Источник Кагацуне
Несколько секунд за её спиной было тихо.
Потом раздался спокойный голос:
— Меня заметили сразу.
Акира усмехнулась.
— Конечно.
Она повернула голову.
На крыше действительно стоял Гаара.
Гаара подошёл ближе и остановился рядом.
Ночной ветер слегка шевелил его красные волосы.
Некоторое время они просто смотрели на небо.
Без слов.
Без необходимости что-то говорить.
Пустыня вокруг Суны была удивительно спокойной.
— Не спится?
Спросила Акира.
— Иногда.
Ответил Гаара.
— Когда мыслей слишком много.
— Понимаю.
Она снова посмотрела на звёзды.
— Мне тоже.
Гаара сел рядом.
Не слишком близко.
Но и не далеко.
Так, как обычно садятся люди, которым комфортно молчать вместе.
Прошло несколько минут.
Наконец он спросил:
— Боишься?
Акира не сразу ответила.
Она знала, о чём он говорит.
Не о завтрашнем дне.
Не о Суне.
А о путешествии.
О будущем.
Об испытаниях.
О неизвестности.
Она медленно кивнула.
— Да.
Гаара посмотрел на неё.
— Честно.
— А смысл врать?
Улыбнулась Акира.
— Я не знаю, что меня ждёт.
— Не знаю, сколько времени займёт путь.
— Не знаю, вернусь ли такой же.
Она задумалась.
— Иногда мне страшно.
Ветер поднял несколько песчинок и унёс их в ночь.
Гаара долго молчал.
Потом тихо сказал:
— Это нормально.
Акира удивлённо посмотрела на него.
Он продолжил:
— Когда я изменился...
— Мне тоже было страшно.
Она внимательно слушала.
— Раньше я знал только один путь.
— А потом понял, что могу жить иначе.
— И не знал, получится ли у меня.
Гаара поднял взгляд к звёздам.
— Но если бы я остался на месте...
— Я бы никогда не стал тем, кем являюсь сейчас.
Акира улыбнулась.
— Это совет?
— Возможно.
— Очень подозрительно мудрый совет.
— Я общаюсь с Наруто.
— Тогда понятно.
Гаара впервые за разговор тихо усмехнулся.
Акира рассмеялась.
Негромко.
По-доброму.
Потом снова посмотрела на небо.
— Когда-нибудь...
Тихо сказала она.
— Я вернусь в Коноху.
— Зак станет моим помощником.
— Зик тоже.
— Курацуки будет ворчать.
— Старейшина начнёт говорить, что я всё делаю неправильно.
— А потом всё равно похвалит.
Она улыбнулась.
— И я наконец стану главой.
Гаара слушал её молча.
А потом произнёс:
— Ты вернёшься.
Акира повернула голову.
— Так уверен?
— Да.
— Почему?
Гаара посмотрел прямо на неё.
Спокойно.
Уверенно.
— Потому что ты уже идёшь вперёд.
Акира замерла.
А потом улыбнулась.
И на этот раз ничего не ответила.
Потому что иногда слова были не нужны.
Над ними мерцали звёзды.
Внизу спала Суна.
А на крыше сидели два человека, которые когда-то были потерянными детьми, а теперь шаг за шагом искали своё место в мире.
Акира слегка толкнула его плечом.
— Эй! Гаара!
Она хитро улыбнулась.
— А ты будешь скучать?
— Хи-хи!
Для неё это была шутка.
Обычная подколка.
Она ожидала, что он смутится, отвернётся или просто промолчит.
Но Гаара даже не задумался над ответом.
— Да.
Повисла тишина.
Акира замерла.
Полностью.
Словно её только что ударили техникой паралича.
— А...
На её щеках медленно появился румянец.
— А?
Гаара спокойно посмотрел на неё.
— Ты спросила.
— Я ответил.
— Я...
— Это была шутка...
Пробормотала Акира.
— О.
Ответил Гаара.
И только сейчас понял, что произошло.
Наступила ещё более неловкая тишина.
Тем временем Курацуки, который спал неподалёку на другом конце крыши, лениво открыл один глаз.
Посмотрел на них.
На красное лицо Акиры.
На абсолютно серьёзного Гаару.
И снова закрыл глаз.
— О нет...
Пробормотал он.
— Началось.
— Что началось?
Спросила Акира.
— Ничего.
— Курацуки.
— Я сплю.
— Ты разговариваешь.
— Спящий разговариваю.
Гаара едва заметно улыбнулся.
Акира заметила это.
И тут же ткнула в него пальцем.
— Ты сейчас специально улыбаешься?
— Нет.
— Врёшь.
— Нет.
— Врёшь.
— Нет.
Акира скрестила руки на груди.
Пытаясь скрыть смущение.
Но румянец никуда не исчезал.
Гаара несколько секунд наблюдал за этим.
А потом спокойно добавил:
— Я действительно буду скучать.
Акира чуть не подавилась воздухом.
— ГААРА!
— Что?
— Нельзя говорить такие вещи так спокойно!
— Почему?
— Потому что...
Она открыла рот.
Закрыла.
Снова открыла.
И не нашла ответа.
Гаара искренне не понимал её реакцию.
Для него это была правда.
Он просто сказал её.
Как есть.
Курацуки окончательно сел.
Посмотрел на звёзды.
И тяжело вздохнул.
— Пустыня.
— Что?
Спросила Акира.
— Ничего.
— Просто теперь я понимаю, почему Темари так часто смеётся над своим братом.
Акира закрыла лицо руками.
А Гаара сидел рядом совершенно спокойный.
Не понимая, почему после его честного ответа лицо Акиры стало красным почти как её волосы.
Акира несколько секунд сидела молча.
Пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
Потом глубоко вдохнула.
Убрала руки от лица.
И широко улыбнулась.
Так ярко, как умела только она.
— Тогда я вернусь!
Гаара внимательно посмотрел на неё.
— После того как стану главой.
Акира поднялась на ноги и уверенно указала куда-то вперёд.
Будто уже видела своё будущее.
— Я закончу все испытания!
— Стану главой Инарицу!
— А потом приеду в Суну и снова увижусь с тобой, Гаара!
В её глазах отражались звёзды.
— Ведь теперь мы с тобой друзья!
На несколько секунд наступила тишина.
Гаара смотрел на неё.
На её уверенную улыбку.
На искренность в голосе.
И неожиданно вспомнил себя несколько лет назад.
Того мальчика, который был уверен, что никогда не сможет назвать кого-то другом.
Что никогда не будет нужен людям.
Что всегда останется один.
А теперь напротив него стояла девушка, которая произнесла это так естественно.
Словно это было самой простой вещью на свете.
"Мы с тобой друзья."
На лице Гаары появилась едва заметная улыбка.
Но на этот раз он даже не попытался её скрыть.
— Да.
Тихо ответил он.
— Друзья.
Акира довольно кивнула.
— Вот и отлично!
Курацуки фыркнул.
— Наконец-то вы разобрались.
— В чём?
Одновременно спросили Акира и Гаара.
— Неважно.
Лис быстро отвернулся к звёздам.
— Совершенно неважно.
Акира подозрительно прищурилась.
Но решила не допытываться.
Вместо этого она снова посмотрела на ночное небо.
— Знаешь...
Тихо сказала она.
— Когда я только ушла из Конохи, мне было страшно.
— А сейчас?
Спросил Гаара.
Акира задумалась.
Потом улыбнулась.
— Сейчас тоже страшно.
Гаара моргнул.
— Но теперь мне кажется, что где бы я ни оказалась...
Она посмотрела сначала на небо.
Потом на него.
— У меня есть место, куда можно вернуться.
Гаара молча кивнул.
Потому что прекрасно понимал эти чувства.
Внизу спала Суна.
Над ними сияли тысячи звёзд.
А на крыше сидели двое подростков, которые когда-то были потерянными детьми, а теперь понемногу строили своё будущее — каждый своим путём, но уже не в полном одиночестве.
Месяц пролетел незаметно.
Сначала Акира думала, что задержится в Суне всего на несколько дней.
Потом на неделю.
А потом сама не заметила, как прошёл целый месяц.
За это время она успела узнать деревню почти так же хорошо, как некоторые её жители.
Она помогала торговцам на рынке.
Слушала истории стариков о прошлом Страны Ветра.
Тренировалась с местными шиноби.
Несколько раз даже сопровождала караваны через пустыню.
Канкуро периодически пытался втянуть её в свои эксперименты с куклами.
Темари заставляла её помогать с различными поручениями.
А Гаара...
С ним они часто разговаривали.
Иногда о серьёзных вещах.
Иногда о полной ерунде.
Иногда просто сидели молча.
И этого тоже было достаточно.
Но путь главы клана не мог ждать вечно.
Настал день отъезда.
У ворот Суны собрались те, с кем она успела подружиться.
Рядом стоял Курацуки.
Закинув на плечо походную сумку, Акира посмотрела на собравшихся.
На Канкуро.
На Темари.
На Гаару.
На людей, которые за этот месяц стали ей дороги.
Она широко улыбнулась.
— Я вернусь к вам уже как глава!
Канкуро усмехнулся.
— Самоуверенно.
— Конечно.
— А если не станешь?
— Стану.
— А если нет?
— Канкуро.
— Что?
— Я тебя побью.
Темари рассмеялась.
— Вот теперь точно узнаю Акиру.
Курацуки важно кивнул.
— Согласен.
Акира перевела взгляд на них всех.
Её улыбка стала мягче.
— Так что...
Она подняла руку.
— Будьте готовы!
Темари сложила руки на груди.
— Не заставляй нас ждать слишком долго.
— Постараюсь.
Канкуро усмехнулся.
— И не умри по дороге.
— Ты так мило прощаешься.
— Я стараюсь.
— Получается ужасно.
Гаара всё это время молчал.
Но когда Акира посмотрела на него, он сделал шаг вперёд.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Потом он спокойно сказал:
— Удачи.
Всего одно слово.
Но Акира понимала, сколько в нём скрыто.
Она улыбнулась.
— Спасибо.
Гаара чуть заметно кивнул.
— И возвращайся.
Акира почувствовала, как внутри стало тепло.
— Обязательно.
Она развернулась.
Курацуки занял место рядом.
И они сделали первые шаги прочь от ворот.
Ветер пустыни подхватил край её плаща.
Позади оставалась Суна.
Впереди ждали новые дороги.
Новые испытания.
Новые встречи.
Но теперь Акира знала одну важную вещь.
В мире становилось всё больше мест, которые она могла назвать домом.
И однажды, когда её путешествие закончится, она обязательно вернётся сюда.
Но уже не как наследница.
А как истинная глава клана Инарицу.
Прошло три года.
Три долгих года дорог.
Три года испытаний.
Три года, которые изменили Акиру сильнее, чем она сама могла представить.
Теперь ей было шестнадцать.
Она стала выше.
Черты лица стали взрослее.
Движения — увереннее.
А взгляд больше не принадлежал ребёнку.
За эти годы она побывала во множестве мест.
Пересекала пустыни.
Поднималась в горы.
Пробиралась через древние леса.
Помогала людям.
Сражалась.
Ошибалась.
Училась.
И становилась сильнее.
Сейчас она шла через густую лесную чащу.
Вокруг возвышались огромные древние деревья.
Солнечный свет едва пробивался сквозь кроны.
Воздух был наполнен запахом мха и влажной земли.
— Эй, Курацуки!
Позвала Акира.
— Смотри!
Она перепрыгнула через корень дерева и указала вперёд.
— Мы почти добрались до Кагэцуне!
Курацуки рядом с ней уже давно выглядел иначе.
За эти годы он тоже вырос.
Теперь огромный лис был почти ей по плечо.
Его девять хвостов лениво покачивались за спиной.
— Ага...
Проворчал он.
— И правда добрались.
Он посмотрел вперёд.
И его обычно весёлое выражение лица стало серьёзнее.
— Значит...
— Источник Лис.
Акира кивнула.
— Да.
Кагэцуне.
Место, о котором ей рассказывали ещё в детстве.
Священный источник Инарицу.
Место рождения множества духовных лис.
И одно из последних испытаний на пути будущего главы клана.
Старейшина говорил о нём редко.
И всегда очень серьёзно.
"Когда придёт время, источник сам решит, достойна ли ты."
Тогда она не понимала этих слов.
Теперь понимала.
Курацуки посмотрел на неё.
— Нервничаешь?
Акира усмехнулась.
— Немного.
— Врёшь.
— Ладно.
Она выдохнула.
— Очень нервничаю.
— Вот теперь верю.
Они продолжили путь.
Лес постепенно менялся.
Становился тише.
Даже птицы здесь почти не пели.
Словно сама природа уважала это место.
Вскоре между деревьями появился серебристый свет.
Акира остановилась.
Перед ними открылась небольшая поляна.
Посреди неё находилось озеро.
Совершенно прозрачное.
Его вода светилась мягким голубоватым сиянием.
По поверхности плавали лепестки белых цветов.
А в центре озера возвышалось огромное дерево.
Древнее.
Невероятно древнее.
Его ветви уходили высоко в небо.
А среди листьев мерцали маленькие огоньки.
Будто звёзды спустились на землю.
Акира невольно задержала дыхание.
— Красиво...
Прошептала она.
Даже Курацуки замолчал.
Для духа-лиса это место было священным.
Вдруг по воде пошла рябь.
Лёгкая.
Едва заметная.
А затем по всей поляне разнёсся древний голос.
Спокойный.
Мудрый.
Словно сам лес заговорил.
— Наследница Инарицу...
Акира вздрогнула.
Голос звучал отовсюду одновременно.
— Ты наконец пришла.
Вода источника засветилась ярче.
Курацуки невольно опустил голову.
Даже он ощущал исходящую отсюда силу.
Голос снова прозвучал над поляной:
— Ответь...
— Зачем ты ищешь путь главы?
Акира медленно опустилась на одно колено.
Перед священным озером.
Перед древним деревом.
Перед силой, которая существовала задолго до появления её клана.
Курацуки тоже склонил голову.
Его девять хвостов замерли.
На поляне не осталось ни единого звука.
Лишь лёгкое сияние воды.
Акира опустила взгляд.
И произнесла:
— О Великая Праматерь...
— Мать всех сущих...
— Я прошла этот путь, чтобы стать главой своего клана.
Её голос звучал твёрдо.
Без колебаний.
— Я странствовала по миру.
— Училась.
— Ошибалась.
— Сражалась.
— Помогала тем, кто нуждался в помощи.
Она подняла голову.
Смотря на древнее дерево.
— Я хочу защитить свой народ.
— Стать мудрой и достойной.
— Чтобы люди Инарицу следовали за мной не из страха...
— А потому, что верят мне.
Свет вокруг озера начал медленно усиливаться.
Лепестки на воде закружились.
Поднялся ветер.
Но Акира продолжала говорить.
— Поэтому я прошу...
— Благослови меня.
— Чтобы я смогла стать главой клана.
— И нести это имя с честью.
Последние слова растворились в воздухе.
Наступила тишина.
Долгая.
Настолько долгая, что даже сердце Акиры начало биться быстрее.
Потом поверхность озера вдруг стала гладкой.
Абсолютно гладкой.
Словно зеркало.
И в этом зеркале появилось отражение.
Но не Акиры.
Не дерева.
Не неба.
Там появилась женщина.
Высокая.
С девятью хвостами.
С серебряными волосами.
И глазами, в которых будто отражались звёзды.
Курацуки резко вдохнул.
И тут же опустился ещё ниже.
— Праматерь...
Прошептал он.
Фигура в воде посмотрела на Акиру.
Спокойно.
Внимательно.
Словно видела не только её настоящее.
Но и всё прошлое.
Все страхи.
Все ошибки.
Все мечты.
— Ты говоришь о защите.
Произнёс голос.
Теперь он был мягче.
Почти человеческим.
— Многие до тебя говорили то же самое.
Вода вокруг дерева начала светиться золотым светом.
— Но скажи мне, Акира Инарицу...
Женщина в отражении слегка наклонила голову.
— Если однажды твой народ отвернётся от тебя...
— Если тебя предадут те, кого ты любишь...
— Если ради спасения клана придётся пожертвовать собственным счастьем...
Её глаза вспыхнули серебром.
— Останешься ли ты на пути главы?
Поляна замерла.
Даже ветер стих.
Словно весь мир ждал ответа наследницы Инарицу.
Акира сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
Но её взгляд не дрогнул.
Она смотрела прямо на отражение Праматери.
Прямо в её сияющие глаза.
— Да.
Твёрдо ответила Акира.
— Даже тогда я останусь главой.
Ветер вновь поднялся над озером.
Золотой свет закружился вокруг древнего дерева.
Но девушка продолжала говорить.
— Но я не позволю тому, о чём вы сказали, случиться.
Её голос становился всё увереннее.
Всё сильнее.
— Ведь я Акира Инарицу!
Она поднялась с колена.
И выпрямилась во весь рост.
— Дочь Рюске Инарицу и Юми Инарицу!
По воде побежали круги.
Словно сам источник откликнулся на её слова.
— Я клянусь своей жизнью!
— Что подарю своему народу процветание!
Курацуки поднял голову.
В его глазах появилась гордость.
Он уже не видел перед собой ребёнка.
Перед ним стояла будущая глава.
Акира коснулась своей груди.
Там, где билось её сердце.
— В клане Инарицу есть древняя мудрость.
Она сделала шаг вперёд.
— Мы одна семья.
Её красные глаза вспыхнули решимостью.
— А в семье нет предателей!
Сияние над озером внезапно стало ослепительным.
На мгновение вся поляна утонула в золотом свете.
Ветви древнего дерева зашелестели.
Хотя ветра не было.
Отражение женщины долго смотрело на Акиру.
Очень долго.
Настолько долго, что время будто остановилось.
Потом на лице Праматери появилась едва заметная улыбка.
Не насмешливая.
Не снисходительная.
Тёплая.
И немного печальная.
— Юность...
Тихо произнесла она.
— Всегда верит, что сможет защитить всех.
Акира хотела ответить.
Но женщина подняла руку.
И продолжила:
— Однако я не услышала в твоих словах гордыни.
— Лишь желание защитить.
Золотой свет начал собираться вокруг Акиры.
Медленно кружась вокруг неё.
— Ты ещё не стала мудрой.
— Но стремишься к мудрости.
— Ты ещё не стала великой.
— Но стремишься к величию.
— Ты ещё не стала главой.
— Но уже думаешь о других прежде, чем о себе.
Курацуки широко раскрыл глаза.
Источник начал пробуждаться.
По-настоящему.
Озеро засияло.
Девять столбов света поднялись из воды к небу.
И голос Праматери прогремел над всей поляной:
— Акира Инарицу.
— Наследница рода.
— Странница.
— Защитница.
— Ответь мне ещё на один вопрос.
Свет стал ещё ярче.
— Если однажды тебе придётся выбирать между своим счастьем...
— И благополучием клана...
— Что выберешь ты?
И снова поляна замерла в ожидании ответа.
Акира замолчала.
На этот раз ответ пришёл не сразу.
Она опустила голову.
Вспоминая лица людей, которые ждали её дома.
Старейшину.
Зака.
Зика.
Детей, бегавших по улицам Инарицу.
Всех тех, кто верил в неё.
Кто провожал её три года назад.
Кто ждал её возвращения.
Её пальцы медленно разжались.
И наконец она ответила:
— Клан...
Её голос звучал тихо.
Но твёрдо.
Без колебаний.
— Они моя семья.
По поверхности озера прошла лёгкая рябь.
— Счастье я ещё успею обрести.
Она подняла взгляд на Праматерь.
— Но не клан.
— Если я потеряю их...
— Другого такого дома уже не будет.
Ветер пронёсся между деревьями.
Шелест листвы напоминал далёкий шёпот.
Праматерь долго смотрела на неё.
Очень долго.
Будто заглядывала в самую душу.
Проверяла каждое слово.
Каждую мысль.
Каждое сомнение.
А потом её глаза стали мягче.
— Ты ошибаешься.
Тихо сказала она.
Акира удивлённо замерла.
Праматерь поднялась из отражения воды.
Теперь её фигура была видна полностью.
Сотканная из света и звёзд.
— Настоящий глава не должен выбирать между семьёй и счастьем.
— Не должен жертвовать собой каждый раз.
— Не должен нести всё бремя в одиночку.
Золотой свет окутал Акиру.
Тёплый.
Спокойный.
— Ты сказала:
— "В семье нет предателей."
Праматерь улыбнулась.
— Но в настоящей семье есть ещё кое-что.
Акира внимательно слушала.
— В настоящей семье помогают нести груз друг друга.
Эти слова заставили её вспомнить Зака и Зика.
Их обещание стать её помощниками.
Вспомнить людей, которые всегда были рядом.
Курацуки.
Наруто.
Гаару.
Всех тех, кто поддерживал её на пути.
Праматерь продолжила:
— Ты готова пожертвовать своим счастьем ради клана.
— Это достойно уважения.
— Но однажды тебе придётся научиться принимать помощь других.
— Иначе твоя ноша станет слишком тяжёлой.
На поляне воцарилась тишина.
А потом Праматерь подняла руку.
Девять столбов света одновременно вспыхнули.
И золотая энергия устремилась к Акире.
Курацуки широко раскрыл глаза.
— Невозможно...
Свет коснулся её груди.
И в этот миг Акира почувствовала что-то необычное.
Словно тысячи голосов её предков разом заговорили с ней.
Словно поколения Инарицу протянули ей руки.
Словно сам клан признал её.
Голос Праматери прозвучал в последний раз:
— Акира Инарицу.
— Ты прошла испытание сердца.
— И доказала, что достойна идти дальше.
Свет постепенно начал угасать.
Но на лбу Акиры осталась маленькая золотая метка в форме девятихвостой лисы.
Она мягко светилась.
Как знак признания.
Как благословение.
Как первый шаг к тому, чтобы однажды стать истинной главой клана Инарицу.
Золотой свет постепенно угасал.
Акира ещё пыталась осознать всё произошедшее.
Слова Праматери.
Голоса предков.
Странное тепло внутри груди.
Но вдруг...
Она почувствовала что-то необычное.
Что-то за спиной.
Что-то на голове.
Акира замерла.
Очень медленно подняла руку.
И коснулась макушки.
Мягкое.
Пушистое.
Тёплое.
Ухо.
Лисье ухо.
Акира застыла.
Потом резко повернула голову.
И увидела за собой пушистый красноватый хвост.
— А!
Она отпрыгнула назад.
— ЧТО ЭТО?!
Курацуки подавился воздухом.
— О.
— О?!
— Очень интересно.
— КУРАЦУКИ!
Акира схватила хвост двумя руками.
— ПОЧЕМУ У МЕНЯ ХВОСТ?!
Хвост тут же дёрнулся.
Отчего сама Акира подпрыгнула.
— ОН ДВИГАЕТСЯ!
— Потому что это твой хвост.
— Я ЗНАЮ ЧТО МОЙ!
— Тогда почему спрашиваешь?
— Потому что его не должно быть!
Она посмотрела на Праматерь.
— П-почему у меня хвост и уши?!
— Они ведь появляются только после использования техник!
Праматерь наблюдала за этой сценой с удивительно спокойным выражением лица.
Будто подобная реакция происходила уже не первую тысячу раз.
На её губах появилась лёгкая улыбка.
— Потому что ты получила благословение Источника.
— И?
— И твоя кровь пробудилась глубже.
Акира моргнула.
— Не понимаю.
Праматерь протянула руку.
В воздухе появилось зеркало из воды.
В нём отражалась Акира.
Красные волосы.
Красные глаза.
Лисьи уши.
Один пушистый хвост.
И золотая метка на лбу.
— Многие Инарицу используют силу лисы через техники.
— Но лишь немногие становятся настолько близки к наследию Праматери, что часть этого наследия становится их естественным обликом.
Курацуки сел ровнее.
Теперь он выглядел очень серьёзным.
— Значит...
— Да.
Ответила Праматерь.
— Она получила признание Источника.
Глаза Курацуки расширились.
— За столько поколений...
— Впервые...
Акира переводила взгляд между ними.
— Кто-нибудь может объяснить нормально?!
Праматерь тихо рассмеялась.
— Теперь ты всегда сможешь принимать этот облик.
Акира дёрнула ухом.
И тут же сама испугалась.
— Оно опять двигается!
— Да.
— Я это почувствовала!
— Да.
— Это странно!
— Да.
Курацуки уже откровенно веселился.
— Ты выглядишь забавно.
— Курацуки.
— Да?
— Я тебя укушу.
— Теперь звучит намного страшнее.
Лис посмотрел на её хвост.
Потом на уши.
— Особенно теперь.
Акира застонала и снова схватилась за голову.
Но Праматерь вдруг стала серьёзнее.
— Не относись к этому как к украшению, Акира Инарицу.
Девушка тут же выпрямилась.
— Этот облик — не награда.
— Это ответственность.
Источник засиял.
— Один хвост означает признание.
— Девять хвостов сможет проявить лишь тот глава, которого признают не только предки.
— Но и сам народ.
Акира медленно посмотрела на свой хвост.
И впервые за всё время перестала паниковать.
Потому что поняла.
Испытание ещё не закончилось.
Оно только что стало намного серьёзнее.