Глава 35
В комнате он был совсем один. Рядом не было ни Вэй Чи, ни Сяо Хун, ни остальных. Он сел в постели, всё тело ныло от усталости. Накинув одежду и обувшись, он распахнул окно и выглянул, прислонившись к подоконнику. Внизу на платформе, спиной к нему и лицом к спокойному озеру стояли Вэй Чи и Ло Цин.
— Через пару дней Чжэн Чуня уже можно будет отправить за истинной сущностью, — спокойно сказал Вэй Чи.
— Братец, дожив до седых волос, я и представить не мог, что настанет такой день! — Ло Цин вздохнул. — Жаль только девчонку Сюэ Ин.
На губах Вэй Чи появилась холодная улыбка.
— Старший брат не из тех, кто дорожит цветами, к чему же притворяться передо мной? Одним меньше, какая разница?
Глаза Ло Цина обращённые на озеро слегка дрогнули.
— Может быть, ты тоже хочешь завладеть всем в одиночку?
— Старший брат ошибается. Даже будь у меня такое желание, сил не хватит. — Рассмеялся Вэй Чи.
Как он и говорил, желание у него было, но уверенности в себе не чувствовал. У обоих — и у Вэй Чи, и у Ло Цина — были свои скрытые тёмные замыслы, и внешнее спокойствие было лишь молчаливым сговором.
****
Последние две ночи Чжэн Чунь не ходил к Ручью Забвения и не спрашивал о Сюэ Ин, Вэй Чи тоже не упоминал о ней. Мужчина становился к Чжэн Чуню всё добрее, и тот частенько думал: «Если бы только его доброта ко мне была не для того, чтобы заставить украсть истинную сущность!» Но потом Чжэн Чунь одёргивал себя: зачем лгать самому себе? Вэй Чи по природе своей жесток и бессердечен.
В тот вечер, после ужина, Вэй Чи и Чжэн Чунь вместе отмокали в большой ванне. Мужчина обнимал мальчишку, положив подбородок ему на плечо и нежно поглаживая пальцами ветви Болотной орхидеи, чьи цветы уже полностью распустились, и Вэй Чи знал, что время пришло.
— Сходи сегодня вечером к Ручью Забвения и принеси кое-что для меня, хорошо? — Прошептал Вэй Чи на ухо Чжэн Чуню.
Тело Чжэн Чуня напряглось. Он знал о чём шла речь. Слова Юнь Эр снова эхом отозвались в его голове. Что же ему делать?
— Что принести? — Хотя Чжэн Чунь знал, чего хочет от него Вэй Чи, он всё равно спросил. Возможно, в глубине души он надеялся, что ошибается. Возможно, он надеялся, что мир не такой жестокий.
— В прошлый раз ты говорил, что видел много тел. Так вот, обыщи их и принеси мне одну вещь!
— Какую... вещь? — Чжэн Чунь сидел спиной к Вэй Чи, горько улыбаясь, в его глазах блестели слёзы, но ничего этого Вэй Чи не видел.
Он пытался сдержать слёзы, но они полились из его глаз. Не из-за жестокости Вэй Чи, а потому, что знал, что ступив в Ручей Забвения, он может уже никогда не вернуться.
— Истинную сущность! Она должна быть в каждом теле, большая её часть должна быть во рту. Ты сможешь увидеть её, раскрыв им рот, — сказал Вэй Чи, целуя обнажённое плечо Чжэн Чуня. — Истинная сущность у всех разная, некоторые большие, некоторые маленькие. Выбери покрупнее.
— А я... могу не идти? — Чжэн Чунь всё же задал этот вопрос. — Я не хочу идти.
Вэй Чи крепче обнял Чжэн Чуня, и тот почувствовал, как аура мужчины становится опасной.
— Если ты не пойдёшь, я не буду с тобой так добр!
Тело Чжэн Чуня похолодело. Он знал, что значат эти слова: «Я буду мучить тебя, как тех людей, которых убил». Чжэн Чунь молчал. Вода в ванне уже остыла, поэтому Вэй Чи встал, и Сяо Хун и Фэн Сы помогли ему одеться. После этого он вытащил мальчишку из воды, завернул в большое полотенце и прямо так отнёс на кровать. Чжэн Чунь свернулся калачиком, глядя Вэй Чи в глаза. Он знал, что ему некуда отступать.
****
Добравшись до Ручья Забвения, его, как всегда, радостно встретил ветер, но Чжэн Чунь чувствовал лишь усталость. Озираясь и видя повсюду лишь грязь, он понял, что здесь нет даже места, чтобы присесть. Ветер, как обычно, был весел и беззаботен:
— Раз ты пришёл, почему бы тебе не остаться?
Чжэн Чунь покачал головой. Он до сих пор не знал, какой сделать выбор: Ручей Забвения или мир людей? Возможно, ни одно из этих мест не было для него безопасным убежищем.
— Он велел мне принести истинную сущность.
— Знаю! Твоя Болотная орхидея так прекрасно цветёт! — Ветер закружился вокруг Чжэн Чуня. — Не возвращайся! Оставайся здесь со мной!
— Не знаю, — честно ответил Чжэн Чунь. — Что мне делать?
— Оставайся! — Настаивал ветер. — Оставайся здесь и играй со мной!
— Если я возьму истинную сущность, я умру?
— Умрёшь!
— А они? Они тоже умрут?
— Умрут! Все умрут!
— Мой учитель ещё жив, и я ещё не отомстил за старших братьев... Я... я хочу навестить могилы родителей, — безжизненно перечислял Чжэн Чунь, поворачивая лицо туда, где, как он полагал, был ветер, и в его глазах, полных надежды, вспыхнул огонёк. — Может, ты дашь мне одну истинную сущность? Любую! Желательно такую, которая может убить! Я хочу вернуться и закончить то, что не сделал. Обещаю, как только закончу, я вернусь к тебе навсегда!
Ветер стих, и Чжэн Чунь поджал губы, тихо ожидая. Он понимал, что это звучит странно. Сначала у него было только два выбора, но теперь появился третий, порождённый его нежеланием признать поражение. Раз уж он уже встал на путь гибели, по крайней мере, в конце он сделает то, что должен.
Ветер мягко кружил вокруг него, словно оценивая, насколько его слова заслуживают доверия. Наконец, он вздохнул, его голос прозвучал, как у старика:
— Дитя, уходи. Ты всё ещё привязан к тому миру.
Внезапно его ладонь обожгло. Чжэн Чунь разжал руку и увидел в ней круглую, ярко-алую, как огонь жемчужину. Казалось, она жила своей собственной жизнью, и издавала вопль.
Была ли истинная сущность кратчайшим путём к познанию Дао или это всего лишь мираж, отражением луны в воде? Никто не знал верного ответа. Чжэн Чунь иногда думал, что даже ветер не знает этого.
****
Вэй Чи, разумеется, был вне себя от радости, заполучив истинную сущность. Он не возражал и даже не произнёс ни слова, когда Чжэн Чунь, притворившись очень уставшим, попросил отдохнуть. Лёжа на кровати, Чжэн Чунь наблюдал, как Вэй Чи уходит с жемчужиной в руках, и в сердце его поднялась невыразимая горечь. Это чувство распространилась по ветвям Болотной орхидеи, добавив цветку-проводнику нотку печали.
Увидев истинную сущность, Ло Цин пришёл в неистовый восторг. Эта жемчужина оказалась крупнее, чем они ожидали. Потребовалось бы много времени, чтобы полностью освоить и поглотить её силу. Вэй Чи отдал всю жемчужину Ло Цину, жест искренности партнёрства.
План Вэй Чи был по истине радужным. С Чжэн Чунем, можно не бояться нехватки истинной сущности! С Чжэн Чунем он мог получить всё! Однако Вэй Чи слишком громко стучал на счётах. Неожиданный визит одного человека разрушил все его расчёты.
****
Юань Бо и представить себе не мог, что когда-нибудь сможет арестовать Вэй Чи. Он никогда не думал, что этот внушающий страх противник сам даст ему рычаг давления на него! Чуть больше десяти дней назад Юань Бо получил анонимное письмо, где подробно описывались все преступления Вэй Чи, а также прилагалась карта с пометкой, где находятся доказательства для его ареста.
Юань Бо отправился к месту, отмеченному на карте, с большим сомнением, но то, что он там обнаружил, потрясло его. Он и представить себе не мог, что в Тяньцзине существует такое место — мрачное, пугающее и усеянное трупами. Не было бы преувеличением назвать это братской могилой! Никто не поверил бы, что это владение Вэй Чи. Те, кто его знал, считали его добрым и учтивым, но, когда голая правда была раскрыта миру, всё вдруг стало на свои места.
Мэр быстро одобрил просьбу Юань Бо навестить Вэй Чи, но лишь под предлогом «содействия расследованию», чтобы доставить его в Тяньцзинь. Юань Бо подумал, что мэр, возможно, всё ещё питал надежду, что Вэй Чи оклеветали, но, возможно, реальность окажется для него куда более жестокой.
Вэй Чи холодно смотрел на Юань Бо, отставив чашку с чаем.
— Зачем старший инспектор Юань проделал весь этот путь до Пекина? Неужели для «содействия расследованию»?
Юань Бо сохранял каменное выражение лица.
— Мы нашли тело Бин Лэй. И, конечно, другие тела тоже. На кладбище, оформленном на имя господина Вэй Чи. — Говоря это, Юань Бо внимательно следил за выражением лица Вэй Чи. Тот, казалось, не изменился, но Юань Бо уловил необычный блеск в его глазах.
Услышав это, Вэй Чи прежде всего почувствовал раздражение. Сейчас у него не было времени на игры с полицией. Его легкомысленное отношение к жизни исчезло с появлением Болотной орхидеи, и сейчас у него не оставалось душевных сил на забавы с Юань Бо.
— Моё кладбище? — Вэй Чи изобразил глубокую задумчивость. — Вы о фамильном кладбище за городом? Я давно там не был. И что же вы нашли? Тело Бин Лэй? — К концу фразы голос Вэй Чи дрогнул, наполнившись печалью. — Вы правда нашли Бин Лэй? Почему на моём кладбище? Какая насмешка!
Юань Бо, естественно, понимал, что Вэй Чи разыгрывает спектакль, и не собирался ему подыгрывать.
— Поэтому прошу господина Вэй проследовать со мной в Тяньцзинь для содействия нашему расследованию!
— Само собой! — Небрежно ответил Вэй Чи, уже планируя разобраться с Юань Бо по дороге обратно, чтобы покончить с этим раз и навсегда.
— И возьмите с собой этого мальчишку, Чжэн Чуня! — Как бы, между прочим, добавил Юань Бо. — Я знаю, что теперь он ваш прихвостень.
Эти слова застали Вэй Чи врасплох. Те, кто знал правду о Чжэн Чуне не могли донести, все остальные не знали где он и что с ним. Откуда тогда Юань Бо узнал о нём? Кто донёс? Ло Цин? Невозможно! Тот только что получил истинную сущность и не стал бы подрезать курицу, несущую золотые яйца. Значит, есть другой осведомитель?
Холодные губы Вэй Чи исказила зловещая улыбка.
— Этот мальчишка, Чжэн Чунь, действительно был моим слугой. Он совершил какое-то преступление? Несколько дней назад я продал его хозяину семьи Ло, так что теперь решать не мне.
— Он свидетель убийства. — Сказал Юань Бо, вытаскивая из кармана листок бумаги. — Это ордер на арест. Чжэн Чунь официально арестован!
— А свидетеля нужно арестовать? — Усмехнулся Вэй Чи. — Старший инспектор Юань, вы всё перепутали.
— Я опасаюсь, что свидетеля могут убить, чтобы замести следы. — Юань Бо сунул ордер обратно в карман. — Позвольте мне увидеться с Чжэн Чунем!
— А, если я откажу? — Вэй Чи встал, думая, что лучше просто прикончить Юань Бо прямо на месте.