Призрачный гонщик || Том Каулитц

— Да мне уже абсолютно похуй, Элис! Заебала меня эта Дина, сил моих больше нет на это смотреть! — Билл яростно ударил кулаком по кухонному столу, отчего чашки с остывшим чаем жалобно звякнули.

Он резко поднялся со стула, тяжело дыша. На его лице не осталось и следа от привычного спокойствия. Вся эта ситуация с Асей, запертая дверь спальни Тома, из‑за которой доносился глухой стук открывающихся банок пива, и этот удушающий холод в квартире довели Билла до точки кипения.

— Билл, подожди, куда ты? — Элис взволнованно вскочила следом, пытаясь поймать его за руку. — Не нужно никуда ехать в таком состоянии! Том заперся, мы должны быть здесь...

— Нет, Элис, мы ничего здесь не должны, — жёстко оборвал её Билл, нервно застёгивая куртку. — Том две недели сдыхает от тоски, гробит себя алкоголем прямо сейчас за этой стеной, пока какие‑то твари ломают ему жизнь из‑за своей копеечной зависти. Я поеду и лично разберусь и с Диной, и с Марко. Какого хера они решили, что им всё сойдёт с рук? Я вытрясу из них правду, чего бы мне это ни стоило. Побудь с ним. Если начнёт громить комнату — сразу звони мне.

Билл не стал слушать её возражений. Он круто развернулся, схватил со стола ключи и быстрыми, тяжёлыми шагами вылетел из квартиры, громко хлопнув входной дверью. Элис осталась стоять на кухне одна, испуганно прижимая ладони к груди и прислушиваясь к тяжёлой, хмельной тишине, шедшей из запертой комнаты Тома.

Билл ехал по серым городским улицам, выжимая из своего спорткара максимум. Ярость ослепляла его, но мысли оставались пугающе чёткими. Первым в его списке был Марко. Билл прекрасно знал, где этот трус обычно ковыряется со своим авто в это время суток — в заброшенном гаражном кооперативе на окраине промзоны.

Железная дверь бокса Марко была приоткрыта. Парень мирно крутил гайки, когда Билл буквально вышиб дверь ногой. Металл со страшным грохотом ударился о бетонную стену, заставив Марко испуганно подпрыгнуть и выпустить из рук инструмент.

— Билл?.. Ты чего... — договорить он не успел.

Билл подлетел к нему в один стремительный шаг. Он мёртвой хваткой вцепился в воротник его толстовки и со всей силы припечатал парня спиной к железному стеллажу. Полки опасно загрохотали, на пол посыпались болты и банки с маслом.

— Послушай меня сюда, сука, — процедил Билл ледяным, пугающим шёпотом, приближая своё лицо к лицу Марко. В его глазах горело настоящее безумие. — Ты сейчас до единого слова расскажешь мне, что произошло в клубе. Каждую секунду той ночи. Если ты соврёшь мне хоть в одной детали — я разнесу твою голову прямо на этом бетоне.

— Билл, отпусти, я не понимаю! — Марко попытался вырваться, но он с размаху ударил его кулаком в челюсть.

Глухой, сочный звук удара разорвал тишину гаража. Марко отлетел в сторону, сплевывая кровь, и испуганно поднял руки, забиваясь в угол.

— Стой! Не надо! Это всё Дина! Клянусь тебе, это она! Она просила подыграть, чтобы проучить Асю, выдать меня за Тома, потому что мы со спины похожи! Я отказался! Потом она позвала меня выпить в знак примирения, я выпил виски и отключился... Клянусь, Билл, она накачала меня снотворным! Я очнулся утром, голова раскалывалась, а она уже сделала эти чёртовы фотки и ушла! Я не трогал её, я спал!

Билл брезгливо отпустил Марко, который остался сидеть на полу, вытирая кровь с разбитой губы. Вся картина грязной, расчётливой подставы Дины наконец обрела свои реальные очертания. Брат был чист. Том ни разу не предал свою Асю.

— Если ты соврал, я вернусь и закатаю тебя в асфальт, — бросил Билл и развернулся, чтобы уйти.

Он сделал два шага к выходу, но ярость внутри него требовала выхода. Картинка запертого в спальне брата, который прямо сейчас топил свою жизнь в пиве, снова вспыхнула перед глазами. Билл резко остановился, развернулся на каблуках, вернулся обратно к Марко и со всей дури ещё раз врезал ему кулаком по лицу, чтобы тот просто не втыкал и на всю жизнь запомнил, к чьей семье лезть не стоит.

— И да, — Билл наклонился к нему, ухмыляясь с ядовитой насмешкой, — передавай привет маме. Той самой, что в своё время обслуживала половину района за бутылку дешёвого вина. Ты, видимо, пошёл по её стопам — такой же дешёвый и продажный.

Марко со стоном повалился на бок, зажимая разбитый нос, а Билл, даже не взглянув на него, окончательно выбежал под проливной дождь. Теперь в его голове горела только одна цель — Дина.

Через пятнадцать минут его машина с диким визгом тормозов замерла у дома Дины. Билл выскочил из салона, ворвался в подъезд и принялся яростно, непрерывно давить на кнопку звонка её квартиры, одновременно со всей силы колотя кулаком в дверь.

— Дина! Открывай! — кричал Билл на весь коридор. — Открывай, я знаю, что ты там!

За дверью послышались испуганные шаги. Замок тихо щёлкнул, и дверь приоткрылась на длину защитной цепочки. В щели показалось побледневшее лицо Дины.

— Билл?.. Что тебе нужно? Уходи, или я вызову полицию...

Билл не стал слушать её лепет. Он с размаху ударил плечом в дверь. Хлипкая цепочка с треском оборвалась, вылетев с мясом. Дверь распахнулась, сильно ударив Дину, и она с криком отлетела назад, падая на ковёр в прихожей.

Билл зашёл внутрь, с грохотом захлопнув за собой дверь. Он подошёл к лежащей на полу девчонке, наступая ботинком прямо на край её халата, лишая возможности подняться.

— Полицию? — ледяным голосом переспросил Билл, наклоняясь над ней. — Вызывай. Давай вместе расскажем им, как ты подсыпаешь снотворное парням в клубах и занимаешься шантажом. Марко только что всё сдал, Дина. Абсолютно всё.

Дина побледнела так, что её лицо слилось со светлыми обоями коридора. Вся её былая спесь мгновенно исчезла. Перед Биллом сидела обычная, загнанная в угол и трясущаяся от страха девка.

— Билл, пожалуйста... — разрыдалась она, закрывая лицо руками. — Я просто хотела, чтобы Том вернулся ко мне...
— Заткнись! — рякнул Билл так громко, что она инстинктивно сжалась в комок. — Твой грязный рот больше не произнесёт ни одного имени из нашей семьи. Живо достала свой телефон. Быстро!

Она судорожно вытащила мобильник и дрожащими пальцами протянула его Биллу. Каулитц‑младший грубо вырвал аппарат из её рук.

— Открывай чат с Асей, — скомандовал он, суя экран ей прямо в лицо. — И пиши. Пиши ей всю правду, до единого слова. Напиши, что ты накачала Марко снотворным. Напиши, что фотографии — это фальшивка. Напиши, что Том никогда в жизни не изменял ей и даже не смотрел в твою сторону. Если ты попытаешься юлить — я уничтожу твою жизнь прямо сегодня. Тебя больше не пустят ни на один трек. Пиши!

— Но я... я не могу... — всхлипнула Дина.
— Можешь, — Билл прищурился, его голос стал ещё холоднее. — И пока ты пишешь, запомни ещё кое‑что. Твоя мамаша, помнится, тоже любила крутить хвостом перед чужими парнями. И чем это закончилось? Брошенная, с ребёнком на шее и без копейки в кармане. Ты решила повторить её судьбу? Или всё-таки сделаешь, что я сказал, и хоть раз в жизни поступишь правильно?

Дина, захлёбываясь слезами и судорожно всхлипывая, принялась лихорадочно набивать текст сообщения. Её ногти стучали по экрану, буквы путались от страха, но под ледяным взглядом Билла она вывела всю свою грязную правду наружу. Полное, безоговорочное признание в собственной подлости.

— Отправляй, — жёстко бросил Билл.
Она нажала кнопку отправки. На экране загорелся статус «доставлено». Билл брезгливо швырнул телефон обратно на ковёр прямо перед ней, развернулся и пошёл к выходу. Справедливость была восстановлена его собственными руками.

Брат был полностью оправдан. Билл выскочил из подъезда, прыгнул в свою машину и на бешеной скорости рванул обратно к дому, молясь только об одном — чтобы правда успела дойти до Аси вовремя, пока Том окончательно не уничтожил себя в своей комнате.