Закрытый клуб

Амелия

Меня разбудил отец. Точнее, сначала меня разбудил звук открывающихся штор, а уже потом его голос.

-Подъём, чемпионка.

Я недовольно застонала и натянула одеяло на голову.

-Я думала, у меня сегодня выходной.

-Так и есть, а поскольку у нас с тобой они редко совпадают, я хочу провести его со своей дочерью.

Я всё‑таки выглянула из‑под одеяла и прищурилась от света. Отец стоял возле окна с чашкой кофе в руке, идеально собранный и слишком бодрый для человека, который, по моему мнению, обязан был спать хотя бы до девяти.

-Который час?

-Половина восьмого.

-Это незаконно.

Он усмехнулся.

-Собирайся, через час выезжаем.

Я села на кровати и потерла лицо.

-Куда?

-На последнюю игру сезона.

Точно, сегодня «Фоксес» играли против «Харрикейнс». Отец не пропускал ни одной игры своей команды, а когда я была маленькой, таскал меня с собой буквально на каждый домашний матч. Наверное, именно тогда я и влюбилась в баскетбол окончательно. Атмосфера стадиона не могла не очаровать впечатлительного ребёнка. Шум трибун и скрип паркета -это те звуки, которые я могу слушать непрерывно.

-Ты выглядишь слишком счастливым для человека, который идёт смотреть на то, как его команда проиграет, -пробормотала я, вставая с кровати.

-Не будь так уверена, игра ещё даже не началась.

-Ой, ты половину этой команды собрал наспех, лишь бы зайти в сезон. Чудо, что вы не вылетели во вторую лигу.

-Половина моей команды получает по несколько миллионов в год.

-Значит, их агент -гений.

Отец рассмеялся и покачал головой:

-Собирайся, Амелия.

Через час мы уже ехали через центр Риверфолла. Мама сидела впереди рядом с отцом и что‑то обсуждала по телефону с организаторами благотворительного вечера. Моя мама Эвелин, как-будто испытывала вину за прошлое отца. Она редко появлялась дома, стараясь помогать нуждающимся. Даже в выходной она не могла оторвать свой взгляд от рабочего телефона. Я сидела сзади и смотрела в окно. Город постепенно оживал. Улицы были забиты машинами, возле кафе толпились люди в клубных футболках, а на огромных экранах уже крутили рекламу матча: «Фоксес» против «Харрикейнс».

-Думаешь, они выиграют? -спросила мама.

-Если перестанут играть так, будто впервые видят мяч, то, возможно, -ответила я.

Отец усмехнулся:

-Ты слишком строга к ним.

-Нет, это я ещё мягко.

-Думаешь, сыграешь лучше?

-Конечно.

Мама тихо рассмеялась. Отец бросил на меня взгляд через зеркало заднего вида.

-Знаешь, после выпуска я всё ещё могу забрать тебя в систему «Фоксес».

-Нет.

Он удивлённо поднял брови.

-Даже не подумаешь?

-Я не хочу, чтобы все говорили, будто попала туда только из‑за тебя.

-Они будут говорить это в любом случае.

-Тогда тем более нет.

Отец несколько секунд молчал.

-Ты слишком упрямая.

-Это наследственное.

Он снова усмехнулся, но я заметила, что ему понравился мой ответ.

Арена встретила нас шумом ещё задолго до входа внутрь. Фанаты толпились возле здания, фотографировались, спорили, кричали друг на друга через улицу. Повсюду были клубные цвета, плакаты и музыка. Я любила такие моменты. Здесь баскетбол переставал быть просто игрой. Он становился чем‑то большим.

Когда мы проходили внутрь через служебный вход, несколько работников сразу начали здороваться с отцом. Кто‑то пожал ему руку, кто‑то поздравлял с окончанием сезона, кто‑то обсуждал контракты и игроков. Иногда я забывала, насколько большое влияние он имеет в городе.

Наши места находилисьу самой площадки. Стоило мне сесть, как я сразу начала оценивать разминку команд.

-Нет, ну ты только посмотри на это, -не выдержала я через пару минут. -Он мяч нормально вести не может, глаз от него не отрывает.

Отец тяжело вздохнул:

-Матч даже не начался.

-Именно, а он меня уже раздражает.

Игра стартовала под оглушительный рев трибун. Первые минуты были напряжёнными. Команды шли вровень, но меня раздражало количество глупых потерь.

-Да кому он вообще отдаёт?! -возмутилась я, когда защитник «Фоксес» снова потерял мяч. -Я бы в жизни не сделала такую передачу.

-Конечно, -спокойно ответил отец.

-Нет, серьёзно. Они слишком медленно двигают мяч. У «Харрикейнс» защита перестраивается быстрее.

-Может, выйдешь вместо тренера?

-Если надо -выйду.

Мама покачала головой:

-Иногда мне кажется, что ты родилась уже недовольной чужой игрой.

К концу второй четверти я окончательно устала сидеть на месте.

-Пойду за колой, -сказала я и поднялась.

-Возьми мне воду, -попросила мама.

-И мне кофе, -добавил отец.

Я закатила глаза и пошла к выходу из сектора.

В коридорах арены было шумно и тесно. Люди постоянно толкались, обсуждали матч, спорили с экранами, где крутили повторы моментов. Я уже возвращалась обратно с напитками в руках, когда возле лестницы дорогу мне перегородили трое парней в форме «Харрикейнс». Судя по запаху алкоголя, трезвыми они не были уже давно.

-О, смотрите, -протянул один из них. -Принцесса «Фоксес».

Я сразу напряглась.

-Отойдите.

Второй парень усмехнулся:

-А если нет?

-Тогда вам будет больно.

-Сомневаюсь.

Они явно узнали меня. Вероятно, из‑за отца. Один из них сделал шаг ближе.

-Говорят, твой папочка купил половину города.

-И что?

-Интересно, судей он тоже покупает?

Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

-Какие же вы жалкие, окружили девушку толпой? И после этого вы называете себя мужчинами?

Парень уже открыл рот для ответа, когда позади нас вдруг раздался спокойный голос:

-Парни, не позорьтесь.

Я обернулась. Генри стоял чуть в стороне с абсолютно расслабленным видом, будто вообще случайно оказался рядом. Но реакция парней удивила меня куда сильнее. Они моментально напряглись.

-Тренер…

Я нахмурилась.

Генри тяжело вздохнул:

-Не создавайте проблем и смотрите игру.

Они переглянулись и действительно ушли. Просто взяли и ушли. Я несколько секунд молча смотрела им вслед, а потом перевела взгляд на Генри.

-Ладно,что это сейчас было?

Он пожал плечами:

-Ничего особенного.

-Они назвали тебя тренером.

-Когда-то я работал в профессиональной системе. Видимо, парни помнят меня, потому что у меня была хорошая серия побед, когда я замещал главного тренера.

Я едва не подавилась воздухом.

-Подожди… Сколько тебе вообще лет?

-Восемнадцать.

-И ты работал тренером у профессионалов?!

-Помощником аналитика и тренера по тактике.

Я смотрела на него с недоверием.

-Почему ты тогда здесь?

На секунду в его взгляде мелькнуло что‑то странное.

-Руководство клуба решило, что им нужен кто‑то перспективнее.

-Это бред.

-Возможно.

Он спокойно забрал у меня стакан с кофе.

-Кстати, твой отец будет злиться, если ты не вернёшься до конца перерыва.

Я всё ещё не могла перестать смотреть на него.

Дилан

Просыпаться было больно. Я открыл глаза и несколько секунд просто лежал, пытаясь понять, какая часть тела болит сильнее остальных. После вчерашнего подпольного боя мышцы будто выкрутили и собрали заново. Плечо ныло, рёбра отзывались тупой болью при каждом вдохе, а правая рука вообще двигалась с трудом. Я медленно сел на кровати и тихо выругался.Я дошёл до ванной, включил холодную воду и несколько секунд просто смотрел на своё отражение. Под глазом начал проявляться синяк, губа разбита, плечо выглядело так, будто по нему били молотком. Следующие десять минут я провёл в ледяной ванне, стиснув зубы от холода. Это хотя бы немного снимало воспаление. Когда я выбрался, тело ломило ещё сильнее.

На кухне уже ждал Габриэль. Он внимательно посмотрел на меня и сразу нахмурился:

-Что случилось?

-Ничего.

-Врёшь хуже, чем твой отец.

Я молча достал обезболивающее и запил водой. Габриэль подошёл ближе и схватил меня за плечо. Я не сдержал тихий стон боли. Его лицо мгновенно потемнело.

-Ты совсем идиот?

-У меня через час бой.

-Тебе через час в больницу надо.

-Мне нужно выиграть, и никто меня не остановит.

Он смотрел на меня несколько секунд, явно пытаясь решить, стоит ли просто вырубить меня и никуда не пускать, но вместо этого тяжело выдохнул:

-Поехали.

Арена была забита людьми. Толпа ревела ещё до начала программы, а возле входа журналисты уже ловили бойцов для интервью. Сегодняшний бой был важным. Если я выигрываю -следующий поединок будет за чемпионский пояс среди юниоров.

Проблема заключалась в том, что против парня, который ждал меня сегодня, я ещё ни разу не побеждал. Райан Хейз -высокий, быстрый и чертовски дисциплинированный. Он был именно тем типом соперников, которых я ненавидел. Большую часть времени он проводит, раздавая интервью. Даже не знаю, когда он успевает тренироваться. Но больше всего меня раздражает его страх: он давно мог подраться с чемпионом. Но вместо этого зациклился на мне и пытается что‑то доказать. Сегодня я навсегда поставлю точку в нашем противостоянии.

Перед выходом нас посадили на пресс‑конференцию. Журналисты, кажется, уже устали от нашего противостояния и совсем не верили в мою победу.

— Дилан, как думаешь, сегодня наконец получится победить Хейза?

— Узнаем на ринге.

Райан сидел слева от меня и сразу же схватился за микрофон, когда услышал мой неуверенный ответ:

— Какой же ты трус, Блэйк! И вы говорите, что он претендент на титул? Это смешно!

Зрители тихо посмеялись. Раньше я бы обязательно ответил, но сейчас у меня не было сил. Тело слишком сильно болело, а это означало только одно: если бой затянется — мне конец.

Когда прозвучал гонг, я сразу понял, что всё будет хуже, чем ожидалось. Райан двигался легко, а я чувствовал себя так, будто вышел на ринг после аварии. Первый же пропущенный удар отправил меня в нокдаун. Я услышал крики трибун словно через воду и только через секунду понял, что лежу на настиле.

— Четыре… Пять…

Я резко втянул воздух и поднялся. Райан смотрел спокойно. Он видел, что со мной что‑то не так, и начал давить ещё сильнее. Я поднял руки, стараясь пережить его атаки. Удары, что прилетали по рёбрам, были особенно болезненны. Я едва дотянул до конца раунда. Когда гонг наконец прозвучал, я буквально рухнул на стул в своём углу.

— Что за хрень ты творишь?! — рявкнул тренер Харрисон.

Он схватил меня за плечо, и я не сдержал тихий стон. Тренер моментально замолчал, а потом усилил хватку:

— Ты травмирован?!

— Немного.

— Немного?! Да я сейчас сам тебя убью! Мы снимаемся.

Он уже потянулся за полотенцем, но я резко перехватил его руку:

— Нет.

— Ты еле стоишь.

— Мне плевать.

— Дилан…

— Я скорее сдохну, чем снова ему проиграю.

Несколько секунд тренер молча смотрел на меня. Потом тяжело выдохнул и наклонился ближе. Его голос стал холодным и чётким:

— Он понял, что ты не можешь долго двигаться. Поэтому давит сериями и ждёт, когда ты сломаешься. Не давай ему вести бой, соберись. Не рубись с ним, заставь ошибиться. Он слишком надменный и недооценивает тебя -сыграй на этом.

Я медленно кивнул. Гонг прозвучал снова. Я поднялся на ноги и вышел в центр ринга. И впервые за весь вечер перестал думать о боли.

Райан сразу почувствовал перемену -это было видно по его взгляду. До этого он дрался спокойно и уверенно, как человек, полностью контролирующий бой. Он видел мою усталость, видел, как я морщусь после ударов по корпусу, и уже мысленно готовился закончить всё досрочно. Теперь же я перестал отступать.

Тренер был прав -Хейз слишком привык к своему темпу. Он всегда ломал соперников именно этим: постоянным давлением, дисциплиной, идеальной работой ног. Большинство бойцов начинали паниковать и сами влезали в его бой. Сегодня я не собирался делать ему такой подарок.

Райан выбросил джеб, но я как будто ожидал этого и вовремя сместился. Кажется, я наконец‑то нашёл его слабость. Хоть его техника и была отточена до совершенства, в этом и была его уязвимость. Когда ты наносишь серии настолько методично и правильно, они становятся предсказуемыми.

Жаль, что я понял это только к третьему бою. Первый раз за бой я почувствовал, как он задержал дыхание.

— Вот так! — заорал кто‑то с трибун.

Райан тут же ответил серией, и мне снова пришлось уйти в глухую защиту. Раунд затягивался, мы действовали слишком аккуратно, стараясь прочитать соперника. Он атаковал и старался загонять меня в угол, а я отвечал контратаками. Несколько раз мне удалось хорошо попасть по корпусу, и я заметил, как он пошатнулся.

За минуту до конца раунда он снова пошёл вперёд, пытаясь прижать меня к канатам. Он тратил очень много сил, пытаясь отправить меня в нокаут. Я увидел уже знакомое движение рукой вперёд и опустился вниз. Райан не успел среагировать, и я пробил апперкот точно в челюсть. Его тело сразу обмякло, но этого оказалось недостатчно, чтобы его уронить.Впервые за все наши бои я увидел, как он потерял равновесие. И в этот момент что‑то внутри меня окончательно переключилось.Удары полетели сами собой -по корпусу, в голову, снова по корпусу. Райан закрылся и начал отходить, явно не ожидая такого давления.

Гонг спас его. Я вернулся в угол, ноги дрожали от усталости. Сам не понимаю, как я продержался так долго.

Тренер подал воду:

— Вот теперь я узнаю тебя, — сказал он.

— Он поплыл.

— Я заметил.

Тренер внимательно посмотрел мне в глаза:

— Ещё один такой момент — и заканчивай бой, не тяни.

Я кивнул, но в голове не было ни одного способа сделать это быстро.

Третий раунд начался намного жёстче. Райан больше не улыбался. Он снова начал давить, но теперь бил осторожнее, постоянно двигаясь и не позволяя мне нормально контратаковать.В середине раунда Райан снова попытался пробить правый через руку, и я впервые за бой увидел, как он начинает уставать. Совсем немного замедлился возврат руки. Я резко ушёл в сторону и пробил навстречу — точно в челюсть. Удар получился идеальным. Райан замер, а потом рухнул на настил.

Арена взорвалась. Я стоял посреди ринга, тяжело дыша и пытаясь понять, что вообще произошло. Судья уже начал отсчёт:

-…четыре… пять…

Райан перевернулся на бок и попытался подняться.

-…шесть… семь…

Он всё‑таки встал, но взгляд у него был мутный. Тренер что‑то заорал из угла, трибуны буквально сходили с ума, а я уже не чувствовал ничего, кроме адреналина. Райан попытался встретить меня джебом, но опоздал. Я пробил по корпусу, потом сразу сверху. Он начал заваливаться назад, перестав отвечать. Судья мгновенно влетел между нами, останавливая бой.

Несколько секунд я просто стоял на месте, не веря, что всё закончилось. А потом услышал:

-Победитель… Дилан Блэйк!

Трибуны взорвались шумом. Я медленно поднял руки, хотя плечо отозвалось такой болью, что захотелось выругаться прямо в микрофон. Райан уже пришёл в себя и подошёл ко мне первым. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Потом он коротко кивнул:

-Тебе просто повезло, я как‑то неважно себя чувствую.

Я усмехнулся, пытаясь восстановить дыхание:

-Такое часто говорят после моих ударов.

Он тихо рассмеялся и протянул руку, и я пожал её. Это значило больше любых пресс‑конференций и дешёвого трэш‑тока. Потому что уважение от такого соперника нельзя получить словами.

Когда я вернулся в угол, тренер Харрисон смотрел на меня одновременно так, будто хотел обнять и убить:

-Ты законченный придурок, -сказал он.

-Но победил же.

-Ещё раз выйдешь травмированным -лично отправлю тебя в нокаут.

Я устало усмехнулся, а потом услышал слова ведущего:

-Следующий бой Дилана Блэйка станет титульным!

Толпа снова взревела, и впервые за долгое время я почувствовал не только облегчение. Но и страх, потому что теперь дороги назад уже не было. Чемпионом был португалец Рикардо, его статистика ужасно пугала: двадцать две победы, все нокаутом, и ни одного поражения. Теперь я чувствовал то же самое, что и Райан когда‑то: тяжесть предстоящего испытания и осознание, насколько высок барьер, который предстоит преодолеть.

Больше материалов по книге, новости, визуалы персонажей и заметки о мире «Закрытого клуба» — в моём Telegram-канале:

@Arkelonkniga

Буду рад видеть вас там.

К сожалению, я не могу продолжить выпускать эту книгу здесь. Если у вас есть желание продолжить читать дальше, то книга стабильно выходит на Authors.today