Война (2)
Ночь опустилась на Коноху.
Небо затянули тяжёлые тучи.
Луна лишь иногда выглядывала из-за них, освещая деревню бледным светом.
Гражданские уже были эвакуированы.
Дети.
Старики.
Женщины.
Все находились далеко от поля будущего боя.
Шиноби же заняли свои позиции.
На стенах.
На крышах.
В лесах вокруг деревни.
Коноха готовилась встретить врага.
На высоком столбе у внешней линии обороны стояла Акира.
Ветер трепал её одежду.
За спиной медленно покачивались девять пушистых красных хвостов.
Лисьи уши постоянно дёргались.
Прислушиваясь.
К каждому шороху.
К каждому движению.
К каждому звуку ночи.
Она молчала.
Сосредоточенная.
Настороженная.
Рядом на соседнем столбе сидел Курацуки.
Огромный чёрный лис с яркими зелёными глазами.
Он тоже смотрел в темноту.
Не моргая.
Не отвлекаясь.
Вдруг его уши слегка дрогнули.
— Акира...
Тихо произнёс он.
Девушка не пошевелилась.
— Я тоже слышу.
Ответила она.
Где-то далеко.
Очень далеко.
Доносились едва различимые вибрации земли.
Словно что-то огромное двигалось через лес.
С каждой минутой звук становился чуть сильнее.
Чуть ближе.
На ближайшей сторожевой башне один из шиноби резко напрягся.
— Контакт...
Прошептал он.
Другой разведчик поднял бинокль.
И побледнел.
— Они здесь...
По линии обороны мгновенно прошёл сигнал тревоги.
Фонари вспыхнули один за другим.
Шиноби занимали позиции.
Слышался звон оружия.
Последние команды командиров.
Акира медленно открыла глаза.
До этого она стояла с закрытыми веками, полностью доверившись слуху.
Теперь её взгляд был устремлён в темноту.
И там...
На самом горизонте...
Начали появляться силуэты.
Сначала десятки.
Потом сотни.
Потом их стало невозможно сосчитать.
Армия.
Огромная армия.
Курацуки оскалил клыки.
— Их много.
— Знаю.
Спокойно ответила Акира.
Ветер ударил сильнее.
Её хвосты взметнулись за спиной.
Глаза вспыхнули алым светом.
И в этот момент рядом один за другим начали появляться союзники.
Наруто.
Саске.
Сакура.
Шикамару.
Киба с Акамару.
Шино.
Хината.
Чоджи.
Ино.
Орочимару со своей группой.
Зак.
Зик.
Шиноби Инарицу.
Сотни защитников Конохи.
Все смотрели вперёд.
На приближающуюся тьму.
Акира медленно вытащила оружие.
И произнесла всего одну фразу:
— Сегодня никто не пройдёт дальше нас.
По рядам шиноби прокатилась волна решимости.
А впереди, среди бесчисленных вражеских силуэтов, уже можно было различить фигуру человека.
Высокого.
С длинными волосами.
Стоящего впереди всей армии.
Рэн Кицуне пришёл лично.
Акира спрыгнула со столба.
Ветер свистнул в ушах.
Её хвосты взметнулись за спиной.
Лёгкий толчок от деревянной опоры — и она приземлилась прямо перед главными воротами Конохи.
Мягко.
Уверенно.
Не сводя взгляда с приближающейся армии.
За её спиной стояли защитники деревни.
Сотни шиноби.
Союзники.
Друзья.
Семья.
А впереди раскинулось море вражеских сил.
Кицуне.
Отступники.
Наёмники.
И те, кто решил пойти за Акацуки.
Во главе стоял Рэн.
Он тоже вышел вперёд.
Между ними оставалось несколько десятков метров.
Наступила тишина.
Даже армии будто замерли.
Ожидая.
Акира посмотрела ему прямо в глаза.
И заговорила:
— Рэн.
Её голос разнёсся над полем.
— Уведи своё войско назад.
Ветер качнул её волосы.
— Сейчас.
Рэн несколько секунд молчал.
Потом медленно усмехнулся.
— И это говорит мне глава Инарицу?
Акира не отвела взгляда.
— Да.
— Последний раз предлагаю тебе остановиться.
Рэн тихо рассмеялся.
Позади него послышались смешки некоторых Кицуне.
— Ты всё ещё надеешься решить это словами?
— Я надеюсь избежать бессмысленной крови.
Ответила Акира.
Её голос оставался спокойным.
Но многие из стоящих рядом чувствовали напряжение, скрытое за этим спокойствием.
Рэн развёл руками.
— Посмотри вокруг.
— Ты действительно думаешь, что после всего я разверну свою армию и уйду?
Акира нахмурилась.
— Если ты сделаешь это сейчас, ещё есть шанс закончить всё без войны.
Рэн покачал головой.
— Нет.
Его улыбка исчезла.
— Этот шанс умер в тот день, когда ты пришла в мою деревню.
Наступила тишина.
Тяжёлая.
Неприятная.
Рэн сделал шаг вперёд.
— А теперь посмотри внимательнее.
Он указал рукой за свою спину.
— Видишь их?
За ним стояли тысячи людей.
Вооружённых.
Готовых к бою.
— Они пришли за победой.
Он снова посмотрел на Акиру.
— И я не поведу их домой ни с чем.
Акира медленно закрыла глаза.
На одно короткое мгновение.
Будто надеялась услышать другой ответ.
Но когда она снова открыла их...
В них уже не осталось надежды на переговоры.
Только решимость.
— Тогда ты сам сделал выбор.
Тихо сказала она.
Рэн усмехнулся.
— Нет.
Он медленно потянулся к оружию.
— Мы оба его сделали.
Ветер резко усилился.
Позади Акиры Наруто и остальные напряглись.
По обе стороны армии приготовились к бою.
А между двумя потомками древнего рода оставались последние мгновения мира.
На поле боя повисла напряжённая тишина.
Все ожидали гнева.
Угроз.
Приказа атаковать.
Но вместо этого...
Акира вдруг рассмеялась.
Громко.
Искренне.
Настолько неожиданно, что даже шиноби Конохи переглянулись.
— Ха-ха-ха...
Она закрыла глаза и покачала головой.
— Боже...
— Рэн...
Она снова посмотрела на него.
— Ты вроде уже глава клана...
— Но такой глупый и наивный.
По рядам Кицуне пробежало недовольное шипение.
Некоторые уже схватились за оружие.
Но Рэн поднял руку, останавливая их.
Его глаза опасно сузились.
— Осторожнее со словами, Акира.
Но она продолжала смеяться.
— Нет, правда!
Она развела руками.
— Ты всё это время жил в своей долине и настолько оторвался от мира, что даже не понимаешь, куда пришёл!
Улыбка медленно исчезла с её лица.
Остался только холодный взгляд.
— Ты думаешь, что с твоей армией будут сражаться только они?
Она указала себе за спину.
На Коноху.
— Нет.
— Нет-нет-нет...
Акира покачала головой.
— Глупый, наивный Рэн.
Ветер поднял её волосы и хвосты.
— Ты до сих пор не понимаешь, что тебя ждёт.
Рэн нахмурился.
— И что же?
Акира усмехнулась.
— Ты ведь даже не знаешь, что такое союз деревень?
На этот раз Рэн промолчал.
Именно этого ответа он не ожидал.
Акира шагнула вперёд.
— Пока ты собирал Кицуне, отступников и наёмников...
— Пока Акацуки убеждали тебя в своей силе...
Она подняла руку в сторону горизонта.
— Другие деревни уже сделали свой выбор.
Словно в ответ на её слова...
Вдалеке раздался грохот.
Все обернулись.
Земля слегка дрогнула.
Потом ещё раз.
И ещё.
На одном из холмов поднялось огромное облако пыли.
Улыбка Акиры стала шире.
— Кажется...
— Они как раз вовремя.
На горизонте начали появляться первые силуэты.
Знамёна.
Сотни шиноби.
Потом тысячи.
Песок, движущийся словно живая волна.
Отряды Камня.
Молнии Облака.
Союзные силы.
Ряды Кицуне начали заметно нервничать.
Впервые за весь вечер.
Рэн медленно перевёл взгляд на приближающуюся армию.
А потом снова посмотрел на Акиру.
И впервые увидел в её глазах не угрозу.
А уверенность человека, который знает, что не стоит один против мира.
— Добро пожаловать в настоящий мир, Рэн.
Тихо сказала Акира.
— Здесь войны выигрывают не только силой.
— Здесь их выигрывают те, кто умеет находить союзников.
Лицо Рэна исказилось от ярости.
Он резко выхватил оружие и поднял руку вверх.
— СТЕРЕТЬ С ЛИЦА ЗЕМЛИ ЧЁРТОВЫХ ИНАРИЦУ!
Его голос эхом прокатился по полю.
— И ВСЕ ДЕРЕВНИ, КОТОРЫЕ ВСТАЛИ У НАС НА ПУТИ!
Вражеская армия взревела.
Тысячи голосов слились в один грохот.
В этот же момент Акира оттолкнулась от земли.
Легко.
Стремительно.
И приземлилась прямо на ворота Конохи.
Ветер взметнул её волосы.
Девять хвостов раскрылись за спиной словно огненный веер.
Её глаза вспыхнули алым светом.
На губах появилась улыбка.
Та самая улыбка, от которой даже опытным шиноби становилось не по себе.
За спиной Акиры стояли армии союзников.
Впереди — бесчисленные ряды врагов.
Она подняла голову к ночному небу.
И её голос разнёсся над полем.
Низкий.
Пугающий.
Будто в нём на мгновение прозвучало что-то древнее.
Что-то гораздо старше самой войны.
— Да будет война...
По рядам Инарицу пробежала дрожь.
Даже Курацуки поднял голову.
Он слишком хорошо знал этот голос.
Голос, который появлялся только тогда, когда Акира переставала сдерживать свою силу.
Рэн нахмурился.
Впервые за весь вечер.
Впервые за весь разговор.
Он почувствовал опасность.
Настоящую.
Акира посмотрела прямо на него.
Её улыбка стала шире.
Но глаза оставались холодными.
— Но ты, Рэн...
Она указала на него рукой.
— Мой.
Тишина длилась всего секунду.
А потом...
Раздался первый сигнал к атаке.
И две армии двинулись навстречу друг другу.
Акира стояла на воротах Конохи.
Ветер развевал её волосы и хвосты.
Перед ней простиралось огромное поле боя.
Тысячи шиноби.
Тысячи судеб.
И одна война.
Она медленно подняла руку вверх.
На мгновение всё замерло.
Союзные войска ждали только её команды.
Наруто сжал кулаки.
Саске положил руку на рукоять меча.
Гаара стоял впереди армии Песка.
Рядом готовились к бою шиноби Камня и Облака.
Зак и Зик заняли позиции вместе с Инарицу.
Курацуки оскалил клыки.
Акира посмотрела вперёд.
Прямо на армию Рэна.
На Кицуне.
На Акацуки.
На всех, кто пришёл уничтожить её дом.
После чего резко опустила руку.
— ВПЕРЁД!!!
Её голос прокатился над полем словно раскат грома.
И мир взорвался движением.
Сотни.
Тысячи шиноби сорвались с мест.
Земля задрожала от множества шагов.
Раздались боевые крики.
Звон металла.
Вспышки техник.
Небо осветилось десятками стихийных дзюцу.
Огромная волна песка поднялась над полем — Гаара вступил в бой.
С другой стороны прогремели молнии шиноби Облака.
Шиноби Камня обрушили на врагов каменные стены.
Коноха ринулась вперёд единым фронтом.
Наруто первым ворвался в ряды противника.
Рядом с ним уже двигались Саске и Сакура.
Шикамару отдавал приказы отрядам.
Киба и Акамару прорезали вражеский строй.
Повсюду вспыхивали схватки.
Война началась.
Но Акира не двинулась.
Она всё ещё стояла на воротах.
Потому что её взгляд был прикован только к одному человеку.
Рэну.
Он тоже не сдвинулся с места.
Словно всё поле боя исчезло.
Словно существовали только они двое.
Два потомка древнего рода.
Два главы кланов.
Два человека, которым предстояло решить судьбу этой войны.
Курацуки появился рядом с Акирой.
— Готова?
Чёрный лис посмотрел на неё своими зелёными глазами.
Акира медленно улыбнулась.
— Нет.
Курацуки удивлённо моргнул.
— Но всё равно пойду.
Она спрыгнула с ворот.
И направилась навстречу Рэ́ну.
Пока вокруг них бушевала самая большая битва их поколения.
Акира стремительно неслась через поле боя.
Вокруг бушевала война.
Взрывы техник.
Крики.
Звон металла.
Но она видела только одну цель.
Рэна.
На бегу девушка сложила печать.
Вспыхнула алая чакра.
И в её руке появилась катана.
Старая.
Но идеально сохранённая.
На рукояти был выгравирован символ Инарицу.
Катана её отца.
Оружие, которое долгие годы хранилось как реликвия клана.
Акира крепче сжала рукоять.
— РЭН!!!
Он обернулся.
И в ту же секунду оба сорвались навстречу друг другу.
КЛАНГ!
Лезвия столкнулись с оглушительным звоном.
Ударная волна разошлась по земле.
Под ногами появились трещины.
Оба остались на месте.
Глядя друг другу в глаза.
— Наконец-то.
Ухмыльнулся Рэн.
— Наконец-то.
Ответила Акира.
И резко оттолкнула его.
Рэн отпрыгнул назад.
Но сразу же вновь атаковал.
Их клинки снова встретились.
Искры разлетелись в стороны.
Каждый удар был способен убить обычного шиноби.
Каждое движение происходило с невероятной скоростью.
Тем временем рядом раздался звериный рёв.
Курацуки.
Огромный чёрный лис бросился вперёд.
Напротив него уже появился лис Рэна.
Крупный.
Серебристый.
С алыми глазами.
Два древних зверя столкнулись в прыжке.
И рухнули на землю клубком когтей и клыков.
Земля задрожала.
Курацуки оскалился.
— Сегодня ты не помешаешь Акире!
Серебристый лис ответил яростным рыком.
И вновь бросился в бой.
Тем временем Акира и Рэн продолжали обмениваться ударами.
КЛАНГ!
КЛАНГ!
КЛАНГ!
— Ты всё ещё защищаешь этот мир!
Рэн нанёс мощный удар.
— Конечно!
Акира отбила его.
— В отличие от тебя!
Рэн усмехнулся.
— Мир никогда ничего мне не дал!
— Поэтому ты решил его уничтожить?!
Крикнула Акира.
И резко ударила.
Рэн едва успел защититься.
Его отбросило на несколько метров.
Он приземлился и вытер кровь с губ.
После чего рассмеялся.
— Ты стала сильнее.
Акира опустила катану.
Алая чакра продолжала окутывать её тело.
— А ты стал безумнее.
На поле вокруг них продолжалась война.
Но всё больше людей начинали замечать эту схватку.
Потому что каждый понимал.
Исход битвы между Акирой и Рэном мог решить судьбу всей войны.
Война разгорелась по-настоящему.
Поле боя превратилось в хаос.
Повсюду вспыхивали техники.
Земля была покрыта воронками.
Воздух дрожал от чакры.
Шиноби Конохи, Песка, Облака и Камня сражались плечом к плечу против Кицуне, отступников и союзников Акацуки.
Наруто с десятками теневых клонов прорывался через ряды врагов.
Гаара защищал союзников стенами песка.
Саске сражался сразу с несколькими сильными противниками.
Но в центре поля битвы продолжалась самая опасная схватка.
Акира и Рэн.
В какой-то момент клинок в руке Акиры исчез в облаке чакры.
Она резко отпрыгнула назад.
Рэн сразу насторожился.
— Что задумала?
Но Акира уже складывала печати.
Быстро.
Настолько быстро, что обычный глаз не успевал следить за движениями её рук.
Её хвосты вспыхнули алой чакрой.
— Техника лисьего пламени!
Вокруг неё вспыхнули десятки огненных шаров.
Но это был не обычный огонь.
Пламя приобрело форму лис.
Светящихся.
Рычащих.
Живых.
Они одновременно ринулись на врага.
Рэн мгновенно сложил ответную печать.
Вокруг него поднялась тёмная чакра.
Лисьи огни столкнулись с его техникой.
Раздался мощный взрыв.
Поле боя озарилось яркой вспышкой.
Акира не стала ждать.
Она уже неслась вперёд.
Используя дым от взрыва как прикрытие.
Удар.
Поворот.
Новая печать.
Сразу следующая техника.
Она двигалась без остановки.
Не давая Рэ́ну ни секунды передышки.
— Вот это уже больше похоже на бой!
Рэн ухмыльнулся.
Несмотря на кровь на лице.
Несмотря на раны.
Он наслаждался сражением.
Но Акира лишь нахмурилась.
— Для тебя это игра.
— Для меня — защита тех, кто мне дорог.
И снова сложила печати.
Чакра вокруг неё вспыхнула ещё сильнее.
Курацуки вдалеке яростно сражался со своим противником.
Война бушевала вокруг.
А два главы древних родов продолжали бой, который становился всё опаснее с каждой минутой.
Акира резко отпрыгнула назад.
Её ноги прочертили глубокие борозды в земле.
Вокруг всё ещё бушевала война.
Но на несколько секунд внимание многих оказалось приковано к ним.
К ней и к Рэ́ну.
Акира выпрямилась.
Затем медленно опустилась на четвереньки.
Девять хвостов раскрылись за её спиной веером.
Уши настороженно поднялись.
Глаза вспыхнули звериным алым светом.
Она смотрела на Рэна не как человек.
А как древний хищник.
— Давай же, Рэн...
Её голос стал низким.
Почти рычащим.
— Решим всё так, как решали наши предки.
Ветер ударил по полю боя.
— Как лис и лиса.
В следующее мгновение Акира запрокинула голову.
И издала рык.
Глубокий.
Древний.
Он прокатился по всему полю боя словно удар грома.
Земля дрогнула.
Многие шиноби невольно обернулись.
Даже некоторые враги замерли.
А затем произошло нечто неожиданное.
Шиноби клана Инарицу услышали этот зов.
Один за другим.
Словно подчиняясь древней памяти своего рода.
Они опускались на четвереньки.
У каждого за спиной появлялся единственный хвост из чакры.
Белый.
Рыжий.
Серебристый.
Разный у каждого.
Но одинаково наполненный силой клана.
Зак первым оскалился.
Зик рядом с ним усмехнулся.
— Давно мы этого не делали...
По всему фронту Инарицу начали отвечать на зов своей главы.
Один рык.
Потом второй.
Потом десятки.
Поле боя наполнилось голосами лис.
Со стороны союзников многие смотрели с удивлением.
Наруто даже присвистнул.
— Вот это да...
Гаара молча наблюдал за происходящим.
А Саске лишь нахмурился.
Он чувствовал, как меняется атмосфера.
Это было не просто построение.
Это был древний ритуал войны.
Рэн несколько секунд молча смотрел на Акиру.
А потом медленно улыбнулся.
Широко.
Хищно.
— Наконец-то.
Он тоже опустился ниже.
Тёмная чакра закружилась вокруг него.
Позади него шиноби Кицуне начали повторять его движения.
Их ряды тоже ответили рычанием.
Две ветви одного древнего народа.
Разделённые столетиями ненависти.
Сейчас стояли друг напротив друга.
Готовые закончить историю, начавшуюся ещё во времена первых глав кланов.
Рэн поднял взгляд на Акиру.
— Тогда покажи мне...
Тёмная чакра вспыхнула вокруг него.
— Почему именно твоя ветвь считала себя достойной вести наш народ.
И в следующую секунду оба сорвались с места одновременно.
Акира сорвалась с места первой.
Земля под её лапами-тенями чакры треснула.
Рэн рванул навстречу.
Они столкнулись в центре поля боя.
УДАР!
Воздушная волна разошлась во все стороны.
Наруто пришлось прикрыть лицо рукой.
Саске нахмурился.
Даже опытные шиноби понимали — это уже был бой не обычных людей.
Рэн ударил когтями.
Акира уклонилась.
Развернулась.
Нанесла удар хвостом.
Рэн отлетел, но тут же вернулся обратно.
Снова столкновение.
Снова рывок.
Снова удар.
На руках и плечах Акиры появлялись новые царапины.
Кровь стекала по коже.
Но она продолжала сражаться.
Быстро.
Яростно.
Без остановки.
Однако Рэн заметил одну странность.
Каждый раз, когда атака была направлена в её корпус...
Особенно в живот...
Акира уходила в защиту.
Не контратаковала.
Не рисковала.
А именно защищалась.
Блокировала.
Уклонялась.
Закрывала эту область руками и хвостами.
Рэн прищурился.
— Странно...
Он сделал ложный выпад.
И снова атаковал именно туда.
Акира мгновенно поставила блок.
Слишком быстро.
Слишком отчаянно.
Рэн отпрыгнул назад.
В его глазах мелькнуло подозрение.
Но времени думать не было.
Акира уже вновь бросилась вперёд.
— Не отвлекайся!
Крикнула она.
И нанесла удар такой силы, что Рэн едва успел уклониться.
Земля за его спиной взорвалась от удара.
Вокруг продолжала бушевать война.
Курацуки сражался неподалёку.
Зак и Зик удерживали свой участок фронта.
Союзные шиноби теснили врага.
Но для Акиры сейчас существовал только один противник.
Рэн.
Она тяжело дышала.
Раны болели.
Тело уставало.
Но каждый раз, когда силы начинали покидать её...
Она вспоминала.
Своих людей.
Свой клан.
Коноху.
И то будущее, которое хотела защитить.
И тогда снова поднималась на ноги.
Снова шла вперёд.
Потому что проиграть она не могла.
Поле боя продолжало содрогаться от взрывов техник.
Крики.
Звон оружия.
Рёв зверей.
Но вокруг Акиры словно начал образовываться островок тишины.
Она закрыла глаза.
Медленно выдохнула.
И сделала шаг.
Затем ещё один.
Её нога скользила по земле, оставляя светящийся след чакры.
Круг.
За ним второй.
Древние символы начали появляться один за другим.
Сначала никто не понимал, что происходит.
Но Зак внезапно побледнел.
— Нет...
Зик резко повернулся к нему.
— Что такое?
— Это...
Зак смотрел на узор под ногами Акиры.
— Это Танец Праматери...
Услышав эти слова, несколько старейшин Инарицу замерли.
В их глазах появился страх.
И благоговение.
Потому что они знали легенду.
Технику, которую за всю историю использовал только первый глава Инарицу.
Акира двигалась всё дальше.
Её движения действительно напоминали танец.
Плавный.
Красивый.
Но в этой красоте скрывалась древняя сила.
Ветер начал кружиться вокруг неё.
Девять хвостов светились всё ярче.
Чакра поднималась к небу серебристо-алым потоком.
Рэн нахмурился.
Он впервые почувствовал опасность.
Настоящую.
Не от техники.
Не от оружия.
А от чего-то гораздо более древнего.
Акира продолжала складывать печати.
Её голос становился всё громче.
— Моя жизнь...
Символы на земле вспыхнули.
— Жизнь друзей...
Свет распространился дальше.
— Родных...
По всему полю боя шиноби Инарицу почувствовали тепло.
— Семьи...
Даже раненые начали поднимать головы.
Акира открыла глаза.
Их алый цвет сменился золотым сиянием.
— Праматерь...
Небо содрогнулось.
Тучи начали расходиться.
Лунный свет обрушился прямо на центр символа.
— Прошу...
Её волосы поднялись в воздух от потока чакры.
— Покажи нам свет...
За спиной Акиры возник огромный силуэт.
Полупрозрачный.
Сотканный из серебряного света.
Древняя девятихвостая лисица.
Настолько огромная, что её увидели обе армии.
На поле боя воцарилась тишина.
Даже враги перестали сражаться.
Потому что перед ними возникло нечто из легенд.
Акира подняла руку.
— Защити нас от врага...
Огромная лисица открыла сияющие глаза.
И посмотрела прямо на Рэна.
В этот момент даже он впервые за весь бой сделал шаг назад.
Серебристый свет разлился по всему полю боя.
Сначала тонкими нитями.
Потом настоящими потоками чакры.
Она касалась союзников Акиры.
Шиноби Конохи.
Песка.
Облака.
Камня.
Клана Инарицу.
И происходило нечто невероятное.
Кровоточащие раны медленно затягивались.
Порванная одежда переставала пропитываться кровью.
Измождённые шиноби чувствовали, как возвращаются силы.
Даже Наруто удивлённо посмотрел на свои руки.
— Это...
Сакура широко раскрыла глаза.
— Она лечит тысячи людей одновременно...
Гаара поднял взгляд к небу.
Даже Орочимару перестал улыбаться.
Он смотрел на происходящее с редким для него удивлением.
— Невероятно...
В центре всего этого стояла Акира.
Но теперь она выглядела иначе.
Её волосы больше не были прежними.
Они стали серебристыми.
Словно сотканными из лунного света.
Глаза утратили привычный цвет.
Теперь в них сияло холодное серебряное свечение.
Будто сама луна смотрела через них на этот мир.
Девять хвостов за её спиной медленно двигались в воздухе.
Не как хвосты зверя.
А как древние потоки энергии.
Курацуки замер.
Он смотрел на свою хозяйку так, словно видел её впервые.
— Праматерь...
Тихо произнёс он.
Даже старейшины Инарицу опустились на колени.
Они знали легенды.
Знали старые сказания.
Но никогда не верили, что увидят это своими глазами.
Рэн смотрел на Акиру.
И впервые страх появился в его глазах открыто.
Потому что перед ним стояла уже не просто глава Инарицу.
Не просто сильный шиноби.
А символ всего их рода.
Воплощение древнего наследия.
Акира медленно подняла голову.
Серебристая лисица за её спиной открыла глаза.
Небо над полем боя озарилось лунным светом.
И голос Акиры прозвучал над всеми.
Тихо.
Но его услышал каждый.
Союзник.
Враг.
Каждый человек на этом поле.
— Да свершится суд Инарицу...
После этих слов огромная лисица за её спиной поднялась во весь рост.
Поле боя погрузилось в мёртвую тишину.
А Рэн невольно сделал ещё один шаг назад.
Потому что понял.
В этот момент началась уже не просто война.
Начался суд древнего рода, который тянулся через многие поколения.
Серебристый свет продолжал заливать поле боя.
Никто не двигался.
Никто не осмеливался нарушить тишину.
Даже самые жестокие шиноби Кицуне замерли.
Потому что чувствовали.
Сейчас происходит нечто выходящее за пределы обычной войны.
Акира медленно подняла голову.
Но когда она открыла рот...
Это был уже не её голос.
Голос был древним.
Спокойным.
Мудрым.
Словно говорил кто-то, проживший тысячи лет.
По спинам многих пробежал холодок.
— Рэн Кицуне...
Серебристые глаза остановились на нём.
Рэн невольно напрягся.
— Акира Инарицу...
Ветер стих.
Даже листья на деревьях перестали двигаться.
— Вы оба несёте кровь одного рода...
Огромная лисица за спиной Акиры медленно опустила голову.
— И оба являетесь отражением тех, кто начал этот путь.
В воздухе начали появляться серебристые образы.
Две фигуры.
Мужчина и женщина.
Древние одежды.
Лисьи уши.
Хвосты.
Они были похожи друг на друга.
И одновременно напоминали Рэна и Акиру.
По рядам Инарицу прокатился шёпот.
— Первые главы...
— Это они...
Голос продолжил:
— Ноа...
Серебристая фигура мужчины подняла голову.
— И Цубаки...
Фигура женщины посмотрела вперёд.
Рэн широко раскрыл глаза.
Акира тоже замерла внутри собственного сознания.
Она слышала этот голос.
Но не управляла своим телом.
— Два ребёнка...
— Два брата и сестра одной крови...
— Что избрали разные пути.
Образы начали двигаться.
Один держал меч.
Другой протягивал руку для мира.
— Один искал силу через страх.
— Другой искал силу через защиту.
Голос стал чуть строже.
— И их выбор расколол народ.
Рэн сжал кулаки.
— Нет...
Впервые за долгое время он выглядел неуверенным.
— Это ложь...
Серебристые глаза Акиры посмотрели прямо на него.
— Ты знаешь, что это не ложь.
Рэн замолчал.
Потому что где-то глубоко внутри уже давно понимал это.
Праматерь продолжила:
— Столетия спустя...
— Ненависть передавалась детям.
— Дети передавали её своим детям.
— И никто больше не помнил, почему началась война.
Тишина стала тяжёлой.
Многие опустили головы.
Потому что понимали.
Так часто происходило в истории.
— Но сегодня...
Огромная лисица поднялась за спиной Акиры.
Лунный свет стал ярче.
— История подходит к концу.
Серебристый взгляд остановился сначала на Рэне.
Потом на Акире.
— И последний выбор будет сделан вами.
Не Ноа.
Не Цубаки.
Не вашими предками.
— Вами.
После этих слов поле боя снова погрузилось в тишину.
Все ждали.
Что ответят потомки древнего рода.
И какой выбор они сделают там, где их предки потерпели неудачу.
Рэн резко шагнул вперёд.
Его лицо исказилось от раздражения.
— ЧТО ЗА ГЛУПОСТЬ?!
Его голос прогремел над полем боя.
— Первые главы Инарицу и Кицуне были мужчинами!
— Об этом говорится во всех наших свитках!
По рядам Кицуне послышались одобрительные возгласы.
Многие закивали.
Именно так их учили с детства.
Именно это передавалось из поколения в поколение.
Но серебристые глаза Акиры спокойно смотрели на него.
Праматерь ответила без гнева.
Без раздражения.
Словно разговаривала с ребёнком.
Который ещё не знает всей правды.
— Нет...
По полю боя прокатился лёгкий ветер.
Серебристые фигуры прошлого начали становиться чётче.
— Дитя, ставшее главой Инарицу...
Одна из фигур шагнула вперёд.
Теперь многие могли рассмотреть её лучше.
Длинные волосы.
Тонкие черты лица.
Несмотря на боевую одежду.
Несмотря на оружие.
Теперь было очевидно.
Это была девушка.
По рядам Инарицу прокатился удивлённый шёпот.
Рэн замер.
— Невозможно...
Праматерь продолжила:
— Но она всегда равнялась на своего брата-близнеца.
Рядом появилась вторая фигура.
Мужчина.
Очень похожий на неё.
Словно отражение в зеркале.
— Она училась владеть оружием так же, как он.
— Говорила так же, как он.
— Сражалась так же, как он.
Образы начали двигаться.
Показывая события давно ушедших времён.
— Многие чужаки принимали её за мужчину.
— А позже...
Голос стал печальнее.
— Правда была забыта.
Перед глазами обеих армий мелькали картины прошлого.
Старые войны.
Старые решения.
Старые ошибки.
— Но кровь помнит.
Серебристая фигура девушки подняла голову.
И на мгновение её черты удивительно напомнили Акиру.
Многие это заметили.
Даже Наруто невольно выдохнул:
— Она похожа...
Сакура молча кивнула.
Рэн смотрел на видение не отрываясь.
Впервые его уверенность начала давать трещину.
Потому что некоторые детали...
Некоторые древние символы...
Некоторые семейные легенды...
Внезапно начали складываться в единую картину.
А Праматерь произнесла последние слова:
— История не всегда лжёт.
— Но люди часто запоминают лишь ту её часть, которую хотят помнить.
И над полем боя снова воцарилась тишина.
Серебристый свет продолжал озарять поле боя.
Никто больше не сражался.
Даже самые ожесточённые противники опустили оружие.
Все смотрели только на неё.
На Праматерь.
На древнюю лисицу, говорившую через тело Акиры.
Её взгляд медленно скользнул по обеим армиям.
По Инарицу.
По Кицуне.
По тем, кто столетиями ненавидел друг друга.
В её глазах не было ни гнева.
Ни осуждения.
Только печаль.
Глубокая, древняя печаль матери, наблюдавшей за страданиями своих детей.
— Дети мои...
Голос разнёсся над полем.
Многие невольно опустили головы.
— Я создала этот род не для того, чтобы он разделился.
Серебристая лисица за её спиной медленно подняла голову к небу.
— Я надеялась, что вы станете опорой друг для друга.
— Что будете стоять плечом к плечу.
Перед обеими армиями начали возникать образы прошлого.
Инарицу и Кицуне.
Но не враги.
Союзники.
Они вместе строили дома.
Вместе охотились.
Вместе защищали своих детей.
Вместе праздновали.
По рядам Кицуне пробежал шёпот.
Многие впервые видели эти воспоминания.
— А вместо этого...
Голос стал тише.
— Вы передавали ненависть своим детям.
— А дети передавали её дальше.
Образы начали исчезать.
На их месте появились картины войн.
Смерти.
Пожаров.
Разрушенных домов.
Потерь.
И тогда Праматерь снова посмотрела на них.
На всех.
— Но сегодня я пришла не ради прошлого.
Наступила тишина.
Даже ветер замер.
— Я пришла предупредить вас о будущем.
По спинам многих пробежал холод.
Рэн нахмурился.
Акира внутри собственного сознания тоже слушала.
Внимательно.
Потому что чувствовала.
Сейчас прозвучит что-то важное.
Очень важное.
Праматерь подняла взгляд к луне.
— Скоро...
Её голос стал серьёзнее.
— В этот мир придёт нечто, что изменит ваши жизни.
Никто не произнёс ни слова.
— То, перед чем ваши старые обиды будут ничтожны.
— То, перед чем ваши войны покажутся детскими ссорами.
Небо над полем боя слегка дрогнуло.
Словно сама реальность откликнулась на её слова.
— И тогда вам придётся сделать выбор.
Серебристые глаза остановились сначала на Акире.
Потом на Рэне.
А затем на обоих кланах.
— Либо вы объединитесь.
Голос стал твёрдым.
— Либо погибнете.
Повисла тяжёлая тишина.
Даже Рэн не нашёл, что ответить.
Потому что впервые за долгое время в его глазах появился не гнев.
А сомнение.
И где-то глубоко внутри каждый, кто стоял на этом поле, почувствовал одно и то же.
Это предупреждение было настоящим.
Рэн сжал рукоять клинка так сильно, что побелели пальцы.
Его глаза горели яростью.
— ДА ЧЁРТА С ДВА Я СДАМСЯ ЭТОЙ ДЕВКЕ!
По рядам Кицуне прокатился рёв поддержки.
— КЛАН КИЦУНЕ! В АТАКУ!
Он поднял меч.
— Я СЛИШКОМ ДОЛГО ЖДАЛ, ЧТОБЫ УНИЧТОЖИТЬ КЛАН ИНАРИЦУ!
Наступила тишина.
Праматерь долго смотрела на него.
Без гнева.
Без ненависти.
Лишь с печалью.
— Значит...
Её голос эхом разнёсся над полем.
— Ты сделал свой выбор.
После этих слов серебристый свет начал исчезать.
Огромная лисица растворилась в лунном сиянии.
Небо снова стало обычным.
Чакра Праматери покинула тело Акиры.
Она пошатнулась.
Но устояла.
Её волосы вновь стали прежними.
Серебристое сияние глаз исчезло.
Она снова была собой.
Акирой Инарицу.
В её руке вспыхнул знакомый клинок.
Катана её отца.
Рэн тоже поднял своё оружие.
Они стояли друг напротив друга.
Не двигаясь.
Не отводя взгляда.
И вдруг...
Мир вокруг словно исчез.
Шум битвы отдалился.
Крики стихли.
Время замедлилось.
Перед глазами Акиры начали вспыхивать чужие воспоминания.
Нет.
Не чужие.
Её собственные.
Очень старые.
Она увидела зелёную долину.
Мирную деревню.
Детский смех.
Мальчика.
И девушку.
Близнецов.
Мальчик смеялся, размахивая деревянным мечом.
— Догоняй, Цубаки!
Девушка фыркнула и побежала следом.
— Ноа! Стой!
Воспоминание сменилось.
Они уже подростки.
Тренируются вместе.
Смеются.
Спорят.
Защищают друг друга.
Снова смена.
Первая ссора.
Первое серьёзное разногласие.
Первый раскол.
Голос Ноа:
— Люди подчиняются только силе!
Голос Цубаки:
— Люди идут за теми, кто их защищает!
Снова смена.
Крик.
Огонь.
Война.
Два лагеря.
Два знамени.
Два пути.
Последнее воспоминание ударило особенно больно.
Цубаки стояла напротив брата.
Слёзы текли по её лицу.
— Неужели всё дошло до этого?..
Ноа молчал.
А потом отвернулся.
Именно тогда началась война.
Та самая.
Первая война рода.
Акира резко вдохнула.
Перед ней снова было поле боя.
Рэн тоже замер.
Его глаза расширились.
Он видел то же самое.
Те же воспоминания.
Тех же людей.
Те же ошибки.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Словно впервые.
Словно видели не врага.
А человека, которого когда-то потеряли.
Но потом пальцы Рэна снова сжали рукоять меча.
И воспоминания исчезли.
Осталась только реальность.
Поле боя.
Две армии.
И незавершённая история, которая тянулась через века.
Рэн замер.
Среди грохота битвы слова Акиры прозвучали неожиданно тихо.
Но он услышал каждое.
Акира опустила клинок.
Не полностью.
Но достаточно, чтобы показать: сейчас она хочет говорить.
Не как глава Инарицу.
Не как враг.
А как человек, который только что увидел то же прошлое, что и он.
— Ноа...
Имя сорвалось с её губ почти шёпотом.
Рэн вздрогнул.
Потому что на одно мгновение ему показалось, будто перед ним стоит не Акира.
А Цубаки.
Та самая девушка из воспоминаний.
Та самая сестра.
Акира шагнула вперёд.
— Прекрати это.
Ветер качнул её волосы.
— Прошла тысяча лет...
Её голос дрогнул.
— Тысяча лет, Ноа.
Она обвела рукой поле боя.
На раненых.
На погибших.
На людей, которые даже не знали, из-за чего когда-то начался этот конфликт.
— А они всё ещё продолжают нашу войну.
Рэн сжал зубы.
— Это не...
— Нет!
Впервые Акира перебила его.
— Это именно наша война!
Она ткнула пальцем между ними.
— Не их!
— Не детей!
— Не кланов!
— Не этих людей!
В её глазах стояли слёзы.
Но голос оставался твёрдым.
— Мы оставили им свою ненависть.
— А они передавали её дальше.
— И дальше.
— И дальше.
Поле боя словно снова затихло вокруг них.
Даже некоторые Кицуне начали слушать.
— Хватит верить в ненависть!
Крикнула Акира.
— Хватит вести людей за собой, обещая силу и власть!
Она посмотрела прямо в глаза Рэна.
— Ты всё ещё тот мальчик, который когда-то хотел защитить свой народ!
— Я видела это!
— Я помню это!
Рэн отвёл взгляд.
На секунду.
Всего на секунду.
Именно поэтому её слова били так больно.
Потому что часть его знала.
Она говорит правду.
Акира медленно подняла катану.
Но теперь остриё смотрело вниз.
Не на него.
— Война будет продолжаться ещё сотни лет.
— Если мы сейчас не остановим её.
Её голос стал тише.
— Так же, как не смогли остановить тогда.
По её щеке скатилась капля крови, смешанная с потом.
— Я устала, Ноа.
Она впервые назвала его этим именем без злости.
Без обвинения.
Просто с болью.
— Я не хочу, чтобы наши потомки ещё тысячу лет убивали друг друга.
Тишина.
Долгая.
Тяжёлая.
Рэн стоял неподвижно.
А где-то глубоко внутри него сталкивались две личности.
Рэн Кицуне.
И Ноа.
Настоящий выбор ещё не был сделан.
Акира крепче сжала рукоять катаны.
Ветер развевал её волосы.
Вокруг продолжала греметь битва, но для них двоих всё словно исчезло.
Остались только они.
И тысяча лет истории между ними.
Она подняла клинок.
Лезвие блеснуло в лунном свете.
— Ноа!
Её голос разнёсся над полем боя.
Рэн вздрогнул.
Снова.
Потому что это имя било сильнее любого удара.
— Если ты не прекратишь это...
Акира сделала шаг вперёд.
— То я прекращу эту войну раз и навсегда!
Позади неё Инарицу замерли.
В голосе их главы звучала не ярость.
А решимость.
Та самая решимость, которая появляется у человека, когда он готов пожертвовать всем ради своей цели.
Рэн нахмурился.
— И как ты собираешься это сделать?
Его голос был жёстким.
Но уже не таким уверенным, как раньше.
Акира посмотрела ему прямо в глаза.
— Если понадобится...
Она подняла клинок выше.
— Я остановлю тебя.
— Даже если ради этого мне придётся пройти через тебя.
Ветер стих.
На мгновение воцарилась абсолютная тишина.
Рэн смотрел на неё.
На девушку, которую ненавидел.
На главу Инарицу.
На человека, который стоял перед ним сейчас.
И одновременно видел перед собой Цубаки.
Ту, которую когда-то потерял.
Его пальцы медленно сжались на рукояти меча.
— Значит...
Он поднял своё оружие.
— Ты всё-таки готова сражаться со мной до конца?
Акира не отвела взгляда.
— Если другого пути не останется.
Несколько секунд они стояли неподвижно.
Два потомка древнего рода.
Две стороны одной истории.
И где-то на краю поля боя Наруто, Саске, Гаара и остальные наблюдали за ними.
Потому что понимали:
Следующее решение Рэна может определить судьбу не только этой битвы, но и будущего обоих кланов.
И сейчас выбор был за ним.