19
Вместо удара Драко вдруг резко, с безумной и ядовитой усмешкой на губах, схватил тебя свободной рукой за подбородок. Его пальцы больно впились в твою кожу, намертво фиксируя твою голову на подушке.
— Хотя нет... Сначала я возьму то, что принадлежит мне по праву, — прошипел он тебе прямо в губы, и в его глазах вспыхнул извращенный, лихорадочный блеск.
Прежде чем ты успела издать хотя бы звук, Малфой грубо и яростно впился в твои губы поцелуем. От него пахло сыростью, металлом и застарелым страхом загнанного в угол зверя. Этот поцелуй был лишен всякой нежности — в нем была лишь жестокая попытка подчинить, растоптать твою волю и поиздеваться над твоей беспомощностью. Его сухие губы больно сминали твои, заставляя запекшиеся трещины на коже снова кровоточить.
Дикий ужас в твоей груди мгновенно перерос в удушающую, чистую ярость. Мысль о Гарри, о его нежных поцелуях и обещании защитить тебя, дала тебе ту самую силу, которой, казалось, уже не было в твоем измученном теле.
Превозмогая жгучую, пронзительную боль в ребрах и последствия Круциатуса, ты рванулась вперед. Собрав всю оставшуюся волю в кулак, ты максимально сильно выставила руки перед собой и с глухим, яростным криком толкнула Драко в грудь.
Малфой, не ожидавший от полуживой девчонки такого отчаянного сопротивления, потерял равновесие. Твой толчок пришелся точно в цель: Драко с грохотом отлетел назад, зацепив тяжелую тумбочку. Стеклянные флаконы с зельями мадам Помфри со звоном полетели на каменный пол, разбиваясь вдребезги и заполняя палату резким запахом лекарств.
Драко покачнулся, его платиновые волосы растрепались еще сильнее, а на губе выступила капля твоей крови. Он оскалился, тяжело дыша, и снова сделал шаг к кровати, наводя на тебя палочку:
— Ах ты, дрянь...
Но шум разбитого стекла уже разнесся эхом по безмолвным коридорам замка. Из глубины Больничного крыла послышался резкий скрип открываемой двери и быстрые, испуганные шаги.
В ту же секунду, когда Малфой занес палочку, тяжелые двери палаты с грохотом распахнулись. Из коридора, тяжело дыша, влетел Гарри. Он так и не смог уснуть в гостиной Гриффиндора — предчувствие беды гнало его обратно.
Увидев Малфоя, нависшего над тобой, и разбитые флаконы на полу, Гарри на мгновение застыл, а его глаза округлились от дикой, первобытной ярости.
— Малфой! — этот крик Гарри больше напоминал рык раненого зверя.
Драко едва успел обернуться, как Гарри в три мощных шага преодолел расстояние между ними. Он не стал тратить время на заклинания. С разбегу Поттер нанес Малфою сокрушительный удар кулаком прямо в челюсть. Хруст костей эхом разнесся по палате. Драко отлетел к стене, сильно ударившись спиной о каменную кладку, и выронил палочку, которая с глухим стуком покатилась по полу.
Но Гарри было не остановить. Вся боль, страх за твою жизнь и ненависть за то, что этот подонок сделал с тобой в Визжащей хижине, выплеснулись наружу. Он налетел на Малфоя, хватая его за грудки мантии и с силой впечатывая в стену.
— Ты тронул её... Ты опять к ней прикоснулся, мразь! — тяжело, со свистом дыша, прорычал Гарри прямо в лицо белобрысому слизеринцу. Его очки съехали набок, а зеленые глаза за стеклами горели чистым безумием. — Я убью тебя. Я уничтожу тебя своими руками!
Гарри замахнулся для нового удара, готовый превратить лицо Малфоя в кровавое месиво. Драко, тяжело отплевываясь кровью, судорожно пытался оттолкнуть его, но ярость сделала Поттера сильнее в стократ.
— Гарри... — слабо, но отчаянно позвала ты, понимая, что в таком состоянии Гарри действительно может переступить черту и убить его, разрушив собственную жизнь.
Услышав твой голос, Гарри на секунду замер, его кулак дрожал в пантиметре от носа Малфоя. В этот же момент в палату, наконец, ворвалась запыхавшаяся мадам Помфри с волшебной палочкой наголо.
Гарри на секунду замер, его кулак дрожал в сантиметре от разбитого носа Малфоя. Твой слабый голос подействовал на него как ледяной душ, но тишина Больничного крыла оставалась мертвой — мадам Помфри, ушедшая в дальнее крыло за редкими ингредиентами для зелий, так и не появилась на шум. Вы были абсолютно одни.
Драко, тяжело и хрипло дыша, размазал кровь по подбородку и внезапно жутко, безумно оскалился прямо в лицо Гарри.
— Что, Поттер? — прохрипел Малфой, и в его глазах мелькнул торжествующий, садистский огонек. — Думаешь, спас её? Я уже взял свое. Я целовал её, Поттер. Слышишь? Её губы были в моей крови, и она ничего не могла сделать, пока ты спал в своей уютной гостиной!
Эти слова окончательно сорвали у Гарри тормоза. Лицо Поттера исказилось от такой дикой, леденящей душу ярости, какую ты не видела у него никогда прежде. С глухим рыком он наотмашь ударил Малфоя в лицо раз, затем другой, сбивая его на пол.
— Тварь! Я сотру тебя в порошок! — взревел Гарри, бросаясь сверху на упавшего слизеринца и вцепляясь пальцами прямо в его горло.
Малфой хрипел, его глаза начали закатываться, а пальцы судорожно скребли по рукам Гарри, оставляя на них глубокие царапины. Драко отчаянно пытался нащупать свою палочку, которая валялась в паре метров на полу, подкатившись ближе к твоей кровати.
Гарри душил его с такой силой, что его собственные вены на лбу вздулись. Он не слышал и не видел ничего вокруг. Малфой уже почти перестал сопротивляться, его движения становились вялыми, а лицо приобретало багрово-синий оттенок. Еще несколько секунд — и Гарри переступит черту, превратившись в убийцу.
— Гарри, нет! Пожалуйста, остановись! — твой голос сорвался на отчаянный, хриплый плач.
Каждое слово отзывалось резкой, пронзительной болью в сломанных ребрах, но ты не обращала на это внимания. Ужас перед тем, что Гарри прямо сейчас, на твоих глазах, станет убийцей и погубит свою душу из-за этого ничтожества, был сильнее любой физической боли.
— Гарри, умоляю тебя... не делай этого! Посмотри на меня! — ты попыталась приподняться на кровати, цепляясь дрожащими пальцами за простыни. Слезы застилали глаза, когда ты видела, как Малфой под ним уже почти перестал хрипеть, а пальцы Гарри все сильнее впивались в его горло. — Гарри, ради нас! Ради меня! Отпусти его!
При звуках твоего плача, полного боли и чистой любви, Гарри вздрогнул. Его плечи напряглись, а безумный, стеклянный взгляд зеленых глаз наконец сфокусировался. Он медленно повернул голову в твою сторону. Увидев твои слезы, твое побелевшее от боли и страха лицо и то, как ты из последних сил тянешь к нему руки, он словно очнулся от страшного сна.
Ярость, выжигавшая его изнутри, мгновенно сменилась леденящим ужасом от того, что он только что едва не натворил.
Гарри резко разжал пальцы и отпрянул от Малфоя, будто тот был ядовитой змеей. Драко тяжело, судорожно втянул в себя воздух, перекатился на бок и зашелся в удушающем кашле, держась за багровое горло и жадно глотая кислород.
Гарри даже не взглянул на него. На неслушающихся, трясущихся ногах он бросился к твоей кровати и упал перед ней на колени. Его лицо было бледным, очки съехали, а руки, испачканные в крови Малфоя, дрожали так сильно, что он побоялся сразу к тебе прикоснуться.
— Т/И... Боже, Т/И, прости меня, — судорожно вздохнул он, и из его глаз брызнули слезы. Он бережно, словно хрустальную, обхватил твою ладонь своими руками и прижал к своим губам. — Прости меня... Я испугался. Когда он сказал, что... что тронул тебя... Я просто ослеп. Я чуть не убил его у тебя на руках.
Он плакал, утыкаясь лицом в край твоего матраса, пока на полу у стены, все еще хрипя и отплевываясь кровью.