Глава 3
Амелия
Утро в Риверфолле всегда было слишком тихим для такого большого города. Особенно в нашем районе. Отец любил повторять, что люди платят огромные деньги именно за тишину, безопасность и отсутствие «лишних лиц» поблизости. Частный сектор на холмах возле парка считался одним из самых дорогих мест в городе, и иногда мне казалось, что здесь даже воздух ощущается иначе -чище, холоднее, спокойнее.
Я поправила наушники и ускорилась, выбегая на дорожку вдоль озера. После вчерашнего дня голова была забита слишком большим количеством мыслей. Дилан раздражал меня сильнее, чем должен был человек, которого я знала меньше недели. И хуже всего было то, что я никак не могла перестать думать о нём -о его взгляде и о том, как он разозлился из‑за проигрыша в обычной игре. Я резко выдохнула и прибавила темп. Бег всегда помогал мне собраться.
В детстве отец говорил, что в спорте главное -терпение и выносливость. Если ты готов терпеть до последнего, то ты обязательно победишь. Поэтому я ненавидела пропускать утренние тренировки.
-Неплохой темп.
Я едва не вздрогнула от неожиданности и резко повернула голову. Рядом со мной бежал Генри. Он был так спокоен, будто его появление здесь было абсолютно нормальным.-Что ты здесь делаешь?! -выдохнула я. -Ты меня напугал.-Я думал ты смелая.-Это так,просто ты появился слишком неожиданно
Генри усмехнулся, даже не сбив дыхания. На нём были обычные чёрные спортивные штаны и тёмная футболка, но теперь, при дневном свете, я впервые заметила то, чего не видела в школе. Он вообще не выглядел слабым. Наоборот. Под тонкой тканью футболки отчётливо выделялись мышцы, а ноги были настолько рельефными, будто он всю жизнь занимался лёгкой атлетикой. Я невольно нахмурилась.-Подожди… Ты же живёшь не здесь.-Всё верно.-Это закрытый район.-У меня есть свои связи.
Он произнёс это слишком спокойно, и именно поэтому ответ прозвучал странно. Я внимательно посмотрела на него.-Часто тут бегаешь?-Иногда.-Если что, пиши, вдвоём бегать интереснее.Генри только улыбнулся.
Мы несколько секунд бежали молча, а потом он неожиданно сказал:-Ты неправильно ставишь стопу.-Что?-Во время ускорения. Из‑за этого перегружаешь голеностоп.Я закатила глаза.-Отлично, может, я ещё и колено в воздух не под тем углом поднимаю?-Я серьёзно.
Он чуть ускорился, а потом показал движение.-Смотри, ты слишком сильно уходишь корпусом вперёд. На первых рывках это даёт скорость, но потом начинаешь терять баланс.
Я несколько секунд наблюдала за ним. Раздражало то, что он снова был прав.-Ты точно первокурсник, а не замаскированный тренер из НБА?-Может, я тайный агент, который разработал секретную программу тренировок.-Очень скучный тайный агент.-Какой есть.
Я фыркнула, но всё‑таки повторила его движение и сразу почувствовала разницу. Тело двигалось легче.-Ненавижу, когда ты оказываешься прав.-Тогда ты ненавидишь меня постоянно.
Мы добежали до длинной аллеи возле озера. Утренний туман ещё не успел полностью рассеяться, а вода казалась серебристой под пасмурным небом. Несколько минут мы молчали. Это была не неловкая тишина. Скорее… спокойная. С Генри вообще было странно легко. Он не пытался впечатлить меня, не лебезил из‑за фамилии отца и не смотрел как на знаменитость. Иногда казалось, что он вообще забывает, кто я, -и это неожиданно нравилось.
-Так что у вас с Блэйком? -вдруг спросил Генри.Я вопросительно посмотрела на него.-О чём ты?-Я видел, как вы играли вчера.
Я замедлилась. Откуда он узнал? Когда Дилан зашёл в зал, Генри уже покинул академию.-Насколько я поняла, наши семьи раньше работали вместе.-Работали?-Отец никогда особо не рассказывал. Знаю только, что его отец был каким‑то крупным бизнесменом. Потом что‑то произошло, они поссорились, а через время отца Дилана посадили.
Генри внимательно слушал.-И ты не знаешь подробностей?-Нет.
Это раздражало меня с самого детства. Отец всегда слишком многое скрывал. Когда я была младше, я однажды услышала фамилию Блэйк во время разговора родителей. Помню только, как мать тогда попросила сменить тему, потому что «Амелии не стоит это слышать». С тех пор никто ничего не объяснял.
-А сам Дилан явно считает, что знает правду, -пробормотал Генри.
Я уже собиралась ответить, когда впереди послышались быстрые шаги. Через несколько секунд из‑за поворота появился Дилан. В серой спортивной кофте, с капюшоном за спиной и влажными после тренировки волосами. Он заметил нас и моментально напрягся.-Вот чёрт, -протянул он, переводя взгляд с меня на Генри. -Утро не задалось с самого начала.-А ты что здесь делаешь? -спросила я. -Следишь за мной? Если хочешь реванша, мальчик, то придётся встать в очередь.-Поверь, последнее, что я хотел бы сделать, -это снова остаться наедине.
Он собирался пробежать мимо, но вдруг остановился.-Что ты ему рассказала?Я нахмурилась.-Тебя это не касается.-Ошибаешься,насколько я успел услышать, вы говорили обо мне и моей семье.
Взгляд у него снова стал тяжёлым.-Ты хотя бы знаешь, почему мой отец сидит?-Потому что нарушал закон?
Дилан коротко усмехнулся.-Будем честны: если бы за это сажали, твой папочка гнил бы сейчас за решёткой рядом с моим.
Я почувствовала, как внутри начинает закипать раздражение.-Послушай, если у тебя проблемы с моим отцом -это не значит, что нужно бросаться на меня.-Не значит?
Он сделал шаг ближе.-Мой отец доверял твоему, а потом твой отец слил его полиции.
Повисла тишина. Даже Генри перестал что‑либо говорить. Я смотрела на Дилана и пыталась понять, серьёзно он сейчас или нет.-Это бред, -наконец сказала я.-Конечно. Твой отец же такой правильный -строит дома для сирот. Весь такой из себя герой, прям ангел во плоти.-Ты вообще слышишь себя? Если твой отец оказался в тюрьме, значит, было за что.
Глаза Дилана опасно сузились.-Ты правда веришь, что такие люди попадают в тюрьму только потому, что «плохие»?-А ты правда думаешь, что твой отец этого не заслужил?
Он резко отвернулся, будто ещё секунда -и разговор закончится дракой.-Не говори о том, чего не понимаешь, Холлоуэй.-Тогда объясни.
Дилан посмотрел на меня через плечо, и впервые за всё время в его взгляде мелькнула не злость. Это была настоящая боль.-Спроси у своего отца, -тихо сказал он.
А потом резко сорвался с места и побежал дальше. Я несколько секунд смотрела ему вслед. Сердце билось слишком быстро.-Отлично поговорили, -пробормотал Генри.Но я не слышала его. Потому что впервые начала сомневаться. А вдруг я действительно чего‑то не знаю?
Дилан
Я бежал так быстро, будто пытался оставить весь этот разговор позади. Но это было бесполезно. Слова Амелии продолжали звучать в голове: «Если твой отец оказался в тюрьме, значит, было за что». Для таких, как она, всё всегда просто. Есть хорошие люди, и есть плохие. Её отец -успешный бизнесмен и уважаемый человек. Мой -преступник, и на этом всё. Для таких, как она, мир либо чёрный, либо белый. Я же думаю, что он серый. В каждом из нас есть зло и добро. Если ты слишком добрый, значит, ты что‑то скрываешь.
Я резко остановился возле спортивной площадки в дальнем конце парка и тяжело выдохнул. Злость бурлила внутри так сильно, что хотелось ударить что‑нибудь. Лучше всего -кого‑нибудь. Поэтому я подошёл к турникам. Металл был холодным и влажным после утреннего дождя. Я запрыгнул наверх и начал работать. Я делал уже привычный для себя комплекс упражнений -до жжения в мышцах и дрожи в руках. Только так голова начинала работать нормально. Уже завтра состоится бой, и я не имел права выходить на ринг неподготовленным, особенно против него.
-Ты опять тренируешься так, будто это последний бой в твоей жизни?
Я даже не обернулся. Потому что сразу узнал голос. Райан Хейз,мой персональный кошмар. Парень, которому я проигрывал уже дважды. Я спрыгнул с турника и спокойно повернулся.-А ты опять слишком много разговариваешь, -ответил я.
Хейз подошёл ближе.-Слышал, что бог любит троицу? Я не особо религиозен, но знаю, в чью пользу закончится завтрашний бой.-Мечтать не запрещено.-Главное, потом не плачь на пресс‑конференции.
Раньше подобные фразы мгновенно выводили меня из себя, но сейчас я привык. Трэш‑толк давно стал частью нашего спорта, и если ты хочешь раскрутить свой бой, должен владеть этим в совершенстве.-Закончил? -спросил я
-На секунду Хейз будто даже удивился. Наверное, ожидал, что я сорвусь.-Чёрт, когда ты такой спокойный, выглядишь жутко -как будто мертвец ожил.-А ты всегда выглядишь тупо.
Я развернулся и ушёл. За спиной послышался его смех. Плевать. Пусть смеётся. Завтра я покажу ему, кто тут мертвец.
Весь день прошёл в тренировках. Сначала зал, потом работа на лапах. Тренер Харрисон словно решил окончательно меня убить перед боем.-Ниже руки!-Быстрее ноги!-Ты опять думаешь вместо того, чтобы бить!
Пот стекал по спине, руки уже дрожали от нагрузки, но я продолжал. Потому что если остановлюсь -начну думать. Думать о ней сейчас было нельзя. Ну почему дочка предателя появилась перед таким важным боем?
К вечеру тело ломило так, будто меня переехала машина. Я вернулся домой, принял душ и уже собирался наконец отдохнуть, когда телефон завибрировал, это был Люк.
«Брат, мне нужна помощь».
Следом пришёл адрес. Открыв карту, я увидел, что это ночной клуб.-Да ты издеваешься, -пробормотал я.
Через сорок минут я уже заходил внутрь. Музыка гремела так громко, что вибрировал пол. Воздух был пропитан алкоголем, дымом и запахом кальяна с фруктовым табаком. Люка я нашёл на втором этаже. Выглядел он ужасно: кожа была бледной, а руки тряслись от страха.-Что случилось?
Он провёл рукой по волосам.-Я вляпался.-Это я уже понял.Люк тяжело выдохнул.-Я поставил деньги на подпольные бои.Я закрыл глаза.-Пожалуйста, скажи, что это шутка.-Это был верняк!-Все так говорят.-И я проиграл.-Конечно, проиграл.
Он понизил голос:-Если не отдам деньги сегодня, мне сломают не только нос.Я раздражённо провёл рукой по лицу.-И сколько?
Когда он назвал сумму, я тихо выругался.-У меня нет с собой таких денег.-Есть вариант.
Мне уже не понравилось, как это прозвучало.-Люк…-Просто послушай! Тут сегодня дерётся местный чемпион. На него ставит большинство. Если ты выйдешь против него и выиграешь -коэффициент огромный.-Ты предлагаешь мне драться в подпольном клубе за тебя?-Я предлагаю тебе помочь другу.
Я посмотрел на него, потом на толпу внизу и снова на него. Ненавижу такие моменты из‑за того, что не могу отказать. В конце концов, он мой единственный друг, и я знал, что если бы оказался в подобной ситуации, он бы вышел на ринг хоть против Майка Тайсона в его лучшие годы.-Один бой, -холодно сказал я. -И после этого ты завязываешь со ставками.Люк быстро закивал.
Подпольный ринг находился в подвале клуба. Я стоял в углу, наматывая бинты на руки. Напротив разминался мой соперник. Толпа вокруг клетки ревела так громко, что вибрировал металлический каркас. Люди наваливались на ограждение, выкрикивали ставки, размахивали телефонами и стаканами с алкоголем.
Воздух в подвале был тяжёлым, влажным, пропитанным потом, кровью и сигаретным дымом. После полноценной тренировки тело уже было уставшим, мышцы забились, а плечо неприятно ныло после спаррингов. В нормальной ситуации я бы никогда не полез драться накануне важного поединка, но сейчас выбора не было. Люк нервно ходил рядом, постоянно оглядываясь по сторонам.-Может, ещё не поздно уйти? -спросил он, хотя сам прекрасно понимал, что поздно.Я поднял на него взгляд.-Тогда твои долги будут выбивать из тебя по частям.Он тяжело сглотнул и замолчал.
За решёткой появился мой соперник, и я сразу понял, почему на него ставили многие. Лысый, с перебитым носом и шеей размером с бедро нормального человека. Двигался он при этом удивительно легко для своей комплекции. Парень разминал плечи и иногда бросал на меня короткие спокойные взгляды. В них не было ни злости, ни агрессии -только уверенность человека, который уже заранее знает исход боя. Он видел перед собой боксёра и собирался быстро перевести меня в партер и закончить всё там.
Я даже неловко усмехнулся. Потому что это была ошибка. Отец всегда говорил одну вещь: «Если умеешь драться только по одним правилам -ты уже проиграл». Поэтому кроме бокса меня учили всему подряд: сначала дзюдо, потом грэпплинг, несколько лет тайского бокса, позже -джиу‑джитсу. Я ненавидел половину этих тренировок. Особенно борьбу: после неё всё тело ломило так, будто тебя переехал грузовик. Но отец считал, что человек должен уметь выживать в любой ситуации, и сейчас это могло спасти мне жизнь.
-Господа! -заорал ведущий, выходя к клетке. -В синем углу -местный чемпион Виктор «Молот» Кроу!Толпа взорвалась криками. Кроу поднял руку, даже не глядя на зрителей.-А в красном углу… новичок, который решил испытать удачу! Дилан Блэйк!
На моё имя толпа отреагировала заметно тише. Кто‑то вообще засмеялся. Люблю, когда меня недооценивают. Судья быстро объяснил правила, которые здесь никто не собирался соблюдать, и махнул рукой.
Бой начался, и Кроу сразу пошел вперед. Он двигался уверенно и давил массой, заставляя меня отходить к сетке. Я несколько раз пробил джебом, проверяя дистанцию, но он даже не попытался уклониться. Я резко сместился вправо и пробил по корпусу. Он поморщился, но тут же выбросил размашистый боковой удар. Увернуться не получилось, и его кулак со всей силы врезался в мою печень. Еще один такой удар -и я могу уже не подняться. Он снова пошел вперед, сокращая дистанцию. Именно этого я и ждал. Я ударил двойку и намеренно задержался чуть дольше, чем следовало. Кроу мгновенно бросился в ноги. Мы рухнули на настил клетки, и толпа буквально взорвалась от восторга.-Кончай его! -заорал кто-то рядом. Кроу навалился сверху, пытаясь занять доминирующую позицию. Он был тяжелее меня килограммов на пятнадцать, и давление ощущалось сразу. Обычный боксер здесь бы запаниковал. Но я уже видел, что он собирается делать. Он попытался зайти за спину. Я резко перехватил его руку и провернулся корпусом. На секунду он замер. У меня получилось поймать его локоть на болевой. Кажется, он не ожидал, что я способен на подобное. Но разница в весе никуда не исчезла: хоть я и старался изо всех сил, всё равно не мог до конца выпрямить его руку. Пока я пытался хоть как‑то это сделать, он продолжал наносить удары по рёбрам. Сил оставалось всё меньше, и я вспомнил, что говорил тренер в таких ситуациях. Он всегда советовал работать головой, и в этот раз я послушался его совета.
Когда Кроу стал заносить свой кулак в очередной раз, я немного сместил корпус, чтобы удар пришёлся по настилу. Наши взгляды встретились — я сделал кивок головой в его сторону. Стало заметно, что он слегка поплыл, и я решил: «Вот оно». Пока он не до конца понимал, что происходит, я взял его в треугольник и начал душить. Спустя несколько секунд он лежал без сознания.
Как только всё закончилось, я встал под свист толпы. Никому не хочется проигрывать деньги, особенно когда результат казался таким очевидным. Люк выбежал в клетку и поднял чемпионский пояс вместо меня. Он странно выглядел: дешёвая кожа и золотая наклейка. До красоты пояса, к которому я стремился, ему было далеко.
Люк продолжал что‑то говорить, размахивая пачкой денег перед моим лицом, но я не слушал его. Адреналин после боя постепенно уходил, и вместе с ним приходило знакомое чувство опустошения. Правая рука неприятно ныла после болевого, рёбра тоже отзывались тупой болью -борец всё‑таки успел пару раз хорошо приложить меня о настил. Вокруг клетки толпа уже переключилась на следующий бой. Людям здесь было плевать, кто ты и что чувствуешь после драки. Им нужен был только спектакль и чужая боль.
Я стащил бинты с рук и бросил их на скамейку.-Эй, ты вообще слышишь? -Люк ткнул меня в плечо. -Мы реально это сделали.-Ты сделал ставки. Я разгребал последствия.-Но выиграл же.-Один раз.Люк виновато отвёл взгляд.-Спасибо, -уже тише сказал он.
Я ничего не ответил. В подвале становилось душно. Музыка сверху гремела через потолок, смешиваясь с криками толпы и голосами организаторов. Один из охранников уже вытирал кровь с настила шваброй, будто это обычная грязь.-Тебя заметили, -неожиданно сказал Люк.-Что?Он кивнул куда‑то в сторону. Возле дальней стены стояли двое мужчин. Дорогие костюмы, слишком спокойные лица, внимательные взгляды. Не посетители клуба. Такие люди всегда выглядели одинаково -тихие, аккуратные и намного опаснее всех громких идиотов вокруг. Один из них коротко кивнул мне. Я почувствовал неприятное напряжение внутри.-Кто это?Люк пожал плечами:-Не знаю. Но они смотрели весь бой.
Отлично. Именно этого мне для счастья не хватало. Я поднял спортивную сумку и направился к выходу.-Ты куда?
-Домой, -коротко бросил я.
-А отметить?
Я посмотрел на него так, что он сразу заткнулся.
Наверху клуб жил своей жизнью. Люди смеялись, танцевали, пили так, словно завтра не существовало. Я пробирался через толпу к выходу, чувствуя только усталость. Толкнул дверь клуба и наконец вышел на улицу. Холодный ночной воздух ударил в лицо. Риверфолл никогда не спал полностью. Даже сейчас улицы были залиты светом вывесок, а где‑то вдалеке слышались сирены полицейских машин.
Я уже собирался сесть в автомобиль, когда телефон завибрировал. Габриэль.
Я поморщился и ответил:
-Что?
-Где ты?
-Гуляю.
-Врёшь.
-Тогда зачем спрашиваешь?
На другом конце повисла короткая пауза.
-Твой тренер звонил. Сказал, ты уехал раньше.
-У меня были дела.
-Настолько важные, что пришлось отключить телефон?
Я прислонился к машине и закрыл глаза. Иногда мне казалось, что Габриэль знает обо мне больше, чем я сам.
-Всё нормально, -устало сказал я.
-Ненавижу эту фразу. После неё обычно начинаются проблемы.
Я усмехнулся:
-Не переживай, всё правда хорошо.
-Возвращайся домой. И постарайся хотя бы одну ночь прожить без драки.
Он отключился раньше, чем я успел ответить. Я несколько секунд смотрел на тёмный экран телефона, а потом неожиданно вспомнил слова Амелии: «Если твой отец оказался в тюрьме, значит, было за что». Злость снова медленно поднялась внутри, но вместе с ней почему‑то всплыло другое воспоминание -её лицо утром в парке. Растерянность в тот момент, когда я рассказал про отца. Она ведь действительно не знала, илт очень хорошо притворялась?
Я резко открыл дверь машины и сел за руль. Нет, мне вообще не должно быть до этого дела -ни до неё, ни до того, что она думает. Но почему‑то именно сейчас я впервые за долгое время чувствовал не только злость, а что‑то другое.
Больше материалов по книге, новости, визуалы персонажей и заметки о мире «Закрытого клуба» — в моём Telegram-канале:
Буду рад видеть вас там.