Шёпот за стеной
Одиннадцатый день. Утро началось с тумана. Плотного, молочного, он поднимался от моря и окутывал скалы так, что дом казался кораблём в бескрайнем океане.
Фадиме проснулась от того, что кто-то ходил по кухне. Не Исо — его шаги она уже научилась отличать. Тяжёлые, чуть шаркающие. А эти были лёгкими, женскими.
Она накинула халат и спустилась.
На кухне стояла Эсме. Одна. Без предупреждения. Она мыла яблоко под краном, повернулась, услышав шаги.
— Доброе утро, — сказала она. — Не ждали?
— Честно — нет, — ответила Фадиме, садясь за стол. — Адиль знает, что вы здесь?
— Адиль знает всё. — Эсме села напротив, положила перед Фадиме яблоко. — Я приехала поговорить. О тебе. О вас с Исо.
— О чём именно?
— О том, что ты боишься. И он боится. И вы оба делаете вид, что это нормально.
Фадиме отодвинула яблоко.
— А это ненормально?
— Нормально, — Эсме вздохнула. — Но больно. Я двадцать лет боялась. Боялась признаться Адилю, что люблю его. Боялась, что Шериф убьёт нас обоих. Боялась, что моя дочь никогда не узнает правду. А когда всё это кончилось... оказалось, что я просто боялась зря.
— У нас с Исо другая история.
— Истории всегда разные. Но страх — один.
Эсме взяла её за руку.
— Я не призываю тебя бросаться в объятия. Я прошу: перестань ждать идеального момента. Его не будет. Исо — хороший человек. Но он не умеет говорить красиво. Если ты будешь ждать слов — не дождёшься. Иногда нужно просто взять и пойти. Или сказать самой.
Фадиме молчала. Эсме отпустила её руку, встала.
— Я оставлю вас. Мне нужно к Элени. — Она помолчала у двери. — И ещё, Фадиме. То, что случилось у Шерифа... твой брат сделал многое, чтобы защитить вас. Но он не сможет уберечь от вас самих.
Дверь закрылась. Фадиме осталась сидеть с яблоком в руке.
---
Исо вернулся через час. Он ходил к обрыву — смотреть на море. Увидел на столе два стакана и второе яблоко.
— Кто был?
— Эсме.
— Зачем?
— Говорила про страх. — Фадиме не стала пересказывать, просто покачала головой. — Она думает, что мы слишком медлим.
— А мы медлим?
— Не знаю. А ты как думаешь?
Исо сел напротив. На его лице была усталость не от бессонницы — от мыслей.
— Я думаю, что мы делаем правильно. Если мы начнём что-то быстро, то можем испугаться ещё сильнее. А так... мы привыкаем.
— Привыкаем? — Фадиме усмехнулась. — Это не любовь, Исо. Это зависимость.
— А ты знаешь разницу?
— Не знаю, — честно ответила она. — Но мне кажется, что любовь — это когда ты можешь быть уязвимым. А я не могу.
— Почему?
— Потому что если я покажу слабость, ты используешь это. Как в первые дни.
Исо побледнел.
— Ты до сих пор так думаешь?
— Не знаю. Может быть. Может, нет. — Она встала, подошла к окну. — Я не хочу, чтобы ты меня защищал. Я хочу, чтобы ты был рядом. Но я не знаю, как тебе доверять.
Исо подошёл к ней сзади. Остановился, не касаясь.
— Тогда давай учиться, — сказал он. — Доверять. По чуть-чуть. Я не буду делать резких движений. Обещаю.
— А если не получится?
— Значит, не судьба.
Фадиме повернулась. Теперь они стояли лицом к лицу.
— Исо, — сказала она. — Я хочу тебя поцеловать. Но боюсь, что после этого всё изменится.
— Всё уже изменилось, — ответил он. — В тот момент, когда ты ударила меня пощёчиной.
Она улыбнулась — первый раз за день. И сама, наконец, сделала шаг. Коснулась его губ своими — легко, робко, как будто пробуя на вкус.
Исо не двинулся. Позволил ей уйти первой.
— Это не страшно? — спросил он, когда она отстранилась.
— Страшно, — призналась Фадиме. — Но теперь я знаю, что ты не сбежишь.
— Не сбегу.
Они стояли в кухне, где когда-то кричали друг на друга, и молчали. Хорошее молчание.
---
К вечеру приехал Оруч. Один. Без Элени. Он был серьёзен — настолько, что Исо сразу насторожился.
— Что случилось? — спросил он.
— Адиль просил передать. Шерифа переводят в другую тюрьму, строгий режим. Адвокатов к нему не пускают месяц.
— Это хорошая новость, — сказал Исо.
— Не совсем. — Оруч понизил голос. — Эюпхан звонил Адилю, просил передать Фадиме, что он «не оставит попыток».
Фадиме, сидевшая на лестнице, сжала перила.
— Что он хочет?
— Тебя. И, кажется, готов на всё.
— Адиль что сказал?
— Сказал, что если Эюпхан приблизится к вам, он его не пожалеет . — Оруч посмотрел на Фадиме. — Ты должна быть осторожна.
— Я всегда осторожна, — ответила она, но голос дрогнул.
Исо подошёл, встал рядом.
— Мы справимся. Вместе.
— Вместе, — повторила Фадиме, чувствуя, как его рука ложится ей на плечо.
---
Ночью они снова лежали в одной кровати. Теперь без барьера. Но по-прежнему не касаясь.
— Исо, — сказала Фадиме.
— М?
— А если Эюпхан придёт сюда?
— Я его встречу.
— А если он придёт с оружием?
— Я всё равно его встречу.
Она повернулась на бок, посмотрела на его профиль в лунном свете.
— Ты так спокоен.
— Не спокоен, — ответил он. — Я просто не хочу, чтобы ты видела мой страх.
— А он есть?
— Есть. Боюсь, что не смогу тебя защитить.
Фадиме протянула руку и коснулась его щеки. Исо замер, потом медленно повернул голову и поцеловал её ладонь.
— Спи, — сказал он. — Завтра будет новый день.
— А вдруг его не будет?
— Будет. Я обещаю.
Она закрыла глаза. Исо смотрел на неё, пока не уснула.
Море внизу шумело — тихо, убаюкивающе. Как будто говорило: «Тихо. Всё будет хорошо».
Или почти хорошо. Или хотя бы — будет.
---