Дьявольский шепот

Долгие длинные гудки раздаются в динамике моего телефона и я со злости бью руль в машине. Всю улицу заполняют короткие громкие сигналы машины.

— Да, сэр, — слышу шепот Барри в ухе. 

Наверное, его жена с детьми уже спят, как и он сам. Но я не могу ждать, пока Дерек оправится и выйдет из больницы, чтобы отомстить Стесси.

— Извини за поздний звонок. Знаю, ты и так много сегодня сделал, но мне нужна помощь.

Он не дожидается окончания моей фразы, потому что уже знает о чем я его попрошу:

— Извините, сейчас я…. — Барри замолкает и я слышу его тихие шаги, когда он выходит из своей спальни. — Сразу выяснил, где он лежит. Предугадал, что вы захотите знать, — он отдаленно говорит, потому что ищет что-то в своем телефоне. — Дерек сейчас находится в частной клинике Стэнфорда в Пало-Альто на Куорри-роуд. Знаете где это?

— Конечно. Спасибо за помощь, Барри. Я вышлю чек на имя твоей жены, как обычно, — тянусь в бардачок за бумагой, чтобы не забыть выписываю крупную сумму.

— Я сейчас не могу поехать с вами, но могу выслать своих людей. Через десять-пятнадцать минут будут на месте.

— Что-то можем сделать с полицией?

— Не думаю, что они решат заявить на вас. У них сотни точек за территорией США, не то что в Стэнфорде, — Барри тихо смеется, будто я сказал глупость.

Мой мозг отказывается работать, поэтому лучше было уточнить. Естественно я знал это.

— Договорились, — сбрасываю звонок.

Я завожу двигатель и решаю поехать к больнице через миддлфилд. Это будет намного быстрее, чем через магистраль.

В окне ярким светом мелькают вывески небольших кафе. Через пять минут сворачиваю на полупустую парковку для посетителей и вижу, что у входа стоят вооруженные люди.

Ну конечно. Я должен был догадаться, что они оцепят больницу и я не попаду к этому ублюдку через главный вход. Надеюсь, им не сообщили номер моей машины или я не справлюсь один до приезда отряда.

Быстро глушу фары и двигатель в надежде, что они не решат пойти в мою сторону.

Кто-то стучит в окно и мое сердце едва не выпрыгивает из груди. Если меня сейчас застрелят, то никто не сможет защитить мою лисичку.

Опускаю стекло. Перед моей машиной стоит крупный мужчина средних лет и за ним еще три молодых парня с винтовками за спиной.

— Добрый вечер, мистер Шэн. Мы от Барри, — он протягивает мне руку и я крепко ее сжимаю. — Я — Джон Уолкер. Ной — наш снайпер, останется на крыше здания напротив на случай, если что-то пойдет не по плану и они вызовут подкрепление, — Джон показывает на Ноя и тот приветственно кивает мне в ответ. — Майкл и Джек — пойдут с нами. Вы уже придумали план действий?

— Приятно познакомиться, — осматриваю своих братьев на сегодня. Зная Барри, они готовы будут пожертвовать собой ради меня. Не могу допустить того, чтобы кто-нибудь из них пострадал, поэтому ради своей же и их безопасности: принимаю решение пойти более безопасным путем.

— Да. Наша цель — Дерек Моретти. Наша задача — не убить его, а показать, что с ним произойдет, если он решит пойти дальше. Иначе, мне пиздец. Как и вам. Надеюсь, вы понимаете кто он и кто его родители. Его отец поймет почему я поставил его на место, но убийство… — я замолкаю.

Действительно ли он поймет или все равно откроет на меня охоту? Я не знаю ответа.

— Если что-то пойдет не по плану, то мы вас прикроем, сэр, — одновременно начинают два близнеца Майкл и Джек. Один из них, судя по букве “М” на его нашивке — Майкл, протягивает мне сумку. — Здесь все необходимое. Переоденьтесь и мы готовы выдвигаться.

Надеваю черную футболку с коротким рукавом, джоггеры и пояс для пистолета. Внизу обнаруживаю бронежилет и маску. 

Я выбрал удачное место для парковки, потому что в тени и за мусорными контейнерами — нас не обнаружили. Вылететь туда напролом будет самой тупой идеей из всех.

— Как думаете, сколько их внутри? — борясь с волной переживаний спрашиваю я у парней.

Джон внимательно смотрит на здание и стоя спиной ко мне отвечает:

— Не думаю, что они собрали всех. Не считая этих мальцов на входе — двое-трое. Не больше, — размышляет он.

Я стискиваю челюсти до скрежета зубов. 

Этот подонок сейчас лежит в своей частной палате. С лучшим медицинским персоналом и вероятнее всего без посторонних пациентов в клинике. Возможно, уже в сознании и стабильном состоянии. А моя лисичка лежит дома в своей постели. Одна. И на утро ей будет очень плохо.

Меня снова начинает трясти от ярости.

— Сэр, — осторожно начинает Джон, пока мы ждем Ноя, занявшего свою позицию. — Вы точно не хотите его убить? Проблем с полицией не будет. Скорее всего они сами были бы не против от него избавиться, но боятся.

— Нет, — я коротко отвечаю.

Хочу ли я этого? Определенно да.

Но тогда все закончится прямо здесь или через пару дней.

Стесси снова останется одна.

Я поднимаю взгляд на окна клиники:

— Мне нужно переговорить с ним, чтобы он понял одну простую вещь: некоторые ошибки лучше никогда не повторять, — недобрая улыбка касается моих губ. — Может, даже лишить его руки.

Сейчас мне не нужны демоны, сидящие внутри меня. Мне нужен полный контроль над ситуацией.

По рации Ной дает нам добро и мы идем в сторону входа. Даже не пытаемся скрыть оружие, потому что это бессмысленно.

Один из парней, на вид не больше двадцати уже касается наушника и что-то передает.

— Мистер Шэн, мы знаем зачем вы сюда пришли и советуем свернуть свой детский сад и отправиться спать. Иначе мистер Моретти примет меры, — предупредительно останавливает меня рукой этот сосунок. 

Не удержавшись, перехожу на смех:

— Ты уверен, что обращаешься к нам? — я нашу дружную компанию рукой и они смеются. — Пошли нахер с дороги и никто не пострадает.

Им явно не до смеха. Парни переглядываются и их лица скрыты за непробиваемой маской.

Один из них резко тянется за оружием и в следующую секунду ствол направляется в нашу сторону.

— Оружие, — рявкает Джон.

Все происходит с такой скоростью, что я не успеваю даже вздохнуть.

Джек и Майкл молниеносно оказываются возле них.

Раздается глухой удар деревянной рукоятки автомата по черепу. Второй. 

Они безжизненно падают на асфальт у дверей. У самого молодого медленно стекает тонкая струйка крови по виску.

Не испытываю ни малейшей капли сочувствия. Эти парни знали на что идут, работая на таких мразей, как Дерек.

— Черт, да они отправили самых молодых, как пушечное мясо, — выдыхает Майкл. — Кто-то явно не подумал о том, что ты можешь сюда заявиться.

— Спасибо, — отвечаю и я распахиваю входную дверь.

В коридорах больницы пусто и лишь вдалеке местами мигают люминесцентные лампы. Что-то не так. 

— Слишком тихо, — шепчет Джон, прижимаясь к стене. Он жестом приказывает Майклу и Джеку проверить коридор слева, а сам медленно движется за мной.

Я чувствую, как адреналин разгоняет кровь по моим венам быстрее. Каждый шаг и шум вентиляции эхом раздается по помещению.

— Третий этаж. Палата 307, — тихо произносит Джон, читая сообщение на своем телефоне. По всей видимости от Барри.

Мы поднимаемся по лестнице. Наши шаги беззвучны, но мое сердце колотится с такой силой, что мне кажется, что его услышат.

“Кого-то сегодня убьют” — тянет голос в моей голове.

Не реагирую, чтобы не спровоцировать неконтролируемую вспышку ярости. Думаю только о Стесси и боли, что пришлось ей испытать.

Мы доходим до металлической двери, ведущей в коридор третьего этажа. Джон приоткрывает ее на пару сантиметров, заглядывает внутрь и замирает.

— Двое, — Джон делает паузу, всматриваясь вдаль. — один у двери палаты, второй — у окна слева. Вооружены. Похоже нас ждут.

Я киваю и сцепив зубы проверяю магазин пистолета. Он полон.

Он прикрывает дверь и выкладывает план действий:

— Мы заходим с двух сторон. Ты и я — через эту дверь. Майкл и Джек — поднимутся по эвакуационной лестнице. Ной прикроет нас четверых снаружи на случай, если кто-то вызовет подкрепление.

Тяжело сглатываю и повторяю про себя одну и ту же мысль: “Ты делаешь это ради нее. Ради того, чтобы вы были счастливы”.

Мы делаем первый шаг внутрь коридора, и время снова начинает неумолимо отсчитывать секунды. Вижу охранника, который уже тянется к кобуре.

— Стоять, ублюдок! — рявкаю я, направляя на него дуло.

Он замирает, поднимая руки вверх, но его напарник у окна уже вскидывает автомат. Грохот выстрелов разрывает тишину больницы. Пули взрывают штукатурку за моей спиной, осыпая меня белой крошкой.

Падаю на пол, укрываясь за стойкой дежурного персонала. Джон открывает ответный огонь, прикрывая меня. Пули разбивают стекла и оставляют дыры в пластиковых панелях.

Я делаю выстрелы и стреляющий в нас охранник замертво падает на пол. На стене медленно стекают большие темно-красные разводы.

— Майкл, Джек, где вы, черт возьми?! — кричит Джон в рацию.

— Ждем вашего сигнала, — раздается незнакомый мне голос Джека, который впервые за все время заговорил.

— Так двигаем, мать вашу.

Перевожу дыхание и чувствую увеличивающуюся жгучую боль в правом плече. Опускаю взгляд на него. Незащищенный участок кожи покрывается теплой красной жидкостью.

— Вот же блядь, — шепчу я, зажимая рану рукой.

Ощущаю лишь липкую, теплую жидкость.

“Жаль, что он не попал в сердце. Ха-ха-ха. Тогда бы ты облажался по полной. Еще есть шанс” — голоса в моей голове издеваются надо мной.

Красные огоньки начинают вспыхивать перед моими глазами.

Нет-нет-нет. Только не сейчас. Я ведь умру.

Или убью его.

Да. Я убью этого сукиного сына.

Он не заслуживает ходить по этой земле.

— Грэгори? — Джек касается моей руки. — Черт... его ранили, парни.

Я едва разбираю его слова из-за высокочастотного ультразвука, разрывающего мои барабанные перепонки. Я быстро моргаю, заставляя себя собраться и прийти в чувство, но ярость и паника продолжают на меня давить.

Мне кажется, что я вот-вот сойду с ума.

Прости меня, Стесси

— Убери руки, блядь, — сбрасываю его ладонь. — Я в норме. Все устранены?

Я рычу на парней, как бешенная собака, сорвавшаяся с цепи. Мой пистолет с ледяным холодом давит на мою руку, когда я подтягиваю его к груди.

Смотрю на дверь с номером 307, источая дьявольскую злобу. Моя грудь тяжело вздымается.

— Да, но… — Джон не успевает договорить и я поднимаюсь, напрочь забыв о боли.

Прорываюсь между ними к палате: 

— Сидите здесь. Я быстро, — отмахиваюсь от помощи.

Парни решают ничего не отвечать, лишь в ступоре смотрят на меня. Майкл потирает затылок и открывает рот, чтобы что-то сказать, но увидев мой взгляд закрывает обратно.

Тук. Тук-тук. Звук моих тяжелых шагов пронзает леденящую тишину больничного коридора после перестрелки.

Дерек лежит в больничной койке, широко раскрыв глаза. Я нависаю над ним и красная жидкость с моего плеча капает на идеально белую, чистую простынь.

— Твой папаша плохо защищает тебя, — ухмыляюсь и приставляю ствол к его подбородку.

Я пристально смотрю в эту отвратительную пару бездушных глаз. Вижу теплую, пульсирующую вену под сталью, способной прервать его жизнь в считанные секунды.

— Или вы решили избавиться от этих парней? Впрочем, мне насрать. Как думаешь, твою кровь идеально разбрызганную по стене запечатлит какой-нибудь художник? Я бы не удержался, — зажмуриваюсь, представляя эту охренительную картину. — Как ты предпочитаешь: быстро или медленно, но с надеждой на то, что ты выживешь и окажешься в инвалидном кресле?

— Мой отец не думал, что такой псих, как ты умеет стрелять и решится заступиться за свою грязную шлюшку, — Дерек плюет мне в лицо. 

За что через секунду в его нос прилетает сильный чавкающий звук. На этот раз его нос точно сломан. Он так сильно сместился в сторону, что этот ублюдок стал похож на глубоководную рыбу, которую вытащили на поверхность. Все никак не могу вспомнить ее название.

Глаза застилает красная пелена. Все длительные часы до этой занимательной встречи я всеми фибрами своей души ненавидел себя и свое существование. Знал, что должен страдать я, а не она.

— Повтори, — говорю ему я, снимая пистолет с предохранителя.

Он сглатывает и я вижу панику, нарастающую в его глазах. Страх. Наконец-то я вижу чистейший, животных страх в его глазах, отчего испытываю невероятный экстаз.

— Ты не убьешь меня, Шэн, — выдавливает Дерек, пытаясь улыбнуться. — Если ты это сделаешь, мой отец найдет тебя. И твою сучку. И каждую твою гребаную яхту и тачку перевернет вверх дном, пока не доберется до тебя.

Я делаю глубокие вдохи и резкие выдохи.

Затем резко убираю пистолет и вместо этого хватаю его за горло свободной рукой. Нажимаю на кадык, и Дерек начинает хрипеть, пытаясь втянуть воздух.

— Твой отец, — говорю я медленно, почти ласково, — получит посылку. С твоими пальцами. По одному за каждую гребанную… минуту, которую ты заставил Стесси страдать.

Я отпускаю его горло, и он жадно хватает ртом воздух, откашливаясь.

— Но сначала, — продолжаю я, выпрямляясь, — я хочу услышать от тебя кое-что.

Дерек смотрит на меня с ненавистью, но молчит. Я достаю из кармана диктофон, который предусмотрительно захватил с собой, и нажимаю кнопку записи.

— Расскажи мне все, Моретти. О том, как вы вышли на Стесси. О том, кто тебе помогал. 

— А если я откажусь?

Я улыбаюсь, глядя на него сверху вниз. Резким движением бросаю его с кровати и экран, следящий за его сердцебиением начинает непрерывно пищать и с грохотом падает на пол.

Прижимаю его руку к плитке и достаю нож из ножен.

— Нет, — Дерек начинает издавать все больше душераздирающих криков. 

Как будто я хочу его убить. Это ведь всего лишь палец. У него останется еще девять.

Одним резким движением, будто топором наношу удар и палец уже катится по красному полу.

Я нависаю над ним, чувствуя, как каждый его крик вибрирует в моей груди. Дерек корчится на холодной плитке, зажимая окровавленную руку, и его вопли разносятся по пустому коридору клиники. Но здесь никого нет, кто мог бы ему помочь. Никого, кроме меня.

— Тише, тише, — шепчу я, присаживаясь на корточки рядом с ним. — Ты напугаешь моих парней.

Он смотрит на меня с животным страхом. Его грудь вздымается, капельница, сорванная с катетера, тонкой струйкой разбрызгивает кровь на пол. Я вытираю лезвие ножа о его больничную рубашку, оставляя алое пятно на белой ткани.

— Можешь мне не отвечать, но если твой больной папаша или ты приблизитесь к тому, что принадлежит мне… — делаю паузу, упиваясь его слезами. — В другой раз — это будет твоя глотка. А это, — показываю на палец. — Я возьму на память.