Родители
Акира крепко прижимала к себе Куроцуки, пока Цумэ несла её на руках к дому Инузука.
Из-за двери уже слышался громкий лай собак, топот лап и чьи-то голоса.
Куроцуки прижал уши.
— Их слишком много…
Акира дрожащей рукой начала гладить его по голове, пытаясь успокоить не только лисёнка, но и себя.
— Куроцуки… мне страшно…
Её голос был совсем тихим.
— Что если они укусят нас?..
Лисёнок тут же нахмурился и прижался к ней сильнее.
— Тогда я укушу их первым.
Цумэ услышала это и громко фыркнула.
— Эй, мелкий, мои собаки воспитаннее некоторых людей.
— Не верю, — буркнул Куроцуки.
В этот момент дверь резко открылась.
На пороге появился маленький мальчик с растрёпанными волосами, а рядом с ним стоял щенок.
— Мам! Ты чего так долго—
Мальчик замер.
Его взгляд остановился на Акире.
А потом — на лисёнке у неё на руках.
Куроцуки мгновенно зарычал.
Щенок рядом с мальчиком тоже насторожился и тихо гавкнул в ответ.
Повисла напряжённая тишина.
Акира испуганно спрятала лицо в плече Цумэ, крепче обнимая Куроцуки.
Она всё ещё не понимала… действительно ли это место станет её спасением.
Следом из дома выглянула девочка постарше с длинными тёмными волосами.
— Киба, ты чего там застря—
Она тоже замерла, заметив Цумэ с ребёнком на руках.
— Ого… мама? Кто эта девочка?..
Цумэ хмыкнула и прошла внутрь дома.
— Долгая история.
Акира испуганно осматривалась по сторонам.
Дом Инузука был шумным. Тёплым. Повсюду бегали собаки, слышался лай, а воздух пах шерстью и едой.
После холодного леса это место казалось ей слишком живым.
Куроцуки подозрительно выглянул из её рук.
— Почему здесь так воняет псиной?..
Щенок Кибы мгновенно гавкнул в ответ.
— А ну повтори!
— Акимару, сидеть, — быстро сказал Киба, хватая щенка.
Хана удивлённо моргнула.
— …Лиса разговаривает?
— Ага, — усмехнулась Цумэ. — И характер у него хуже, чем у тебя с Кибой вместе.
— Я всё слышу, собачница.
— И я всё ещё могу выставить тебя на улицу.
Куроцуки прижал уши и тихо фыркнул, вызвав у Ханы смешок.
Но Акира всё ещё выглядела напряжённой.
Она крепко держалась за плащ Цумэ и явно не знала, куда смотреть.
Хана заметила это почти сразу.
Её улыбка стала мягче.
Она осторожно подошла ближе и присела перед девочкой.
— Эй… не бойся. Тебя никто тут не обидит.
Акира не ответила.
Лишь крепче прижала к себе Куроцуки.
Киба же с любопытством смотрел прямо на лисёнка.
— А он настоящий боец, да?
Куроцуки гордо поднял морду.
— Конечно.
— А кусаться умеешь?
— Очень хорошо.
Киба довольно улыбнулся.
— Круто! Мне она уже нравится!
Акира робко выглянула из-за плеча Цумэ, всё ещё крепко держа Куроцуки на руках.
— Это… Куроцуки… — тихо сказала она. — Он умеет говорить…
Куроцуки гордо поднял морду.
— Потому что я особенный.
Хана не сдержала смешка.
— Да уж, это сразу видно.
Акира осторожно посмотрела на щенка рядом с Кибой.
Тот с любопытством нюхал воздух, не сводя взгляда с лисёнка.
— А тот щенок… он не умеет говорить?..
Хана мягко улыбнулась.
— Умеет. Просто понимать собак могут только члены клана Инузука.
Киба тут же довольно ухмыльнулся.
— Акимару сейчас сказал, что твой лис пахнет лесом.
— А твой щенок пахнет блохами, — мгновенно ответил Куроцуки.
Акимару возмущённо гавкнул.
— Он сказал, что хочет подраться! — радостно перевёл Киба.
— Киба, не начинай, — вздохнула Хана.
Но Акира неожиданно осторожно протянула руку к щенку.
Движение было медленным и неуверенным.
— А как его зовут?..
Щенок сначала подозрительно понюхал её пальцы, а потом неожиданно лизнул ладонь.
Акира вздрогнула от неожиданности.
Киба широко улыбнулся.
— Это Акимару!
Акимару радостно гавкнул и замахал хвостом.
Акира удивлённо моргнула.
Кажется…
Впервые за долгое время ей не было страшно.
Куроцуки резко дёрнул Акиру за рукав и оттащил её руку от щенка.
— Не трогай его…
Его голос прозвучал неожиданно серьёзно.
Акира вздрогнула.
— К-куроцуки?..
Лисёнок нахмурился и тихо прижал уши.
— Твоя сила ещё не восстановилась до конца…
После этих слов Хана и Цумэ переглянулись.
— Сила?.. — нахмурилась Цумэ.
Но Акира уже быстро подняла Куроцуки на руки, словно боялась, что он сказал лишнее.
Она опустила взгляд.
— Простите…
Её пальцы слегка дрожали.
Киба непонимающе моргнул.
— Э?.. За что?
Акимару тихо гавкнул и снова попытался приблизиться к девочке, но Куроцуки предупреждающе рыкнул.
— Не подходи слишком близко.
Цумэ внимательно наблюдала за ними.
Она уже заметила: эта девочка не обычный ребёнок.
И дело было не только в говорящей лисе.
Вокруг Акиры чувствовалась странная чакра. Очень слабая сейчас… но дикая.
Будто под тонким слоем страха внутри неё спал настоящий зверь.
Цумэ бросила последний взгляд на Акиру, а затем направилась к выходу.
— Хана, искупай её, накорми и уложи спать. Я к Хокагэ.
Хана сразу кивнула.
— Поняла.
Киба уже хотел что-то спросить, но Цумэ посмотрела на него так, что мальчик мгновенно замолчал.
Дверь захлопнулась.
В доме стало немного тише.
Хана медленно подошла к Акире и осторожно протянула ей руку.
— Пойдём? Не бойся.
Акира нерешительно посмотрела сначала на неё, потом на Куроцуки.
Лисёнок подозрительно щурился.
— Если что-то случится — кусай первой.
— Куроцуки… — тихо пробормотала Акира.
Хана не сдержала лёгкой улыбки.
— Ха… вы двое и правда похожи.
Несколько секунд Акира колебалась.
А потом всё же осторожно вложила маленькую ладонь в руку Ханы.
Её пальцы были ледяными.
Хана слегка удивилась тому, насколько ребёнок замёрз.
— Боже… да ты как сосулька.
Она мягко повела девочку за собой по дому.
Акира шла очень тихо, постоянно оглядываясь по сторонам.
Для неё всё здесь было странным: громкий лай собак, тёплый свет, запах еды, чужие голоса.
Куроцуки сидел у неё на руках и настороженно наблюдал за каждым движением.
Когда они зашли в ванную комнату, Акира сразу напряглась.
Хана заметила это.
— Эй, расслабься. Я просто помогу тебе помыться.
Акира опустила взгляд.
На её руках и ногах были царапины. На одежде — засохшая кровь.
Хана вдруг почувствовала неприятную тяжесть внутри.
Этот ребёнок пережил слишком многое.
— Слушай… — тихо сказала Хана, начиная набирать тёплую воду. — Здесь тебя никто не тронет.
Акира молчала несколько секунд.
А потом совсем тихо спросила:
— …Правда?..
Хана мягко улыбнулась и кивнула.
— Да, правда. Не переживай.
Она осторожно помогла Акире снять грязную одежду.
Девочка заметно смущалась и постоянно пыталась прикрыться руками, а на её теле были видны мелкие царапины, синяки и следы от веток.
Хана старалась не показывать, насколько её это задело.
Для трёхлетнего ребёнка таких ран быть не должно.
— Боже… — тихо пробормотала она. — Что же с тобой произошло?..
Акира ничего не ответила.
Хана осторожно посадила её в большую деревянную ванну с тёплой водой.
Когда вода коснулась кожи, девочка вздрогнула.
А потом медленно расслабилась.
Кажется… впервые за долгое время ей стало тепло.
Куроцуки тут же спрыгнул с её рук прямо в воду.
— Тёплая…
Хана невольно засмеялась.
— Ты и купаться умеешь?
— Я не обычная лиса.
Лисёнок важно поднял морду, после чего вода почти сразу намочила его с головы до хвоста.
— …Ненавижу мокрую шерсть.
Акира неожиданно тихо хихикнула.
Совсем слабо. Почти неслышно.
Но это был первый раз, когда Хана увидела на её лице хоть какую-то эмоцию кроме страха.
Хана аккуратно начала мыть длинные красные волосы девочки.
Грязная вода постепенно стекала вниз.
Смывались кровь. Пыль. Запах дыма.
Но страх в зелёных глазах Акиры всё ещё оставался.
— Хана… — вдруг тихо позвала девочка.
— М?
— А если мама не придёт?..
Рука Ханы на мгновение замерла.
Акира смотрела на воду в ванной, крепко обнимая мокрого Куроцуки.
И в этот момент Хана поняла…
Этот ребёнок уже начинает осознавать, что остался один.
Хана молча продолжала осторожно мыть волосы Акиры.
Тёплая вода тихо плескалась в деревянной ванне, а Куроцуки лежал рядом, прижав уши и уже не пытаясь спорить.
Вдруг Акира тихо заговорила:
— Папа рассказывал… что когда кто-то умирает… он становится звёздочкой…
Хана замерла.
Маленькая девочка смотрела на воду перед собой пустым взглядом, словно снова видела ту ночь.
— И звёздочки освещают нам путь…
Её голос дрожал, но она продолжала говорить.
— Моя мама оставила меня там… где Цумэ-сан меня нашла…
Куроцуки тихо придвинулся ближе к ней.
— Когда мы убегали… я услышала папин рёв…
Хана нахмурилась.
— Рёв?..
Акира медленно кивнула.
— Каждый рёв у лис что-то значит… Папа учил меня…
Её маленькие пальцы сжались на мокрой шерсти Куроцуки.
— И папин знак был… что он станет звёздочкой…
В ванной повисла тишина.
Даже Куроцуки больше ничего не говорил.
— А мама… — голос Акиры стал совсем тихим. — Мама тоже станет звёздочкой…
По её щекам снова покатились слёзы.
— И мама Куроцуки тоже будет звёздочкой…
Лисёнок прижал уши и уткнулся мордочкой ей в руку.
Хана почувствовала, как сжалось сердце.
Перед ней сидел маленький ребёнок… который уже пытался принять смерть своей семьи.
Хана медленно опустилась рядом с ванной и осторожно обняла Акиру за плечи.
— Тогда… — тихо сказала она, — они сейчас смотрят на тебя с неба.
Акира подняла заплаканные глаза.
Хана слабо улыбнулась.
— И наверняка радуются, что ты жива.
Акира сидела в тёплой воде, крепко обнимая мокрого Куроцуки.
Слёзы всё ещё блестели на её ресницах, но теперь в голосе появилось что-то другое.
Тепло.
Будто воспоминания о семье согревали её сильнее воды.
— Папе и Шики повезло… — тихо сказала она.
Хана осторожно вытирала её волосы полотенцем и слушала.
— Они с нашими мамами были дольше… чем мы с Куроцуки…
Куроцуки тихо фыркнул, но не перебивал.
— Шики — лис моего папы… и папа Куроцуки…
При этих словах лисёнок слегка опустил голову.
— Они были очень сильными… — продолжала Акира. — Папа был самым лучшим…
На её губах появилась маленькая улыбка.
— А Шики был самым быстрым лисом в клане! Его никто не мог догнать!
Хана невольно улыбнулась, слушая ребёнка.
Сейчас Акира уже не выглядела такой испуганной.
Она просто говорила о тех, кого любила.
— Они были строгими ко всем… — тихо добавила девочка. — Но не к нам…
Куроцуки тихо ткнулся носом ей в руку.
— Они очень нас любили…
Акира посмотрела куда-то в сторону, словно снова видела родной дом.
— Моя мама… и Сноу… мама Куроцуки… были самыми красивыми в деревне…
Хана слабо усмехнулась.
— Правда?
Акира уверенно кивнула.
— Угу… Поэтому наши папы выбрали их частью своей жизни…
Куроцуки важно поднял мордочку.
— Мой папа говорил, что Сноу была вредной.
— А папа говорил, что мама была страшной, когда злилась… — серьёзно добавила Акира.
На секунду Хана даже тихо рассмеялась.
Но потом Акира продолжила:
— Папа рассказывал… что когда впервые увидел маму… боялся заговорить с ней…
— А Шики делал вид, что ему не интересна Сноу, — пробурчал Куроцуки. — Хотя ходил за ней хвостом.
Акира наконец тихо хихикнула.
— А потом… из их любви появились мы…
После этих слов в комнате снова стало тихо.
Хана смотрела на маленькую девочку перед собой и чувствовала, как внутри всё сжимается.
Несмотря на возраст… Акира уже потеряла слишком многое.
Но даже сейчас она хранила любовь к своей семье так бережно… будто боялась потерять последние воспоминания о них.