Глаза смерти

    ...не любить колесо обозрения. Это было его табу. Его родители погибли под колесом обозрения, но Е Чэнь не хотел упускать возможность прокатиться на знаменитом «Лондонском глазе», и потому его разрывали противоречивые чувства.

    Лиза вела Е Чэня к колесу обозрения, на ходу спрашивая:

    — Здесь рядом находится «Лондонское подземелье», хочешь посмотреть?

    — Там интересно? — Переспросил Е Чэнь.

    В голове у него всё ещё крутились сомнения, стоит ли идти на «Лондонский глаз», поэтому он подумал, что, возможно, сначала можно посмотреть это подземелье, о котором говорит Лиза, а уж потом окончательно определиться.

    — Оно считается одной из знаменитых достопримечательностей, — ответила Лиза, указывая на здание неподалёку. — Вон там. Мы можем подойти ближе, и тогда ты решишь.

    Дойдя до входа в «Лондонское подземелье», Лиза указала внутрь.

    — Вот оно. Внутри довольно страшно. Если не хочешь, не пойдём.

    — Это же всё ненастоящее, да? — Е Чэнь вгляделся вглубь прохода, наблюдая, как непрерывным потоком входили туристы. — Это ведь что-то вроде английского дома с привидениями, да?

    — Ну, примерно, — подтвердила Лиза.

    — Всё в порядке, я люблю смотреть фильмы ужасов. — Сказал Е Чэнь и подумал о своих «призрачных глазах Смерти». Он каждый день видел настоящих призраков, стоит ли думать о поддельных? К тому же, это место могло послужить подходящим переходным этапом перед посещением «Лондонского глаза».

    Вэй Чи уже вовсю рвался внутрь. Он побежал вперёд и, обернувшись, поманил Е Чэня:

    — Давай быстрее! Чего тебе бояться, малыш? Ты даже меня ругаешь запросто!

    Е Чэнь, глядя на его комичные прыжки, фыркнул со смеху, но быстро прикрыл рот рукой и посмотрел на Лизу. Та, кажется, ничего не заметила. Сдержав улыбку и взяв себя в руки, он вошёл внутрь вместе с ней и снова бросил на Вэй Чи взгляд. Тот скривился:

    — Ладно, ладно, я успокаиваюсь!

    «Лондонское подземелье» на самом деле было музеем восковых фигур, однако вместо знаменитостей здесь всё было посвящено ужасам с жуткими персонажами, а участие актёров доводило устрашающую атмосферу до предела.

    Е Чэнь холодно рассматривал всё вокруг, слыша тихие вскрики других посетителей. Вэй Чи рядом с ним тоже то и дело восклицал:

    — Ух ты! Действительно реалистично!

    Е Чэню так и хотелось спросить: «Ты же видал вещи и пострашнее, наверняка более кровавее! Сердца, например, вырывал. Чего ты так разошёлся?»
Лиза рядом с ним озабоченно спросила:

    — Тебе не страшно? Хочешь взять меня за руку?

    — Не нужно, я в порядке, — ответил Е Чэнь и двинулся дальше.

    Они прошли в помещение, напоминавшее парикмахерскую. В креслах сидели люди — точнее, восковые фигуры. А если ещё точнее — сначала Е Чэнь подумал, что все они были восковыми фигурами, но вдруг заметил, что одна из них была полупрозрачной. Е Чэнь нахмурился и пригляделся. Внезапно «фигура» пошевелилась, раскрыв кроваво-красный рот, и яростно закричала на него, хотя он и не понимал, что именно.

    Это был явно призрак, да ещё и обиженный. Е Чэнь невольно отступил на полшага назад. Он думал, что тот вот-вот бросится на него, но призрак лишь продолжал кричать, выплёскивая свой гнев. Вэй Чи уже подбежал к нему посмотреть, и когда вернулся, выражение его лица было мрачным.

    — Он заперт в этом кресле.

    «Заперт?» — Е Чэнь ждал дальнейших объяснений. Вэй Чи указал на свою грудь.

    — У него вырвали сердце. Скорее всего, это сделал лис-оборотень.

    «Ещё один лис-оборотень?» — Е Чэнь с досадой подумал, что, кажется, никак не может разорвать связь с этими существами. Вэй Чи обнял его за плечи.

    — Да ладно, не принимай близко к сердцу. Через несколько дней мы уже будем дома. Эти дела нас не касаются!

    Е Чэнь понял, что Вэй Чи прав: им не стоит совать нос в чужие дела. Все предыдущие проблемы случались именно из-за излишнего любопытства. Он слегка кивнул в знак согласия.

    — На что смотришь? — Лиза проследила за его взглядом. — Там что-то интересное?

    — Ничего, — сказал Е Чэнь.

    В этот момент обиженный дух, сидевший в кресле, внезапно затих. Его зияющий рот плотно сжался, а в глазах мелькнул ужас. Такой контраст вызвал у Е Чэня странное чувство. «Что он увидел?» — подумал он про себя и невольно огляделся вокруг. С одной стороны стоял — Вэй Чи, с другой — Лиза. Кого же испугался призрак?

    — Пойдём дальше. — Улыбнулась Лиза. — Если честно, мне уже немного страшновато. Давай возьмёмся за руки, хорошо?

    — Хорошо, — сказал Е Чэнь протянул руку, и Лиза сжала её в своей.

    Её ладонь была холодной и шершавой, и это прикосновение вызвало у него странное неприятное ощущение. Е Чэнь решил, что возможно, Лиза и вправду сильно напугана, раз у неё такие холодные руки. Поэтому мальчик подавил в себе беспокойство и дискомфорт и продолжил осмотр вместе с ней.

    «Лондонское подземелье» отличалось от китайских домов с привидениями бόльшей реалистичностью. В основном оно отражало человеческую жестокость, убийства, а также ничтожность человека перед лицом разрушительной силой природы. Посещение такого места заканчивалось всеобщим вздохом облегчения после выхода, когда каждый чувствовал, что всё наконец-то закончилось.

    — Давай найдём место, отдохнём и пообедаем, а потом уже пойдём на колесо обозрения. — Предложила Лиза, так как наступило время обеда.

    Е Чэнь, естественно, согласился — после утренней прогулки он уже изрядно проголодался.

****
    Обед решили провести в небольшом итальянском ресторане. По сравнению с китайскими заведениями итальянской кухни, этот определённо имел более подлинную итальянскую атмосферу. Лиза сказала, что владелец был итальянцем, и мастерство приготовления пасты передаётся в его семье уже в третьем поколении.

    Лиза и Е Чэнь заказали по порции пасты. Из окна ресторана было видно, как по улице одни прохожие спешили, другие же неспешно прогуливались. Ноги Е Чэня немного ныли, а Вэй Чи снова тыкал пальцем в еду на его тарелке.

    Е Чэнь сделал большой глоток кофе со льдом, а Лиза, продолжая есть, заговорила с ним:

    — Профессор Яо специализируется на масляной живописи. А ты, Е Чэнь, учишься рисовать?

    — Я начал довольно поздно, только этим летом.

    — Правда? А почему так поздно?

    — Дедушка не хотел заставлять меня учиться чему-либо. Он позволяет мне заниматься только тем, что мне действительно интересно. — Е Чэнь не стал упоминать о родителях, посчитав, что семейные дела не стоит обсуждать с посторонними.

    — Кстати, не хочешь пойти со мной в оперу сегодня вечером? У меня есть два билета.

    — А дедушка разве не пойдёт?

    — Профессор Яо целый день работает с учителем Чэнем, думаю, ему стόит сегодня отдохнуть. Как считаешь?

    Е Чэнь подумал, что это разумно и согласился. Яо Дунлян уже в возрасте, и заставлять его развлекаться до глубокой ночи, было действительно непрактично.

    — Но мой английский не очень хорош, боюсь, я ничего не пойму.

    — Ничего страшного, просто наслаждайся представлением. Когда я только начала изучать китайский, я тоже не понимала пекинскую оперу, но всё равно ходила слушать, потому что во мне было очень сильное желание узнать другую культуру.

    Слова Лизы нашли отклик у Е Чэня — ему действительно очень хотелось познакомиться с британской культурой.

    — Тогда ладно. Пойдём после ужина с дедушкой.

    — ОК. — Расписание вечера было определено.

    Е Чэнь незаметно отодвинул вилкой пальцы Вэй Чи, и тот в ответ с лукавой улыбкой ткнул его в лицо. Никто из них не заметил зловещего блеска, мелькнувшего в глазах Лизы.

****
    После обеда они направились к «Лондонскому глазу». Е Чэнь всё ещё раздумывал, стоит ли идти туда, когда Вэй Чи тихо прошептал ему на ухо:

    — Оставь прошлое в прошлом.

    Е Чэнь поднял голову и посмотрел на Вэй Чи. Сквозь его прозрачную фигуру пробивался яркий солнечный свет. Мальчик чуть не рассмеялся: ему показалось, что вокруг Вэй Чи сияет ореол. «Увидеть сияние вокруг демона – какая ирония!» – Подумал он, и это действительно показалось ему ироничным.

    Входя в маленькую кабинку колеса обозрения, Е Чэнь почувствовал, как у него похолодели руки. Ещё стоя на земле и глядя вверх, он почувствовал, как его охватывает страх. Вэй Чи, уже сидевший внутри, поманил его:

    — Заходи же.

    Лиза тоже уже сидела в кабинке.

    — Е Чэнь, чего же ты?

    — О! — Е Чэнь шагнул в кабинку, и, услышав, как за ним закрылась дверь, почувствовал, как в сердце ёкнул страх.

    — Эй, не трусь. Садись сюда! — Вэй Чи похлопал по месту рядом с собой. На его лице была холодная серьёзность. — Веди себя как мужчина!

    На самом деле лицо Е Чэня уже побледнело, хоть он и старался сохранять спокойствие. Наблюдая снизу за колесом обозрения, ему казалось, что его страх перед ним – всего лишь его личное табу, но как только он оказался внутри, это табу превратилось в настоящий ужас. В его сознании всплыли лица родителей, их улыбки и ласковые слова, которые до сих пор не отпускали его.

    Кабинка слегка качнулась, и глаза Е Чэня широко расширились, от чего он поспешно уселся на сиденье. Его напряжение было уже невозможно скрыть, Лиза спросила:

    — Е Чэнь, ты боишься высоты?

    Е Чэнь стиснул губы и покачал головой.

    — Просто в первый раз, немного нервничаю.

    В этот момент рука Вэй Чи легла поверх его руки, лежавшей на колене. Холодное прикосновение растеклось по сердцу, но в нём ощущалось странное отогревающее тепло.

****
    Как по-настоящему коснуться облаков? Е Чэнь смотрел на небо за окном. В этот момент колесо обозрения достигло наивысшей точки и начало медленно спускаться вниз. Холод руки Вэй Чи принёс ему успокоение и вселял чувство безопасности. Это чувство называлось «я не одинок».

    Е Чэнь взглянул на Вэй Чи. Тот тоже смотрел на него, и уголки его губ слегка приподнялись в самодовольной ухмылке.

    — Чего? Благодарен мне?

    Е Чэнь высвободил руку из хватки Вэй Чи и отвернулся к окну. «Вэй Чи и вправду становится всё более дерзким, и всё менее серьёзным!» — Сокрушался он про себя. А потом он понял, что, собственно, серьёзным в его присутствии Вэй Чи бывает редко.

    — Опять обиделся? — Раздался рядом голос Вэй Чи.

    За окном белые облака плыли по голубому небу, постепенно изменяясь и исчезая в дали. Е Чэнь не мог ничего ответить. Он видел в стекле своё отражение, но отражения Вэй Чи там не было. Таков был призрак. И, кроме его деда Яо Дунляна, только этот призрак составлял ему компанию. Было ли это благословением или проклятием?

    Их кабинка достигла земли, и все вышли наружу. Стоя на земле, Е Чэнь снова посмотрел на возвышающееся колесо обозрения. В сердце он не испытывал радости от победы над страхом, но не было и восторга от созерцания красивого пейзажа. Вэй Чи присел перед ним на корточки, взял его лицо в ладони:

    — Эй, о чём задумался?

    — Как думаешь, когда оно рухнет?

    Вэй Чи вздохнул, приподнялся и обнял Е Чэня, который...