Глава 21
...несло в себе зловещий оттенок.
— Делай, что должен! – Раздался над его головой голос Вэй Чи. Слова прозвучали с пронзительной силой.
Чжэн Чунь поднял голову и посмотрел на мужчину, который уже строже повторил, подчеркивая каждое своё слово:
— Я сказал, делай, что должен!
Мальчишка отчаянно пытался понять, чего же от него хотят. Возможно, в глубине души он просто не желал признаваться, что понимает. Вэй Чи подошёл к шкафу, открыл его, достал холщовый мешок и бросил его Чжэн Чуню.
— Клади внутрь.
Мешок лежал прямо перед ним, мёртвое тело – вот оно, рядом. Вэй Чи тем временем неторопливо уселся за обеденный стол. На белой фарфоровой тарелке перед ним оставалась ещё половина сердца. Он взял нож и вилку. Движения его были исполнены таким изяществом, словно он присутствовал на каком-нибудь светском приёме в Европе. Чжэн Чунь наблюдал за происходящим и думал: может, и его старшие собратья стали жертвами этой ужасной трапезы?
Вэй Чи вёл себя так, словно Чжэн Чуня не существовало. Под ласковыми лучами утреннего солнца он наслаждался изысканной едой – сердцем молодой женщины, прачки. Та жила вместе с престарелыми больными родителями, существующими на её скудные заработки. Раз в несколько дней Вэй Чи видел, как женщина приходила к нему домой за бельём. Несмотря на тяжёлую жизнь, она всегда казалась счастливой. Это не давало ему покоя: почему, ну почему, живя в такой нищете, она могла улыбаться? Почему, несмотря на все трудности, она умела находить в жизни столько удовольствия?
Сегодня она пришла снова. Вэй Чи предложил ей крупную сумму денег, сказав, что, если она переспит с ним, деньги будут её. Но женщина отказалась. Она просто тихо собрала бельё, поклонилась и ушла.
Глядя на её удаляющуюся фигуру, Вэй Чи впервые за тысячу лет почувствовал себя отвергнутым. Он набросился на неё, перекусил горло и вырвал сердце. Глядя на бездыханное тело, мужчина, наконец, почувствовал некоторое удовлетворение.
Тело женщины он отнёс на своё личное кладбище и похоронил, а вот тело сестры Бин Лэй оставил. Он хотел, чтобы Чжэн Чунь сам разбирался с трупом девочки. Хотел, чтобы мальчишка стал его сообщником, ежедневно терпел душевные муки, терзаясь угрызениями совести, пока однажды не превратится в бездушного демона.
Чжэн Чунь смотрел на Вэй Чи, не в силах что-либо сделать.
— Я не могу!
— Если ты этого не сделаешь, я прямо сейчас выйду и убью троих! — Вэй Чи отложил нож и вилку.
Белая фарфоровая тарелка была запятнана кровью, сердце уже исчезло в желудке мужчины. Он вытер губы салфеткой, тут же окрасив белую ткань ярко-алыми пятнами, и поднялся.
— Хочешь проверить?
— Зачем? Они же тебе ничего плохого не сделали!
— Потому что я лис-оборотень! — Вэй Чи приблизился к Чжэн Чуню. — Разве ты не знал об этом? Ты ведь не случайно ко мне подобрался! Ещё с той первой встречи в винном погребе «Французского клуба» — всё это было тщательно спланировано, не так ли?
Слова Вэй Чи ошеломили Чжэн Чуня до такой степени, что он онемел. «Значит, он с самого начала понял, что я подобрался к нему намеренно?!» Он поджал губы, не в силах придумать, как выпутаться из этой ситуации. Если Вэй Чи захочет его убить, он даже не знал, как защититься!
— Чего молчишь? Слов не находится? — Вэй Чи смотрел на Чжэн Чуня сверху вниз. — Может, скажешь мне, зачем ты ко мне приблизился?
Первой мыслью Чжэн Чуня было — ни в коем случае нельзя говорить. Он не мог предать своего наставника. Ему всё ещё нужно было отомстить за старших братьев, ему всё ещё нужно было уничтожить этого безжалостного кровожадного монстра!
— Нет! — Отказался Чжэн Чунь.
Он почувствовал в себе немного больше сил, по крайней мере, появилась хоть какая-то ясность — ни за что не позволить Вэй Чи узнать о его цели!
Вэй Чи, впрочем, это не волновало. Он был слишком высокомерен и абсолютно уверен, что рано или поздно раскроет причины Чжэн Чуня. Прожив в этом мире тысячу лет, он повидал всякое. Подняв бровь, он указал на тело сестры Бин Лэй.
— Делай, что должен.
Теперь его обязанность – быть слугой Вэй Чи и помогать избавляться от тел. Чжэн Чунь был в безвыходном положении. Он посмотрел на девочку и дрожащими руками осторожно и нежно, закрыл ей глаза. Хотя бы это он мог для неё сделать — закрыть глаза и дать ей возможность обрести покой.
****
Личное кладбище Вэй Чи больше походило на заброшенное братское захоронение. Обнесённое деревянным забором, оно стало излюбленным местом для бродячих собак и кошек, потому что там всегда была еда, и никто им не мешал. Здесь было похоронено слишком много невинных людей, и накопившаяся обида сгустилась в туман, окутавший землю и, скрыв окружающий пейзаж — всё вокруг было серым и расплывчатым.
Чжэн Чунь нёс холщовый мешок с телом сестры Бин Лэй, которое уже застыло, и в его руках оно больше походило на большую деревянную куклу. Но мальчишка не мог так обманывать себя — внутри была когда-то живая девочка, и он постоянно напоминал себе об этом.
Он шёл позади Вэй Чи. Дорога под их ногами была неровной, ухабистой, вокруг в беспорядке находились надгробия – одни стояли накренившись, другие уже лежали. Переступая через одно из них, Вэй Чи оглянулся на Чжэн Чуня.
— Я не каждому ставлю надгробие. Вот этот мальчишка был неплох, он прожил со мной пять лет, и мне, правда, было жаль его убивать, но потом он мне надоел... – Вэй Чи говорил легко.
Чжэн Чунь с трудом разглядел надпись на надгробии: на нём был указан только год смерти и имя: «1897, Сэм».
— А этот был иностранцем с золотистыми волосами. Я влюбился в него с первого взгляда, когда встретил в Шанхае, и украл его, чтобы он составил мне компанию.
— Почему ты не отпустил его? — Тихо спросил Чжэн Чунь.
— Никто не хочет меня покидать, — послышался довольный голос Вэй Чи. — Поверь, однажды и ты меня полюбишь!
Любовь? Это слово промелькнуло в голове Чжэн Чуня. Что такое любовь? Для него, юного, это было не совсем понятно. Среди тумана, пропитанного смертью, само упоминание о любви казалось насмешкой.
****
Чем глубже они заходили на кладбище, тем более жутко становилось вокруг. Очевидно, со временем у Вэй Чи пропало желание ставить надгробия убитым, большинство тел просто бросали здесь, как попало. Чжэн Чунь повсюду видел разбросанные человеческие кости и тела, изъеденные червями.
— Просто брось её где-нибудь. — Вэй Чи прикрывал губы носовым платком, с отвращением взмахнув рукой, явно не вынося здешний воздух.
Чжэн Чунь, держа девочку на руках, осторожно положил её у подножия одного из надгробий, подальше от других тел или останков. Вэй Чи усмехнулся:
— Слишком уж ты сострадателен!
— Лису-оборотню обязательно нужно питаться человеческими сердцами?
— Конечно.
— Ты действительно заслуживаешь смерти!
Одна эта фраза Чжэн Чуня резко изменила атмосферу на кладбище. Голубые, как озеро, глаза Вэй Чи вспыхнули странным светом. Он схватил мальчишку за шею, и с силой прижал его к повреждённому надгробному камню. От удара поднялась пыль, спина Чжэн Чуня адски болела.
— Помни, ты мой слуга!
— Ты всё равно убьёшь меня рано или поздно! — Чжэн Чунь без страха смотрел на Вэй Чи.
Пройдя через череду событий, и увидев это братское захоронение, он понял, что у Вэй Чи нет чувств, тот никогда его не отпустит, а сбежать он не сможет. Тот, кто ясно видит реальность, уже ничего не боится.
Они долго смотрели друг на друга, затем Вэй Чи медленно разжал руку. Чжэн Чунь упал на землю, держась за шею — на ней, наверное, остались следы от пальцев.
— Вставай! — Сказал Вэй Чи, проходя вперёд. Он не любил неповиновения, но подумал, что, если убьёт Чжэн Чуня сейчас, это будет неинтересно.
Чжэн Чунь поднялся с земли, наблюдая, как Вэй Чи удаляется дальше. Ему не хотелось идти за ним, но его тело уже непроизвольно двигалось, словно ведомое какой-то силой, которая заставляла его неотступно следовать за Вэй Чи.
****
Они сели в машину, мужчина завёл двигатель. Чжэн Чунь хотел спросить, почему его тело против воли последовало за ним, но, вспомнив о его жестокости, так и не смог вымолвить ни слова.
Как и дорога на кладбище, дорога обратно прошла в молчании. Время от времени Чжэн Чунь смотрел в окно, мелькавший пейзаж напоминал ему о соприкосновении со смертью.
Лицо Вэй Чи, казалось, сияло под солнечными лучами. Если бы Чжэн Чунь не знал, что он жестокий лис-оборотень, он бы подумал, что это очень хороший человек. Но сейчас в его глазах этот мужчина был подобен туману, окутывающему то самое частное кладбище – густой, тёмный, нечистый.
***
Когда они подъехали к дому, у ворот стояла Бин Лэй. Эта женщина, считавшая себя невестой Вэй Чи, не имела ни права, ни возможностей входить в этот дом одна. Увидев машину, она поспешно оправила своё бледно-жёлтое платье в западном стиле и выдавила улыбку.
— Чи!
Чжэн Чунь вышел из машины следом за Вэй Чи. Увидев его, улыбка Бин Лэй на мгновение застыла, затем вновь ожила, словно страх и беспокойство от того, что мужчина может её бросить, никогда не посещали её сердце.
Лицо Вэй Чи было холодным, взгляд хмурым. Он был раздражён одним лишь видом Бин Лэй.
— Зачем пришла?
— Давай зайдём в дом, поговорим! — Бин Лэй заискивающе улыбнулась, но, заметив недовольный вид Вэй Чи, поспешно добавила: — Кажется, Юань Бо договорился встретиться с моим дядей сегодня вечером!
Услышав это, Вэй Чи вынул руку из кармана, притянул к себе Бин Лэй и поцеловал в щёку.
— Мы давно не навещали твоего дядю, почему бы нам не сходить к нему сегодня вечером?
Возможность пойти куда-то с Вэй Чи была для неё лучшим событием в жизни! Ей было всё равно, использует ли он её или по-настоящему любит, главное быть рядом с ним!
Вэй Чи открыл калитку, и все трое вошли в дом. Указав на пол на кухне, он приказал Чжэн Чуню:
— Твоя задача на сегодня — вычистить пол!
Чжэн Чунь стоял в дверях кухни, глядя на засохшую кровь. Как можно отмыть пол, залитый кровью на полкомнаты?
— Чи? Разве это не тот человек, который вчера говорил, что ты... — Бин Лэй с самого начала показалось, что Чжэн Чунь ей кого-то напоминает, а, войдя в дом, она, наконец, вспомнила, кто он. Она не понимала, зачем Вэй Чи оставил рядом с собой такого человека.
— Подсобный рабочий, — тихо бросил Вэй Чи и замолчал.
Он пошёл наверх, и Бин Лэй последовала за ним. Она не хотела расставаться с Вэй Чи ни на минуту.
В комнате на втором этаже...