4
Февральская Москва дышала холодом, но для них этот вечер казался непривычно тёплым. Они оставили машины у студии и решили пройтись пешком. Расстояние между ними было ровно таким, чтобы не касаться друг друга плечами, но при этом чувствовать присутствие.
Они шли в сторону Лужнецкой набережной. Город горел миллионами огней, отражаясь в тёмной, скованной льдом реке.
— Знаешь, — нарушил тишину Гриша, — я много раз представлял, как мы встретимся. Думал, это будет какой-нибудь пафосный ивент, куча народа, вспышки. А получилось… в одной команде на шоу у Егора.
— Это в нашем стиле, — тихо рассмеялась Мелисса. — Мы всегда были странным тандемом. Весь мир ждал скандалов, а мы просто… перегорели.
Гриша остановился и посмотрел на неё. В свете фонарей его лицо казалось более резким, мужественным.
— Я много думал о том, что написал в альбоме. Мне было важно, чтобы ты знала: там нет ни капли фальши. Каждая строчка — про нас.
— Я слышала его, Гриш. Весь альбом. Это было… сильно. Спасибо.
Они дошли до самой кромки набережной, где открывался потрясающий вид на мост и высотки Сити. Огни отражались в её глазах, и Мелисса вдруг почувствовала тот самый «модельный» импульс. Когда свет падает идеально, рука сама тянется за контентом. Это было частью её жизни, её профессии, и Гриша за пять лет привык к этому больше, чем кто-либо другой.
— Слушай, — Мелисса обернулась к нему, поправляя воротник пальто. — Тут свет просто нереальный. Пофоткаешь меня?
Гриша усмехнулся. Эта просьба мгновенно отбросила их на три года назад. Сколько раз они так останавливались в Париже, Дубае или просто во дворах Москвы? Он знал все её рабочие стороны, знал, какой ракурс она любит больше всего, и как поймать тот самый «живой» взгляд.
— Мел, я уж думал, ты не попросишь, — он протянул руку, и она вложила в его ладонь свой тринадцатый айфон.
Мелисса отошла к парапету. Она скинула пальто на локоть, оставаясь в том самом сером пиджаке. Ветер слегка растрепал её укладку, но это только добавило кадру жизни. Она замерла, глядя на реку, затем медленно обернулась через плечо.
Гриша присел, выбирая нижний ракурс, чтобы подчеркнуть её рост.
— Чуть левее подбородок… Да, так. Не смотри в камеру, посмотри на мост, — командовал он.
В этот момент он видел её не просто как известную модель. Он видел девушку, которую знал до каждой родинки. Через экран телефона она казалась ему ещё более красивой, чем раньше. Ушла детская припухлость, появилась статность бизнес-леди.
— Готово. Теперь посмотри на меня, — тихо сказал он.
Мелисса обернулась. Взгляд замер. Щелчок затвора.
Этот кадр получился самым честным. На нём не было Мелиссы-бренда, была просто Мел, которая смотрит на своего Гришу.
— Ну-ка, покажи, — она подошла к нему вплотную, чтобы заглянуть в экран.
Гриша не убрал телефон сразу. Когда она склонилась над его рукой, её волосы коснулись его щеки. Аромат её духов — смесь чего-то цветочного и дорогой пудры — ударил в голову. Мелисса замерла, осознав, насколько близко они сейчас стоят.
— Ого… — прошептала она, листая снимки. — Гриш, ты не растерял навык. Это лучше, чем на последних студийных съёмках.
— Просто я знаю, что снимаю, — ответил он, понизив голос.
Мелисса подняла на него глаза. Между ними снова возникло то самое напряжение, которое они пытались игнорировать на шоу. Только здесь не было Крида, не было Флома и камер. Только шум воды и холодный ветер.
— Ты очень изменился, — сорвалось с её губ прежде, чем она успела подумать. — Тебе действительно лучше в этом весе. Ты выглядишь… здоровым. И спокойным.
— Я долго к этому шёл, Мел. Хотел, чтобы если мы когда-нибудь встретимся, ты увидела меня таким. А не тем парнем, который вечно жалуется на боли и торчит на студии сутками.
Мелисса взяла свой телефон из его рук, но не отошла.
— Я рада за тебя. Правда.
Она быстро выбрала одну фотографию — ту самую, где смотрела прямо на него — и закинула её в сторис без подписи, просто отметив локацию. Она знала, что сейчас начнётся в комментариях, но ей было всё равно. Этот вечер принадлежал им, а не интернету.
— Пойдем? — Гриша мягко коснулся её локтя. — А то замерзнешь совсем. Я знаю тут одно место за углом, там лучший облепиховый чай в городе. Как ты любишь.
Мелисса улыбнулась. Он помнил даже такие мелочи.
— Пойдем, Гриш. Расскажешь мне про альбом… всё, что осталось за кадром.
Продолжение следует...