Синкопа
Последняя неделя перед учебой, нужно отдохнуть, как следует. Сначала помоюсь, потом обзвоню всех, вдруг вечером есть желающие попить у меня чай. Олеся уже хотела включить душ, как он на неё брызнул неприятно. Выдохнула. Замотала тряпкой кран. Оделась. Позвонила соседу.
— Леж, занят?
В дверях появилась голова блондина:
— Немного, а что? Уже сломала что-то?
— Почему сразу я?
— Потому что в прошлый раз ты оторвала ручку от балкона.
— Она сама.
— Мила также говорит.
— Зайдёшь?
— Через десять минут.
В квартиру зашел Олег с инструментами и доброй улыбкой.
— Где пострадавший?
— В ванной
— Живой?
— Пока да.
Прошёл в ванную через лужу. Олеся пыталась собрать воду полотенцами. ДЗЫНЬ!
— Кого-то ждёшь? — спросил Олег, разматывая кран.
— Нет.
Она осторожно подошла к двери:
— Кто?
— Угадай.
Господи! Как же ты не вовремя! Делать уже было нечего, поэтому Олеся открыла дверь. Фархад стоял с ящиком мандаринов и медленно осмотрел её наряд: домашняя футболка и шорты. Посмотрел дальше, чей-то силуэт по-хозяйски двигался в ванной.
— Лесь, у тебя отвёртки куда делись?
— Лесь?
— Не смей.
— Он называет тебя "Лесь".
— Потому что знает меня сто лет.
Она заметила, что Фархад так и не зашел. Из спины вырос Олег. Он вытер руки об штаны и протянул её.
— Олег.
Фархад пожал её.
— Фархад.
Оба посмотрели друг другу в глаза, будто хищники у водопоя.
— Ну всё, померились?
Они одновременно отпустили руки.
— Да, — сказал Олег.
— Допустим. — сказал Фархад.
Никто никому не поверил. Олег первым нарушил молчание.
— Заходите.
Фархад перевёл взгляд на Олесю. Только на неё.
— Можно?
— Заходи уже.
Фархад переступил порог. И Олег тут же отметил про себя одну неприятную вещь: он разулся автоматически. Фархад же заметил другое: в ванной работала вода, на столе стояли две кружки. Что-то неприятно кольнуло под рёбрами. Олеся решила выгнать кого-то с поля боя.
— Леж, сейчас будет потом.
Он спокойно ушёл в ванную. Фархад проводил его взглядом.
— "Леж"?
— Не начинай, лучше скажи откуда опять фрукты в январе?
— Не буду.
— Вот и я.
Он поставил ящик мандаринов на стол, оглядел кухню.
— Лесь! Я понял, почему оно сломалось!
— Не сейчас!
— Нет, сейчас!
Олег появился из ванной, вытирая руки полотенцем:
— Кто крутил кран как штурвал корабля?
— Не я.
— Лесечка.
— Правда!
— Лесь, у тебя смеситель держался на честном слове — хитро улыбнулся — Или по мне соскучилась?
Олеся немедленно схватила ближайшее кухонное полотенце:
— Олег!
— Что?
— Я сейчас тебя этим задушу.
— Ага. Значит, всё-таки соскучилась.
Фархад молчал. Олеся почувствовала это раньше, чем повернулась. Он стоял у двери кухни, опираясь плечом о косяк, смотрел на Олега, потом на неё.
— Хороший сосед...
Олег налил себе воды:
— Отличный, между прочим. — глоток — Почти член семьи.
— Почти?
— ОЛЕГ.
Олег совершенно невозмутимо прошёл мимо неё к шкафу:
— А что у тебя родственников больше нет?
Фархад тихо усмехнулся, надеясь успокоить пыл внутри себя. Почти член семьи. Домашние прозвища. Олеся увидела выражение его лица мгновенно. О господи, он реально подумал. Олег посмотрел между ними, и вдруг понял кое-что неожиданное. Не дружба. Не флирт. Хуже. И это открытие ему совершенно не понравилось.
— Леж, ты половину ящика бери — начинает собирать авоську — думаю, Мила будет рада.
— Обожаю на тебя работать — берёт
Он обнял Олесю, пожал руку Фархаду и ушел.
И тут воздух стал ядовитым. Лицо Фархада не выражала ничего хорошего, и Олесе это не понравилось.
— Не ревнуй, просто сосед
— Олесь, — он провел рукой по лицу — Мне не нравится приходить и видеть у тебя дома мужика.
— Оооо, кукуха поехала.
— Не ёрничай, пожалуйста.
— А что делать? Аплодировать?
— Ты меня слышишь? Оделась не пойми в чем!
— То есть одежда виновата!
— Ты не поняла.
— Всё я поняла. Дверь вон там!
— Олесь...
— Нет! Я просто попросила знакомого помочь, чтоб соседей не затопило! А ты? — голос дрогнул — Не звонил три дня! — берёт воздух — И врываешься сюда, будто ничего не было! — ткнула пальцем в дверь — Так отношения не делаются. Я разрываю контракт.
— Ты же говорила, что не знаешь про отношения.
— Я не настолько тупая.
Он сжал руку:
— Офарин ба ту! (Ну молодец!)
Олеся вздрогнула от чужого языка. Фархад со злом обулся, вкинул взгляд, и хлоп. Руки хозяйки квартиры дрожали, но плакать нельзя. Скоро придёт ученик.
Она лежала в холодной постели, было лень закрыть балкон. ДЗЫНЬ. Уйдите, дайте уже умереть! Она медленно села на кровати. Подошла к двери. Говорить не хотелось, поэтому посмотрела в глазок. Фархад с букетом роз. Олеся открыла дверь ровно настолько, насколько позволяла цепочка, и сказала хриплым голосом.
— Ты издеваешься?
— Возможно.
Она уставилась на цветы:
— Розы?
Фархад опустил взгляд на букет.
— Уже по лицу вижу, что не угадал.— протягивает — Я стоял у киоска двадцать минут.
— И выбрал розы?
— Они выглядели...извинительно.
— Я терпеть не могу розы.
— Добивай.
— Они банальные.
— Прекрасно.
— И почему ты ночью?!
Он выдохнул через нос, посмотрел куда-то в сторону лестницы, вернул взгляд на неё:
— Потому что я облажался — почесал затылок — И потому что если бы я ждал до утра, ты бы меня уже официально ненавидела.
Она смотрела на него несколько секунд. На человека, который явно репетировал речь и всё равно сейчас импровизировал.
— Ты накричал на меня.
Он слушал её, принимая справедливые удары.
— Начал командовать. Ревновал к соседу.
— Это был очень мужественный Олег.
— ФАРХАД.
— Всё, молчу. — посмотрел на розы — Не возьмёшь?
— Я же сказала, не люблю розы.
— Тогда... — оглядел букет с искренним разочарованием — Получается, я ещё и деньги зря потратил.
Олеся не выдержала, короткий смешок вырвался сам:
— Почему вы мужчины так не любите шапки?
Он машинально провёл рукой по замёрзшим волосам:
— Это сейчас попытка сменить тему?
— Это сейчас попытка понять, почему ты стоишь ночью в минус десять без шапки.
— Я взрослый человек.
— Вот именно это меня и пугает.
Он тихо выдохнул через нос и улыбнулся невинно:
— Забыл.
— Конечно.
— Правда забыл.
— Конечно.
— Я ехал мириться, а не на зимнюю олимпиаду.
Она посмотрела на его покрасневшие уши, замёрзшие пальцы, сжимающие несчастные розы.
— Ты замёрз.
— Немного.
— Немного — это когда человек не синеет у меня под дверью.
— Олесь...
— Нет, молчи.
Она исчезла из дверного проёма. Фархад нахмурился.
— Это сейчас хороший знак или меня пошли искать лопату?
Через несколько секунд она вернулась с шерстяной шапкой и протянула через щель.
— На.
Он уставился на неё, потом на шапку.
— Ты серьёзно?
— Очень.
— Это унизительно.
— Это тепло.
— Я выгляжу в шапках как школяр или уголовник.
— У тебя и без шапки неплохая статистика.
Он не выдержал, тихо рассмеялся и всё-таки взял шапку:
— Ты меня сейчас лечишь или воспитываешь?
— Сама ещё не определилась.
Он медленно натянул шапку. Криво. Она немедленно потянулась, отцепила цепочку, подошла к нему и дёрнула край вниз. Пальцы замерли у его виска. Фархад тоже замер. Букет. Ночной подъезд. Тихий снег за окном лестничной клетки. Никто не двигался ровно одну слишком длинную секунду. Олеся первой убрала руку.
— Вот так то лучше...
Голос прозвучал ужасно тише обычного. Он медленно кивнул, не сводя с неё взгляда.
— Да. — осмотрел её пижаму — Сейчас и ты замерзнешь.
— Это потому что ты устроил полуночный театр с розами.
— Они правда настолько плохие?
— Чудовищные.
— Машаллах...
— Я не должен был так говорить.
— Я уже простила.
— Нет, дай договорю. — сделал шаг вперёд — Я пришёл, увидел мужика у тебя дома...и у меня мозг закончился. — смотрит на неё — Ты же помнишь о Рухшане?
— Кто? — шаг назад
— Ну блудливая бывшая — махнул рукой — Не важно...
— Я не люблю, когда мной командуют.
— Знаю.
— Нет, не знаешь.
— Тогда научусь.
Она отвела взгляд первой. На шапку. На розы.
— Иди уже домой, пока я не передумала тебя прощать.
Фархад медленно улыбнулся тепло:
— Это считается прогрессом?
— Это считается шансом.
Он осторожно поднял букет:
— А с этими что делать?
Олеся посмотрела на злосчастные розы, подумала, тяжело вздохнула:
— Ладно.
Он оживился мгновенно:
— Возьмёшь?
— Нет.
— Машаллах.
— Поставишь у себя дома и будешь помнить, что банальность наказуема.
Фархад рассмеялся и отступил:
— Спокойной ночи, Олеся.
— Надень шапку нормально.
Он послушно натянул её ниже.
— И цветы давай, я Гале похвастаюсь...
— Зебо аз они ман...(Красивая моя)
— Сам ты-зебра!
Фархад, смеясь, побежал вниз, чтоб она никогда не узнала перевод. А она только осознала, что стояла в сорочке и в тапках перед тем, кто вызывал в ней что-то тошнотворно-гудящее в груди. Всё! Завтра зову Галю! Нужен совет! Профессиональный. Женский. Олеся прошла домой, положила розы на стол, чтоб закрыть балкон. Отыскала вазу и приютила цветы около пианино. Гармонично. И только сейчас заметила записку, а нет...стихи Рождественского:
Будь, пожалуйста, послабее.
Будь, пожалуйста.
И тогда подарю тебе я чудо запросто.
И тогда я вымахну - вырасту, стану особенным.
Из горящего дома вынесу тебя, сонную.
Я решусь на все неизвестное, на все безрассудное - в море брошусь ,густое, зловещее, и спасу тебя!..
Это будет сердцем велено мне, сердцем велено…
Но ведь ты же сильнее меня, сильней и уверенней!
Ты сама готова спасти других от уныния тяжкого,
Ты сама не боишься ни свиста пурги, ни огня хрустящего.
Не заблудишься, не утонешь, зла не накопишь
Не заплачешь и не застонешь, если захочешь.
Станешь плавной и станешь ветреной,если захочешь…
Мне с тобою - такой уверенной - трудно очень.
Хоть нарочно, хоть на мгновенье - я прошу, робея, - помоги мнев себя поверить, стань слабее.
Д. Ф. Г. 18.01.1991г. С любовью, не бей при встрече
Уснуть под Бетховена было отличным решением, тело такое свежее. Сегодня придет Алиса, Дима и Жанна. Между уроками нужно купить молоко. Надо бы найти время дл Гали. Потому что если кто-то узнает новости не от неё — этот кто-то перестанет быть моей подругой и станет стихийным бедствием. Так встаём! И идём звонить, пока кто-то не зашел домой, а то он уже не мой.
— Галя, это я! Ты спишь?
Раздраженно-сонный голос прорвался:
— Ты чего так рано?
— Лежишь?
— Лежу, что случилось-то?
— У меня появился ухаже...
Олеся не успела договорить, как крики радости отдали в ухо.
— Кто? Где? Когда? Какой?
— ТИХО! Батальон счастья, успокойся!
— У ТЕБЯ МУЖЧИНА?!
— Пока нет!
— ПОКА?!
— ГАЛЯ!
— Я ВСЮ ЖИЗНЬ ЖДАЛА ЭТОТ ДЕНЬ!
— Я хочу время найти и выйти куда-то.
Галя, не думая:
— Я свободна, вылетаю!
— Дура! У меня сегодня занятия!
— Какие занятия? Ты себя слышишь! Отменяй! Мне нужно знать всё!
— Галя, ты не исправимая!
— Сколько ему лет?
— Галя!
— Симпатичный?
— Галя!!
— А чего кота тянуть за хвост?!
— Ладно. Позвоню Жанне, у неё родители адекватные.
— Спасибоооо!
— В шесть?
— На нашем месте!
Кондитерская встретила её запахом кофе, ванили и свежей выпечки и безумно-горящими глазами подруги.
— Ты взяла блокнот?!
Галя активно закивала.
— Это не расследование!
— Олесь, мужчина появился у тебя. Это историческое событие.
— У меня не появился мужчина.
Галя медленно взяла ручку:
— Отлично. Начинаем с отрицания.
— Ты даже не поздоровалась...
— Утром говорили, так что там?
— Дай хоть сесть и заказ сделать!
Олеся села за стол, сняв шубу, увидела трепет Гали и медленно с чувством интриги сделала заказ. Как только официант ушел, Галя наклонилась.
— Имя.
— Господи.
— Имя, Олеся.
— Фархад.
Ручка зависла:
— Красивое имя. Откуда?
— Таджикистан.
— О, первенец.
Олеся подняла бровь.
— Я оттуда еще никого не встречала, поэтому первенец.
— Возраст?
— Галя!
— Это базовая информация!
— Старше.
— Насколько?
— В этом году будет 22.
Подруга с чувством победы продолжила дальше:
— Профессия?
Олеся почесала ладонь. Галя выдохнула.
— Ага.
— Не агакай.
— Уже агакаю.
— Всё сложно.
— Олесь.
— Я серьёзно.
— Хорошо. Не профессия. Откуда знаешь?
Олеся выдохнула:
— Случайно познакомились.
— Оооо.
— Не "оооо".
— Нет-нет, подожди. Случайно познакомились — это уже интересно.
— Ты сейчас похожа на следователя.
— Спасибо.
— Это не комплимент.
— Продолжай.
— Потом мы…общались.
— "Общались."
Олеся снова подняла бровь:
— Ты и это записала?
— Для хронологии.
— Я уйду.
— Не уйдёшь.
— Уйду.
— Не успеешь.
— Почему?
Галя шустро ткнула ручкой в неё:
— Потому что у тебя лицо женщины, которая впервые за долгое время влюбляется и сама ещё этого не поняла.
— Не говори ерунду.
— Ага.
— Я серьёзно.
— Олесь.
Принесли чай. Олеся вспомнила пиалки, ожог, ревность и легонько улыбнулась.
— Что еще сказать? Он был на ночь...
— БЫЛА НОЧЬ?!
— Господи, потише!
— ОЛЕСЯ.
— Ничего не было!
— Это разные новости!
— ГАЛЯ!
— Почему была ночь?!
— Он пришёл мириться.
Галя перестала писать, вычеркнула что-то и посмотрела, сузив глаза.
— Вы уже успели поругаться?!
— Не смотри на меня так!
— Я не могу не смотреть на тебя так!
— Он принёс розы.
На ней снова засияла улыбка, она написала эту информацию:
— Розы? Ты же их не любишь!
— Да.
— И он принёс тебе розы?
— Да!
— Отлично. Уже обожаю этого человека.
Олеся уронила голову в ладони:
— Ты мне вообще помогать собираешься?
— Олесь.
— М?
— Скажи честно.
— Когда он уходил — улыбка стала подозрительно хитрой — …тебе хотелось, чтобы он остался?
— А это важно?
— Дааа, не повезло этому Фархаду...
Олеся засмеялась, отпила чай:
— Он мне стих написал — подняла ладонь — Рождественского, но явно не своей рукой.
— Почему так думаешь?
— Он внизу подписался.
Галя закрыла блокнот:
— ОН ПОДПИСАЛСЯ?!
— Галя.
— РОЖДЕСТВЕНСКИМ?!
— Нет! Собой!
— ЕЩЁ ХУЖЕ!
Олеся устало отпила чай. Галя уже перегнулась через стол.
— Что именно написал?
— Ничего такого.
— Олесь.
— Просто инициалы.
Принесли пирожные. Олеся продолжала вздыхать, а рядом сидело самое счастливо лицо в СССР, претендент на "Мисс-улыбка планеты Земля". Они синхронно поднесли вилки ко рту и переглянулись.
— Всё.
— Что "всё"?
— Я хочу посмотреть на этого мужчину.
— Нет.
— Да.
— Нет!
— Олесь!
— Ты не будешь смотреть на него как на статую Давида!
— Уже смотрю!
— Галя!
Галя схватилась за сердце, имитировала недостаток воздуха:
— Мужчина пришёл ночью.
— Потому что мы поругались.
— С цветами.
— Неправильными цветами.
— С ИЗВИНЕНИЯМИ!
— КРИВЫМИ извинениями!
Галя резко наклонилась ближе, измазанная в крему:
— Ты простила?
— Простила. — жует — Не полностью.
Галя отодвинула приборы:
— Тебе он нравится?
— Я не знаю.
— Лгунья!
— Я серьёзно!
— Хорошо.
Галя сложила руки на столе:
— Тогда отвечай на простой вопрос.
Олеся уже заранее почувствовала подвох и криво улыбнулась:
— Какой?
— Если бы он сейчас вошёл в эту дверь — кивнула в сторону входа — …что бы ты почувствовала первым?
Олеся повернулась к двери, руки вспотели.
— Вот именно.
— Это ничего не значит.
— Олесь.
— Что?
— Ты даже не спросила что именно должна почувствовать. — подняла чашку как бокал — Добро пожаловать в клуб человеческих чувств.
— И что делать?
— Не знаю, позвони — вытирается — Хоть послушаю его — посмотрела в глаза — Или увижу!
— Ты больная.
— Я заинтересованная сторона!
— Нет!
— Да!
— Галя, ты себя слышишь?
— Прекрасно слышу! У моей эмоционально недоступной подруги появился мужчина со стихами, ревностью и ночными розами! Я не упущу такое событие!
— Во-первых, он не мой мужчина.
— Пока.
— Во-вторых, он без шапки ходит.
Олеся замолчала. Галя увидела это мгновенно.
— АГА.
— Не начинай.
— Ты заметила отсутствие шапки.
— Потому что минус пятнадцать!
— Ты дала ему шапку.
— Потому что он идиот!
— Ты поправила её на нём?
Олеся округлила глаза, потому что её снова прочитали как открытую книгу. Галя резко выпрямилась:
— О БОЖЕ.
— Тише!
— ТЫ ПОПРАВИЛА ЕМУ ШАПКУ?!
— Галя!!
Несколько человек за соседним столиком обернулись. Олеся медленно сползла ниже по спинке стула.
— Это была техническая корректировка одежды.
Галя уже смеялась, вытирая глаза:
— "Техническая корректировка одежды"?! Господи, ты невозможна!
— Ты хотела советовать или издеваться?
Галя вдруг успокоилась. Положила подбородок на ладонь, посмотрела внимательно.
— Позвони ему.
— Нет.
— Олесь.
— Нет!
— Я же вижу твой свет.
И будто их кто-то подслушал, зазвонил телефон. Галя медленно перевела взгляд на телефон, потом на Олесю.— ЭТО ОН?!
— ТИХО!
Телефон продолжал звонить. Олеся смотрела на экран.
— Подними.
— Нет.
— Олесь.
— Нет!
— Ты трясёшься.
— Я не трясусь!
Галя подняла сам и дала ей с самым довольным лицом.
— Алло.
Короткий шум линии. Чей-то выдох. Потом его голос.
— Жива?
Олеся закрыла глаза. Галя увидела это мгновенно и начала беззвучно биться головой о ладонь от счастья.
— Да.
— Хорошо.
— Зачем звонишь? — максимально спокойно спросила Олеся
— Проверить.
— Проверил?
— Нет.
— А что ещё?
Шум машины на заднем плане. Короткий смешок.
— Мне сказали, что нормальные люди после ссоры иногда разговаривают.
Олеся медленно подняла взгляд на Галю. Та уже светилась, как новогодняя гирлянда.
— Если они не на испытательном сроке!
Галя подняла вопросительный взгляд, а Олеся показала жестом: "потом".
— Ты где, бечора? У тебя свет не горит.
— Ты что у меня?
Галя подавилась чаем и начала хлопать в ладоши.
— Не пугайся так.
— НЕ ПУГАЙСЯ?!
— Я мимо ехал.
— МИМО?!
— Э…
— ФАРХАД.
— Захотел шапку вернуть.
Олеся резко повернулась к окну кондитерской. Галя уже тоже разворачивалась вместе с ней.
— Ты серьёзно сейчас стоишь возле моего дома?!
— Не стою.
— А что ты делаешь?!
— Сижу в машине и курю.
Галя закрыла рот обеими руками, полностью перестав притворяться адекватным человеком.
— Уходи от моего дома.
— Не хочу.
— Гафурович!
Он тихо выдохнул:
— Тогда скажи честно. Ты правда хочешь, чтобы я уехал?
Олеся отдала Гале трубку и подняла руки, как человека покидающий поле боя. Она посмотрела на неё с возмущением, но взяла.
— Простите, Олеся чаем подавилась — в Галю прилетела салфетка — Мы в Тверском районе.
Он сдерживал смех:
— А вы её подруга?
— Всё верно, сможете её забрать, она мне надоела с разг...
Олеся забрала телефон:
— Не слушай её, она не от мира всего!
Из трубки прорвался смех:
— Иншаллах! — сделал выдох — Прости, но я еду...
— Что значит — едешь?
— То и значит.
— НЕТ.
— Ты же не хочешь, чтобы я стоял под пустым домом.
— У тебя дом есть!
— Согласен.
Галя рядом уже практически светилась как аварийный маяк и прошептала.
— Олесь. Я не давлю, но увидеть хочу.
Олеся посмотрела на Галю, которая сложила руки молитвенно.
— Я тебя ненавижу, — прошептала Олеся неясно кому именно
Он опять рассмеялся. Господи. Ну почему этот человек умудрялся звучать так…живо через чёртову трубку.— Ладно. Увидимся. Адрес запиши.
Олеся медленно опустила телефон на стол. Галя глядела на неё с восхищением, словно сама была свидетелем появления новой звезды на небосклоне.
— Ну.
— Нет.
— ОЛЕСЯ.
— НЕТ.
— К ТЕБЕ ЕДЕТ МУЖЧИНА.
Олеся уронила голову в ладони.
— Господи, я ненавижу день нашего знакомства!
— Врёшь.
Через тридцать минут они вышли на улицу. Мороз встретил их без всякого уважения к человеческим чувствам. Снег скрипел под ними. Они с Галей очень надеялись, что гений математики-Галя правильно рассчитала время пути, потому что обе были в каблуках. А в них человеческое достоинство заканчивается примерно на третьем сугробе.
— Если он опоздает, я выставлю счёт за ноги, — мрачно сказала Олеся
— Какая ты романтичная.
— Я практичная.
— Нет, ты нервничаешь.
— Неправда.
Галя выразительно посмотрела на её руки. Олеся немедленно перестала теребить перчатку. Они остановились у края тротуара. Машины медленно ползли по мокрой дороге. Пар вырывался изо рта облачками. Галя поправила шарф.
— Мне с тобой ждать? — шмыг — Или исчезнуть?
— Ты хочешь посмотреть на него.
— Я? Нет.
— Галя.
— Совсем чуть-чуть.
— Галя.
— Чисто профессиональный интерес!
— Ты учишься на экономиста!
— Тем более!
Ветер швырнул снег прямо в лицо. Галя неожиданно перестала шутить.
— Если тебе страшно — я останусь.
Олеся моргнула, потому что за всем этим цирком иногда забывалось: Галя правда умела быть рядом без цирка и с теплым чаем. Она посмотрела вдоль улицы. На машины. На людей. На собственное отражение в тёмной витрине. Страшно? Немножко.
— Я...
Фары повернули из-за угла. Тёмная машина медленно притормозила у тротуара.
— Если это не он, я буду очень разочарована.
— Он наказан, ты едешь ко мне на ночь!
Галя застыла. Её лицо начало медленно светиться:
— Правда?
— Не радуйся так.
— Я буду спать в твоей квартире?!
— Да.
Машина тем временем остановилась окончательно. Дверь открылась. Из салона вышел Фархад. Чёрное пальто. Тёмный шарф.
Галя немедленно ткнула её локтем:
— Шапка!
— Галя.
— Он надел шапку!
Фархад заметил их. Сначала Олесю, потом увидел Галю. И тут на его лице появилось выражение человека, который понял, что попал в засаду.
— О.
— О, — согласилась Галя.
Они смотрели друг на друга секунды три. Олеся почувствовала приближение катастрофы мгновенно.
— Нет.
— Что "нет"? — одновременно спросили оба.
— Просто нет.
Галя уже шагнула вперёд:
— Орлова Галина Фёдоровна, 19, вечный компаньон вашей дамы сердца.
Она протянула руку. Фархад пожал её.
— Джураев Фархад Га...
Галя его перебила:
— Я знаю.
— До какого момента?
Договорить не дала Олеся, которая повела подругу к машине, так как их союза она не понесёт. Галя счастливо хихикала всю дорогу до машины. Фархад шёл следом. Олеся открыла заднюю дверь.
— Садись.
— Командирша.
— Галя.
— Уже сажусь.
Она юркнула внутрь. Фархад обошёл машину со своей стороны. Открыл водительскую дверь. И вдруг Галя высунулась между сиденьями.
— Эй, Фарка, можешь мою кассету вставить?
— Фарка?
— Да.
— Мы знакомы две минуты.
— И?
— И уже Фарка?
Галя пожала плечами:
— Тебе не нравится?
— Мне очень интересно, как быстро меня лишили половины имени.
С заднего сиденья донёсся смех Олеси. Первый за последние минут десять. Фархад поймал его мгновенно, посмотрел через зеркало на неё и только потом забрал кассету.
— Что хоть слушаем?
— Кино.
Он вставил кассету. Магнитола зашуршала. Несколько секунд борьбы с плёнкой. Потом салон наполнил знакомый голос. Галя довольно откинулась назад.
— Отлично. Теперь можем ехать.
— Куда? — спросил Фархад.
— К Олесе.
— Галя!
— Что? Ты же сама сказала, что я ночую у тебя!
— Ночует?
Галя показала ему язык через стекло. Машина плавно тронулась. За окнами поплыли огни Москвы. Галя устроилась поудобнее, улыбаясь этому вечеру.
Они приехали. Фархад просигналил, чтоб они встали. Вытащил кассету, передал Гале.
— Держите.
— Ну как?
— Мне понравилось "Проснись", спасибо.
— Не за что, дать адрес?
— Потом. Сейчас поднимайтесь домой.
— Почему?
— Я хочу поговорить с Олесей.
Она сидела в шоке. Фархад терпеливо ждал. Олеся стояла уже на улице.
— Не обижай её.
— Не собираюсь.
Галя вышла из машины:
— Он поговорить хочет — подмигнула — У тебя есть 20 минут, либо милицию вызываю.
— ГАЛЯ!
Олеся села на переднее сидение, ощутив тепло. Посмотрела на него.
— Это было обязательно?
— Что именно?
— Отправлять её домой как школьницу.
— Она мне понравилась.
— Это меня пугает.
— Меня тоже.
Они засмеялись, а он взял её руку.
— Почему раньше сюда не села?
— Потому что мы вместе ехали.
— Олесь.
— Что?
— Ты специально держалась подальше?
— Какая разница?
— Есть разница.
— Какая?
Сжал руку сильнее:
— Мне бы хотелось, чтобы ты сидела рядом.
Олеся чуть не проглотила своё сердце. Во дворе завыл ветер. Где-то хлопнула дверь подъезда. А они продолжали смотреть друг на друга через расстояние между сиденьями. Она потянулась вперёд. Поцеловала его. В щеку, но поцеловала. Она отстранилась, но не забыла тепло его щеки, щетину. Запах морозного воздуха, которого принесло с улицы. Собственную дрожь. Поцелуй длился всего несколько секунд. Когда Олеся отстранилась, в машине стало подозрительно тихо. Она смотрела куда-то ему в подбородок, потому что в глаза было невозможно.
— Ну вот.
Фархад несколько секунд молчал, затем тихо рассмеялся с облегчением. Ей захотелось одновременно ударить его и спрятаться под сиденье.
— Ну вот, — согласился он.
Она наконец подняла взгляд. Его взгляд был таким, словно этот вечер стал самым незабываемым за последние годы.
— Не смотри так.
— Олесь. Ты меня сама только что поцеловала.
Она захватила шапку, сумку; и вышла. Он следом.
— Испытательный срок закончился?
Она повернулась к нему, облизнув губы:
— Да.
Он подошел ближе:
— Тогда давай попрощаемся нормально, ҷоним...
Снег лип к перчаткам, таял на коже. Олеся будто остолбенела, когда он подошел поближе и взял её подбородок.
— Ты…
— Молчи
Поцеловал её. Олеся сначала не двинулась. Он притянул её к себе, гладя спину. Она обхватила его шею. Без слюней. Просто губа к губе. Шаг назад.
— Теперь я доволен, спокойной ночи — отвёл её прядь — В следующий раз без шпиона — он указал на силуэт в окне.
— Галя!
Он посмеялся и поцеловал в щеку:
— Мне пора, пока.
Подмигнул и убежал в машину. Отправил воздушный поцелуй и уехал. А Олеся так и стояла, пока не спустилась Галя с криками. Всю ночь подруги провели вместе, обсуждая её мужчину.