Глава 4. Он заметил
---
После того вечера с пиццей и «Экивоками» что-то изменилось. Нельзя было сказать, что Сайтетемпо вдруг стал общительным или хотя бы вежливым. Нет. Он по-прежнему сидел в своём углу (чаще), молчал (всё так же много) и не участвовал в общих разговорах (почти никогда).
Но иногда — редко, словно случайно — происходило нечто, чего раньше не было.
Например, когда Монока входила в офис, его взгляд на долю секунды отрывался от экрана. Не поворот головы. Не приветствие. Просто... пауза. Лёгкое замедление пальцев на планшете. А потом он снова возвращался в игру, делая вид, что ничего не случилось.
Монока это замечала. Но молчала.
Она научилась не давить на него. Не лезть с вопросами. Не требовать внимания. Она просто была рядом — тихая, тёплая, как чашка чая, которую кто-то поставил на край стола и забыл, а она всё ещё греет.
Иногда она приносила всем кофе. Сайтетемпо пил чёрный, без сахара. Она запомнила это после второго раза. И теперь, когда ставила перед ним чашку, он чуть кивал — так, что заметить мог только тот, кто специально смотрел.
Она смотрела специально.
---
Однажды вечером Сизуку предложил устроить внутрикомандный турнир.
— Без зрителей, — уточнил он. — Просто мы друг против друга. Заодно посмотрим, кто из нас лучше на нервах.
— Я, — спокойно сказал Баттоман.
— Спорно, — фыркнул Сизуку.
— А Монока? — вдруг спросил Мамеси.
Все повернулись к ней. Она сидела на диване с книгой (новый детектив) и подняла глаза.
— Что — Монока?
— Ты играешь с нами. Третий ранг легенды, забыли?
— Я... — Монока замялась. — Я не играю на вашем уровне. Вы профессионалы.
— И что? — Сизуку пожал плечами. — Мы не будем играть на полную. Просто ради интереса.
— Ты боишься? — подколол Мамеси.
Монока посмотрела на брата. Баттоман молчал, но в его глазах читалось: «Не позорься».
Она вздохнула, отложила книгу и взяла планшет.
— Ладно. Но если я проиграю — никаких «я же говорил».
— Договорились.
Они расселись по местам. Сизуку — напротив окна, Мамеси — в центре стола, Баттоман — слева от Моноки. Сайтетемпо остался в своём углу. Он не сказал, будет ли играть. Просто сидел и смотрел на тёмный экран.
— Чай? — позвала Монока тихо.
Он поднял голову.
— Что?
— Будешь играть?
Он помедлил. Потом взял планшет и коротко кивнул.
Внутри Моноки что-то ёкнуло. Она назвала его Чаем снова. При всех. И он не возразил. Никто даже не спросил, почему — все уже привыкли, что она иногда говорит «Чай» вместо «Сайтетемпо», а он не поправляет.
Турнир начался.
Первая игра — Монока против Сизуку. Она выбрала Мортиса (помнишь, она обещала его обыграть), он — Спайка. Игра была быстрой. Сизуку не щадил — он играл жёстко, агрессивно, с тем холодным расчётом, который делал его опасным противником.
Монока проиграла.
— Не расстраивайся, — сказал Сизуку. — Ты неплохо двигалась.
— Неплохо, — повторила Монока с лёгкой горечью. — Утешительный приз.
Вторая игра — против Мамеси. Здесь она выступила лучше. Мамеси был сильным, но более предсказуемым. Монока почти выиграла — почти. В последнюю секунду он вырвал победу хитрым ультом.
— Чёрт, — выдохнула она.
— Близко, — честно сказал Мамеси.
Потом был Баттоман. С братом она играла аккуратно, даже осторожно — не потому что боялась, а потому что знала его стиль до мелочей. Он играл жёстко, как Сизуку, но умнее. Монока продержалась дольше, чем ожидала — почти минуту — но в конце концов её персонаж упал.
— Хорошо, — сказал Баттоман. Это от него прозвучало как высшая похвала.
Монока выдохнула и подняла глаза.
Остался только один.
Сайтетемпо молча смотрел в свой планшет. Он не присоединился к чату. Не выбрал персонажа.
— Ну? — спросила Монока.
Он поднял взгляд. Посмотрел на неё. Долго. Потом сказал:
— Ты устала.
— Немного.
— Завтра, — сказал он.
И снова ушёл в свой угол.
Монока не поняла, что это было — забота или просто нежелание играть с тем, кто уже проиграл три матча подряд. Но что-то в его голосе было... мягче, чем обычно.
— Ладно, — сказала она. — Завтра.
---
На следующий день они сыграли.
Один матч. Монока против Сайтетемпо.
Никто не смотрел. Остальные сидели за своими столами и делали вид, что заняты, но Мамеси то и дело косился на экран Моноки, Сизуку делал вид, что пьёт кофе, а Баттоман просто смотрел на сестру и молчал.
Сайтетемпо играл не в полную силу. Монока это поняла сразу — его пальцы двигались медленнее, чем на тренировках. Он не давил. Не добивал. Просто... играл.
Она проиграла.
Но не разгромно.
Когда её персонаж упал в последний раз, Монока подняла глаза на Сайтетемпо. Он уже смотрел на неё.
— Ты меня жалел? — спросила она прямо.
Он покачал головой.
— Не надо было.
— Не жалел.
— Тогда почему ты играл вполсилы?
— Потому что ты не готова проигрывать в полную, — сказал он. — Но ты быстрее, чем вчера. Намного.
Монока замерла.
Это была самая длинная фраза, которую он сказал ей за всё время. И в ней было... уважение. Может быть, даже восхищение.
Она не знала, что ответить. Поэтому просто улыбнулась.
— Спасибо, Чай.
Он не поправил. Не отвернулся. Посмотрел на неё ещё секунду — и уголки его губ чуть-чуть, едва заметно, дрогнули.
Это не была улыбка. Но это было что-то рядом.
Мамеси, который всё это видел, прошептал Сизуку:
— Он сейчас сломается.
— Уже, — ответил Сизуку. — Просто ещё не понял.
---
Через несколько дней Монока пришла в офис с маленькой коробочкой. Никому не показывала. Дождалась, когда остальные уйдут на обед, и положила коробочку на стол Сайтетемпо.
— Что это? — спросил он, не трогая.
— Открой.
Он открыл. Внутри лежала кружка. Белая, без рисунка, но с одной деталью — на дне была надпись: «Чай».
Сайтетемпо смотрел на кружку несколько секунд.
— Ты... — начал он.
— Это чтобы ты не забывал, что я тебя так называю, — перебила Монока. — И чтобы ты пил из неё. Пожалуйста.
Он взял кружку в руки. Провёл пальцем по краю. Поставил на стол.
— Спасибо, — сказал он. И после паузы: — Монока.
Она чуть не заплакала. Не от грусти — от того, как прозвучало её имя в его голосе. Тихо. Спокойно. Как будто он много раз произносил его про себя и наконец решился вслух.
Она отвернулась, чтобы он не увидел её лица.
— Пожалуйста, Чай.
---
Конец четвёртой главы.
---