая и мягкая. Кажется, что её огромное сердце колотится в тысячу раз быстрее наших.
-- Я тебе совру, если скажу, что мне она совершенно не нравится. Она действительно манит. Это что-то необъяснимое. Она будто наполнила всю нашу комнату теплом. Но я так от неё устала! Она, кажется, проникает абсолютно повсюду. И её выходки скоро сведут меня с ума. И если что, мы никогда не сможем прогнать её как человека. У бога нет границ. Она всё равно сможет пролезать через стены, если ей это надо. Она может следовать за нами везде, бесконечно, если она этого хочет, а она, по-видимому, хочет. Теперь Флея -- это наша новая реальность. Это кажется таким абсурдом, я бы скорее поверила, что начнётся ядерная война, чем в то, что какое-то неведомое огромное существо, разговаривающее человеческим языком и испытывающее человеческие эмоции, поселится с нами жить.
-- Ага, -- ответила Эми.
-- Да и к тому же, ты знаешь, у меня на работе всё очень плохо. За все три года сейчас положение хуже некуда. И Флея очень выручает: по крайней мере, теперь есть бесплатная еда и питьё.
-- Если честно, я бы на твоём месте вообще не парилась из-за денег. Если бы только у меня была такая жизнь, в которой все вокруг меня любят, мне бы больше ничего не нужно было.
Мариам посмотрела на Эми с недоумением.
-- Ты сейчас серьёзно? “Такая” жизнь? И это мне говоришь ты, с адекватной семьёй, которая тебя финансово обеспечивает, с образованием, с будущим, какого у меня отродясь не было и не будет! То, что я могу пригласить много людей, большинство из которых меня на следующий день забудет, это показатель, по-твоему, счастья и ценности? Лучше бы ты промолчала, и твоя зависть здесь абсолютно не к месту.
-- У тебя хотя бы любящий парень есть, и это самое главное. Если что, ты можешь потом на его обеспечение перейти.
-- Ты прикалываешься? Ему двадцать, и он сам еле зарабатывает! И какое обеспечение, мы не в сказке, хватит верить в эту чушь. А если всё повториться как в прошлый раз?
-- То есть ты не уверена в Эльвине?
-- Я уверена... Но никто не гарантирует. Вокруг тебя тоже все: и я, и Флея, и Софи! Ты нравишься Софи, ты разве сама не понимаешь?
-- А может, она просто играется?
-- Всё. Хватит эту тему. Пошли лучше домой!
Они ушли молча. В саду вдруг обнаружилась Флея, покуривающая свою трубку.
-- Почему ты не дома? -- спросила Мариам.
-- Захотелось покурить, -- ответила Флея.
-- Мы с тобой завтра едем вместе с Эми в университет.
-- Хорошо.