Падшая охотница

Преисподняя не под нами. Она внутри каждой трещины в твоём разбитом сердце.

Из туманной бездны, ведущей из средних миров, показывается первая фигура.

Фигура, принадлежащая мне.

Воздух у Врат Ада, обычно насыщенный яростным жаром, сейчас кажется тяжёлым и застывшим. Он пропитан запахом пепла.

Моя осанка, обычно идеально прямая и несущая в себе вызов и невыразимую мощь, теперь подобна сломанному, но всё ещё опасному клинку. Доспехи из адаманта и тени, покрывающие меня, сейчас иссечены зарубками. Из ран на мёртвенно-бледном лице сочится угольно-чёрная кровь, капля этой же жидкости медленно течёт с тёмных тонких губ по подбородку. Длинные чернильного цвета волосы сильно взъерошены - во время очередного штурма Чистилища я потеряла несколько их клочков. Длинные кроваво-чёрные крылья, внешне будто бы похожие на сотворённые изо льда, пусть и остаются такими же величественными, но в ходе битвы были много раз срезаны, хотя вновь заросли.

Следом за мной, словно кровавый прилив, из бездны выходят легионы, которые я возглавляю. Не слышно победных рёвов или звона оружия. Только глухой, приглушённый гул шагов. Доспехи воинов, сделанные из обсидианоподобного металла, также не в самом лучшем состоянии - с зазубринами и вмятинами. Все мы истекаем кровью. Наша привычная аура ярости приправлена отвратительным ощущением унижения.

Эмблема наших легионов - разбитая пентаграмма, сейчас не внушает такого ужаса, как в обычное время.

У огромных тысячидюймовых* Врат в Преисподнюю, сплетённых из железа, наше воинство уже ждёт главный страж Маркиз Аббадон - отродье Сатаны, один из его самых влиятельных помощников. Демон на голову выше любого из обычных Адорождённых воинов. Его торс подобен клинку, который сужается к талии. Осанка - идеально прямая. Длинные прямые волосы иссиня-чёрные. Величественные крылья состоят из сотен зазубренных, ржавых металлических пластин, скреплённых цепями. Чёрные глаза - одна из отличительных черт Адорождённых - сосредоточенно и уверенно смотрят на наши приближающиеся легионы. Только у Аббадона, как у меня и ещё некоторых демонов, есть и алые зрачки.

В одной из рук с чёрными когтями Маркиз держит меч, на древке которого намертво приклепаны нечётные таблички с именами тех, кто пытался пройти сквозь Врата силой. Рядом, у его ног, покорно лежит Цербер. Шесть глаз, каждый величиной с щит, без моргания следят за нашим приближающимся воинством.

Рядом с Маркизом стоит, о чём-то беседуя, один из демонов-перебежчиков, которые охраняют Врата Ада ещё до туманной бездны от незаписанных в учёт и нераспределённых грешников, а также от не до конца сгинувших душ. Перебежчики являются созданиями Владык всех Кругов Ада. Стоящий рядом с Маркизом демон не слишком высок, со сломаннымм рогами, с маленькими крыльями, с сероватой кожей с трещинами, с цветом тусклого золота волосами. С мощной, жилистой фигурой. Одет в демоническую броню.

Я сразу узнаю в нём Каэла - перебежчика, с которым знакома уже около тысячелетия. Он является отродьем Левиафан - хладнокровной и выёбистой суки-Владычицы Круга Зависти. Каэл несколько добрее остальных демонов, чересчур любопытен и местами любящий попадать в неприятности. Одна такая неприятность и сблизила нас: однажды он съязвил Аббадону, и тот, будучи выше него на ранг и обожающий пользоваться своим положением, едва ли не прикончил его. Лишь моё внезапное появление у Врат не дало этому произойти: я остановила Маркиза. Не столько из-за того, что мне нравился Каэл, сколько из-за желания показать Аббадону его место. Маркиз в любом удобном случае показывал во всей красе своё влияние, относился ко всем, чей ранг ниже его, как к кускам дерьма, и лишь перед более высокими должностными лицами вёл себя подобающе.

После того, как я спасла Каэла, мы стали очень хорошими знакомыми.

Перебежчик, узнав меня, тотчас теплеет во взгляде и поклоняется, а я едва заметно улыбаюсь и киваю.

Заметив нас и, в первую очередь, меня, Маркиз тут же меняет выражение лица и улыбается, обнажая клыки. О Каэле и о других воинах он, судя по всему, забывает.

Я останавливаюсь перед ним - члены легионов остаются в дюймах ста от меня.

- Ах, наша госпожа Лилит, - низким бархатным голосом приветствует меня Маркиз и поклоняется, взмахивая свободной рукой. Тонкие губы вытягиваются в широкую самодовольную улыбку, а алые зрачки словно сверкают. Хоть Аббадон и старается казаться максимально вежливым, неестественные движения и такая же наигранная доброта выдают его. - Очередной штурм Чистилища обернулся прахом? - в тоне стражника проскакивает едва уловимая насмешка, и это ещё сильнее выводит меня из себя.

- Как видишь, Аббадон, - резко отвечаю я подобным шипению голосом, после чего надменным тоном - точно как мой создатель Люцифер - велю. - Открывай Врата.

- Само собой, наша госпожа Лилит, - Аббадон сужает глаза и сбавляет сладостноть тона, поняв, что его дар внушения на меня не действует. После чего щёлкает длинными пальцами, всё также не отводя от моей фигуры пристальный взгляд, словно желая уловить каждое движение.

Могучие створы Врат, вмещающие миллионы стонов, расходятся. Внутри открывается знакомая, но от этого не менее ужасающая картина: сужающийся спуск Круга Гордыни.

Едва ли я ступаю, как жёлтый огонь вырывается наружу фонтаном. Гул проходит по Кругу Гордыни, как нервный тик. Здания вздрагивают на пару мгновений.

- Ждите распоряжений перебежчиков, - громким эхом бросаю я легионам, которые синхронно падают на колени, после чего, в последний раз с отвращением взглянув на вновь поклонившегося Маркиза, вхожу во Врата и спускаюсь по ступеням, вымещенным зеркальным обсидианом.

И вновь погружаюсь в кошмар, преследующий меня уже более тысячелетия. В кошмар, выход из которого закрыт навсегда.

Потому что у меня никогда не было выбора и не будет.

Круг Гордыни - самый влиятельный, ведь именно он - место обитания моего создателя, Люцифера.

И в обитель Люцифера - его дворец и свою личную тюрьму - я направляюсь.

У моих ног вспыхивает тот же жёлтый огонь, с каждым шагом камень подо мною трескается и на нём вспыхивают символы - древние, выжженные в самой структуре Круга. Они не призываются. Они узнают.

Лишь я знаю, что эти символы - штамп того, кому я принадлежу.

Внимание всех в момент поклонившихся в пол Грешников, которых я миную, тотчас же сосредотачивается на мне:

- Госпожа Лилит...

- Госпожа Лилит без сопровождения. Какая редкость!..

Мои губы трогает едва заметная ухмылка.

И вправду: видеть саму Лилит, свободно идущую по Кругу Гордыни без какого-либо сопровождения - явление крайне редкое.

- Ах, очередной штурм Чистилища пошёл прахом!?.. - внезапно доносится до моих ушей, и это заставляет меня резко остановиться. Эти слова принадлежат какому-то Грешнику.

- Разве ангелы настолько сильны - почему даже легионы Люцифера не могут одержать победу спустя столько попыток? Это... Странно и даже жалко. - смеет даже перешёптываться какая-то Грешница.

Мой взор, наполнившись испепеляющей яростью, тут же обращается на неё.

- Как ты смеешь говорить подобное про легионы Князя Люцифера? - с этими словами я взмахиваю тяжёлыми крыльями, и из-за них появляются чёрные сгустки неправильной, текучей формы. Одна из моих способностей, дарованная Люцифером. Они вытягиваются и доходят до Грешницы, после чего туго обвивают её талию - если они сдавят ещё немного, то переломают тело или вызовут удушение. Демоница взвизгивает, другие Грешники вокруг неё начинают возбуждённо перешёптываться и с удивлением или даже некоторым ужасом наблюдают за происходящим.

Я не останавливаюсь. Сгустки сдавливают тело Грешницы ещё сильнее, и начинает слышаться хруст демонических костей. Грешница ловит ртом воздух.

Ещё сильнее.

Моё лицо совершенно спокойно - будто бы я выполняю обыденную вещь.

Впрочем, так и есть. Я не люблю заниматься подобным и не особо хочу, но это мой долг. За невыполнение должностых обязанностей последует жестокое наказание. Я пережила не одно из них, когда щадила некоторых Грешников или Адорождённых менее высокого ранга.

Ещё несколько секунд - и демоница падает замертво, после чего её тело распадается на чёрный порох и рассеивается в воздухе.

- С любой ёбаной низшей мразью, посмеющей отрицательно высказываться о должностных лицах, произойдёт то же самое. Неужели остались те, кто это не понял? - смеряю я яростным взглядом окружающую толпу.

Грешники испуганно молчат.

- Да, госпожа Лилит, - говорит один из них, и остальные нестройным хором поддерживают эту фразу.

Я отворачиваюсь и ещё быстрее движусь дальше - огонь всё так же поспевает за мной.

***

Минуя реки кипящей крови и дома жителей Круга, сделанные из сгустков вечной тьмы, подхожу к дворцу Владыки Круга Гордыни.

Судорожно выдыхаю, касаюсь руками лица и острыми ногтями царапаю кожу на щеках. Убрав их от себя и взглянув на них, понимаю, что те дрожат - кажется, что даже они не принадлежат мне, и я не способна их контролировать.

Ещё раз выдохнув, опускаю руки и пытаюсь собраться - получается тут же.

Дворец Люцифера высится на искусственной горе из отполированного чёрного базальта, к которой ведёт лестница в сотню ступеней. Но я не поднимаюсь по ним - щёлкаю длинными пальцами и оказываюсь у самого входа.

Стены замка снаружи облицованы белоснежным мрамором, в который вплавлены миллионы осколков зеркал. Купол увенчан сияющей золотой сферой.

Вход во дворец, являющийся огромным порталом высотой в два этажа, охраняют Серые Смотрители - отродья Люцифера, не имеющие даже собственной души и слепо повинующиеся ему. Но при этом обладающие огромной силой.

Они сразу узнают меня и пропускают:

- Госпожа Лилит, - землистыми голосами приветствуют они сихронно, после чего расходятся.

Я киваю, сохраняя хладнокровное выражение лица, и захожу.

Заметив меня, слуги и стражники Повелителя Ада кланяются, затихают и расступаются.

Во дворце разлита царская прохлада, создающая резкий контраст с душной высокой температурой в самом Круге Гордыни.

По длинным коридорам, стены которых выполнены из белого каррарского мрамора, пронизанного тончайшими золотыми жилами, а полы - из чёрного полированного дерева, я попадаю на последний, пятый этаж дворца.

Теперь передо мной Тронный зал самого архитектора Падшего мира.

Перед тем, как подойти к массивным дверям ближе, я мешкаюсь и нервно сглатываю. Плечи предательски подрагивают.

Владыка будет в ярости.

Я не справилась со своей миссией. В который раз.

Меня ждёт очередное наказание или громадная лекция.

Однако, я выдыхаю, мысленно называю себя слабачкой и подхожу к дверям.

Огромный красный глазок, возвышающийся над ними, тотчас смотрит на меня и сканирует. Поняв, кто я и что я имею право войти, глаз закрывается, а двери отворяются.

Вхожу.

По размерам Тронный зал превосходит любое помещение во дворце. В воздухе разливается полувязкая тишина, в которой тонут полутьма и царская прохлада -здесь холоднее, чем в какой-либо другой части обители Люцифера. Помимо этого, в ноздри бьёт запах ладана.

Высокий потолок сотворён из чёрного полированного обсидиана, в котором, как в испорченном зеркале, искажённо отражаюсь я. От этого мне ещё сильнее становится не по себе, хотя внешне пусть и с трудом, но сохраняю абсолютное спокойствие.

Стены выложены белым каррарским мрамором, пронизанным тончайшими золотыми жилами, складывающимися в геометрические, гипнотические узоры - точно так же, как и в коридорах. Пол из чёрного яшмы и белого оникса напоминает шахматную доску.

В самом конце зала, на троне из янтаря, восседает Князь Ада. По обе стороны от него - два высоких канделябра из скрученных позолоченных шипов, в которых пляшет холодное сияющее пламя.

Люцифер - серокожий исполин. В сравнении с ним даже Аббадон покажется не столь могущественным. Длинные непослушные волосы Повелителя отливают тусклым, холодным золотом. Огромные крылья с перепонками черны, как Бездна. На нём тёмный плащ с шипами, на руках - перстни-перчатки.

Я иду к нему, чувствуя себя тенью перед тем, кто дал мне имя и всё ещё иногда ведёт себя так, будто бы помнит, каким оно было до этого. Мои шаги звучат на удивление громко, хоть и пытаюсь ступать мягко.

Подойдя к трону, кланяюсь до пола, после чего выпрямляюсь.

Мы встречаемся взглядами: мои, полные непоколебимого хладнокровия чёрные глаза с алыми зрачками встречаются с пронзительным, гипнотическим, проницающим насквозь взглядом угольных глазниц Люцифера. Кажется, будто бы Владыка способен даже разглядеть слабости, страхи, потаённые желания.

На лице дьявола появляется сардоническая полуулыбка, он высокомерно приподнимает бровь:

- Ты меня разочаровала, Лилит. Разочаровываешь раз за разом, - скрипуче проговаривает Князь сквозь зубы. Его голос опаснее лезвия, он проникает в нутро и заставляет чувствовать себя ничтожным. - Сколько раз я отправлял тебя в Чистилище? - щурится. - Плевать. Достаточно.

- Ты режешь смертных, рвёшь ангельских выблядков. В одиночку. Так почему же именно это блядское Чистилище ты захватить не можешь!? - Люцифер переходит на рёв и едва ли не вскакивает с трона, что заставляет меня отойти и приподнять брови. - Иногда мне кажется, что как мясо для ебли ты годишься больше, чем как предводительница моих легионов.

Последние слова задевают за живое.

Нехорошее предчувствие смыкается во мне.

- Я уже говорила о нашей главной слабости. Но ты даже не слушал ме... - ровным голосом, но при этом с некоторой опаской начинаю я, но Люцифер не даёт мне договорить.

- Когда ты была... - Люцифер обрывает себя. И продолжает, не договорив:

- Потому что это и есть наивная чушь. Как ты, блять, могла додуматься!? - Люцифер встаёт с трона и подходит ко мне. - «Нам нужно сплотиться, научиться работать в команде, а не только бороться каждый сам за себя», - передразнивает он меня, и его голос сочится ядовитой насмешкой. - Это Ад. Здесь не держатся за руки. Каждый жрёт сам за себя. И выживает сильнейший. А ты предлагаешь мне что? Дружбу!? - он внезапно хватает меня за плечи, и на мгновение я дёргаюсь и широко раскрываю глаза от неожиданности. Зубы стискиваются.

- Если ничего не изменится, мы будем проигрывать, - выдыхаю я.

- Я не против никаких изменений в моих легионах, если они имеют смысл, а не являются наивной добренькой хуетой, - Люцифер приподнимает могучей рукой мой подбородок и смотрит мне прямо в душу, после чего внезапно меняет суть разговора. - Не могу не сказать, что ты всегда выглядишь так, как мне нужно. Особенно когда забываешь, кому принадлежишь.

Я вспыхиваю и немигающе смотрю на Владыку, чьи губы внезапно трогает ухмылка.

Если бы у меня было сердце, как у представителей смертной расы, оно бы, я уверена, сейчас стучало, будто бы отсчитывая приговор.

Люцифер ещё сильнее сжимает мои плечи одной рукой, а другой начинает опускаться ниже подбородка, к груди.

Напряжение от его намерений проходится по моему телу.

Он ещё не сделал ничего - и уже заставил меня сжаться. Ненависть к прикосновениям, к чужой власти, к воспоминаниям о том, что было, пробивается наружу, как яд.

И это... Ничтожно.

В голове вдруг вспыхивает:

Эмоциональная реакция превышает норму.

Моргаю. Фраза исчезает.

Внезапно...

Дверь в Тронный зал распахивается. На пороге появляется высокая и статная демоница с фарфорово-бледной кожей с едва уловимым перламутрово-серым отливом и полупрозрачными крыльями.

Вельзевул. Владычица Круга Чревоугодия.

- Люцифер, нам срочно нужно поговорить! - громко, но при этом без излишней властности в высоком голосе, говорит она, скрещивая руки на пышной груди и надувая пухлые ярко-алые губы.

-------------------------------------------------------------

Тысяча дюймов* - 2540 см.