Дьявольский шепот

К вечеру успеваю подписать три договора, отправить пять писем и разрулить скандал с доставкой. Голова идет кругом. Кофе только сушит горло.

Я сижу в этом огромном офисе, смотрю на город через панорамные окна и чувствую себя королевой мира. Скучной, уставшей королевой, у которой нет ни королевства, ни подданных, только счета и контракты. Когда я успела променять жизнь на это?

Мне приходит уведомление на телефон. Открываю чат и понимаю, что контакт не записан.

Неизвестный: «Ты еще пожалеешь, сука.»

Желудок уходит в пятки и сердце на секунду замирает, а потом начинает биться так панически громко. Я чувствую, как страх растекается по венам, будто расплавленный воск. Мне страшно дышать, потому что это ощущение говорит мне только одно: всё плохо. Всё очень, очень плохо.

Что мне делать?

Понимаю, что это никто другой, как Дерек. Если я заявлю в полицию, то знаю, что мне скажут: : «Что он сделал? Преступление не зафиксировано».

Нет никаких доказательств.

Если расскажу Кенди, то она запаникует и все станет только хуже

Думаю о Грегори.

Потому что он был там. Он спас меня. Он один знает, что случилось и как поступить в такой ситуации.

Но я не знаю его. Не знаю, его истинных мотивов. Не знаю, что у него в голове.

Прячу телефон в ящик стола.  Кладу сверху массивную папку с документами. И резким, громким хлопком закрываю.

Делаю вид, что ничего не было.

В семь я сижу в баре с Кенди.

Она уже на втором розовом коктейле и рассказывает про парня, который написал ей в директ. 

— Ну и придурок, — говорю я, но мысли где-то далеко. 

Сообщение Дерека все еще горит под веками. Я все-таки снова достала телефон и перечитала его еще несколько раз, прежде чем выйти из офиса.

Пыталась убедить себя в том, что кто-то решил меня разыграть.

— ...и он прислал фотку. Понимаешь? Даже не спросил, как дела. Сразу отправил свой член, как будто — это визитка такая.

— Может, у него IQ ниже, чем у насекомого, — я делаю глоток пива.

— Не смешно, — Кенди обиженно дует губы. — Я думала, он нормальный. У него в профиле такая милая собачка. Лабрадор. А он оказался...

— Мудаком?

— Типичным мужиком, — поправляет она. — Боже-е-е, как я устала от них на работе.

Кенди работает танцовщицей в ночном клубе и она неоднократно заявлялась ко мне домой в слезах. Мне ее искренне жаль. Правда.

Однажды я спрашивала ее: почему она все еще работает, если ей не нравится. Она мне ответила: “Стесси, я люблю танцы и не вижу без них своей жизни. Но работать у нас тренером по пластике — бессмыслено. У людей в нашем городе другие интересы. Им проще отдать ребенка репетитору или на футбол, чем на подобное”. Больше я ее не спрашивала, потому что поддерживаю любое ее решение.

Она такая светлая. Красивая. Добрая.

А вокруг нее вечно отираются всякие козлы, недостойные ни капли ее внимания. 

Я усмехаюсь ее ответу. Пальцы сжимают бокал сильнее, чем нужно. Засматриваюсь на входную дверь и успокаиваю себя тем, что Дерек не может прийти сюда. Слишком людно.

— С тобой все в порядке? — Кенди наклоняет голову. 

Нет. Со мной все чертовски плохо, но не могу ей ответить честно. Ощущаю, что кто-то наблюдает за мной в тени бара, но сколько бы я не пыталась разглядеть — никого нет.

Температура моего тела повышается. Ладони потеют и я провожу ими о одежду. Карман жжет телефон и я не могу перестать думать о сообщении, которое получила сегодня.

Вместо правды отвечаю ложью:

— Просто устала.

— Ты всегда устала. Но сегодня — по-другому. — Она крутит соломинку в бокале, смотрит на меня поверх розовой жидкости. — Это из-за Грегори? Он тебя обидел?

Жар приливает к моим щекам.

— С чего ты взяла?

— Ты покраснела. Как помидор. Как пожарная машина, — подруга не удерживается от смеха. — Значит, не обидел, а наоборот…

— Хватит, — я перебиваю, но уголки губ все равно ползут вверх. — Ничего не изменилось. Если он что-то и сделал, то это я должна была заплатить ему, а не наоборот.

— В смысле?

— Он вытащил меня оттуда, Кендс. Пока твои новые друзья угарали и тыкали в меня пальцем.

Она моргает.

— О боже... Прости. То есть он...

— Он спас меня, — я смотрю ей прямо в глаза. — От парня, который решил, что «нет» — это просто буквы в неправильном порядке. Меня пытались изнасиловать.

Кенди бледнеет:

— Стесси… Я ведь видела вас вместе и мне показалось, что…

— Не надо, — я поднимаю руку. — Все в порядке. Грегори вовремя появился и оттащил его от меня.

— Но ты...

— Кенди, да успокоишься ты наконец?

Мой голос звучит резче, чем я планировала. Она меняется в лице.

Кажется, я ее обидела. Вот черт.

— Ладно, — тихо говорит она. Отодвигает свой коктейль и берет меня за руку. — Ладно.

Мы сидим молча минуту. Я смотрю в стену

— Он тебе нравится? — спрашивает она вдруг.

Я чуть не давлюсь.

— Что?

— Грегори. Ты краснеешь каждый раз, когда я произношу его имя.

— Я не краснею.

— Краснеешь, как помидор.

— Это аллергия на пиво.

— На теплое пиво?

— Он отправил мне цветы и кулон с запиской, — выпалила я, едва успевая за собственными словами. — На следующий день после случившегося. И сейчас… Сейчас он меня игнорирует.

Кенди поднимает бровь:

— Если он тебя обижает, —заявила она, возвращаясь к своему обычному тону, — я его убью. И спрячу тело там, где даже его чертов частный детектив не найдет.

— Договорились, — отвечаю ей, давясь смехом.

— Выпьем за то, чтобы в нашей жизни были только адекватные парни, — она тянет руку с бокалом ко мне и мы чокаемся.

Она пьет свой розовый ужас. Я — свое теплое пиво.

Я заметила его еще полчаса назад. Парня за соседним столиком. Сначала подумала: ну, просто глазеет. Таких полно везде: в магазинах, в очереди за кофе, на улице. Смотрят, потом отводят взгляд, и ты забываешь о них через секунду. Но этот... он не отводил. Он смотрел прямо на нас. И, что самое странное, не на Кенди. На меня.

— Кенди? — прошептала я.

— М?

— Ты его знаешь?

Она медленно повернула голову, и ее глаза округлились от внезапного осознания.

— Нет, — Кенди замотала головой. — А что? Стесси, ты меня пугаешь.

— Он давно на нас смотрит и мне это не нравится. Потому что на вечеринке мне показалось, что Дерек не простой… — не успеваю договорить.

— Дамы? — раздается приторный, как сироп голос. 

Мы замираем. Он уже стоит у нашего столика. И улыбается во все зубы. 

— Позвольте угостить вас? Мой отец хозяин этого заведения. А я просто не могу устоять перед такими прекрасными девушками.

Фраза: «Прекрасными девушками» из его рта — прозвучала с явным русским акцентом. Да и он не выглядит, как местный. 

Мне это не нравится. Ох как не нравится.

— Если они захотят, чтобы их кто-то угостил — обратятся к своим парням. — слышу ровный и холодный, как сталь голос прямо за своей спиной.

Мы с Кенди одновременно оборачиваемся. 

Грегори собственнически кладет руку мне на талию и притягивает ближе. Как будто он просто отходил по своим делам на минуту и снова вернулся ко мне.

Слева от него появляется еще одна фигура — парень чуть младше, с любопытными глазами и легкой усмешкой на губах.

— Меня зовут Кейл, — шепчет он, наклоняясь к моему уху. — Приятно наконец-то познакомиться. Хоть и в таких обстоятельствах.

— Отойди от нее, идиот, — Грегори толкает его в плечо. 

Я должна быть рада, что он пришел, чтобы меня спасти. Снова. 

Но вместо этого внутри закипает злость.

Он не может просто так исчезать без веской на то причины, а потом появляться, как чертов супергерой.

— Какие-то проблемы? — Кейл с угрозой обращается к парню. 

— Никаких, парень, — криво усмехнулся незнакомец.— Я не знал, что они уже заняты.

— Тогда проваливай отсюда нахрен, — злобно выплюнул Грегори, не выдержав, как парень смотрит на меня.

Парень сбавляет улыбку и переводит взгляд на Грегори. Тот не моргает.

Они оба выглядят,как коты, готовые вот-вот вцепиться друг в друга.

Парень разворачивается и уходит.

А я смотрю ему в спину и мой взгляд приковывает татуировка на его шее: паук, висящий на паутине. На брюшке — красное пятно, как капля крови.

В моей голове быстро начинают крутиться шестеренки.

Это знак.

Клеймо.

То, что носят те, кто привык не спрашивать разрешения.

— Ты чего? — Кенди касается моего плеча.

— Ничего, — я смотрю на дверь, за которой он скрылся. — Все нормально.

Но на самом деле — нет.

И, кажется, никогда уже не будет.

— Что происходит? — она переводит взгляд с меня на Грегори. Потом обратно. Я вижу, как в ее глазах нарастает паника.

— И тебе привет, Кенди. Все в порядке, — спокойным голосом сказал Грегори. — Просто у нас со Стесси сегодня была назначена встреча. Она заработалась и забыла. Нам нужно обсудить пару рабочих моментов. Верно?

Он с просьбой смотрит на меня и чуть сдавливает руку, лежащую на мне. Грегори тоже не хочет втягивать мою подругу во все происходящее, и я ему за это благодарнаю

— Да, — выдавливаю я. — Прости, что придется так быстро разойтись, — бросаю последнюю фразу, как кость изголодавшейся собаке.

Пусть подавится.

— Что ж… Ла-а-адно, — Кенди тянет, явно не веря ни одному нашему слову. — Тогда я закажу такси и…

— Я подвезу тебя до дома, красивая подруга Стесси, — Кейл улыбнулся ей уголком рта. 

— Не переживай. Он проследит, чтобы тот придурок не пошел за тобой, — говорю я. — Друзьям Грегори можно доверять. Верно ведь? — спрашиваю у него, убирая его руку с моей талии.

Кенди вздыхает. Поправляет волосы и направляется к выходу. Кейл извиняюще косится на нас и бежит за ней.

— Убери руки. Ты. Маньяк, — шипит она, когда он закидывает руку ей на плечо.

Я смеюсь. Грегори — тоже.

Мы следуем за ними, чтобы проследить, как они сядут в машину. 

Я переживаю за Кенди, потому что в моей жизни появилось на одного пугающего незнакомца больше.

Что еще должно произойти, чтобы я узнала всю правду?

— Ты вообще умеешь водить или мне стоит попрощаться с жизнью прямо сейчас? — пищит подруга на Кейла.

— Умею, — он расплывается в улыбке, слишком довольной для человека, которого только что назвали маньяком. — Но если ты боишься, могу вызвать такси. Учти, что я все равно поеду с тобой. Я не могу бросить принцессу, оказавшуюся в беде.

— Следи за словами. И я ничего не боюсь, — она вздергивает подбородок. — Просто уточняю, чтобы подготовиться морально.

Кейл смеется и открывает перед ней дверь своей машины — черный «Форд Мустанг», низкий, быстрый, пахнущий кожей и аэрозолем от энергетиков.

— Принцесса и чудовище, — Кенди закатывает глаза, но садится. — Ты читал мои мысли?

— Я читаю только таблички с ценами на выпивку, — он захлопывает дверь и обходит машину. — Судя по твоему коктейлю, ты любишь розовое и сладкое. А еще ты громко смеешься, когда нервничаешь.

— Какой ты наблюдательный. Скольким девушкам ты такое сказал?

Они садятся в машину и мы с открытыми ртами продолжаем следить за их перепалкой.

— Только тебе, милая, — он заводит двигатель и поворачивается к ней. — Грег говорит, это у меня профессиональное.

— Твоя профессия — пялиться на девушек в барах?

— Моя профессия — забивать голы и охранять моего босса, — он ухмыляется. — Но если хочешь, могу добавить еще одну строчку в резюме.

— Он ведь давно хотел познакомиться с ней. Тяжело ему придется, — Грегори пытается сказать сквозь смех.

Их машина трогается с места. Кенди машет мне рукой в полуоткрытое окно.

— Напиши, как доберетесь. — кричу я.

— Не переживай, крошка.

Машина отдаляется от нас.

Я на пятках разворачиваюсь в его сторону. Смотрю в лицо.

Секунда. Хлопок. Звонкая пощечина прилетает ему по лицу.

— Заслуженно, — он трет покрасневшее место. Даже не моргнув.

— Ты… — голос дрожит. Слезы подступают к горлу. — Ты считаешь это нормальным? Вывезти меня на пирс, поцеловать, оттолкнуть, спасти, подарить свои чертовы цветы — и пропасть на две недели?

— Стесси, я… — он тянется  ко мне

— Нет! — я делаю шаг назад. — Ты хоть представляешь, что я чувствовала? После того, что он сделал… после того, как ты… — голос срывается. Слезы текут по щекам, и я не могу их остановить. — Ты не можешь просто молчать! Все время молчать! Прятаться за своими гребаными «я рядом» и пропадать через день! Я тоже чувствую, Грегори. Мне больно. Обидно. Я…

Он смотрит на меня и делает шаг ближе, заставляя поднять на него глаза.

А затем схватывает меня, словно пряча в кокон, своими огромными руками. Прижимает к груди так, что я слышу, как шумно колотится его сердце. 

Он сам боится. Не меньше меня.

— Прости, — шепчет он мне в макушку и нежно гладит по волосам — Прости меня, лисичка.

Я просто замираю и не обнимаю его в ответ. Позволяю себе на секунду — одну гребаную секунду — почувствовать, что я не одна.

— Я понимаю, что ты не хочешь никому доверять, но доверяешь мне. Вопреки своим принципам.  Я все расскажу, — его голос глухой, почти виноватый. — Обязательно. Пожалуйста, подожди еще немного.

«Пожалуйста». Он никогда не говорил «пожалуйста».

Мой сломанный ангел так крепко держит меня в своих объятиях. Как будто боится, что если отпустит — мы оба исчезнем. Или эта хрупкая, сумасшедшая, опасная связь между нами.

И не понимаю, что была права: я прощу его, как только он снова появится.  Потому что мне стало легче дышать, когда он появился рядом. Даже после того, как он меня отталкивал на протяжении всей этой недели.

Мне кажется, что я начинаю влюбляться, но — это больная любовь. И она мне нравится.