Глава 50
— ...найти себе девушку, чтобы её наряжать? Зачем выглядеть и вести себя как девушка?
Вэй Чи наклонился ближе к Е Чэню, и на его лице появилась соблазнительная улыбка.
— Это другое дело! Хочешь, расскажу, в чём разница?
«Его улыбка бесит! Так и хочется врезать ему по физиономии!» Промелькнуло у мальчика в голове. Он холодно скосил глаза на Вэй Чи, и отодвинул настольный календарь. Сегодня был выходной, день выдался ясным и безветренным, идеально подходящим для прогулок, однако Е Чэнь чувствовал лишь апатию.
— Не пытайся меня развратить!
— Я и не пытаюсь. Я-то думал, тебе интересно.
— Мне жаль тебя разочаровывать, но мне совсем не интересно! – Сказал Е Чэнь, вставая и выходя из спальни. — Пойду в студию, порисую.
— Я уж думал, ты больше не будешь рисовать. — Вэй Чи последовал за Е Чэнем. — Твой дед нашёл тебе нового учителя?
Е Чэнь вошёл в художественную студию и закрыл за собой дверь.
— Нет ещё. Дедушка сказал, что найдёт мне преподавателя на зимних каникулах. Он очень переживает из-за всей этой истории с учительницей Ван, ведь та была одной из его любимых учениц, — ответил Е Чэнь, раздвигая тяжёлые шторы студии. Солнечный свет хлынул внутрь, наполняя комнату теплом. — Я слышал, что семья учительницы Ван забрала её домой.
— Ты знаешь, что стало с Чжао Ин? — Вэй Чи прислонился к стене, скрестив руки на груди, и наблюдал, как мальчик раскладывает свои принадлежности для рисования. Е Чэнь остановился и посмотрел на призрака, который чесал подбородок. — Я был в больнице. Она была беременна, но сделала аборт. Что касается изнасилования... Поскольку она ничего об этом не помнит, а с её тела не удалось собрать никаких улик, полиция не смогла продолжить расследование.
— Значит, это дело просто закрыли?
— Да. — Ответ Вэй Чи невольно показался Е Чэню бесчувственным. Но, как и говорил Вэй Чи, в этом мире нет бога, который мог бы судить живых, а потому некому было жаловаться об этой несправедливости. Остаётся лишь относиться к этому с равнодушием — молчаливым или громким — другого выхода не было.
Картина, которую он начинал писать вместе с Ван Лин, всё ещё была приколота к мольберту. Е Чэнь снял её и заменил чистым листом бумаги. Старое прошлое было заменено, и новое будущее начиналось неизбежно, естественным образом.
Е Чэнь вспомнил предостережение Вэй Чи: «Держись подальше от Цзян Хайтао». На самом деле, ему не нужно было специально отдаляться от этого призрака. По мнению Е Чэня, в мире Цзян Хайтао существовала только Чжан Жуй, все остальные просто не удостаивались его внимания.
****
В тот день, во время обеденного перерыва, Вэй Чи снова пропал неизвестно куда. Е Чэнь доел обед в ланч-боксе, что приготовила для него Лю Баолин, и собирался пойти помыть контейнер, когда на лестнице, ведущей к подсобке на первом этаже, увидел Цзян Хайтао.
Сегодня тот не вертелся вокруг Чжан Жуй, как прилипчивая муха. Он сидел на ступеньках, подавленно опустив голову. Когда мимо проходил Е Чэнь, тот поднял взгляд и попытался растянуть губы в натянутой улыбке. Е Чэнь хотел спросить, что случилось, но, заметив вокруг других учащихся, проходящих мимо, лишь едва заметно кивнул и направился дальше. Пока он мыл контейнер, к нему неожиданно подошёл Цзян Хайтао. В зеркале на стене Е Чэнь увидел его отражение — тот стоял позади него с холодным и мрачным лицом. Цзян Хайтао тяжело вздохнул, словно принимая какое-то судьбоносное решение.
— Е Чэнь, можно поговорить с тобой?
Е Чэнь закрыл кран. Рядом находились несколько учеников, поэтому он смог лишь слегка кивнуть, взял контейнер и вышел наружу. Цзян Хайтао последовал за ним. Е Чэнь свернул к небольшой парковке за школой, где парковали свои машины преподаватели и работники школы. Выбрав укромный уголок, он остановился.
— О чём ты хотел поговорить?
— У Чжан Жуй появился парень, — уныло произнёс Цзян Хайтао.
— Разве ты не этого хотел? Чтобы кто-то о ней позаботился?
— Но этот человек... — Цзян Хайтао запнулся, закрыв лицо руками, и провёл ими вверх-вниз, словно переживая муки сожаления и раскаяния. — Этот человек — мой убийца!
— Что?! — Слова Цзян Хайтао ошеломили Е Чэня. Разве может быть такое совпадение?
— Я подозреваю, что у него дурные намерения. Он намеренно приблизился к Чжан Жуй ради тех денег, которые я спрятал! — Сказал Цзян Хайтао, нахмурившись и высказав свою догадку. — Что мне делать? Я всего лишь призрак, я ничего не могу, только смотреть, как он обманывает Чжан Жуй!
Е Чэнь не находил слов. Он хотел спросить: «Может, мне пойти и предупредить учительницу Чжан?» Но потом вспомнил предупреждение Вэй Чи и не осмелился давать опрометчивых обещаний.
— Я слышал, что призрак может стать злым духом, а злые духи способны на многое. Е Чэнь, ты знаешь, что нужно делать? Я очень хочу избавить Чжан Жуй от Чжэн Лэя!
— Я не знаю, — ответил Е Чэнь. Он чувствовал, что, если продолжит этот разговор, он действительно пойдёт к Чжан Жуй. — Думаю, тебе не стоит думать об этом. Такое никогда добром не кончается. Я верю, что учительница Чжан способна отличить правду от лжи, её не так-то просто обмануть.
— Но...
— Цзян Хайтао, я не сказал Вэй Чи, что вышел с тобой поговорить. Боюсь, он будет волноваться, если не найдёт меня. Я сначала вернусь в класс. А ты не волнуйся слишком сильно. — Сказав это, Е Чэнь поспешно ушёл.
Хотя он и заявил, что не хочет вмешиваться в это дело, оно уже прочно засело у него в голове, и избавиться от этих мыслей будет нелегко.
Вернувшись в класс, он обнаружил Вэй Чи уже сидящего на его парте. Е Чэнь поставил ланч-бокс на стол, и сел. Вэй Чи наклонился к нему.
— Я только что видел, как ты разговаривал с Цзян Хайтао.
Е Чэнь поднял бровь. Большинство учеников в классе дремали, положив головы на парты, и лишь несколько человек делали домашнее задание. Е Чэнь достал черновик по математике и написал в нём:
«Что ты хочешь спросить?»
— О чём вы говорили?
«Он сказал, что нынешний парень учительницы Чжан — его убийца. Сказал, что у того дурные намерения».
— Ух ты! Как всё запущено! — Вэй Чи спрыгнул с парты. — А ты? Что ты думаешь?
«Ничего не думаю. Ты же велел держаться от него подальше. А ты где был?»
— Сегодня твой день рождения, поэтому, естественно, я готовил тебе подарок!
«Подарок от воздуха? Что ж, жду с нетерпением».
— Опять воздух? — сказал Вэй Чи, приближая лицо к Е Чэню.
Мальчик сразу догадался, что Вэй Чи собирается его поцеловать, и опередил его, опустив голову на парту. Он услышал, как Вэй Чи заворковал у него над ухом:
— Е Чэнь, ты испугался! Ты боишься, что я тебя поцелую! Неужели ты влюбился в меня? Е Чэнь... Разве ты не говорил, что я воздух? Ты что, влюбился в воздух?
Е Чэнь хотел поднять голову и поспорить, но, после стольких дней взаимодействия он понимал, что чем больше он будет сопротивляться, тем сильнее тот распалится. Лучше просто игнорировать его. Лежа на парте, он снова вспомнил свой разговор с Цзян Хайтао. Е Чэнь колебался, стоит ли помогать или нет. История с Ван Лин не давала ему покоя. Он чувствовал, что, не будь он так эгоистичен, если бы он попытался поторговаться с самой Смертью, возможно, нашёлся бы другой способ разрешить ситуацию Ван Лин, и тогда всё не обернулось бы именно так. Но... Не приведёт ли его бездействие в дело Цзян Хайтао сейчас к ещё более необратимым последствиям?
****
В Китае дни рождения отмечаются дважды: по григорианскому и лунному календарям. Ещё несколько дней назад Е Чэнь сказал Яо Дунляну, что свой день рождения по григорианскому календарю отпразднует с друзьями. Яо Дунлян решил, что это хорошая идея, по крайней мере, это означало, что у Е Чэня было немало друзей. Но на самом деле, в этот самый день, его единственным «другом» был лишь Вэй Чи.
Прозвенел звонок с последнего урока, возвещая об окончании занятий. Ученики разбежались, и шумная школа быстро опустела, затихнув в наступающих сумерках. Е Чэнь с рюкзаком за спиной вышел из здания, рядом с ним шагал Вэй Чи.
— Ну и какие у тебя планы? — Спросил Е Чэнь.
Хотя внешне он сохранял обычную холодную сдержанность, но в глубине души всё же надеялся, что Вэй Чи приготовил для него сюрприз — в конце концов, день рождения бывает лишь раз в году.
Он сел в автобус, который был полным в час окончания уроков. Маршрут пролегал через город с бесконечными остановками, и по мере движения пассажиров становилось всё меньше. За одну остановку до конечной, Вэй Чи жестом пригласил Е Чэня выйти. Мальчик заметил, как водитель автобуса с любопытством взглянул на него, и понял причину, лишь ступив на обочину: вокруг не было ни жилых кварталов, ни коммерческих строений — лишь обширная строительная площадка будущего логистического района.
— Почему мы здесь? — Спросил Е Чэнь.
Земля под его ногами была рыжей, вдали доносился шум техники — строительные бригады ещё не закончили работу, и с того места, где стоял Е Чэнь, были видны фигуры занятых рабочих.
— Раньше здесь было моё личное кладбище, — проговорил Вэй Чи, шагая вперёд.
Е Чэню ничего не оставалось, как последовать за ним. Привести его на кладбище в день рождения? Пусть он и не был суеверным, он всё равно чувствовал себя подавленным. Вэй Чи остановился перед грудой стальных труб и гравия.
— Но теперь всё изменилось. Большинство могил давно перенесли, остался только я, погребённый глубоко под землёй. А несколько месяцев назад и я покинул это место.
— Я думал, тебе здесь не нравится.
— Это правда, не нравится, но всё равно на душе остаётся лёгкая грусть. «Исчез в мгновение ока» – эти слова как нельзя лучше отражают то, что произошло со мной. — В голосе Вэй Чи сквозила печаль, несвойственная тому образу, который знал Е Чэнь.
«Что с ним сегодня?» – Подумал он.
— Что ты хотел подарить мне на день рождения?
— Я не стану искать себе замену. Через семь лет я исчезну. Это мой подарок тебе. Ты счастлив?
Е Чэнь пристально смотрел на Вэй Чи. Хотя он всегда думал, что было бы лучше, если бы Вэй Чи исчез, теперь, услышав эти слова, он почувствовал, как в душе поднимается странное, смутное чувство. Словно старая нелюбимая игрушка, пылившаяся в углу шкафа, вдруг бесследно пропала.
— Почему?
— Я прожил тысячу лет, разве этого не достаточно? — Вэй Чи стоял прямо, засунув руки в карманы, глядя перед собой. — Сейчас я живу с обратным отсчётом. Е Чэнь, ты мой последний друг. Давай проведём это время достойно.
Е Чэнь посмотрел в ту же сторону, куда смотрел Вэй Чи. Каркасы строящихся зданий, на фоне заходящего солнца, казались унылыми и безжизненными. В воздух поднимались облака пыли от проезжающих по пыльной дороге бульдозеров и другой тяжёлой техники. Е Чэнь молча развернулся и пошёл обратно. Он знал, что Вэй Чи не последовал за ним. «Друзья ли мы?» — Спросил он себя. И сам же ответил: «Наверное, нет».
К остановке подъехал автобус, следующий обратно в город, и Е Чэнь сел в него. Как нарочно...