Глава 2. Чай в углу
——-
Прошла неделя.
Монока не появлялась в офисе. Баттоман приходил один, играл, молчал, уходил. Никто не спрашивал, где его сестра — киберспортсмены народ нетерпеливый, но не бестактный. Только Мамеси однажды вечером бросил в пустоту:
— А та девчонка... ну, с котятами... она вообще придёт ещё?
— Придёт, — ответил Баттоман, не поднимая глаз от планшета. — У неё переезд. Вещи разбирает.
— Понятно, — кивнул Мамеси и не стал лезть дальше.
Сизуку в тот момент сидел рядом и молчал, но его палец завис на секунду над экраном — он тоже слушал.
И только один человек не слушал вообще.
Сайтетемпо, как всегда, сидел в углу. Планшет, наушники, никаких эмоций. Он отыграл пять матчей подряд, потом ещё три, потом просто смотрел повторы, двигая губами, будто проговаривал чужие ошибки. Про Моноку он не вспоминал. Вообще. Ни разу.
Ему казалось, что он даже не запомнил её лица.
Это было ложью, конечно. Но Сайтетемпо не любил признаваться себе в таких вещах.
---
В субботу утром дверь офиса снова открылась с тем же тихим скрипом.
На этот раз Монока вошла одна. Без брата. Без рюкзака. Только планшет под мышкой и небольшая коробка в руках, перевязанная простой бечёвкой.
— О, — Мамеси поднял голову первым. — Привет!
— Привет, — Монока улыбнулась. На ней был уже не братнин свитер, а своя вещь — мягкий оливковый кардиган, джинсы, те же кроссовки с котятами. Волосы она сегодня собрала в высокий хвост, и серебряная прядь блестела при каждом движении. — Я вам печенье принесла. Дома напекла.
— Ты печёшь? — Сизуку оторвался от планшета с выражением человека, который только что услышал новость о существовании магии.
— Умею, — скромно сказала Монока, ставя коробку на стол. — Не судите строго.
Коробку открыли мгновенно. Внутри оказались хрустящие овсяные печенья с шоколадной крошкой. Мамеси схватил первое, Сизуку — второе. Баттоман взял третье, молча, но с лёгким одобрением на лице.
— Боже, — простонал Мамеси с набитым ртом. — Ты выходи за меня.
— Сначала доешь, — фыркнул Баттоман.
Монока засмеялась и оглядела комнату. Её взгляд снова скользнул в угол. Сайтетемпо сидел на том же месте, в той же позе. Наушники. Планшет. Но сегодня он не играл. Экран был тёмным.
Он просто сидел и смотрел в стену.
Монока замерла на секунду, потом взяла одно печенье, отдельно завернула его в салфетку и направилась к углу.
— Стой, — тихо сказал Баттоман, но она не остановилась.
Она подошла к креслу Сайтетемпо сбоку, чтобы не загораживать ему свет. Остановилась в метре. Положила печенье на край стола — аккуратно, чтобы не смахнуть его планшет.
— Это тебе, — сказала она ровным, спокойным голосом. Не требовательным. Не обидчивым. Просто... констатирующим факт.
Сайтетемпо повернул голову.
Очень медленно.
Впервые за всё время он посмотрел на неё.
Вблизи Монока оказалась ещё меньше, чем он запомнил (хотя он же не запоминал, нет). Её глаза были цвета крепкого чая — тёплые, но с каким-то спокойным дном. Она не улыбалась. Просто смотрела в ответ, без вызова, без страха.
— Я Монока, — сказала она, хотя он и так знал. — Приятно познакомиться.
Сайтетемпо не ответил.
Он смотрел на неё три секунды. Потом перевёл взгляд на печенье. Потом снова на неё.
И...
Ничего не сказал.
Он просто отвернулся обратно к стене. Не надел наушники. Не взял планшет. Просто сидел и смотрел в пустоту, а на краю стола лежало одинокое печенье в салфетке.
Монока постояла ещё несколько мгновений.
— Ладно, — сказала она тихо, почти про себя. — В другой раз.
Она вернулась к остальным, села рядом с братом и взяла свой планшет. Через минуту она уже показывала Мамеси свой билд на Спайка, смеялась над чем-то, что он сказал, и вообще выглядела так, будто ничего не случилось.
Но Сизуку заметил: её пальцы на планшете дрожали. Совсем чуть-чуть.
---
Вечером, когда все разошлись, Сайтетемпо остался в офисе один.
Он ненавидел пустоту, но терпел её. Пустота не задавала вопросов.
Он убрал планшет в чехол и уже собирался вставать, когда его взгляд упал на край стола.
Печенье.
Он забыл его убрать. Или не забыл.
Сайтетемпо смотрел на салфетку с коричневым краем — шоколадная крошка немного осыпалась на стол. Осторожно, будто боясь обжечься, он взял печенье.
Оно было ещё тёплым. Странно. Прошло несколько часов.
Он откусил маленький кусочек.
Сладко.
Слишком.
Сайтетемпо замер, держа печенье в руке, и вдруг понял, что не знает, как её зовут.
Нет, он знал. Монока. Он просто... не произносил это имя вслух ни разу.
— Монока, — тихо сказал он в пустоту офиса.
Звук получился странным. Чужим.
Он доел печенье, выбросил салфетку, надел рюкзак и ушёл.
Всю дорогу домой он думал о том, как пахнет овсяное печенье, и злился на себя за это.
---
На следующий день Монока снова пришла.
И на следующий.
И через день.
Она появлялась в офисе как будто случайно — то с чаем для всех, то с новыми наклейками на планшет, то просто посидеть рядом с братом, пока он играет. Она не мешала. Не шумела. Иногда садилась в гостевой зоне и что-то читала в телефоне, иногда тихо играла сама — её пальцы бегали по экрану с заметной сноровкой, хотя до уровня профессионалов ей было далеко.
Она больше не подходила к Сайтетемпо.
Не приносила ему печенье. Не здоровалась отдельно. Не пыталась поймать взгляд.
Но каждый раз, входя в офис, она кидала быстрый взгляд в угол — проверить, на месте ли он. И каждый раз, уходя, делала то же самое.
Сайтетемпо это заметил.
Он ненавидел, что заметил.
---
На десятый день случилось то, чего никто не ожидал.
Баттоман и Сизуку уехали на короткую тренировочную сессию в другой город — всего на три дня. Мамеси заболел и сидел дома. В офисе остались только двое: Сайтетемпо в своём углу и Монока в гостевой зоне.
Она могла бы уйти. Ей никто не мешал. Баттоман сказал ей «можешь не ходить, меня всё равно нет», но она всё равно пришла.
Сайтетемпо сидел с планшетом, но не играл. Он смотрел повторы вчерашних матчей, прокручивал, пересматривал, делал пометки. Наушники висели на шее — батарея села, а зарядку он оставил дома.
Это было неловко. Очень.
Монока сидела на диване, поджав под себя ноги, и читала книгу. Не в телефоне — настоящую бумажную книгу. Сайтетемпо заметил корешок. Какой-то детектив.
Они не разговаривали два часа.
А потом Монока встала, подошла к кулеру, налила себе воды, на секунду замерла, повернулась к нему спиной, и тихо спросила:
— Ты всегда такой?
Голос был спокойный. Без обиды. Без претензии.
Сайтетемпо поднял голову.
— Какой? — спросил он. Это было первое слово, которое он сказал ей за десять дней.
Монока обернулась. Посмотрела на него через плечо.
— Молчаливый.
Он пожал плечами.
— Да.
— Хорошо, — сказала Монока и улыбнулась — не широко, а так, уголками губ. — Тогда я тоже буду молчать. Вместе молчать — это тоже общение, знаешь?
Она вернулась на диван, взяла книгу и действительно замолчала.
Сайтетемпо смотрел на неё ещё секунд десять, потом перевёл взгляд обратно на планшет.
Но он больше не перематывал повторы.
Он просто сидел и слушал, как она переворачивает страницы.
Этот звук — сухой, шелестящий — зачем-то остался в его голове на весь вечер.
---
Конец второй главы.
---