Подпись от автора

Поездка в такси превратилась в сплошное месиво из нервов и адреналина.

Мы с Билли сидели в полной тишине, обе всё ещё приходя в себя после хаоса последних тридцати минут. Огни города проносились мимо размытыми пятнами, пока водитель лавировал в потоке машин, везя нас к арене точно к сроку.

Когда мы наконец затормозили у заднего входа, мы даже не стали ждать сдачу — просто бросили водителю наличные и выскочили из машины.

Охрана сразу узнала Билли и распахнула двери до того, как мы успели сказать хоть слово.

Мы помчались по коридорам арены, а басы из динамиков уже глухо били сквозь стены.

Как только мы добрались до гримёрки Билли, её команда уже ждала нас.

Визажисты, стилисты, ассистенты — все двигались синхронно, как хорошо отлаженный механизм.

Билли едва успела перевести дух, как кто-то набросил на неё худи, другой поправил поясной передатчик для микрофона, а Лора протянула ей бутылку воды с мёдом.

Я следовала за ней по пятам, снимая всё на видео.

Она села на скамейку, подняв одну ногу и одновременно распеваясь тихим мычанием.

Не задумываясь, я опустилась на колени и помогла ей с кроссовками, затягивая шнурки, пока она поправляла свои ушные мониторы.

Она натянула на голову свою фирменную кепку козырьком назад, слегка сдвинув её набок.

— Ты готова? — спросила я, стараясь не трясти камеру.

Билли ухмыльнулась, её голос звучал хрипло, но был полон энергии.

— Готова на все сто.

Дверь распахнулась, и вошла Лора с резким и сосредоточенным выражением лица.

— Пора.

Билли вскочила, встряхивая кистями рук и переминаясь с ноги на ногу, словно боксёр перед выходом на ринг.

Затем она развернулась и рванула к сцене.

И я побежала за ней.

Закулисный коридор слился в сплошное, лихорадочное движение.

Техники, в последнюю минуту поправляющие детали, море проводов и гарнитур, гул голосов в наушниках.

Я продолжала снимать, бежав изо всех сил, чтобы не отставать от неё.

И тут —

Мы добрались до края сцены.

Толпа оглушительно ревела, её энергия вибрировала прямо сквозь пол.

Билли замерла всего на секунду, переводя дыхание.

Затем свет погас.

По стадиону прокатилась тишина.

И тут—

БУМ.

Вдарили басы. Первый же бит сотряс всю арену.

На сцену ворвался ослепительный свет прожектора.

И Билли Айлиш шагнула в него.

В то же мгновение она перестала быть просто Билли.

Она превратилась в нечто иное.

Усталость, дневная рутина, та простая смеющаяся девчонка, какой она была сегодня утром, — всё это бесследно исчезло.На её месте стояла стихия.

Она двигалась с абсолютной уверенностью, и каждый её шаг приходился именно туда, куда нужно.

Толпа кричала на пределе, который казался физически невозможным.

Через объектив камеры я наблюдала, как она взяла микрофон, поднесла его к губам —

И в ту же секунду, как она пропела первую ноту, весь мир принадлежал ей.

( От лица Билли).

Я убежала со сцены, мой пульс всё ещё бешено колотился, а всё тело дрожало от эйфории.

Шум толпы всё ещё отдавался эхом в моих ушах, адреналин бурлил в венах.

Я чувствовала себя как под напряжением. Будто могла повторить всё это ещё раз.

Чёрт, это было круто.

Как только я вышла в коридор, то заметила Люси.

Она стояла там и аплодировала, а её губы расплылись в лёгкой усмешке.

И, конечно же, она тут же достала камеру.

Я судорожно выдохнула со смешком и вытерла лоб рукавом.

— Ну, — сказала она, направляя объектив снизу вверх на меня. — Как всё прошло?

— Охренеть как нереально, — тяжело дыша, произнесла я, всё ещё пытаясь перевести дух. — Толпа была безумной. Казалось, будто... — я покачала головой, пытаясь подобрать слова. — Будто они дышали вместе со мной. Как один гигантский пульс.

Люси что-то промычала, продолжая снимать, пока мы шли по коридору к моей гримёрке.

Камера меня больше не раздражала.

Честно? Мне это даже как-то нравилось.

Это было похоже не на интервью, а скорее на то, что кто-то просто... свидетельствует это.

Когда мы вошли, Люси повела камерой, осматривая комнату.

Беспорядок, который я оставила здесь ранее, никуда не делся — недопитые бутылки с водой, разбросанная одежда и пачка чипсов, к которой я так и не прикоснулась.

Она снимала ещё несколько секунд.

А затем —

Она выключила камеру.

Я захлопала глазами.

— Почему ты остановилась?

Люси пожала плечами, опуская камеру на стол.

— Больше не нужно.

Я нахмурилась.

— А где остальная часть твоей команды? — спросила я, падая на диван и закидывая руки за голову.

— Нет никакой команды, — просто ответила Люси. — Только я.

Это заставило меня запнуться.

Я слегка приподняла голову, уставившись на неё.

— Подожди. Что?

Люси ухмыльнулась, наклонив голову набок.

— Ты думала, за тобой повсюду ходит целая съёмочная группа?

— Ну... да? — я неопределённо развела руками. — Это же документалка, разве нет?

Она рассмеялась, скрестив руки на груди.

— Да, но это не должно быть каким-то перепродюсированным, пафосным шоу. Всё должно казаться личным.

От этих слов я только похлопала глазами.

Я села прямо, всё ещё потная после выступления, но внезапно полностью сосредоточилась на ней.

— Так вот почему ты снимаешь одна?

Она кивнула.

— Должно быть ощущение, будто кто-то реально находится рядом с тобой. А не просто наблюдает со стороны.

Я фыркнула.

— Оу, то есть я получаю романтизированную версию собственной жизни?

Люси ухмыльнулась.

— Что-то вроде того.

Я усмехнулась, снова откидываясь на спинку дивана.

Она стояла, скрестив руки на груди, её светлые кудри рассыпались по плечам.

И впервые я по-настоящему обратила на них внимание.

То есть, прям по-настоящему заметила.

То, как они обрамляли её лицо, как ловили свет — мягкие и слегка растрёпанные.

Неужели они всегда так выглядели?

Прежде чем я успела хорошенько об этом задуматься, я потянула руки вверх, как ребёнок.

— Помоги мне, — простонала я. — Я застряла в этом худи.

Люси закатила глаза, но сделала шаг вперёд.

— Господи, ты как маленький ребёнок, — пробормотала она, хватаясь за край моего худи.

— Я вообще-то только что отпахала двухчасовое шоу!

— Ой, плачь больше.

Она сдернула худи через мою голову, и мои волосы упали мне на лицо.

Я вздохнула, встряхивая головой.

— Спасибо.

Она ухмыльнулась, бросая худи на стул.

— Не за что, дива.

Я пошире улыбнулась, снова растягиваясь на диване.

— Знаешь... а ты вообще-то не такая ужасная, как я думала.

Люси рассмеялась, всё ещё не разжимая руки на груди.

— Ого. Высокая оценка. В таком случае, ты тоже не такая плохая, как я думала.

Я ухмыльнулась.

Впервые с момента нашей встречи мне не казалось, что нужно держать оборону.

Она просто была рядом.

Я закинула руки за голову, всё ещё находясь под кайфом от шоу, а тело приятно ныло — той самой правильной усталостью, которая приходит, когда делаешь что-то, заставляющее чувствовать себя живой.

Затем я повернулась к Люси, ухмыляясь.

— Ну что, Люси. В какое приключение мы отправимся сегодня вечером?

Она захлопала глазами, глядя на меня.

— В какое приключение?

— Ну да, — ухмыльнулась я. — Мы же на твоём районе. И у нас впереди вся ночь. Так какой план?

Люси судорожно выдохнула со смешком и покачала головой.

— Билли, Лора меня убьёт.

Я лишь ухмыльнулась.

— Звучит как твоя личная проблема.

Она рассмеялась ещё громче, на секунду прикусив губу, а затем огляделась по сторонам, словно взвешивая какое-то решение.

Затем она схватила свою сумку, закидывая её через плечо.

— Пошли, — прошептала она. — Пока Лора нас не нашла.

И мы побежали.

Мы рванули по закулисным коридорам, пытаясь не шуметь, но с треском проваливали эту затею. Каждый раз, когда одна из нас едва не спотыкалась или врезалась в стул, нам приходилось зажимать рот ладонью, чтобы не рассмеяться слишком громко.

Люси вывела меня через боковой выход арены прямо в холодный воздух Торонто.

— Господи, — пробормотала я, дрожа от холода.

— Ты сама хотела приключений.

— Ну да, но я не думала, что оно будет включать в себя обморожение.

Люси закатила глаза.

— Расслабься, королева драмы. Я точно знаю, куда мы идём.

Она схватила меня за запястье и быстро зашагала вперед, увлекая меня за собой.

Мы шли около десяти минут, город вокруг нас всё ещё жил своей жизнью — компании смеющихся людей у баров, редкие уличные музыканты, всё ещё играющие музыку, неоновое свечение вывесок.

А затем мы пришли.

Ледовый каток.

Ночью.

Где почти никого не было.

Я посмотрела на Люси, приподняв бровь.

— Каток? И это всё приключение?

— Во-первых, — сказала она, подняв палец вверх, — это канадское приключение, так что да.

Я фыркнула.

— Ты хоть кататься-то умеешь?

Люси ухмыльнулась.

— О, в детстве я божила на льду.

Я скрестила руки на груди.

— Прошедшее время. Интересно.

— Заткнись и надевай коньки, Айлиш.

Мы взяли коньки напрокат в маленьком киоске, и работавший там парень даже не обратил внимания на то, кто я такая.

Что, если честно? Чертовски приятно.

Пять минут спустя я мёртвой хваткой цеплялась за бортик, спасая свою жизнь.

— Я ненавижу это. Я так сильно это ненавижу.

— Ты драматизируешь, — поддразнила Люси, непринуждённо проезжая мимо меня и сделав ленивый разворот чисто ради того, чтобы побесить.

Я насупилась.

— Не знала, что ты любишь повыпендриваться.

— А я не знала, что у тебя координация как у новорождённого оленёнка.

Я застонала, оттолкнувшись от бортика и сразу же об этом пожалев.

Люси покатилась со смеху, пока я ковыляла вперед, отчаянно размахивая руками.

— Ладно, ладно, — выдохнула я, умудрившись удержаться на ногах.

— Видишь? У тебя получается, — сказала Люси, подъезжая ко мне.

— Ага, потому что мной движет чистый страх.

Она ухмыльнулась.

— Вот и отлично.

А затем —

Она ткнула меня в бок.

Я взвизгнула. Громко.

И в то же мгновение я потеряла равновесие.

Чёртова предательница.

Я шлёпнулась на лёд без капли грации, приземлившись прямо на задницу.

Люси отъехала назад, хохоча так сильно, что едва держалась на ногах.

Я посидела так секунду, просто глядя на неё снизу вверх с каменным лицом.

— Ты сейчас серьёзно? — пробормотала я.

— Я... — выдохнула она сквозь смех, а в уголках её глаз выступили слёзы. — Я не думала, что ты реально упадёшь.

— Офигеть. От этого мне прям намного легче.

Она протянула мне руку, всё ещё продолжая смеяться.

— Ладно, ладно. Вставай, погнали ещё раз.

Я прищурилась, глядя на неё.

Затем, вместо того чтобы взяться за её руку, я резко дёрнула её за рукав.

Она ахнула, отчаянно замахав руками, и повалилась прямо рядом со мной, приземлившись с глухим стуком.

Мы обе посидели так секунду в полной тишине.

А затем нас окончательно прорвало.

Мы просто хохотали как идиотки прямо на льду, не обращая внимания на холод и вообще на всё вокруг.

Люси перевернулась на спину, всё ещё хихикая.

— Это самое худшее приключение в жизни.

Я ухмыльнулась.

— Самое лучшее приключение в жизни.

Она вздохнула, всё ещё улыбаясь.

Мы были совершенно одни на льду.

Огни города светились вдалеке, отражаясь от поверхности катка, но здесь никого не было, кроме нас.

Казалось, будто мы каким-то образом забрели в тихий маленький уголок этого мира, вдали от всего на свете.

Люси покатилась впереди меня — всё ещё слишком уверенно для этих условий — и вдруг снова достала камеру.

Я застонала.

— Ты серьёзно это снимаешь?

Она ухмыльнулась, поднимая её повыше.

— Звезда мирового масштаба Билли Айлиш, — объявила она в микрофон, наигранно пародируя тон ведущего новостей. — Феноменальный музыкант. Лауреат многочисленных премий. И абсолютно безнадёжна в катании на коньках.

Я коротко усмехнулась, потянувшись к ней и слегка подтолкнув.

— Заткнись.

Она рассмеялась, выравнивая камеру.

— Ладно, ладно. А теперь серьёзно. Билли Айлиш, что самое худшее в популярности?

Я захлопала глазами, глядя на неё.

— Чёрт. Даже без вопроса для разогрева?

— Неа, — ухмыльнулась она.

Я выдохнула, окинув взглядом пустой каток, прежде чем ответить.

— Эм... наверное, то, что все думают, будто знают тебя, хотя на самом деле это не так.

Люси хмыкнула, словно и правда обдумывала мой ответ.

— Звучит одиноко.

Я замешкалась на долю секунды.

— Так и есть.

Люси кивнула, будто всё поняла. Может, так оно и было.

Она поправила камеру, покатившись спиной вперед и не сводя с меня объектива.

— Ладно, следующий вопрос.

— Ой, так мы будем отвечать на несколько? Я-то думала, это просто веселая прогулка.

— Тсс, я тут выуживаю кое-что стоящее.

Я закатила глаза, но подыграла:

— Ладно. Валяй.

Люси ухмыльнулась:
— Какое одно утверждение о тебе люди считают правдой, хотя это не так?

Это действительно заставило меня на секунду задуматься.

— Что я суперуверенная в себе всё время, — сказала я наконец.

Люси наклонила голову вбок.

— Ты не похожа на человека, который сильно в себе сомневается.

— Ну да, но в этом-то и фишка, понимаешь? Люди видят меня на сцене и думают, что у меня... всё под контролем. Но, типа... — я пожала плечами. — В половине случаев я вообще без понятия, что, блин, делаю. Просто импровизирую на ходу.

Люси усмехнулась.

— Похоже, твоя импровизация отлично работает.

— Ага, ну, видела бы ты, как сильно я потом всё это накручиваю в голове.

Люси понимающе посмотрела на меня.

— Звучит изнуряюще.

— Ага, ну, катание на коньках — тоже.

Она фыркнула и снова укатилась вперед.

— Ладно, последний вопрос.

— Пусть он будет хорошим.

Она сделала вид, что задумалась, а затем ухмыльнулась:
— О чем ты больше всего жалеешь?

Я ответила не сразу.

В тишине пустого катка этот вопрос отозвался как-то иначе.

Я не понимала, то ли дело в огнях города, то ли в холодном воздухе, то ли в том, что Люси действительно слушала.

Я бросила на нее взгляд, наблюдая, как легко она скользит по льду, а ее светлые кудри слегка покачиваются в такт движениям.

Затем я пожала плечами.

— Я жалею, что не творила больше всякой херни, когда была младше.

Люси приподняла бровь.

— И это всё?

— Ну да, — я рассмеялась. — В смысле, я все свои подростковые годы только и делала, что работала. У меня не было возможности заниматься обычной, тупой, безрассудной херней. Ну, типа... — я неопределенно взмахнула рукой. — Сбегать по ночам из дома, врать родителям, ходить на тусовки, где меня вообще не должно быть...

Люси ухмыльнулась.

— То есть ты хочешь сказать, что хочешь наверстать упущенное время?

Я встретилась с ней взглядом.

И по какой-то причине от того, как она это сказала, у меня внутри всё слегка перевернулось.

Я усмехнулась на выдохе, скользя по льду рядом с ней.

— Похоже, что так.

Она расплылась в улыбке.

— Ну тогда, Билли Айлиш, ты пришла по адресу.

И честно говоря?

Я как будто поверила ей.