Конфликт желаний

Блэк посмотрел на часы, потом на дверь секонд-лавки. Прошло уже минут сорок. Внутри было тихо. Слишком тихо... Либо эта женщина нашла свой рай и впала в кому от счастья, либо её уже упаковывают в ковер, чтобы продать на черном рынке как экзотическую маглу из другого мира.

Он вздохнул и толкнул дверь. Колокольчик над входом звякнул так жалобно, будто его не смазывали со времен Основателей. Внутри царил полумрак, пахнущий нафталином, сухой лавандой и той особой, благородной старостью, которая стоит дороже любых духов. Воздух был густым и неподвижным. Блэк поморщился, он терпеть не мог замкнутых пространств, забитых хламом. Это напоминало ему Азкабан, только без дементоров и с лучшим освещением. Впрочем, еще это напоминало его дом на Площади Гриммо, наверное, поэтому он позволил племяннику практически присвоить это жилище и даже на каникулах торчал в Хогвартсе, лишь бы не в бывшей обители своих предков.

Дарья стояла посреди небольшого зала, окруженная вешалками и парящими в воздухе предметами потенциального гардероба. Она была похожа на пиратку, нашедшую карту сокровищ. В одной руке — твидовый жакет цвета верблюжьей шерсти, в другой — винтажное платье-футляр из темно-зеленого бархата.

— Ну что? — спросил Сириус, оглядывая царящий вокруг хаос из шелка, шерсти и перьев. — Ты решила сменить профессию? Теперь ты не преподаватель магловедения, а стилист для портретов?

— Еще бы! — она обернулась, глаза ее блестели. — Посмотри на это! Это же... это же настоящее качество! Ай, ладно, мужчины ничего не понимают в этом...

Блэк театрально схватился за сердце.

— Женщина! Ты ранишь меня! Я — воплощение стиля и элегантности! Моя мантия — это произведение искусства в жанре «благородная небрежность»!

— Твоя мантия выглядит так, будто ты в ней спал на сеновале с гиппогрифом.

— Это называется «винтажный шарм», дилетантка.

Их перепалку прервал скрип половиц. Из-за пыльной бархатной портьеры в глубине магазина появился владелец. Это был худой, высокий старик с абсолютно седыми волосами и глазами-буравчиками, которые, казалось, просвечивали Блэка насквозь, оценивая не только его кредитоспособность, но и количество грехов на душу.

— Чем могу помочь? — проскрипел он голосом, похожим на звук несмазанных дверных петель. Но, сообразив, что подошедший является спутником азартной покупательницы, быстро соорениторвался:

— У вас зоркий глаз! Пусть и магловские, но эти вещи буквально бесценны. Здесь швы обработаны вручную! А ткань... она дышит! Такой ткани позавидуют даже в «Твилфитт и Таттинг», где, напомню, мантии стоят как крыло гиппогрифа и выглядят как мешок для картошки.

— Я так понимаю, мы не идем в «Твилфитт»? — уточнил Блэк, прислоняясь к старому комоду. Нога что-то задела. Он посмотрел вниз: это была фарфоровая нога от манекена.

— Мы уже пришли — сюда! И я отсюда не уйду, пока не перемеряю всё, — кивнула Дарья.

— У нас нет времени на «всё». У нас есть время на «что-то одно», пока твоя пижама не решит совершить публичное самоубийство путем дезинтеграции.

Блэк мгновенно подобрался и включил режим «обаятельный мерзавец».

— О! Хозяин этого великолепного саркофага моды! Мы тут... немного приоделись. Но возникла небольшая проблема с логистикой и размерной сеткой. Моя спутница нашла свой гардероб, — продолжил он более деловым тоном. — Размеры необходимо привести в соответствие и, кроме того, нам нужно доставить это в Хогвартс. А палить энергию на левитацию десятка пакетов — это моветон. Вы ведь оказываете услуги по качественному уменьшению и упаковке? Я обычно не имею дел с магловским хм... винтажем, не хотелось бы после увеличения штопать прорехи.

Старик медленно перевел взгляд на Дарью, потом на ворох одежды в ее руках.

— Хогвартс? хм... Магловские вещи... — протянул он без тени улыбки. — Интересный выбор для преподавателя.

— Она наш новый профессор магловедения, — небрежно бросил Блэк. — И дальняя родственница Поттера. Так что советую быть вежливым.

Упоминание фамилии «Поттер» произвело магический эффект. Старик перестал сверлить их взглядом и даже слегка кивнул.

— Двести галлеонов за весь комплект. Уменьшение до размера спичечного коробка, отличную посадку по фигуре и сохранность гарантирую. Кроме того дополню покупки зельем антипятно и чарами непромокаемости.

Блэк присвистнул.

— Двести галлеонов? За то, что вы добавите какие-то там зелья и чары, да поправите размеры?! Вы меня за идиота держите? Это грабеж среди бела дня! Да у нас домовики в случае необходимости все очистят и подгонят.

— Напомню еще раз, эти вещи из деликатной магловский ткани, — невозмутимо парировал старик. — Риск повреждения волокон при любой магической, а тем более обычной чистке. Не говоря уже про индивидуальный подгон — сложность чар не подвластная домовикам. Или вы хотите сказать, что студенты разгуливают по школе в магловских тканях люкс-класса. Они просто запихнут пиджак в чан с водой и все, прости-прощай.

— Сложность чар? — Блэк шагнул вперед, нависая над стариком. Дарья приготовилась к скандалу.

— Мой дорогой друг... Я вижу здесь пыль толщиной с кулак. Я вижу паутину в углах, которая старше меня самого. Я вижу ценник на этом чучеле совы из прошлого века! Ваш бизнес переживает не лучшие времена. Сто галлеонов — красная цена. И то только потому, что я сегодня добрый и мне лень аппарировать вас к дверям Гринготтса для проверки налоговой декларации за последние сто лет.

Старик пожевал губами. Взгляд его стал еще более колючим.

— Сто пятьдесят. И это мое последнее слово.

Блэк картинно вздохнул и повернулся к Дарье:

— Слышала? Нас грабят средь бела дня. Но выбора нет... Твой вкус вряд ли будет удовлетворен где-то еще.

— Это точно. Тогда я быстро переоденусь, чтобы избежать пижамных проблем, — женщина вытащила из кучи выбранных нарядов что-то похожее на платье, после чего достала мешочек с деньгами и отсчитала нужную сумму недостаточно быстро для частого гостя Хогсмида.

Старик ловко сгреб галлеоны сухими пальцами и подошел к выбранным вещам. Волшебник долго и витиевато водил морщинистой рукой с палочкой над ворохом одежды и бормотал что-то себе под нос. Одежда на секунду вспыхивала то мягким голубоватым светом, то ярким бирюзовым и вдруг сжалась в размерах, превратившись в аккуратный сверток размером не больше сигаретной пачки. Старик протянул сверток Блэку.

— Приятного дня.

Понаблюдав за магическим действом, Дарья спряталась за ширмой, чтобы через пару минут появиться в обновленном виде. Туфли красного цвета с каблуком-рюмочкой отлично сочетались с белам платьем в ярко-красный мак и соломенной мини-шляпкой.

Старик за время ее отсутствия успел подготовить какой-то бархатный мешочек и удовлетворенно кивнул, увидев свою покупательницу.

— Это бонус. Приходите еще, уверен, вы всегда найдете тут что-то подходящее, — с этими словами он уменьшил пижаму и мантию, которые Дарья держала в руках.

Отправив пижаму и мешочек с украшениями в карман Блэка, они вышли на улицу.

— Ну что? Теперь я похожа на человека? — Дарья довольно оглядела свое отражение в витрине.

Блэк окинул ее оценивающим взглядом от макушки до носков туфель. На его лице появилась та самая мужская улыбка, которая делала его похожим не на беглого преступника средних лет, а на парня с колдографий, которые тайком целуют влюбленные фанатки.

— Знаешь что? — сказал он наконец. — Если бы я был лет на двадцать моложе и более падок на сомнительные авантюры... я бы сказал, что ты выглядишь потрясающе. Но поскольку я старый циник... я скажу так: ты больше не выглядишь как магла на экскурсии в Министерстве магии. Теперь ты выглядишь как женщина, которая может случайно отравить Гилдероя Локхарта на пиру одним лишь своим видом и заставить его подавиться собственным ядом от зависти к твоему жакету.

Дарья усмехнулась.

— Это лучший комплимент в моей жизни.

— Не привыкай. Я редко бываю таким милым. Обычно я просто язвлю.

— Ну что? Теперь мы можем выпить? Я заслужил сливочное пиво после того, как торговался с этим скрягой так, будто от этого зависела судьба мира, — он кивнул в сторону «Трех метел».

Дарья посмотрела на солнце, на шумную улицу и на своего спутника — язвительного авантюриста в пыльной мантии.

«Если это и есть безумие», — подумала она, — «то я от него в восторге».