Глаза смерти

Отсебятина. Работая над текстом, поняла, что здесь имеется в виду не отдельный номер, а номер из двух спален со своей ванной каждая и гостиной. И по дальнейшему повествованию так будет более логично. Поэтому не удивляйтесь, что отдельные номера превратились в свои комнаты. Хотя, почему блондин жил в таком номере?..

Глава 61

    Воздух будто застыл от его леденящего взгляда, температура в комнате, казалось, упала на несколько градусов. Вэй Чи наклонился вперёд и протянул руку к груди светловолосого молодого человека. Его пальцы согнулись, после чего он резко отдёрнул руку, словно имитируя движение вырывания сердца. Низким и глубоким голосом он прошептал:

    — Видишь? Вот так вырывают сердце.

    В этот момент Е Чэнь не мог разобраться в своих чувствах. Перед ним стоял такой знакомый Вэй Чи, но когда его рука погрузилась в пустое отверстие, мальчик увидел жестокость и холод в его глазах. «Наверное, таким Вэй Чи был раньше!» — Только и мог подумать он про себя.

    — Угу, понял, давай спать, — отмахнувшись от нахлынувших эмоций, Е Чэнь повалился на кровать.

    Вэй Чи искоса взглянул на мальчика, в его взгляде сквозило лёгкое любопытство. Е Чэнь похлопал по месту рядом с собой.

    — Не ложишься?

    Вэй Чи приподнял бровь.

    — Боишься, что пойду искать своих сородичей?

    — Не боюсь. Ты же лис-оборотень, и для тебя естественно искать других себе подобных. Но разве это не означает, что ты вернёшься на старую дорогу?

    — Ты не знаешь, какой путь я прошёл раньше. — Вэй Чи приблизил лицо к лицу Е Чэня, пристально вглядываясь в него, словно ища что-то.

    — Не знаю. Но если заниматься такими делами, как убийства и вырывание сердец, вряд ли это хорошая жизнь, — сказал Е Чэнь, отворачиваясь к стене. — Если хочешь уйти — уходи сейчас, хочешь остаться — ложись спать.

    Вэй Чи сидел рядом с Е Чэнем. По одну сторону от призрака было зловещее лицо светловолосого мужчины с пустой дырой в груди, а с другой – ровное дыхание мальчика. Внезапно Вэй Чи повалился на кровать рядом с ним и увидел его закрытые глаза.

    — Эй, — тихо позвал Вэй Чи.

    — Хм?

    — О чём ты думаешь?

    — А разве ты не древний дух? Догадайся сам!

    — Ты... не хочешь, чтобы я делал что-то плохое, — сказал Вэй Чи, подув на лицо Е Чэня. Тот сморщил нос, но не открыл глаза.

    — Что плохого ты можешь сделать, струйка воздуха? — Пробормотал Е Чэнь.

    — Эй! — Губы Вэй Чи приблизились к губам Е Чэня. — Я больше не буду делать такие вещи.

    Когда его губы коснулись лица Е Чэня, холодок пробежал по его телу, но на лице не дрогнул ни один мускул, будто он уже спал. Если не присматриваться, то никто не заметил бы лёгкую улыбку, тронувшую уголки его губ.

****
    Когда Е Чэнь проснулся, солнце уже клонилось к закату. Он взглянул на блондина и направился в ванную. Вэй Чи стоял у окна, глядя вдаль: отсюда была видна река Темза, протекающая через Лондон. Под заходящим солнцем берег реки был омыт тёплым оранжевым цветом, создавая трогательную красоту. Прохожие неспешно прогуливались по набережной, выглядя беззаботными и свободными, что навеяло на Вэй Чи чувство тоски.

    — Е Чэнь! Какой красивый вид! Пойдём гулять?

    Е Чэнь высунул голову из ванной. Он переодевался. Яо Дунлян сказал, что отведёт Е Чэня в хороший ресторан на ужин, и сейчас он как раз надевал костюм-тройку, купленный дедом перед отъездом за границу.

    — Хм. Я поговорю с дедушкой, согласится ли он пойти.

    — А мы не можем пойти вдвоём?

    — Как думаешь, дедушка отпустит меня одного?

    — Нет, — надулся Вэй Чи и снова перевёл взгляд на окно, а Е Чэнь вернулся в ванную продолжать переодеваться.

    Вскоре Е Чэнь вышел в новой одежде. Глаза Вэй Чи загорелись.

    — О-о! А это ты к чему готовишься?

    Яо Дунлян купил ему чёрный костюм. Е Чэнь впервые одевался так официально. Раньше он носил только школьную и спортивную форму или джинсы с футболкой, и сейчас ему было не по себе.

    — Дедушка купил, сказал, что поведёт меня в хороший ресторан. — Е Чэнь потянул за воротник рубашки. — Чувствую себя странно.

    Вэй Чи обошёл его пару раз. Хотя Е Чэнь и был худым, но костюм подобранный по размеру сидел на нём идеально, придавая даже некую аристократичность.

    — Неплохо! Немного похож на молодого господина богатой семьи из прошлого.

    — Приму за комплимент. — Е Чэнь почесал голову.

    В дверь постучали, и Яо Дунлян спросил с другой стороны:

    — Е Чэнь, проснулся?

    Е Чэнь быстро открыл дверь. Яо Дунлян в рубашке и брюках завязывал галстук. Увидев, что внук уже переоделся, он слегка улыбнулся.

    — Похоже, мне нужно поторопиться.

    — Дедушка, не спеши.

    — Хорошо, как только соберёмся, выдвигаемся. Ресторан всего в одной улице отсюда, прогуляемся пешком. Как раз посмотрим на закат над Темзой.

    — Хорошо. — Е Чэнь кивнул.

    Яо Дунлян вернулся к себе в комнату дополнять свой наряд, а Е Чэнь сел на стул, чтобы обуться. Вэй Чи стоял, уперев руки в боки, и смотрел на мальчика. Тот почувствовал его взгляд и поднял голову.

    — Хм-м? — Дверь в комнату была открыта, и Е Чэнь боялся, что Яо Дунлян может услышать его. По мнению деда, в комнате никого не было, и если бы он услышал его слова, то решил бы, что обращаются к нему и обязательно подошёл бы переспросить.

    — Какая жалость. Ах, если бы я всё ещё был жив! Тогда я бы мог взять тебя за руку, и прогуляться с тобой вдоль Темзы, наслаждаясь прекрасным видом. — Сказал Вэй Чи, оглядывая себя. — Мне не нравится эта одежда!

    Е Чэнь встал. Новые кожаные туфли были немного жёсткими, к тому же он никогда раньше не носил классическую обувь, только кроссовки. Он несколько раз слегка попрыгал на месте, и туфли стали немного удобнее.

    — Угу.

    — С твоим дедом совсем не интересно, ты даже поговорить не можешь нормально. — Вэй Чи был недоволен невнятными, почти бормочущими ответами Е Чэня. — Почему бы нам не вырубить твоего деда и не прогуляться вдвоём?

    Е Чэнь поднял голову и холодно посмотрел на Вэй Чи, затем перевёл взгляд на дверь и тихо сказал:

    — Вэй Чи, ты слишком возбуждён, как несмышлёный ребёнок. Успокойся!

    Слова Е Чэня ошарашили Вэй Чи. Впервые ему читал нотации ребёнок. Однако они заставили его задуматься: когда он вернул себе память и свободу действовать, он не был так возбуждён, почему же сейчас, выйдя в мир, он так разошёлся? Он не нашёл ответа, зато снова обиделся на то, что Е Чэнь его отчитал:

    — Кто несмышлёный ребёнок? Мне уже больше тысячи лет!

    — Возможно... — Е Чэнь спокойно смотрел на него. Голубые, как озёра, всё ещё полупрозрачные глаза Вэй Чи замерцали, но взгляд стал гораздо спокойнее и приятнее, чем раньше. Бесстрастное лицо мальчика внезапно озарила улыбка, будто он что-то понял. — Возможно... тебе тоже нужно быть немного по-детски непосредственным.

    Сказав это, Е Чэнь вышел из комнаты. Вэй Чи смотрел ему вслед, и слова «по-детски непосредственный» эхом отдавались в его сознании, проникая в самое сердце.

    — Мне тоже нужно быть по-детски непосредственным? — Пробормотал Вэй Чи себе под нос, а затем слабо улыбнулся. Ему пришлось признать, что Е Чэнь увидел то, чего не замечал даже он сам — сторону, очень простую и наивную, сторону, жаждущую заботы и утешения, сохранившую особую детскую чистоту, сторону похожую на несмышлёного ребёнка, который так и не вырос.

    Однако такое понимание, хоть и было приятным, также вызывало беспокойство. Вэй Чи слегка нахмурился и последовал за Е Чэнем. За столь короткое время он уже привык к пространству, в котором был и Е Чэнь, привык быть рядом с ним, следовать за ним. Кто из них двоих больше нуждался в другом? Это был ещё один вопрос без ответа, казалось бы, не вызывающий ничего, кроме смятения.

****
    Поверхность Темзы купалась в золотых бликах. Е Чэнь и Яо Дунлян прогуливались по берегу, а вокруг звучала незнакомая речь, но все разделяли восторг от одной и той же красоты. Это осознание заставило Е Чэня почувствовать, что мир, возможно, не так уж и велик, как он думал. Вэй Чи тихо шёл рядом. Е Чэнь мельком взглянул на него и встретился с ним взглядом — Вэй Чи тоже смотрел на него.

    — Я пытаюсь сдерживаться. Так достаточно холодно? — Сказал Вэй Чи с каменным лицом.

    От этих слов должно было быть ледяное ощущение, но Е Чэню почему-то захотелось рассмеяться. Он поджал губы и отвернулся.

    — Дедушка, «жизнь коротка, наслаждайся ею, пока можешь» — это хорошо или плохо? — Вдруг спросил Е Чэнь Яо Дунляна.

    Тот на мгновение задумался.

    — У всего есть две стороны. Ты понимаешь выражение «слишком много хорошего»?

    — Кажется, понимаю. Я читал об этом в книгах и смотрел в словаре, — ответил Е Чэнь.

    — Хм. Просто запомни: во всём главное — не переборщить.

    — Значит: наслаждайся жизнью, пока можешь, только не переусердствуй! — Сказал Е Чэнь, бросив взгляд на Вэй Чи, и увидел, как тот хитренько улыбнулся, засунул руки в карманы и начал насвистывать какую-то мелодию.

    Солнце садилось всё ниже, удлиняя тени Е Чэня и Яо Дунляна. Пока Е Чэнь не видел Вэй Чи пару раз наступил на его тень, а потом тихонько рассмеялся.

****
    Хрустальная люстра отражала искрящийся свет. Е Чэнь сидел на своём месте, оглядываясь по сторонам и осматривая всё вокруг. Оказавшись в такой элегантной и роскошной обстановке, он чувствовал себя возбуждённым.

    Е Чэнь никогда раньше не ел европейскую кухню и чувствовал себя немного неловко. Вэй Чи болтал без умолку, постоянно объясняя ему на ухо, для чего этот нож, для чего та вилка... Если бы болтал только Вэй Чи, всё было бы не так плохо, но Яо Дунлян, сидящий напротив, тоже объяснял Е Чэню правила еды западной кухни. Слова Вэй Чи влетали в правое ухо и вылетели из левого, слова Яо Дунляна влетали в левое, а вылетали в правое, отчего в голове у Е Чэня стоял гул.

    Еда была вкусной, и Е Чэнь нашёл её освежающей, с новыми вкусами, которые он никогда раньше не пробовал. Во время еды Яо Дунлян представлял ему каждое блюдо и объяснял, как его есть. Вэй Чи же присел у стола на корточки, ухватился руками за край и положив голову на столешницу, протянул руку и ткнул пальцем в мясо на тарелке Е Чэня.

    — Я тоже хочу.

    Е Чэнь подцепил вилкой кусок мяса, на который указывал Вэй Чи, положил его в рот и стал пережёвывать, поглядывая краем глаза на призрака. Тот сердито выпучил глаза:

    — Ты это специально!

    «Ну и что? Что ты сделаешь?» — Подумал Е Чэнь, уголки его губ задорно поднялись, и он продолжил есть с улыбкой.

    Яо Дунлян предположил, что Е Чэнь радуется вкусной еде, поэтому продолжил разговор с ещё большим энтузиазмом.

    — Здравствуйте. Вы профессор Яо Дунлян? — Внезапно перед их столом появилась молодая женщина. Высокая и стройная, с каштаново-рыжими волосами, а чертами лица, слегка напоминала латиноамериканку. В целом она была очень красива.

    Яо Дунлян не узнал девушку, но раз она назвала его по имени и говорила на беглом китайском, он подумал, что, возможно, это могла быть бывшая студентка по обмену. Он встал:

    — Здравствуйте, да это я. А вы?