Испытательный срок

Спустя ещё два года.

Время пролетело незаметно. Казалось, только вчера они стояли в парке под каштаном, и Арсений опускался на одно колено, а Николь, задыхаясь от счастья, шептала «да». Но с того дня минуло два года. Два года, наполненных всем: учёбой, работой, планами, мечтами и той особенной, повседневной магией, которая возникает, когда два человека просыпаются рядом и знают — это навсегда.

Они поженились скромно, но душевно. Никакой помпезности, никакой показухи — только самые близкие. Родители с обеих сторон, несколько друзей, тот самый парк и каштан в качестве свидетеля. Николь была в простом белом платье, Арсений — в костюме, который они выбирали вместе. Анна плакала. Елена плакала. Павел и Дмитрий держались, но глаза у обоих подозрительно блестели.

А потом началась взрослая жизнь — по-настоящему.

Университет они закончили почти одновременно: Арсений — программистом с красным дипломом, Николь — с отличием по своей специальности. На вручении сидели вчетвером родители, и Павел, глядя, как зять получает диплом, вдруг шепнул Дмитрию: «А помнишь, как я его на испытательный срок ставил?» Дмитрий хмыкнул: «Ты его до сих пор испытываешь, просто теперь это называется „квартальный отчёт“».

С работой всё сложилось лучше некуда. Арсений за эти годы вырос из стажёра в ведущего разработчика, а потом и в руководителя IT-отдела. Бизнес «Робби и Попов» расширялся, и в этом была немалая заслуга Арсения — его системы автоматизации сэкономили компании столько времени и денег, что даже скептически настроенные старшие сотрудники признали: парень — гений. Доход у него теперь был такой, что они с Николь могли позволить себе не просто снимать жильё, а купить собственное.

Квартиру искали долго. Хотели не просто «крышу над головой», а дом. Место, где будет пахнуть кофе по утрам, где на подоконниках будут стоять цветы, а на стенах — их общие фотографии. Нашли — просторную, светлую, с большими окнами и видом на парк. Тот самый парк. С тем самым каштаном.

— Это судьба, — сказала тогда Николь.

— Нет, — Арсений обнял её сзади, пока они стояли в пустой ещё гостиной и смотрели на закат за окном. — Это мы. Сами. Своими руками.

Переезд был шумным и весёлым. Павел и Дмитрий таскали коробки, споря о том, как правильно грузить мебель. Анна и Елена распаковывали посуду и обсуждали, где повесить шторы. Николь и Арсений только успевали всем указывать и смеяться.

А вечером, когда родители разъехались, они остались вдвоём в своей квартире. Своей. Собственной. Сели на пол посреди гостиной, потому что мебель ещё не всю расставили, и просто смотрели друг на друга.

— Мы справились, — сказала Николь.

— Мы справились, — эхом отозвался Арсений.

На работу он теперь ходил с удовольствием. Не только потому что дело нравилось, а потому что атмосфера изменилась окончательно. Павел, который когда-то называл его на «вы» и смотрел оценивающе, теперь относился к нему как к сыну. Мог хлопнуть по плечу и сказать: «Арсений, зайди-ка, обсудим новый проект, есть идея». Мог за обедом спросить: «Ну что, когда внуков ждать?» Мог вдруг ни с того ни с сего позвонить вечером и сказать: «Сынок, мы тут с твоим отцом в гараже, мотоцикл перебираем. Заезжай, если хочешь».

«Сынок». Это слово грело Арсения каждый раз.

Дмитрий, наблюдая за тем, как Павел и Арсений общаются, однажды заметил:

— Знаешь, Паша, я тебе по-хорошему завидую.

— Чему? — удивился Павел.

— У тебя теперь два сына. Родная дочь и зять, который стал родным. А у меня один. Хотя... — он усмехнулся, — учитывая, что Николь мне теперь как дочь, то, считай, у нас обоих по двое детей.

— Это да, — Павел задумался. — А если у них ещё и дети пойдут, то мы с тобой окончательно запутаемся, кто кому кем приходится.

— Разберёмся, — Дмитрий хлопнул друга по плечу. — Главное, чтобы они были счастливы.

А они были счастливы. Николь и Арсений просыпались в своей квартире, пили кофе на своей кухне, строили планы на будущее. Иногда ссорились по мелочам, но быстро мирились. Иногда спорили о том, какого цвета должны быть шторы или куда поехать в отпуск. Но всегда, каждую минуту, знали: они вместе. Они семья.

И где-то впереди маячили новые горизонты. Может быть, дети. Может быть, свой дом вместо квартиры. Может быть, путешествия. Но это всё — потом. А пока они жили, работали, любили и радовались каждому дню.

Потому что всё получилось. По-настоящему.