Глава 64
...запрокинув голову, продолжал смотреть на колесо обозрения и думая: «Чистый белый цвет этого колеса обозрения однажды станет грязным и неприглядным!»
Лиза молча наблюдала за всем. «Это Вэй Чи?» — Спрашивала она себя. Очевидно, это был уже совсем не тот Вэй Чи, которого она когда-то знала. Если бы она сейчас не видела его душу, Лиза подумала бы, что это кто-то другой, притворяющийся им.
— Е Чэнь, ты что-то сказал? — Лиза повысила голос, стараясь, чтобы он звучал радостно. — Ты со мной разговариваешь?
— Нет, просто сам с собой. — Е Чэнь отвернулся. — Давай вернёмся, я хочу немного отдохнуть.
— Хорошо. — Лиза не стала много говорить.
Они вернулись тем же путём и сели в машину. Е Чэнь по-прежнему молчал. Вэй Чи нежно погладил его по голове.
— Тебе грустно?
Е Чэнь взглянул на Лизу, которая сосредоточенно вела машину, и написал пальцем на его ноге:
«Нет, просто устал».
Вэй Чи слегка кивнул. Он не стал больше приставать и дразнить мальчика, а просто устремил взгляд в окно. Уличные пейзажи чужой страны были прекрасны. Они позволяли ему заглянуть в жизнь других людей, гадая, о чём они думают, что собираются делать.
Е Чэнь скрестил руки на груди и украдкой взглянул на Вэй Чи. Те объятия под колесом обозрения, хоть и были такими же холодными как всегда, согрели его сердце. Он чувствовал, что Вэй Чи – друг, а не что-то неопределённое, промежуточное, что-то между другом и незнакомцем. Он верил, что Вэй Чи искренен с ним.
****
Вернувшись в отель, они обнаружили, что Яо Дунлян ещё не вернулся. Лиза проводила Е Чэня до номера, велев не выходить, и сказав, что вечером вместе с Яо Дунляном они зайдут за ним на ужин. Е Чэнь молча кивнул, соглашаясь. Ему и правда хотелось отдохнуть. Он закрыл дверь и плюхнулся на кровать. Вэй Чи потянулся, взобрался следом и улёгся на мальчика. Тот нахмурился:
— Иди отсюда.
— В любом случае, я же невесомый, я же просто воздух, разве нет?
— А разве тебе не нравится, когда я так тебя называю?
— Я не против, если ты меня так называешь, — подтвердил Вэй Чи и дважды дунул в лицо Е Чэню. Тот нахмурился и похлопал рукой по месту рядом с собой. Вэй Чи сделал вид, что не понимает: — Что?
— Ты же холодный. Быстро слезай. Ты что, хочешь меня заморозить, что ли?
— Ну да, ты же каждый день страдаешь от моего холода. Тебе и правда нелегко приходится! — Сказал Вэй Чи, переворачиваясь и ложась рядом с Е Чэнем. Мальчик повернулся к нему спиной. Вэй Чи протянул руку и обнял его: — Эй!
— Хм?
— Е Чэнь, знаешь, как стать непобедимым?
— Как?
— Быть бессердечным и беспринципным.
Е Чэнь помолчал немного, затем повернул голову:
— Вэй Чи, человек не может быть бессердечным и беспринципным.
— Вот поэтому ты суетишься и лезешь не в свои дела, грустишь, глядя на колесо обозрения, кажешься равнодушным, но на самом деле очень ранимый, говоришь, что тебе никто не нужен, но больше всего жаждешь, чтобы тебя любили. Разве не так?
— А разве ты не хочешь, чтобы тебя любили?
— За тысячу лет меня любили многие.
— А ты любил кого-нибудь из них?
Вопрос Е Чэня застал Вэй Чи врасплох. Он не знал, что ответить. Какой-то ребёнок десяти лет поставил его в тупик. Это было даже иронично. Но потом он подумал, что таков Е Чэнь — проницательный, много повидавший мальчик. Вэй Чи слабо улыбнулся. Оглядываясь в прошлое, он видел, что множество воспоминаний давно погребены в глубинах его памяти, и если ворошить их, они непременно поднимут пыль.
— Вообще-то... бывало, — тихо произнёс Вэй Чи.
Е Чэнь посмотрел на его лицо и вдруг рассмеялся.
— Вэй Чи, значит, и ты не совсем бессердечный и беспринципный. Мы с тобой похожи — оба боимся остаться одни. — Сказав это, Е Чэнь спокойно закрыл глаза. — Вэй Чи, спасибо.
— За что?
— За то, что ты рядом.
****
Время тоже может застывать в безмолвии, в своём течении обретая блеск, который можешь оценить лишь ты сам. Ровное дыхание знаменует сон, вкусная еда — радостное настроение, и наконец, прекрасная музыка возносит эту радость до вершины.
Оперное представление в тот вечер было великолепным. Хотя Е Чэнь не очень понимал, о чём поют, но благодаря стараниям актёров, лишь по интонациям реплик и превосходной игре он, казалось, мог почувствовать радость, печаль, любовь и ненависть их персонажей.
****
Е Чэнь сидел в машине Лизы. На улице уже сгустилась тьма. Ночная жизнь Лондона давно началась, но для Е Чэня время подходило к концу. Последним заданием Лизы было отвезти его обратно в отель.
Мальчик откинул голову на спинку сиденья, а Вэй Чи положил свою ему на плечо.
— Ладно, сегодня я не буду заставлять тебя танцевать со мной. Ты выглядишь очень усталым.
— Такую доброту от тебя редко увидишь. — Тихо пробормотал Е Чэнь в ответ.
В салоне было темно, лишь мигающий свет уличных фонарей, пролетающих за окном машины, то и дело проникал внутрь. На переднем сиденье лицо Лизы в этих чередующихся мельканиях света и тьмы было мрачным, но ни Е Чэнь, ни Вэй Чи не заметили этого, как и того, что машина едет не по дороге в отель, а в противоположном направлении, которое становилось всё более безлюдным.
****
От резкого толчка машины Е Чэнь очнулся от дремоты — сам того не осознавая он заснул. Нахмурившись, он сел и посмотрел в окно, за которым мелькал незнакомый пейзаж. Деревья по обеим сторонам дороги не были похожи на знакомые лондонские. Очевидно, это был не центр Лондона и даже не сам Лондон.
— Лиза...
Вэй Чи тоже заметил неладное и насторожился.
— Е Чэнь, что происходит?
Лиза продолжала молча вести машину. Из-за отсутствия уличных фонарей в салоне было особенно темно, и страх в сердце Е Чэня усилился.
— Лиза! Где мы?
— Я просто хотела пригласить вас к себе в гости, не стоит так нервничать. — Раздался холодный голос Лизы.
Е Чэнь не мог поверить, что это её голос. Обычно нежный и мелодичный тембр исчез, вместо него звучал низкий и хриплый, как у древней старухи. Как такое возможно?
— «Вас»? — Вэй Чи уловил ключевое слово и воскликнул. — Она сказала «вас»!
Он понял, что неприятности уже настигли их, и избежать их не удастся.
— Да, вас. Вэй Чи! Давно не виделись! — Снова раздались слова Лизы, напугав и Е Чэня, и Вэй Чи.
Кто она? Это был главный вопрос, терзавший Вэй Чи.
— Ты... видишь меня? Кто ты? — Спросил Вэй Чи. «Неужели у этой женщины, как и у Е Чэня, такие же призрачные глаза? Но откуда она меня знает?»
— Мы же старые друзья, неужели ты забыл меня? — Лиза резко затормозила, и Е Чэнь, потеряв равновесие, не удержался и ударился лбом о переднее сиденье. На лбу сразу появился синяк.
Схватившись за лоб, он посмотрел на Вэй Чи. Было ясно, что всё, что делала Лиза, было связано с Вэй Чи, но растерянное выражение его лица дало Е Чэню понять, что тот не помнит, кто такая Лиза. Е Чэнь снова посмотрел на девушку, которая обернулась и злобно уставилась на Вэй Чи.
— Как ты мог забыть того, кто убил твоё тело?
— Ты... Бэй Си? — Глаза Вэй Чи широко распахнулись от неверия. — Ты и, правда, Бэй Си?
— Ха-ха-ха... Это именно я! — Признавшаяся в своей личности Бэй Си разразилась диким смехом. Её голос становился всё более мужским, прежняя старческая хрипота была лишь переходом. — Что? Не ожидал? Я всё ещё жив!
Слова Бэй Си ошеломили Вэй Чи. В этот момент он ни о чём не мог думать. Он не думал о себе — он понимал, что если это Бэй Си, то Е Чэнь не останется в живых, даже если он прислужник Смерти, это не испугает Бэй Си.
— Бэй Си... — Вэй Чи сердито посмотрел на «девушку», но вдруг резко повернулся к Е Чэню и закричал: — Е Чэнь! Беги!
Но, было очевидно, что Бэй Си не дала бы Е Чэню ни единого шанса сбежать. Едва Вэй Чи выкрикнул эти слова, как блестящий гаечный ключ обрушился на мальчика, ударив его прямо по затылку. В одно мгновение Вэй Чи увидел, как тонкое хрупкое тело рухнуло перед ним, а из затылка сочилась кровь.
— Он не имеет к этому никакого отношения, отвези его в больницу! — Вэй Чи изо всех сил старался говорить спокойно, но тревога уже нарастала в его душе. Увидев кровь Е Чэня, его сердце сжалось от страха.
— Что? Жалко? — Бэй Си отбросила окровавленный ключ и посмотрел на Е Чэня, лежащего на сиденье. «Может, на нём посажена Болотная орхидея?» Это предположение привело Бэй Си в восторг. Он быстро перебрался с переднего сиденья на заднее, схватил мальчика и разорвал на нём одежду. Однако никаких следов Болотной орхидеи он не увидел.
— Нет! — Разочарованно произнёс Бэй Си и грубо отшвырнул тело Е Чэня обратно на сиденье.
Вэй Чи сжал кулаки. Будучи призраком, он ничего не мог сделать. Он мог лишь наблюдать, как Бэй Си жестоко обращается с мальчиком. Впервые в своём сердце он ощутил чувство поражения, которого не испытывал даже когда умирало его собственное тело.
****
В кромешной тьме дома стоял тяжёлый запах крови и разложения. Когда зажёгся тусклый жёлтый свет, перед глазами предстало унылое, совершенно безжизненное зрелище — пол повсюду был покрыт гниющими останками и запёкшейся кровью. Некоторые уже высохли, другие же были ещё свежими. Такая картина, с точки зрения Вэй Чи, вполне соответствовала стоящему в доме зловонию.
Е Чэня бросили на пол, отчего его тело сразу покрылось липкой, почерневшей плотью и кровью. Вэй Чи наклонился и прижался лицом к лицу мальчика. Его дыхание было крайне слабым, и если внимательно не присматриваться, можно даже и не заметить. «Если так продолжится, Е Чэнь умрёт» — подумал Вэй Чи и злобно уставился на Бэй Си.
Та же, совершенно спокойно, придвинула стул, который с сухим скрипом проехался по деревянному полу, и этот звук разнёсся эхом по почти пустому дому. Бэй Си села, скрестив руки на груди, и с интересом наблюдала за Вэй Чи.
— Непобедимый, некогда высокомерный Вэй Чи теперь лишь беспомощно смотрит и ничего не может сделать. Как забавно!
— Он же прислужник Смерти! — Хотя Вэй Чи знал, что это бесполезно, он всё же решил использовать Смерть, чтобы попытаться напугать Бэй Си. Сейчас он был в отчаянии и готов был ухватиться даже за самую слабую надежду.
— Ну и что? — Как и следовало ожидать, Бэй Си равнодушно усмехнулась. — Смерть не может меня контролировать, она мне не указ!
— Не впутывай в наши счёты...