Следуй за Золотой рыбкой

Утром после завтрака в палату Кая позвонили от охраны и предупредили, что пришёл ещё один посетитель. Имя Каю было незнакомо, и логичнее было отказаться от посещения, но тогда сам гость поздоровался в динамик, и омега отчего-то тут же решил пустить его. Хаски оказался шокирован этим — они ведь только недавно все договорились, что никаких посетителей, нечего усложнять работу охраны. Но Кай отмахнулся от напоминания и попросил помочь ему сесть в кровати, а так же достать чаю. Что было уж совсем странно, ведь Хаски тут охранял его и сейчас отлучаться было опасно.

Гость появился в палате в сопровождении Барса, причём полицейский с ним мило беседовал. Это был старый бета в деловом безупречном костюме с открытым и добродушным лицом и пропахший какой-то подозрительной химией. Но Хаски стоял между омегой и гостем, а Барс закрыл дверь, но остался в палате.

— Вот уж где встретились, — посмеялся старик, явно нервничая от присутствия двоих альф, подозрительно к нему настроенных. Кай ответил тоже тепло:

— И не говорите.

— И ты снова под охраной. У тебя потрясающая способность заставлять тебя защищать. Довольно интересно. Если один альфа твой, то второму что вы пообещали?

— Он виноват передо мной, — ответил Кай. — Док, зачем вы меня искали?

В больнице Кай носил пижаму с длинным рукавом и длинными штанами, обрезанными так, чтобы не пришлось их закатывать в местах, где был гипс. К этому времени с Кая сняли пока только воротник, а с лица немного спала опухлость, но оно оставалось бордово-фиолетового цвета.

— Мы говорили как-то с тобой там, внизу, что я мог бы взять несколько омег под свою защиту в обмен на эксперименты. Ничего такого, ты же знаешь.

— И решили предложить это мне? — Кай говорил все ещё мягко, хотя Хаски, когда услышал про эксперименты, тут же ощутил укол агрессии.

— Да. Мне показалось, что тебе понадобится помощь. В моем центре безопаснее, ну и тебе больше не придётся пользоваться деньгами и милостью того человека. Я понимаю, что для тебя это может быть невыносимо. А в лаборатории есть врачи, которые могли бы помочь тебе с реабилитацией.

— Да нет, он меня сюда отправил, пусть он и платит, — проворчал Кай. Тот самый Кай, который не так давно кричал, что перейдёт в общую палату, сбежит из больницы (со сломанной-то ногой), но ни за что не будет лечиться за счёт Бьерна. Но это он говорил только Хаски и Барсу с Тимом. Для остальных видимо был вот такой вот Кай. — И насчёт охраны, как видите, можете не волноваться. Меня охраняют лучшие и они справляются.

— Альфы не могли бы выйти? — попросил профессор внезапно. — Я хотел бы обсудить это наедине.

Хаски не выдержал и поднялся, сжав кулак. Ему вдруг резко не понравилось, как общались Кай и этот старик. Омега, как казалось Хаски, ко всем наверху должен был относиться с подозрением, а к этому человеку вдруг проявлял дружелюбие. Конечно, Хаски ревновал.

— Выйдите, — приказал Кай.

— Мы не можем, — начал Барс, но омега уже мягче повторил:

— Пару минут, хорошо?

— Нет, — отказался Барс. — Профессор, простите, но говорите при нас.

— Ладно, — сдался доктор, но ничего нового так и не сказал: — Эксперименты похожи на то, что происходит тут — таблетки, анализы. Ничего страшного или запрещённого. Ты же девятый ранг. Таких у нас нет, а было бы важно иметь такого омегу для изучения. У тебя будет доступ к исследованиям. В центре омеги не пленные, а добровольные участники. Ну и как я упомянул: охрана, лечение, независимость. Мне кажется, это хорошее предложение.

— Простите, но мне и тут нормально, — ответил Кай. — Спасибо, что навестили меня. Приятно видеть тут знакомое лицо, которое радо мне.

— Конечно. Если не против, то я ещё загляну. Ты не проводишь меня хотя бы до лифта?

— Вы слепой? У него нога сломана, — огрызнулся Хаски, но Кай спустился с кровати и направился к двери, стараясь не наступать на ногу. Альфе это совсем не понравилось — кто такой этот человек, что Кай ради него на такое готов? Барс открыл дверь и собирался выйти тоже, но Кай не глядя на него выставил руку, показывая ему остаться в палате. И дверь за собой закрыл. Барс удивлённо перевёл взгляд на Хаски, который выглядел злым, но не собирался догонять. Раз Кай сказал подождать, значит так надо. Может он вообще просто отдохнуть от них решил.

За дверью профессор придержал Кая, помогая ему идти. Пользуясь тем, как близко они были, заговорил едва слышно, чтобы только омега мог разобрать слова:

— Я мог бы посмотреть, как помочь вам вернуться.

Кай знал, что ему хотят что-то очень важное сказать, но пока не очень верил. Он хорошо относился к профессору, но он и к своему дворецкому относился хорошо. Доверял ему. Так что сейчас Кай считал, что верить может только Хаски. Поэтому он ответил тоже негромко:

— Каким же это образом?

— Может быть, через пустыню?

Кай посмеялся.

— Профессор, вы были в пустыне?

— Неужели ты был? — удивился старик. Кай отрицательно покачал головой, все ещё улыбаясь.

— Тоже нет. Но я видел тех, кто туда ходил. Ни один омега не выдержит пустыню. Это все равно что кусок мяса акулам бросить.

Профессор от этого растерялся. Они дошли до лифта и он нажал кнопку вызова, пообещал:

— Тогда я попробую придумать другой способ.

Кай понимал, зачем это ему. Внизу Золотая рыбка был влиятельным омегой, мог платить ему деньги за исследования. А тут не нужны были эти исследования, да и платить профессору было не за что. Или может быть профессору просто хотелось вернуть Кая в привычную для него среду, где его не били бы так сильно. Но в этот вариант Кай верил меньше.

— Хорошо, поищите.

Приехал лифт, они попрощались, и профессор уехал на первый этаж. Когда Кай обернулся, он увидел, что дверь в его палату открыта, и оттуда выглядывали Хаски и Барс. Но ближе они все равно не подходили, даже когда омега попрыгал обратно. Кая поймала какая-то медсестра, помогла дойти до палаты и отругала альф за то, что просто смотрели.

— Что он хотел? — спросил Хаски. Кай собирался было пошутить про: «Чтобы я с ним переспал», но решил не раздражать. Хаски в последнее время был крайне чувствителен. Кажется, его даже присутствие Барса в такой близости от омеги раздражало. Тим как-то говорил, что Акросс не приходит именно потому, что понимает — Хаски тогда совсем крышу сорвёт.

— Обсудить дела нижнего уровня. С кем без меня связаться там, — соврал Кай.

— Не приставал?

— Он меня раза в три старше, — напомнил омега. Хаски помог ему дойти до кровати, а Барс вышел из палаты, решив, что дальше он тут только мешает. Когда дверь за ним закрылась, Кай негромко шепнул:

— Предлагал план побега.

— А ты ему за это что?

— Поэтому я и отказался.

— Значит, все-таки что-то смущало? — Хаски снова злился. Он держал Кая за руки, хотя тот уже сел на кровать и уже можно было отпустить.

— Вообще не то, что ты думаешь. Возможно, я просто эгоистичен и не хочу, чтобы надо мной ещё и экспериментировали. К тому же я вроде бы вписываюсь в эту действительность. Их же успокоит, что я уже нашёл себе альфу?

Хаски отпустил его руки.

— Я не понимаю, почему это ещё не одобрили. Мы же подали бумаги вместе.

Кай понимал, почему. Да и Хаски наверняка врал, что не понимает. Положение оставалось шатким. Хаски ему, по сути, все ещё никто, а тут находился только благодаря тому, что Тим с Барсом договорились. И потому что всем было понятно, что в данный момент с омегой физически ничего не сделать, поэтому многие на его присутствие закрывали глаза. Кай понимал, что как только начнёт выздоравливать, Хаски активнее попытаются отдалить от него. Это была одна из причин, по которым он хотел как можно скорее отсюда уйти. Потому что когда начнут снимать гипс, сразу появится какая-то причина, почему Хаски нельзя быть рядом. Сейчас ему даже раскладушку в палате разрешили поставить. Кай все равно просил его отдыхать на кровати хотя бы пока сам был на процедурах или анализах. В больнице ему правда становилось легче, боль уходила, под гипсом не так сильно чесалось, сил прибавлялось. Это все равно раздражало — он опять терял время, и не мог перестать беспокоиться о том, как там его банда. Легион же не успокоится. Что они будут делать, если он с них начнёт спрашивать, где Кай? Что он сделает, когда поймёт, что высокоранговый омега ему снова не светит? У Кая мороз по коже был от этих мыслей. Нет, нужно было как можно быстрее обратно. Поэтому он чётко выполнял все рекомендации врачей и послушно принимал все таблетки, не особо разбираясь в них. И ему правда становилось лучше.

***

У Барса с Тимом закончился отпуск по обследованию здоровья, как и процедуры у них закончились. Само собой, ничего у них не нашли, выписали больше спать и витамины. У Тима даже укус от Кая уже успел зажить, даже шрам было почти не заметно на его бледной коже. Омеге становилось лучше, но куда-то увозить его из больницы все ещё не хотели. Ни Хаски, ни Кай не знали, каким образом полицейские все ещё могут дежурить в больнице.

Между собой Барс и Тим решили, что как только Каю станет лучше, они снимут для них квартиру через подставное лицо, ночью похитят Хаски вместе с омегой и увезут на машине без номеров, запутывая следы. Запрут их, не дав им самим ключи, и оставят там Кая дальше выздоравливать до суда. Расследование затягивалось, полиция с ним явно не спешила. И, что самое главное, и что заметили Барс, Тим, Хаски, но не заметил Кай, потому что не был знаком с работой полиции наверху — к омеге ни разу не пришли из полиции. Он был жертвой, и он бросил свои попытки закрыться и говорить через Хаски, он теперь спокойно общался со всеми. Но ни в первые дни, ни в последующие никто из полиции не пришёл к Каю в больницу, чтобы для протокола спросить его, что там произошло. Всем было понятно, что расследование велось не в пользу Кая. В этом деле не нужны были его показания, чтобы потом вместо них вписать что угодно. А если спросят, почему не опросили омегу, когда тот был жив — забыли, замотались, ошиблись. Ужасно, конечно, но не критично, могут от работы на год за такое отстранить. Барс пытался как-то решать это, запрашивая данные: кто занимается этим делом, почему упустили такой важный этап и не могут ли дело передать им с Тимом, но ему тоже не отвечали, кто-то тормозил исполнение этих запросов. Хаски про это не знал, но интуитивно все равно ощущал, что все плохо. Кай знал ещё меньше, но в целом не особо верил верхнему правительству, когда оно должно было защищать его от человека, у которого были серьёзные деньги.

Но Барс с Тимом сменили локацию с удобной палаты на какую-то подсобку, в которую поставили раскладное кресло, привезённое сюда бесплатно с помойки.

С момента, когда Кая привезли сюда, прошло чуть больше пяти недель. За это время даже наверху наступила зима и теперь все время было пасмурно, выпал снег. В больнице прохладно, но как-то тихо. Сейчас в основном за всех отдувалось инфекционное крыло, у которого начался сезон простуд и вирусов и шел наплыв пациентов, а в крыле, где лежал Кай, хоть и не было безлюдно, но все же тихо. У каждого отделения имелся свой вход, они располагались с разных сторон здания и достаточно далеко друг от друга. Причём это было не то место, где принимали пациентов, и куда изначально привезли Кая. Тут двери не были прозрачными, на первом этаже находилась охрана, которая что-то серьёзное не могла бы остановить, но все же спрашивала пропуска для посещений. И Барс или Тим часто оставались на первом этаже, где был вход, присматривая за теми, кто приходит. И ждали они кого-то вроде того омеги: человека, от которого не ждёшь, что он наёмный убийца. Блеклый и незаметный. Полицейские привыкли, что наемники обычно ничем не выделялись. Поэтому, когда в крыло вошёл огромный альфа ростом выше двух метров, мускулистый и в чем-то даже карикатурный, Барс первое что подумал: «Да ну нет». Сомнения возникли именно потому, что подосланный омега был как раз высшего уровня, и этот альфа даже на глаз был десяткой. Но одно дело омега десятого ранга, а альфа разве стал бы себе наёмничеством нервы щекотать?

Но как только альфа прошёл пост охраны, проверившей его пропуск, его ждал Барс. Он улыбался, сложив руки на груди, и в целом не выглядел настороженным.

— Привет, — начал сразу Барс. — А вы к кому?

— Меня проверили, — проворчал альфа и двинулся на него. Барс даже будучи полицейским не мог бы толком ему дорогу перегородить. Альфа просто отодвинул его, словно он был табуретом, хотя Барс и пытался упираться.

— Да, я видел, — продолжал Барс, догоняя альфу по дороге к лифту. — Но это моя работа. Я должен спросить.

— Какая нахер твоя работа? Ты кто вообще? Тебе чего надо?

— Полиция, — Барс достал удостоверение и развернул его, но альфа даже не взглянул, он нажал кнопку вызова и ждал лифт так, словно никто ему не пытался помешать. — Я тут чтобы охранять важного свидетеля. Поэтому должен уточнить. Какой, говорите, вам этаж?

— Иди покури, — огрызнулся альфа. — Плевать я хотел на твоего свидетеля. Я приехал сюда друга навестить.

— Какого? — тут же спросил Барс, который знал всех, кто лежал в этом отделении, хоть и по бумагам.

— Я на допросе? Почему я должен вообще отчитываться?

— Чтобы я за вами не следил до самой палаты. Да ладно, обычно все отвечают, — Барс врал, но если ему не называли палату и пациента, то он сам доходил с посетителем под его ругань, убеждался, что его тут ждут, и спокойно возвращался на свой пост. Сейчас он смотрел на этого альфу и думал, что ну не может быть все так очевидно, скорее всего это чтобы отвлечь полицию и Барс будет дураком, если пойдёт за ним, а в это время настоящий, неприметный убийца проскочит к Каю.

Лифт уже подъезжал, Барс посматривал на вход, и кто ещё подозрительный может появиться тут, но новых посетителей пока не было.

В это время у Хаски запищал сигнал тревоги. Никакое сообщение Барс через него не мог передать, только предупредить, что происходит что-то подозрительное и лучше спрятать Кая. После этого план действий был такой: где бы омега ни находился, даже если на процедурах, Хаски хватает его и через аварийный лифт отправляет на крышу. Там было небольшое пространство с лавочками, декоративным садом, где пациентам можно было гулять. А главное, было где спрятаться.

Кай не был на процедурах, но он в это время задремал от скуки. Хаски даже будить его не стал, подхватил Кая на руки и поспешил ко второму лифту, который доезжал до крыши. В процессе омега проснулся и вцепился в плечо Хаски сильнее, испугавшись, что упадёт.

Альфа донёс его до лифта, дождался вместе с ним, пока тот бесконечно долго ехал, посадил Кая одного и отправил на крышу.

Внизу тем временем Барс собирался войти в лифт вместе с подозрительным незнакомцем. Тот сделал шаг в кабину, а полицейского остановил ладонью, не позволив зайти с ним.

— Что вы делаете? — возмутился альфа. — Вы же видите, что я довольно габаритный. Мне тесно будет в лифте. Дождитесь другого.

Барс с Хаски не договаривались, каким лифтом отправят Кая на крышу, при этом сейчас полицейский видел, что оба лифта на нижних этажах и ни один из них на крышу не ехал. Он волновался, что Хаски не услышал сигнал, или не успел. Так что его цель была не столько узнать, куда этот альфа, сколько задержать его тут.

— Ничего, я много места не займу, — Барс подтолкнул незнакомца и вошёл в лифт вместе с ним, повернулся, чтобы вежливо предложить тому нажать нужный этаж, но вместо этого его сильно ударили в лицо, в переносицу. Барс на некоторое время перестал понимать, где он. Ему казалось, что он стоял на месте все ещё в лифте, и что двери закроются, а его голову разобьют, чтобы он не мешался, но когда он немного пришёл в себя, то оказалось, что он сидел напротив закрывшегося лифта на первом этаже, а из носа хлестала кровь. Барс сейчас и сам ощутил себя омегой, потому что такой силе он ничего не смог бы противопоставить. Лезть с ним в лифт было опрометчиво, и хотя нос кровоточил, Барс подумал, что он ещё легко отделался. Тем более это больница, и рядом с ним тут же оказались двое: пожилой врач и молодая медсестра. Но у Барса не было времени останавливать кровь или проверять голову. Он все ещё думал, что Хаски не услышал тревогу, раз лифт не уехал на крышу. Ну или решил, что угроза не такая серьёзная, а Барс видел, что угроза ещё как серьёзная. Лучше всего было бы, если бы эта гора поискала Кая на этаже и сбежала, так с ним и не столкнувшись. Барс подскочил, крикнув:

— Вызывайте полицию!

Немного покачнулся, вытер кровь рукой и потом об рубашку и бросился по лестнице на нужный этаж. Лифт, в котором уехал высокоранговый, как раз остановился на том этаже, где была палата Кая.

Все они знали, где лежит омега, их никогда не нужно было провожать. Эту информацию кто угодно мог получить при наличии денег и связей. Тем более она была у человека, который эту палату оплачивал. Такой большой альфа всегда привлекал внимание больше, чем мелкий омега. Когда он выходил из лифта, то тщательно вытирал руку от крови носовым платком, заодно осматривался по сторонам. Как раз в это время Хаски возвращался в палату. Он сразу заметил, какая опасность смутила Барса. Он мог бы уйти или сбежать, потому что было понятно, что если драться с таким альфой, то он рискует залечь в соседнюю палату ещё на месяц, а Кая уже скоро собирались вывозить отсюда. Хаски остановился около графина с питьевой водой, который располагался в коридоре на этаже. Он видел, как этот альфа тут же впился в него взглядом, незаметно убрал платок и двинулся в его сторону по коридору. Так как Хаски спешил, дверь в палату осталась открыта. Но они ведь и договаривались, что если кто-то придёт к Каю, то пусть увидит пустую палату и уйдёт. Хаски боялся, что этот альфа уйдёт искать Кая. Поэтому пытался прикинуть, куда лучше бить. Хотя бы чтобы задержать, все равно у наёмника не будет времени ломать его или пытать.

Альфа тем временем спокойно, словно и правда в гости пришёл, стараясь не мешаться другим пациентам и прижимаясь к стене, чтобы пропускать людей, прошёл по коридору дальше. Он вроде даже и не собирался в палату Кая, только прошёл мимо, заглянув туда. И, конечно, увидев пустую кровать. Тогда он перестал играть — вернулся и сунул голову в палату, осмотрелся. Хаски выбросил только на половину допитый картонный стаканчик и окликнул:

— Эй! Че там надо?

— Это твоя палата, приятель? — дружелюбно отозвался альфа. Хаски молчал, только смотрел на него, готовый не пропустить, когда эта махина станет агрессивной. — Вот, палату присматривал. Смотрю, открывая. Я думал, свободная. Если это твоя, то может покажешь её? Нахера там раскладушка стоит? Мать твоя с тобой лежит? Потому что ты маленький?

— Убирайся отсюда, — спокойно ответил Хаски. Потому что лучше было прогнать этого альфу и увозить Кая, чем вступать с ним в прямой конфликт.

— А что ты сделаешь? — альфа улыбнулся. — Полицию вызовешь? Ну вот один уже на первом этаже зубы собирает. В полицию набирают всякий мусор.

У Хаски дёрнулся глаз и щека. На самом деле по рангам это была правда. В полицию почти не шли высшие ранги, потому что платили там не так много и потому, что им предлагали должности сытнее. Идейных из высоких рангов было не так уж и много, в основном туда шли альфы ниже пятого ранга. Но слышать такое пренебрежение все равно было неприятно. Захотелось доказать, что полицейский даже низкого ранга против высокого чего-то да и стоит... Хаски тут же отогнал от себя эту мысль. Он тут был не только за себя, основная его задача это защитить Кая, а для этого следовало не попадаться этому альфе.

— Возможно, — согласился Хаски. — Только это не моя палата.

Нужно было идти в конец коридора, чтобы не пересекаться с этим альфой, но там был лифт, на котором уехал Кай. Он должен был отравить лифт пустым на другой этаж, но так они договаривались. Хаски не перепроверил, а Кай был сонным и мог забыть. Туда идти нельзя, а нужно к основному лифту. Хаски должен был и подальше держаться и не упускать эту махину из поля зрения. И он продолжил стоять на месте рядом с тумбочкой с водой. Тогда высокоранговый решил, что не гордый и сам подойдёт, даже машинально снова попытался изобразить дружелюбие. Хаски посерьёзнел, стал отступать назад, прихватив со стола тяжёлый графин с водой.

— Он ведь твой омега? — ласково начал заговаривать его альфа. — Наверное, сильно привязан к нему. Я читал твоё дело. Согласился пройти терапию, но, видать, не помогло, раз в его палату притащил свою лежанку. Как псина. У низших рангов никакой чести. Ты живёшь в палате, которую оплачивает его хозяин, и спишь с его омегой? Омерзительно.

Хаски почти не слышал, что тот говорил, он сосредоточился на движениях. С высоким рангом нельзя было расслабляться. И поэтому Хаски успел увернуться от вскинувшейся к его горлу руке, ушёл под неё, перехватил удобнее графин, облив ноги водой из него, ударил снизу в локоть, раздался гулкий звук и руку отбросило назад, но высокоранговый поворачивался, чтобы снова встать лицом к лицу с Хаски. И тот во время этого поворота ударил графином в челюсть так, что он разбился и опал на пол осколками. У наёмника по той стороне лица, на которую пришёлся удар, потекла кровь. Он замер, и Хаски ждал, что тот рухнет на пол... Альфа схватил его за руку и вывернул её за спину, ударил его лбом об столик, на котором до этого стоял графин, и будь тот прочным и дубовым или металлическим — Хаски это могло убить, но больничный пластиковый стол сломался, хотя на кафельный пол и упало несколько капель крови с лица Хаски. Он все ещё сжимал в руке осколок графина, вывернулся и пропорол в этот раз бок альфы, отбросив его к стене. Но наёмник успел схватить Хаски за одежду, и он полетел туда же, упал сверху. Тогда альфа сжал его, придавив руки к туловищу, и стал вставать, поднимая вместе с собой и Хаски. Тот пнул ногой куда-то в низ живота, но по ощущениям с тем же успехом мог камень пинать. Где чёртов Барс? У него хотя бы нормальное оружие было.

Барс показался как раз со стороны лестницы, увидел это и достал электрическую дубинку. Огнестрельное в больницу нельзя было, и пусти Барс пистолет в ход внутри больницы, он потом бы проблем получил больше, чем в моменте. Хотя сейчас казалось, куда уж хуже. Альфа заметил, что к нему бежал полицейский с оружием, и швырнул Хаски в него, словно решил не убивать. Он отдышался, стёр кровь с лица, глядя на то, как двое низкоранговых пытались быстро встать, чтобы продолжить драку. Было понятно, что омегу они спрятали и вряд ли будет время узнать, куда, так что наёмник поспешил к запасному лифту, предполагая, что у основного его уже ждёт полиция.

Хаски поднялся первым, перехватил дубинку у Барса, пока тот ещё кряхтел и даже не пытался встать. Рванулся с низкого старта вперёд, к этому бугаю, в то время как тот уже ждал лифт. Лифт ехал откуда-то с верхних этажей, и у Хаски появилось нехорошее предчувствие...

Это происходило довольно часто. Барс или Тим видели на входе кого-то подозрительного, Хаски хватал Кая и отправлял его на крышу. Но в прошлые разы постоянно оказывалось, что подозрительные люди были обычными посетителями и пришли не Кая убивать. Чтобы не искать, куда омега спрятался на крыше, у них тоже были датчики. Если Хаски нажимал отбой, то Кай спускался с крыши вниз, снова в свою палату.

Пока Хаски сжимали, этот датчик нажался, и в этот момент Кай, решив, что все опять обошлось, спускался на запасном лифте вниз. И его двери открылись как раз перед наёмником. Даже тот не ожидал такой удачи, а Кай, видя перед собой высокого сильного альфу в крови и понимая, что в отмене тревоги была ошибка, не успел вовремя среагировать. Он попытался было выбежать из лифта, но альфа с силой втолкнул его обратно, зашёл и нажал наугад верхний этаж. Хаски видел это все, пока бежал. Видел, что лифт пришёл вместе с Каем, и видел, что тот не смог выйти и теперь заперт внутри с наёмником, которому приказано его убить.

Лифт поехал вверх, Кай был дальше всего от кнопок и от выхода, да и что он мог сделать, разве что угадывать ближайший этаж и нажать его. Секунду-две было тихо, и они не шевелились оба, и это ощущалось как стоять напротив чудовища из самых жутких кошмаров, разве что времени возиться с Каем у него не было. И альфа потянул из пояса сзади длинный прочный шнур. Кай наконец поднял взгляд. Он был альфе по грудь, тот улыбался, глядя вниз на омегу. И так же с улыбкой попытался накинуть на шею Кая петлю. Омега ушёл вниз от этого, присел на корточки, ударил гипсом в колено, и альфа стал клониться следом. Кай подумал, что если эта махина тут упадёт и придавит его, то просто раздавит, этого тоже нельзя было допустить. Но альфа упёр руки в стенку лифта, остановив падение, и получилось, что он тоже стоял теперь на одном колене. Лифт все ещё ехал, на это все уходило считанные секунды. Одной рукой альфа схватил голову Кая, словно та была мячом, оттащил его на себя и потом с силой ударил в стенку лифта. Это было больно, но омега все ещё был жив, он копался внутри гипса на руке. Прошлый наёмник оставил в больнице свой нож — тонкий и прочный. Кай подклеил его изнутри гипса, чтобы в случае чего достать. Сейчас случай как раз подходящий. Кажется, головой его били не для того, чтобы её расколоть, а заставить прекратить сопротивление, но Кай спиной упёрся в стенку лифта, а ногой в грудь альфы, пытаясь отпихнуть его от себя. Но рядом снова замаячила удавка, и в этот раз голова была в руках наёмника и уворачиваться было сложнее. Ещё и альфа навалился всем телом, даже без удавки дышать уже было сложно. Кай наконец смог извлечь нож, размахнулся и ударил сбоку в шею, которая казалась самой уязвимой. Лезвие её пробило, и пока руку не откинули Кай ещё и прокрутил лезвие. Судя по лицу альфы, он на это не рассчитывал. Он отбросил от себя руку Кая, но допустил ошибку — омега все ещё цеплялся за нож как мог, и рука оказалась отброшена с ножом вместе. Из раны тут же хлынула кровь. Кай знал, что раны в шею самые опасные. При этом он вдруг оказался свободе — альфа отодвинулся и не давил на него больше, и руки его были заняты тем, что зажимали рану из которой стремительно уходила кровь.

Лифт все ещё ехал.

Альфа тут же впал в бешенство — как он мог будучи высоким рангом проиграть омеге. Он одной рукой отпустил шею, попытался отобрать у Кая нож, но рука уже была в кровь, и альфа только резался о лезвие, а забрать не мог. Тогда он зажал кулак омеги и направил лезвие ему в голову, и рукой вместе с оружием попытался убить Кая, воткнув нож ему в переносицу, но омега увернулся. Пол и стены в лифте уже были в крови. Наёмник, все ещё удерживая Кая за руку, отстранился, чтобы дёрнуть омегу вниз и со всей силы ударить коленом в живот. Каю показалось, что его вывернули, а ребра вмяло в грудную клетку. Он не мог вдохнуть, он почти отпустил нож, и, когда альфа попытался его схватить, Кай сделал так, чтобы нож упал на пол. И омега подхватил его из крови и снова воткнул, в этот раз в бедро. Лезвие не вошло даже на половину, новый удар обрушился сверху, Кая словно гравитацией в пол впечатало. Альфа одной рукой все ещё зажимал рану на шее и тяжело дышал, его глаза, казалось, кровью налились от ярости. Он попытался пнуть Кая снова в живот, но омега перехватил его ногу, и наёмник упал назад. Больше всего Кай боялся, что от этого лифт застрянет и они окажутся тут заперты. Кай успел забрать нож, он быстро поднялся на ноги, прижался спиной к двери лифта и тут она вдруг пропала. Это лифт приехал и двери наконец открылись, а Кай оказался на свободе. Людям, которые по несчастью находились на этаже, картина предстала поистине ужасная. Крови было столько, что казалось, что альфа мёртв, но тот стал подниматься, дыша громко, словно разозлённый бык. От этого хотелось находиться как можно дальше, и Кай рванулся, несмотря на сломанную ногу, прочь, и тут же врезался в запыхавшегося Хаски, который поднялся по лестнице. Первое, что он заметил — это что его омега в крови, а второе это приближающийся к ним локомотив в лице раненного наёмника. Хаски отбросил Кая в сторону и альфа сшиб с ног только его. Наконец появился и запыхавшийся Барс, быстро оценил обстановку, вроде даже и не спеша никуда приложил дубинку к спине наёмника и пустил ток. Тот заорал и обмяк, Хаски с трудом выбрался из-под него, не в последнюю очередь из-за того, что от крови кафель стал скользким, и бросился проверять, как там Кай. Омега и сам не знал, ранен ли он. Голова и ребра сильно болели. Чуть меньше — старые раны, которые казались ему уже зажившими. На улице послышались сирены. Барс смотрел на то, как Хаски поднимал Кая и поспешно уводил к лестнице, словно ему все ещё угрожала опасность. Но и наёмник прокряхтел и стал снова подниматься, а Барс шарахнулся, чертыхнулся и снова ударил его током, на этот раз придержав чуть подольше. Теперь альфа дёргался то ли от тока, то ли все ещё пытался встать.

Хаски тащил Кая к выходу. Прочь из этой больницы. Одно дело знать, что за омегой придут убийцы, и вообще другое смотреть, как он закрывается в лифте с этим убийцей. Хаски трясло настолько, что у него зубы стучали. Когда его остановил доктор, Хаски едва не ударил его, но Кай повис на его руке. Казалось, омега был спокоен. Его тоже трясло, но не так сильно. Смотрел и говорил он ровно, когда доктор спрашивал, не ранен ли он. Кай ответил:

— Это не моя кровь. Но было бы хорошо, если бы вы посмотрели ребра и голову.

С первого этажа уже бежали вверх полицейские с оружием наготове. Коридоры были пусты, откуда вообще этот доктор взялся? Хаски казалось, что он часто видел его с Каем рядом. Да и омега разговаривал с ним так, словно они уже знакомы.

Хаски все ещё никак не мог отдышаться. Когда Кая куда-то повели, он хвостом пошёл следом, и даже доктор ничего не сказал — он понимал, что сейчас опасно пытаться альфу попросить отойти от омеги, которого он защищал.

Когда они вошли в кабинет, Хаски тут же задёрнул все шторы и запер двери. Он услышал грохот с верхнего этажа, потом крики. Подумал, и выключил свет. Этот доктор раздражал его. Раздражало, что он касался Кая, залезал ему под рубашку, чтобы осмотреть грудную клетку, ощупывал её. Хаски хотелось схватить Кая, обернуться вокруг него и защищать от всех — хороших или плохих. Ему казалось, что его сердце вот-вот разобьётся в груди от того, как сильно оно колотилось.