Глава 32
— Хе-хе-хе... Поиграешь со мной?
— Болотная орхидея? — Чжэн Чунь приподнял одежду и увидел, что всё его тело покрыто стеблями и крупными цветами. — Болотная орхидея? Я не понимаю! Зачем она привела меня сюда? Почему мне снятся такие сны?
— Хе-хе... Это вовсе не сон. Твоя душа пришла к Ручью Забвения. — Ветер со свистом пронёсся мимо ушей Чжэн Чуня, словно давая знать о своём существовании.
Чжэн Чунь повернулся в ту сторону и, хотя никого не увидел, понял, что он здесь.
— Моя душа... Зачем моей душе приходить к Ручью Забвения? Что вообще происходит? — Взволнованно спросил Чжэн Чунь. Слишком многого он не понимал. — Ты должен мне рассказать!
— Хорошо! Хорошо! — Ветер снова пронёсся мимо уха Чжэн Чуня и умчался за его спину. — Я расскажу тебе, расскажу!
Голос становился всё слабее, удаляясь и словно приглашая мальчишку последовать за ним. Тому ничего не оставалось, как последовать за ним вдогонку.
Под ногами хлюпала грязь, по обеим сторонам зияли заполненные водой ямы. Он старался не смотреть на всплывающие и вновь уходящие на дно тела. В бескрайнем Ручье Забвения Чжэн Чунь не знал, куда идёт, в ушах он слышал лишь собственное учащённое дыхание.
...
— Чжэн Чунь! Чжэн Чунь! — Его растолкали, и он медленно открыл глаза. Перед ним было лицо Вэй Чи. Тот приподнял его и обнял. — Что случилось? Что тебе приснилось?
Чжэн Чунь отвёл взгляд. Хотя он и не понимал всей картины происходящего, но теперь был уверен, что раз Болотная орхидея привела его к Ручью Забвения, значит, во всём этом замешан Вэй Чи. «Неудивительно, что он так добр ко мне всё это время! Всё это оказалось уловкой!»
— Ничего, — солгал он.
Вэй Чи было всё равно, что тот лгал. Он знал, что однажды Чжэн Чунь сам ему всё расскажет, поэтому не торопился. Он взял мальчишку за руку.
— Хочешь сегодня покататься на лодке по озеру?
— Покататься на лодке?
— Да, Юнь Эр пригласила нас двоих. Мне кажется, это хорошая идея. — Говоря это, Вэй Чи погладил обнаженную грудь Чжэн Чуня. Хотя Юнь Эр и была слаба в своих умениях, она совершенствовалась, питаясь исключительно росой, что только шло на пользу Болотной орхидее.
Чжэн Чунь чувствовал прикосновения Вэй Чи. Он только сегодня осознал: доброта мужчины не была искренней, он заботился лишь о Болотной орхидее. Чжэн Чунь спрашивал себя: разве он не знал, что Вэй Чи – демон? Разве не видел, как тот убивал?
Чжэн Чунь безвольно кивнул, давая согласие. Он знал, что хотя Вэй Чи и спрашивает его мнение, но окончательное решение принимал не он, что на самом деле у него не было права выбора.
****
После завтрака они отправились к озеру. Юнь Эр уже стояла на берегу, заложив руки за спину, слегка запрокинув голову и закрыв глаза, вдыхая свежий утренний воздух. Вэй Чи и Чжэн Чунь подошли к ней, и Вэй Чи окликнул её:
— Госпожа Юнь Эр.
Та открыла глаза. Выражение её лица оставалось невозмутимым. Она слегка поклонилась и поприветствовала в ответ:
— Господин Вэй, господин Чжэн.
— Вы уже давно здесь? — Спросил Вэй Чи.
Юнь Эр промолчала, пристально уставившись на Чжэн Чуня. Она шагнула вперёд и нежно взяла его за руку. Вэй Чи не остановил её. Напротив, он даже отступил на полшага, что удивило Чжэн Чуня.
— Мы видимся в последний раз, мне пора уходить. Но перед уходом, я подумала, что нам стоит прогуляться по озеру, — без обиняков произнесла Юнь Эр. — Так я смогу выразить своё расположение.
Чжэн Чунь не понял, что она имела в виду, но тут Юнь Эр подняла другую руку и прикоснулась к его лбу.
— Пойдём со мной.
Голос женщины прозвучал эфемерно, словно во сне, словно переплетаясь с шумом ветра. Чжэн Чунь почувствовал, как его тело стало лёгким, что его увлекла какая-то сила. Кругом царила тишина, но если прислушаться, можно было услышать журчание воды.
— Болотная орхидея любит влажные места. Должно быть, это озеро – то, чего она давно жаждала. — Чжэн Чунь услышал чей-то голос. Он огляделся и в белой пелене смутно разглядел очертания женской фигуры, которая постепенно становилась чётче — это была Юнь Эр. Она кивнула ему. — Вставший на путь совершенствования не должен искать лёгких путей, но за миллионы лет демоны давно забыли, что нужно полагаться на собственные силы. А ты... такой невинный и... несчастный!
— О чём ты говоришь? Я не понимаю! – Спросил Чжэн Чунь. Оказавшись в этом месте, он испугался, что это очередной Ручей Забвения.
— Жаль, что мои умения слишком слабы, и я не могу тебе помочь, — с сожалением покачала головой Юнь Эр. — Хотя ты и невиновен, но уже стал причиной бедствия.
— О чём ты говоришь?
— Чжэн Чунь, запомни мои слова: если сможешь остаться в Ручье Забвения — не возвращайся! Если вернёшься, помни — ничего оттуда не бери! — Голос Юнь Эр постепенно затихал, а вокруг всё снова окутал белый туман.
Чжэн Чунь задыхался, сердце бешено колотилось от страха. В смятении и тревоге он метнулся вперёд, пытаясь вырваться из тумана. Мертвенная белизна вокруг не давала ему покоя. В смятении и тревоге он бежал изо всех сил, пытаясь вырваться из тумана.
— Чжэн Чунь! — Кто-то окликнул его, разбудив.
Он медленно открыл глаза и увидел Вэй Чи. Оглядевшись, он понял, что они всё ещё на берегу озера, но Юнь Эр уже не было.
— Что случилось?
— Юнь Эр ушла.
— Разве мы не будем кататься на лодке?
— Она уже возила тебя туда.
— Когда? Я не помню.
— Только что. — Вэй Чи погладил его по щеке. — Что она тебе сказала?
— Она сказала, что я несу бедствие, — ответил Чжэн Чунь, глядя на Вэй Чи, и увидел, как его лицо застыло.
Слово «бедствие» не выходило из головы Вэй Чи последние несколько дней. Он отлично понимал, каким может быть конечный результат его затеи, но люди всегда таковы: думают лишь о том, сколько прибыли приобретут в случае успеха!
Уход Юнь Эр для Вэй Чи был вполне ожидаем. Для такой преданной и целеустремлённой целительницы, как она, если предотвратить зло невозможно — лучше было не вмешиваться. Однако... Вэй Чи взглянул на Чжэн Чуня в своих объятиях, увидел его нахмуренные брови и понял — он снова в Ручье Забвения. В сердце мужчины шевельнулась жалость к мальчишке. Он объяснил это тем, что слишком долго соблюдал пост, который успокоил сердце и укротил желания, взрастив добродетель. К тому же, ежедневно находясь рядом с Болотной орхидеей, он ощущал его отличие от Цветка преисподней. Говорили, что некогда Болотная орхидея три столетия получала наставления у трона Будды, поэтому обладала способностью отсекать суетные мысли.
Лампа в углу комнаты мерцала неярким светом. Ветви Болотной орхидеи разрастались. В полночь Вэй Чи увидел, как один из цветков начинает распускаться. Он смотрел на тело Чжэн Чуня, и волнение в сердце сменилось возбуждением.
— Скоро, совсем скоро всё получится!
....
Ручей Забвения оставался прежним. Чжэн Чунь шлёпал по грязи, вдыхая воздух, который здесь был густым и мутным, и прикосновение которого к его щекам оставляло липкое ощущение. Ветер радостно приветствовал его:
— Ты здесь! Ты пришёл! Поиграй со мной!
— В прошлый раз ты не договорил! — Оказавшись здесь снова, Чжэн Чунь первым делом вспомнил об их незаконченном разговоре. — Почему я здесь? Что здесь происходит?
— Хе-хе... Это место захоронения истинной сущности умерших демонов-оборотней. Они здесь повсюду! — Шептал ветер, проносясь мимо Чжэн Чуня. Тот чувствовал, как он ласкает его уши, плечи, талию. — Здесь только я и души демонов.
— Тогда почему Вэй Чи посадил на меня Болотную орхидею? Юнь Эр сказала, что я не должен ничего брать с собой, когда уйду. Она имела в виду эти тела? — Чжэн Чунь указал на ближайший омут, в котором на поверхность медленно всплыло тело девочки-подростка, миловидное лицо которой было лишено всякого выражения.
— Вэй Чи? Юнь Эр? Оборотни? Ха-ха... Однажды все оборотни окажутся здесь, все до одного. — Прошептал ветер и умчался вдаль.
Чжэн Чунь побежал за ним. Ветер смеялся, казалось, весело, но Чжэн Чуню слышались насмешливые нотки.
— Куда ты меня ведёшь? — Крикнул Чжэн Чунь на бегу.
— Покажу кое-что интересное. — Озорно отозвался ветер. — Будет весело.
Ручей Забвения казался Чжэн Чуню бесконечным. Он не знал, сколько ещё ему придётся бежать, но всё вокруг было таким же, как и прежде: грязь под ногами, белые черви в грязи, мрачное небо и радостный смех ветра.
— Мы на месте. — Внезапно ветер стих.
Чжэн Чунь остановился, тяжело дыша и упершись руками в бока. Хотя он очень устал, на нём не было ни капли пота, лишь сердце бешено колотилось. Он огляделся. Вокруг всё было по-прежнему, без каких-либо изменений.
— На что ты хочешь, чтобы я смотрел?
— Сюда. — Голос ветра раздался от самых его ног.
Чжэн Чунь посмотрел вниз и увидел, что стоит у омута, в котором должно было находиться тело, но здесь лежали лишь белые кости. Череп был расколот и, от него осталась лишь половина, верхняя часть скелета плавала на поверхности, но всего, что было ниже таза, уже не было.
Повидав многое, Чжэн Чунь не слишком испугался, его лишь удивило, почему это тело отличалось от остальных.
— Почему так?
— Потому что кто-то украл его истинную сущность. — Тихо прошелестел ветер. Его речь замедлилась, голос утратил детскую чистоту, став тяжёлым и обветренным, как у старика в преклонном возрасте и полным скорби. — Души мёртвых, лишённые истинной сущности, становятся такими — грудой белых костей.
— Зачем красть истинную сущность? — Продолжил расспрашивать Чжэн Чунь.
— Для совершенствования. — Ответил ветер. — Кража истинной сущности умерших демонов-оборотней это кратчайший путь к просветлению. Не нужно придерживаться строгих правил и предписаний, не нужно изнурительного самоконтроля. Просто укради — и всё!
— Значит... — Чжэн Чунь присел на корточки, разглядывая кости. — Значит, меня выбрали, чтобы воровать.
— Да. Хочешь ты того или нет, ты — носитель Болотной орхидеи. Только ты можешь войти в Ручей Забвения, только ты можешь украсть истинную сущность.
— Вот поэтому Юнь Эр назвала меня бедствием. — Чжэн Чунь не спрашивал, скорее он говорил с самим собой. — Поэтому она сказала не возвращаться?
Вокруг воцарилась зловещая тишина, даже ветер стих. Чжэн Чунь смотрел на груду белых костей, и сердце его наполнялось сложной гаммой чувств.