Двое

В субботу паддок вибрировал. Казалось, в воздухе скоро появится молния от напряжения, сконцентрированного здесь. Катарина отчетливо ощущала запах машинного масла от своих брюк, которое пролил на неё неосторожный стажер-инженер, несясь к своему начальству. Помимо всего прочего накрапывал легкий дождь, так что нервозность насчёт скольжения шин только подогревала атмосферу. Кэт уже заняла свою позицию рядом с дядей, нервно теребя накинутую на поло куртку с логотипом команды.
Прошло уже две недели с триумфа в Сильверстоуне. Недели, в течение которого она и её группа аэродинамики пытались не просто сохранить стабильность, но и прибавить. В теории все было чудесно. На практике...
- Кэт, у Джорджа опять срыв потока в седьмом повороте, - раздался в наушниках голос Рикки, инженера по аэродинамике. - Потери на прямых больше расчетных. Не критично, но три десятых мы там теряем стабильно.
Она сжала переносицу пальцами. Проблема была ей ясна: новое заднее антикрыло и модифицированные воздуховоды в днище работали не в полной гармонии. В Сильверстоуне, на ровном асфальте и при стабильной жаре, всё функционировало почти идеально. Но Спа - это совсем другая история. Перепады высот, скоростные связки вроде Eau Rouge и Radillon, где прижимная сила критична, а затем длинные прямые, требующие минимального лобового сопротивления. Их система активной аэродинамики, которую они с коллегами доводили последние дни, давала сбой именно в переходных режимах.
- Что думаешь? - спросил Тото, не отрывая глаз от мониторов. Он вел себя, словно удав, сожравший кролик - спокойно, сухо и собранно.
- Что мы поторопились, - честно ответила Катарина, глядя на телеметрию. -  В Сильверстоуне всё было ок, но там другой профиль. Здесь, на перепадах, задняя часть машины Джорджа теряет прижим именно в тот момент, когда поток должен перестраиваться с высокого давления на низкое. Завтра я смогу это поправить перед гонкой, потому что это вопрос настройки, а не конструкции. Но для долгосрочного решения нужно пересмотреть геометрию каналов.
- Завтра поправишь, - кивнул Тото. - А сегодня пусть пилоты просто делают свою работу. Кими, кстати, стабилен. Его машина ведет себя прилично.
Кими действительно был хорош. Его серебристая машина, настроенная чуть консервативнее, чем у Джорджа, показывала третий результат в первом сегменте и второй - во втором. Парень словно не замечал ни моросившего временами дождика, ни коварных поребриков, ни нервотрепки вокруг недоведенных аэродинамических систем. Он просто ехал так, как умел - чисто, быстро и безошибочно. Катарина поймала себя на мысли, что начинает по-настоящему гордиться своим талантливым... другом? Приятелем? Парнем? Она понятия не имела, кто они сейчас друг другу.
В четверг, на совместном ужине, Кими едва заметно прикасался к её коленям под столом - осторожно, но все же вызывая жгучий трепет в душе девушки. Единственное, что мешало ей по-настоящему наслаждаться моментом, был прожигающий взгляд Ландо, который весь вечер пялился на неё. Собственно, это и было целью их с Алексой маскарада, но подобное обостренное внимание душило в неправильном, извращенном смысле. При прощании с Кими она позволила себя чмокнуть в щеку и обнять. Теплый, заботливый, чудесный. Но пилот сопернической команды никак не шёл из головы.
Первый сегмент квалификации прошел относительно спокойно. Оба Mercedes уверенно прошли дальше, а вот из борьбы выбыли оба Alpine и один из гонщиков Haas. Дождь, который предсказывали метеорологи, пока только намекал о себе - отдельные мелкие капли на визорах, недостаточные даже для промежуточной резины. Но небо над лесом темнело.
Второй сегмент начался с тревожных новостей. Из радиоканала полился скрипучий голос Джорджа:
- Машина странно себя ведет на выходе из Eau Rouge. Я чувствую, как заднюю часть начинает вести влево. Это не ветер.
Катарина выругалась сквозь зубы. Рикки уже гнал к ней уточненные данные: срыв потока на заднем антикрыле происходит именно в момент максимальной компрессии в Radillon. Машина прижимается к асфальту на пике нагрузки, а затем, когда должна разгружаться для выхода на прямую, поток срывается с закрылков. Джордж боролся с машиной, но терял драгоценные десятые.
- Кэт? — голос Тото был напряженным.
- Мы пока ничего не можем сделать, — ответила Катарина, чувствуя, как рот наполняется привкусом металла. В процессе наблюдения за своими пилотами она случайно прокусила себе губу. - Механическую настройку угла атаки мы уже выбрали до предела. Но к гонке все исправим. Я пересмотрю карты распределения потоков и внесу коррективы в настройки диффузора. Это неидеальное решение, но оно снизит проблему на семьдесят процентов.
- Семьдесят не сто, — мрачно заметил Тото.
- Знаю.
Второй сегмент завершился. Кими показал второе время, уступив только Максу Ферстаппену, который традиционно был быстр в Спа. Джордж, борясь с капризной машиной, прошел в финал лишь шестым. Ландо занимал промежуточное третье место, Оскар Пиастри держался пятым. Всё должно было решиться в следующем сегменте.
Финальная десятиминутка началась под моросящий дождь, который наконец-то решил проявить себя всерьёз. Мелкий, почти невидимый, но достаточный, чтобы сделать асфальт скользким. Команды заметались: слики или промежуточные? В итоге все остались на мягких составах, но напряжение возросло многократно.
Первая попытка расставила предварительные позиции. Ферстаппен - поул с предварительным результатом 1:43.1. Антонелли - вторая позиция, всего в восьми сотых. Норрис - третий, Пиастри - четвертый. Джордж, отчаянно сражавшийся с нестабильной задницей машины, смог выжать лишь пятое время, проигрывая напарнику почти полсекунды. Катарина видела, как после круга он в сердцах ударил по рулю.
- Соберись, Джорджи, - тихо прошептала она, глядя на монитор. - Я починю это. Обещаю.
На заключительные попытки команды выехали, когда дождь усилился ровно настолько, чтобы трасса стала «зеленой» в нескольких поворотах. Все понимали: это последний шанс. Второго быстрого круга не будет.
Макс Ферстаппен первым вылетел на быстрый круг. Мужчина атаковал так, словно от этого зависела его жизнь. Первый сектор - фиолетовый. Второй - фиолетовый. Но на третьем он допустил крошечную ошибку в шикане Bus Stop, потеряв полторы десятых. Его итоговое время - 1:42.9 - было блестящим, но уязвимым.
- Твою мать, - прошипела Катарина, заслужив неодобрительный взгляд от Тото. - В какой момент RedBull снова вернулись в строй?
Кими Антонелли шел следом. Его круг был почти идеален: чистый Eau Rouge, быстрый Pouhon, стабильный Blanchimont. На третьем секторе он выигрывал у времени Ферстаппена две десятых. Трибуны замерли. Катарина затаила дыхание, вцепившись в планшет. Но на выходе из предпоследней шиканы задние шины чуть потеряли сцепление на мокром асфальте, и Кими потерял драгоценное время. Он пересек линию - 1:43.0, вторая позиция с отставанием в одну десятую. Так близко.
Ландо, проходивший свой круг последним из лидеров, показывал феноменальное время. Фиолетовый первый сектор, фиолетовый второй. Он летел к поулу, и Катарина уже мысленно смирилась с тем, что он может выгнать Кими с его места на решетке. Однако в шикане Bus Stop, на самом торможении, болид Ландо внезапно дернулся, издал странный механический звук и замедлился. Проблема с коробкой передач, догадалась Катарина. Норрис, отчаянно жестикулируя, съехал на обочину, так и не завершив круг. Кэт видела, как он с опущенной головой шел за забором, как сжимал и разжимал пальцы от неудержимой злости. Как все хорошо для него начиналось. Девушка с трудом подавила желание подойти к нему после и выразить сочувствие. Нет. Слишком рискованно для её нестабильного сердца.
Тишина в гараже Mercedes длилась лишь мгновение, а затем взорвалась криками. Макс Ферстаппен - поул-позишн. Кими Антонелли второй. Рассел, благодаря последнему чистому кругу без трафика, смог прорваться на четвертое место, уступив третье Оскару Пиастри, но опередив обе Ferrari.
Катарина выдохнула. Квалификация получилась нервной, дерганой, с ложкой дегтя в виде проблем Джорджа, но результат для команды оказался неожиданно хорош. Первый ряд для Кими. Джордж на второй линии. Завтра, если она сможет оперативно поправить аэродинамику на машине Рассела, у них будут отличные шансы.
Джордж зашел в боксы, снимая шлем.
- Хэй, как ты? - Кэт с тревогой посмотрела на него. Джордж был ей симпатичен, а подобная подстава с машиной в том числе из-за её ошибки заставляла её чувствовать себя виноватой.
- Отстой, - скривился мужчина, но глаза лучились теплом. - Видать, надо чаще молиться на хорошую погоду и хорошую аэродинамику. Не переживай. Завтра мы оба сделаем все для победы, так ведь?
Катарина чуть не задохнулась от благодарности к доброте пилота.
- Завтра все будет, - сказала она. - Я уже знаю, в чем проблема. Нам нужно перенастроить взаимодействие заднего антикрыла с диффузором в переходных режимах. Это программная корректировка, а не механическая поломка. К утру всё будет готово. Дальше будем перерабатывать геометрию, это дольше, но для гонки здесь и сейчас решение есть.
Джордж несколько секунд смотрел на неё, затем медленно кивнул.
- Хорошо. Я тебе верю.
Тото, стоявший чуть поодаль, одобрительно хмыкнул. Катарина поймала его взгляд и едва заметно улыбнулась. Впереди была долгая ночь работы и еще более долгая гонка, но сейчас, в этот момент, она чувствовала странное спокойствие. Арденнский дождь всё ещё накрапывал на крышу паддока, но где-то за лесом, далеко на горизонте, облака начинали расступаться. Трибуны ликовали, поздравляя лучших и сочувствуя уступившим.
Кэт видела улыбающееся лицо Кими, который вместе с Максом и сосредоточенным Оскаром отвечал на вопросы журналистов и сиял на камеры. Она почувствовала щемящую тоску. Когда-то она точно так же наблюдала за другим близким ей человеком. Кэт тряхнула волосами, выбившимися из хвоста и с усталостью провела по щекам ладонью. Хотелось закрыться от всех и всего, немного поплакать и покричать, сбросить стресс, скопившийся за этот день. 
Тото поманил девушку, пальцем указывая на толпу снаружи.
- Что, не пойдешь поздравлять своего друга?
Кэт дернулась, поймав изучающий взгляд дяди.
- Не переживай, я ничего против не имею. Дружба - это всегда прекрасно, тем более в такой сложный период и в таком нежном возрасте. Тебе ли не знать, - карие глаза сверлили Кэт. - Только помни. Он - не Коул. И уж тем более не Кристиан. Не устраивай парню эмоциональные качели, не доводи до срывов и у нас проблем не будет. Ясно?
Катарина сглотнула, с трудом заставляя себя кивнуть.
- Я и не думала...
- Понимаю, - оборвал Тото. - Просто предупреждаю на всякий случай. Если я замечу, что он становится расхлябанным или несобранным, отвечать придётся вам обоим.
Его окружили журналисты, задавая подряд миллион вопросов, а у Кэт перед глазами стояла пелена. Вот как о ней думает. Что ж. Девушка кривовато и зло ухмыльнулась, заталкивая обиду глубже. Она не испортит его звездного мальчика, по крайней мере, постарается. Ведь она такая хорошая племянница, которая всегда все задания выполняет на пять с плюсом. И она не даст своим грязным наклонностям все испортить.
Откинув волосы на спину, Кэт решительным шагом внедрилась в толпу механиков и аэродинамиков Mercedes, принимая поздравления и отвечая тем же. Кими заметил её и его улыбка сразу стала шире. Он уже с меньшим вниманием слушал вопросы журналистов, чувствуя на себе внимание своей принцессы. Это будоражило и тревожило одновременно. На протяжении всей квалификации он фоном не прекращая думал о ней, не позволяя себе ошибаться. Принцессы заслуживали только победителей, коим он и собирался стать завтра. Плевать на соперников, проблемы с машиной и погоду. Только зеленые глаза, прятавшие в себе загадку, заставляли прорываться к пьедесталу. Когда Ландо сошел с трассы, Кими ощутил небывалый прилив злой радости. Ай-ай, как нехорошо ошибаться. Но ничего, он такого не допустит, ведь он лучше.
После пресс-конференции Кими зашел в боксы, ища знакомую фигуру. Вокруг сновали инженеры и SMM, похлопывая по плечу и выражая восхищение результатами квалификации, но он отвечал на автомате, наконец заприметив худощавую блондинку с чашкой кофе и с планшетом, что-то усердно записывающая туда. Кими пару раз глубоко вздохнул, направляясь к ней. Катарина почувствовала его присутствие, поднимая чуть осунувшееся лицо и щуря покрасневшие глаза.
- Ого, ты здесь! Думала, во всю отмечаешь удачную гонку, а точнее готовишься к следующей. Поздравляю, ты умница.
Кими потянулся к её руке, прерывая странную и немного сбивчивую речь Кэт, привлекая её к себе за талию. Она тут же расслабилась в его объятиях, утыкаясь в пахнущее шампанским и выхлопами комбинезон. Он провел пятерней по мягким волосам девушки, чувствуя небывалое желание зарыться в них посильнее. Нельзя. Не при всех этих зрителях, с удивлением глазеющих на них. Он оставит этот момент до тех пор, пока они не окажутся одни. И тогда...
- Катриона, дорогая!
Кими услышал сдавленный писк Кэт, когда она резко отстранилась и уставилась за его спину. Губы слегка подрагивали, а глаза превратились в два бутылочных осколка. Парень обернулся.
К ним спешила невысокая, стильно одетая в белоснежный брючный костюм стройная дама неясного возраста, со темными прямыми волосами и излишне бледным лицом. Красивая женщина, но несколько искусственная улыбка портила все впечатление. За ней по пятам вышагивал худой мужчина с пшеничными локонами и прозрачными голубыми глазами, а по соседству с ним шел Тото с крайне сосредоточенным видом.
- Ну же, детка! - женщина подошла к Кэт вплотную, оглядывая её с ног до головы и делая попытку обнять, но натыкаясь на предупреждающий взгляд девушки. - Понимаю, ты на работе, но неужели это повод не здороваться со мной как следует? Мы ведь не виделись так долго, а ты словно и не рада мне!
Дама перевела глаза на Кими, в нерешительности переминающегося с ноги на ногу.
- Добрый день, молодой человек, - она лучезарно улыбнулась, протягивая тонкую ладонь для рукопожатия. - Меня зовут Мадлен, а вы, должно быть, мистер Антонелли?
- Все верно, - перебила её Катарина, наконец совладав с собой. - Познакомься, Кими. Это моя мама.