Глава 8
Прошло пару недель, и Лагерь Полукровок начал привыкать к новому, весьма взрывоопасному статусу-кво. Если раньше Михаэль и Фернандо бдительно следили за каждым шагом Макса, то теперь их радары работали на двойной мощности.
Два сына Большой Тройки не просто уживались рядом, они стали неразлучны.
Кими, Макс и поправившийся, снова скачущий на своих копытцах Ландо образовали странное, но пугающе эффективное трио. Их часто можно было увидеть на пирсе у океана: Кими сидел, свесив ноги в воду и заставляя мелкие волны выписывать в воздухе пируэты, Макс лениво читал какой-то древний манускрипт по тактике, изредка поджигая искрой от пальца сухие травинки, а Ландо без умолку болтал, жестикулировал и пытался стащить у Макса виноград.
Сын Зевса рядом с ними окончательно оттаял. С его лица исчезла маска ледяного одиночества. Оказалось, что в компании людей, которые его не боятся и воспринимают как равного, Макс умеет быть верным, надежным и по-своему заботливым другом. Он лично помогал Кими осваивать фехтование, безжалостно, но честно гоняя его по арене.
Несмотря на тесную дружбу с Максом, Кими вовсе не собирался замыкаться в золотой клетке Большой Тройки. Его гиперактивный бунтарский дух требовал общения со всем лагерем, и парень успешно маневрировал между разными домиками.
Он часто заглядывал в гости к домику Гермеса, где Арвид Линдблад всегда был рад перекинуться с ним в карты на щелбаны или устроить спринтерский забег до холма Полукровок. Арвид оставался для Кими тем самым простым, надежным парнем, с которым можно было поржать над лагерными байками и забыть о том, что ты потенциальный разрушитель мира.
А вот с Джорджем Расселом всё было гораздо интереснее.
Узнав, что Кими теперь проводит кучу времени с Максом, староста домика Афродиты устроил целую дипломатическую драму. Джордж регулярно «случайно» сталкивался с Кими у столовой или на тренировочном поле, элегантно поправлял свою безупречную челку-шторку и с самым аристократичным видом заявлял:
- Антонелли, я просто обязан напомнить, что твоя тактическая подготовка страдает без моих наставлений. И вообще, дурное влияние детей громовержца еще никого не доводило до добра.
При этом Джордж умудрялся так яростно коситься в сторону стоящего неподалеку Макса, что Кими едва сдерживал смех. Рассел продолжал преследовать Макса по всему лагерю под предлогом «контроля за дисциплиной», и Кими уже открыто забавляла эта их бесконечная, искрящаяся дуэль взглядов и колкостей. Несмотря на это, Джордж оставался для Кими хорошим другом, всегда готовым подсобить с хорошей экипировкой или ценным советом.
Но самым большим сюрпризом для лагеря стало то, что Кими умудрился сдружиться с... Исааком Хаджаром.
Да-да, с тем самым агрессивным парнем из домика Ареса, которого Кими на первой игре чуть не утопил в ручье Зефира.
Дети бога войны уважали силу и дерзость, и то, как отчаянно и грязно Кими дрался у реки, произвело на Исаака неизгладимое впечатление.
В один из дней, когда Кими в одиночестве точил свой меч на трибуне арены, Хаджар подошел к нему со спины. Кими инстинктивно напрягся, готовый к драке, но Исаак лишь с грохотом опустил на скамью огромную тарелку с жареными куриными крылышками.
- Слышь, Посейдон, - буркнул Исаак, утирая пот со лба после тренировки. - На прошлой неделе ты неплохо меня приложил той волной. У меня три дня в ушах звенело.
- Могу повторить, если соскучился, - дерзко отозвался Кими, не опуская оружия.
Исаак на секунду замер, а потом оглушительно, по-медвежьи расхохотался и хлопнул Кими по плечу так, что у того зубы застучали.
- А ты с яйцами, мелкий! Мне это нравится. Забудь про обиды, это была просто игра. Жри давай, Льюис сказал, что тебе надо массу набирать, а то ветром сдует.
С тех пор они начали общаться. Исаак оказался парнем прямолинейным, шумным и чертовски преданным своим. Он начал показывать Кими несколько «грязных», но крайне полезных боевых приемов из арсенала Ареса, которые не одобрил бы правильный Джордж Рассел, но от которых Макс Верстаппен удовлетворенно кивал.
Лагерь Полукровок постепенно становился для Кими Антонелли настоящим домом. Сложным, полным интриг, опасностей и скрытых мотивов, но его собственным. Вокруг него были люди, готовые пойти за ним и в огонь, и в воду, и судя по хмурому взгляду Фернандо, который всё чаще изучал древние пророчества в Большом доме, эта верность им скоро очень сильно пригодится.
Жизнь в лагере текла своим чередом, пока в один из душных майских вечеров над холмами снова не раздался затяжной, тревожный рев рога. Но это был не призыв к игре и не обычный ужин. Звук шел со стороны Главного дома, три коротких, прерывистых гудка.
Общий сбор Совета старост.
Кими как раз сидел на пирсе вместе с Максом и Ландо, когда Фернандо, тяжело стуча берцами по деревянному настилу, лично пришел за ними. Его темно-карие, глубоко посаженные глаза были темнее грозовой тучи, а проницательный взгляд так и впился в парней.
- Живее, полубоги. Михаэль ждет в Большом доме. На границе лагеря снова неспокойно, и на этот раз это не одинокая мантикора.
Когда они вошли в просторный зал, там уже было не протолкнуться. За круглым столом сидели старосты ведущих домиков. Льюис Хэмилтон сохранял абсолютное спокойствие, хотя его пальцы ритмично побарабанивали по рукояти меча. Оскар о чем-то тихо перешептывался с Арвидом, а Джордж Рассел, как всегда, сидел с безупречной осанкой.
Стоило Максу и Кими войти, как голубые глаза Джорджа тут же сфокусировались на блондине, а челка-шторка слегка качнулась, когда он недовольно фыркнул, заметив, что Макс по-хозяйски положил руку на плечо Кими, увлекая его к столу.
- Итак, все в сборе, - Михаэль обвел присутствующих своим тяжелым взглядом. - Сатиры из лесного патруля докладывают, что в трех милях к северу от барьера замечена неестественная активность. Монстры стягиваются туда, словно их что-то притягивает.
- Или кто-то, - подал голос Льюис Хэмилтон, и его глубокий, уверенный голос мгновенно заставил всех замолчать. - Запах полукровок Большой Тройки стал слишком сильным. Сначала Макс, теперь Кими. Для чудовищ этот лагерь сейчас горит как неоновая вывеска посреди ночи.
- Мы не можем просто сидеть и ждать, пока они накопят силы для штурма, - резко вмешался Исаак Хаджар, сидевший позади Льюиса. Он хищно зыркнул на Кими и сжал кулаки. - Надо выйти в лес и пустить им кровь первыми!
- И попасть в засаду, Хаджар? Как типично для домика Ареса, сначала махать топором, а потом думать, - тут же парировал Джордж Рассел. Он изящно откинулся на спинку стула, бросив быстрый, искрящийся взгляд на Макса, словно вызывая того на очередную словесную дуэль. - Нужна разведка. Четкий, скоординированный план. Нам нужен небольшой отряд, способный действовать быстро.
Макс лишь хладнокровно усмехнулся, глядя прямо на Джорджа:
- Рассел, пока твоя «разведка» завяжет правильный узел на берцах, монстры уже будут ужинать нашими сатирами. Здесь нужна чистая сила. Я пойду.
- И я с тобой, - мгновенно отозвался Кими. Его мозг от мысли о реальном квесте за пределами лагеря вспыхнуло с новой силой. Нога парня под столом начала бешено отбивать ритм от избытка адреналина.
Михаэль поднял руку, останавливая готовую разразиться бурю между Максом и Джорджем.
- Вы пойдете вместе, - отрезал руководитель лагеря. - Но не всем скопом. Макс, Кими... и Ландо. Сатир знает те тропы как свои пять пальцев. Вы основная ударная группа.
- Одних их отпускать нельзя, - Фернандо сделал шаг вперед из тени, его цепкий взгляд остановился на Кими. - Они слишком импульсивны. С ними пойдет кто-то для подстраховки. Льюис, твои ребята?
Хэмилтон кивнул и повернулся к Хаджару:
- Исаак, ты идешь с ними. Твоя булава пригодится, если дело запахнет жареным. Прикроешь им спины.
- С радостью, босс, - оскалился Исаак, кулаком ударив Кими в плечо. - Слышал, Посейдон? Устроим им вторую серию, как у ручья.
Джордж Рассел резко поднялся со своего места, его бледное лицо слегка порозовело от возмущения.
- Михаэль! Это безумие. Ты отправляешь два самых мощных и нестабильных источника силы в лагере с дикарем из домика Ареса? Я требую, чтобы...
- Чтобы ты остался здесь и возглавил оборону периметра, Джордж, - спокойно прервал его Фернандо, мягко, но твердо опустив руку ему на плечо. - Твой стратегический ум нужнее у барьера. Если они пропустят кого-то, ты встретишь их здесь.
Джордж на секунду замер, переводя взгляд с Фернандо на Макса. Блондин смотрел на него с издевательской, ледяной полуулыбкой, которая буквально кричала: «Оставайся дома, маменькин сынок». Рассел сжал зубы так, что заходили желваки, и резко замолчал, демонстративно отвернувшись и поправив доспех. Кими, наблюдавший за этим, снова мысленно хмыкнул: Джордж буквально сгорал от желания пойти именно туда, где будет Макс, но долг аристократа заставил его подчиниться.
Через полчаса отряд стоял у границ лагеря, на вершине холма, прямо под сенью гигантской сосны, где золотое руно мягко светилось в темноте.
Ландо, уже полностью экипированный, нервно переминался на копытцах и поправлял свой походный рюкзак. Исаак Хаджар с глухим стуком опустил булаву на плечо, готовый крушить всё на своем пути.
Кими затянул ремни своего нагрудника из небесной бронзы и посмотрел вперед, туда, где за невидимой магической стеной лагеря начинался густой, непроглядный и полный смертельных опасностей ночной лес смертных. Рядом с ним бесшумно вырос Макс. По лезвию его меча пробежала короткая, яростная синяя молния, на секунду осветив их решительные лица.
- Ну что, штормовой, - негромко сказал Макс, и в его голубых глазах Кими увидел не лед, а чистый, первобытный азарт битвы. - Готов показать миру за пределами лагеря, на что мы способны?
Кими дерзко улыбнулся, крепче сжимая рукоять своего изогнутого клинка. Его серебряное кольцо на пальце приятно холодило кожу, а внутри уже закипала мощь океана.
- Они еще пожалеют, что вылезли из своих нор, - ответил Кими. - Погнали.
Стоило отряду пересечь невидимую черту магического барьера, как атмосфера изменилась. Безопасное, теплое дыхание Лагеря Полукровок мгновенно растаяло, сменившись сырой, давящей прохладой обычного леса штата Нью-Йорк.
Но этот лес сейчас не был обычным.
Воздух казался густым, как кисель, и отчетливо горчил на языке серными испарениями. Кими тут же взвинтило обороты до максимума: каждый шорох листвы, каждый далекий треск сучка заставляли его руку на рукояти меча дергаться. Но это была правильная, боевая концентрация.
Ландо шел первым. Его чуткие уши сатира то и дело подрагивали, а ноздри ловили потоки ветра.
- Запах паршивый, ребят, - вполголоса доложил он, пригибаясь к земле у поваленного дуба. - Пахнет старой кожей, тухлым мясом и... медью. Нам туда, через овраг.
- Меньше слов, больше дела, копытный, - пробасил сзади Исаак Хаджар. Он шел на удивление тихо для своих габаритов, крепко сжимая тяжелую булаву. - Мои мышцы уже затекли. Мне нужно кого-нибудь ударить.
- Успеешь, Хаджар, - холодно осадил его Макс. Сын Зевса шел чуть правее Кими, держа меч острием вниз. Вокруг его пальцев змеились крошечные, едва заметные синие искорки, которые тускло освещали им дорогу. - Не хрусти ветками. Если нас окружат в этом овраге, твоя булава превратится в бесполезную зубочистку.
Кими двигался плавно, чувствуя, как где-то в полумиле от них, за густой чащей, шумит Атлантический океан. Близость большой воды наполняла его вены силой, прогоняя ночную усталость.
Они спустились на дно оврага, когда низину внезапно заволокло плотным, неестественно белым туманом. Он поднялся за считанные секунды, отрезая полубогов друг от друга.
- Ландо! - негромко позвал Кими, но его голос словно утонул в этой вате.
- Я здесь, Кими! Но я ничего не чую, этот туман забивает все запахи! - донесся панический голос сатира откуда-то слева.
Вдруг из белой пелены раздался жуткий, утробный рык, от которого кровь застыла в жилах. Земля вздрогнула. Из тумана прямо на Кими выскочила огромная, под два метра в холке, адская гончая. Ее глаза горели багровым пламенем, а из пасти капала дымящаяся слюна, выжигая траву.
Кими среагировал на чистых рефлексах своего СДВГ. Он резко упал на спину, пропускаю тушу монстра над собой. Гончая пролетела мимо, щелкнув клыками в воздухе. Кими мгновенно вскочил, перехватил изогнутый клинок и нанес быстрый косой удар по лапе твари. Меч из небесной бронзы оставил глубокий светящийся след, и гончая взвыла от боли.
Но радоваться было рано. Из тумана начали выныривать новые силуэты. Еще три... нет, пять гончих окружали их кольцом.
- Исаак, ко мне! - крикнул Кими.
- Наконец-то! - рявкнул Хаджар, появляясь из тумана как ядро, выпущенное из пушки.
Сын Ареса с размаху обрушил свою булаву на голову ближайшей бестии. Раздался глухой треск, и монстр мгновенно рассыпался в желтую золотую пыль, оставив после себя лишь запах серы. Кими и Исаак встали спина к спине. Сын Посейдона работал на скорости: его клинок мелькал, нанося быстрые, жалящие удары, заставляя гончих отступать, в то время как Хаджар выступал в роли сокрушительного тарана, добивая раненых тварей своей чудовищной силой. Это был тот самый грязный, яростный тандем, который они в шутку обсуждали на арене.
Но туман продолжал сгущаться, и монстров становилось всё больше. Сверху, с краев оврага, послышался торжествующий клекот, к гончим присоединились несколько сирен, чьи острые когти были готовы разорвать полубогов на части.
- Кими! В сторону! - раздался резкий, властный голос Макса.
Кими и Исаак синхронно нырнули за огромный валун.
Макс Верстаппен стоял в центре оврага, и его фигура больше не казалась человеческой. Его светлые волосы поднялись дыбом от статического электричества, а голубые глаза сияли слепящим, яростным белым светом. Он вскинул меч к черному ночному небу.
*ГРАХХХ!
Прямо сквозь кроны деревьев в дно оврага ударил колоссальный столб ветвистой синей молнии. Звук был такой силы, что Кими на секунду оглох. Вспышка полностью разогнала магический туман, а три адские гончие, оказавшиеся в эпицентре, испарились на месте. Сирен, сидевших на ветках, буквально сдуло ударной волной.
Но Макс тяжело дышал, его колени слегка дрожали, такой мощный призыв небесной силы требовал колоссальной энергии. Почувствовав слабость лидера, оставшиеся две гончие и раненая сирена перегруппировались и приготовились к финальному прыжку на беззащитного сына Зевса.
- Только не в мою смену, - процедил Кими.
Он почувствовал, как внутри него просыпается дикая, штормовая ярость отца. Антонелли резко выбросил руку вперед, ладонью к земле. Из глубин оврага, прямо из-под каменистой почвы, где протекали подземные грунтовые воды, ударили мощные геотермальные гейзеры. Потоки кипящей воды и грязи взметнулись вверх, сбивая сирену на лету и намертво прижимая оставшихся гончих к земле.
Кими рванул вперед, на бегу делая идеальный вольтовский разворот, которому его учил Макс, и точным ударом обезглавил последнюю гончую. Исаак с диким воплем размозжил булавой сирену.
В овраге снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием парней и шипением оседающей золотой пыли. Туман рассеялся полностью.
Ландо, сидевший на ветке дерева, куда он залез во время боя, осторожно спустился вниз.
- Боги... Ребята, вы просто психи. Вы разнесли половину этого леса.
Исаак Хаджар, тяжело дыша, оперся на булаву и с уважением посмотрел сначала на Макса, а потом на Кими.
- Ладно, Посейдон. Беру свои слова назад про аквариумную рыбку. Вы двое... это просто ходячее оружие массового поражения. Нам повезло, что вы на нашей стороне.
Макс медленно подошел к Кими, его глаза вернулись к своему обычному голубому цвету, хотя по коже всё еще пробегали редкие искорки. Он тяжело опустил руку на плечо Кими, и на его лице появилась та самая редкая, теплая улыбка равного.
- Отличный тайминг, штормовой. Твои гейзеры спасли мне шкуру.
- Обращайся, грозовой, - ухмыльнулся в ответ Кими.
Но Ландо, внезапно замерший у края оврага, заставил их улыбки померкнуть. Он посмотрел на север, и его лицо стало бледнее тумана.
- Ребят... Посмотрите туда. Это была не засада. Это был просто авангард.
Кими, Макс и Исаак поднялись на край оврага и посмотрели вдаль, туда, куда указал сатир. В миле от них, на опушке леса, ведущей прямо к шоссе, горели сотни багровых глаз. Там собиралась настоящая армия монстров, и в центре этой армии высилась огромная, закованная в черную сталь фигура титанических размеров. Командир этого войска поднял массивный топор, указывая прямо в сторону Лагеря Полукровок.
- Похоже, Джорджу Расселу все-таки придется завязать свои берцы быстрее, - тихо и мрачно произнес Макс, крепче сжимая меч. - Нас ждет настоящая война.
Ветер, доносивший запах разложения, теперь стал сильнее. Сотни багровых глаз вдали мерцали, как угли в умирающем костре, но в их свете читалась не усталость, а холодный, целеустремленный голод. Фигура в центре, закованная в черную сталь, сделала шаг вперед, земля под её ногами просела, словно под весом многотонной плиты.
- Это не просто сброд, - голос Ландо дрожал, он инстинктивно прятался за спину Кими. - Это элитные части. Я слышал легенды о таких легионах, но думал, что это просто страшилки для молодых сатиров. Они не подчиняются обычным инстинктам. Ими кто-то управляет.
Исаак Хаджар, обычно такой шумный, сейчас молчал. Он стоял, сжимая рукоять булавы так сильно, что побелели костяшки пальцев. Даже его бешеная энергия сейчас сменилась тяжелым, мрачным осознанием серьезности происходящего.
- Мы не удержим их здесь, - отрезал Макс. Его голос был холодным, как лед в домике Аида. Он уже не улыбался. - Если мы примем бой прямо здесь, в лесу, нас раздавят числом. Нам нужно предупредить лагерь. Нам нужно укрепить барьер.
Кими чувствовал, как его гиперактивный мозг переключается в режим критического анализа.
- Макс прав, - быстро сказал Кими, глядя на товарищей. - Но если мы просто побежим, они превратят нас в дичь. Нужно затормозить их.
Он обернулся к Исааку.
- Хаджар, ты знаешь лес лучше всех из домика Ареса. Есть какой-то путь, чтобы обойти их, но при этом заминировать проход?
Исаак оскалился, в его глазах снова вспыхнул азарт, но на этот раз, холодный, боевой.
- В верховьях есть старая бобровая плотина. Если её прорвать сейчас, поток хлынет прямо в лощину, где они сейчас стоят. Это не убьет их всех, но перемешает с грязью и камнями и задержит на час, а то и больше.
- Ландо, - Кими перевел взгляд на сатира, - ты сможешь проскочить мимо них через лесной массив и добраться до Михаэля? Скажи ему, что нам нужно всё, что есть в кузнице. Капканы, ловушки, греческий огонь. Пусть Джордж и другие старосты готовят оборону у границы.
Сатир кивнул, его уши прижались к голове.
- Я быстрее ветра, Кими. Будьте осторожны. Если они вас заметят - бегите.
Ландо растворился в тенях леса, как будто его и не было.
- Ну что, штормовой, - Макс снова посмотрел на Кими, и в этом взгляде было полное доверие. - Ты с Исааком к плотине. Я останусь здесь, на холме. Если они пойдут раньше, я буду их сдерживать. Молнии притянут их внимание лучше, чем любой сигнал.
Кими на секунду замялся. Оставить Макса одного против целой армии?
- Макс, это самоубийство.
- Это тактика, - отрезал сын Зевса. - Иди. И не заставляй меня ждать.
Кими кивнул. Он знал, что спорить с Максом, когда тот принимает решение, бесполезно. Они с Исааком сорвались с места, устремляясь в гущу леса, в сторону реки.
Бег был спасением. Кими чувствовал, как земля пружинит под ногами. Мышцы горели, но сила воды, подпитывавшая его, казалась бесконечной. Исаак бежал рядом, тяжело дыша, но ни разу не сбавил темп. Они продирались через колючий кустарник, перепрыгивали через поваленные деревья и всё это время сзади, со стороны холма, где остался Макс, небо начало озаряться ослепительными, почти непрерывными вспышками.
Грохот молний сотрясал землю. Макс начал свой бой.
- Он держится! - крикнул Исаак через плечо. - Нам надо успеть!
Они выскочили к плотине. Она была древней, прогнившей, но массивной.
- Давай! - рявкнул Кими.
Он сконцентрировался, призывая всю мощь океана, которую мог направить в этот небольшой, но бурный поток. Вода вокруг его рук закрутилась в мощный водоворот.
Одновременно с этим Исаак обрушил свою булаву на несущую опору плотины, удар был такой силы, что дерево разлетелось в щепки.
Плотина с оглушительным треском подалась. Поток воды, усиленный волей Кими, с ревом устремился вперед, превращаясь в настоящий сель, который сносил всё на своем пути.
Кими и Исаак стояли на берегу, наблюдая, как река выполняет свою работу. Где-то там, внизу, армия монстров оказалась застигнута врасплох. Крики, рык и звук ломающихся доспехов доносились до них даже сквозь шум воды.
- Это даст нам время, - тяжело дыша, произнес Исаак. - Теперь ноги в руки и к лагерю. Максу сейчас ой как нужна поддержка.
Они развернулись и рванули обратно. Но Кими чувствовал: это был лишь первый акт. Настоящее испытание только начиналось, и то, что они увидели вдали, было лишь верхушкой айсберга, скрывавшего что-то гораздо более опасное.