ОКУП-4

Эд вздохнул, откинулся в кресле, потёр переносицу. Посмотрел на Нейа тяжело.

- Как бы я ни хотел давать тебе это дело... придётся.

- Что там такого? - голос Нейа ровный, но внутри уже напряглась пружина.

Эд сжал челюсть.

- Тварь убила семью. Родители, двое сыновей. В живых остался только младший тринадцать лет.

Глаза Нейа потемнели. Воздух в комнате словно сгустился. Пять лет. Чёрный плащ. Крылья. Красные глаза.

- Это может быть тот... - не успел он договорить.

- Нет. - Эд перебил чётко. - Это не та тварь, что ты ищешь. Другой почерк. Другой разлом.

Ней молчал. Секунду. Две.

- Я берусь за дело.

- Что ж. Отлично. Тогда удачи вам.

- Ага. - Ней уже тянулся к двери.

- Ней. - Эд остановил его голосом. - Не дай эмоциям взять верх.

Дверь захлопнулась с грохотом.

---

В машине Пенн уже ждал. Листал что-то в телефоне, нога мерно качалась в такт невидимому ритму. Ней швырнул папку на пассажирское сиденье, захлопнул свою дверь. Сел. Сжал руль так, что костяшки побелели.

Пенн оторвал взгляд от экрана. Увидел напряжённую линию плеч, стиснутые зубы. Телефон погас.

- Что-то случилось?

- Ага. Все детали в папке. - Ней завёл двигатель. Машина тронулась.

Пенн открыл папку. Читал про себя, губы едва шевелились:

- Обнаружена семья из четырёх человек. Выжил только младший ребёнок. В доме разруха, много крови. Сканер показал нестабильный разрыв между мирами.

- Ты из-за этого так разозлился? - спросил Пенн, не поднимая глаз.

Ней молчал. Только смотрел в дорогу.

---

Возле дома уже работала полиция. Жёлтая лента, мигалки, фотографы щёлкали затворами. Ней показал удостоверение ОКУП-4. Его пропустили без вопросов. Пенн шёл следом, рука в кармане куртки с вышитой эмблемой Компании - этого хватило, чтобы копы не задавали лишних вопросов.

Осмотрелись. Всё как в досье. Разбитая мебель, стены в тёмных брызгах, воздух пах медью и озоном.

- Где ребёнок? - спросил Ней.

- Сейчас в машине скорой помощи. Цел и здоров, - ответил дежурный сержант.

- После такого «здоров» нельзя сказать, - бросил Ней себе под нос. Перевёл взгляд на Пенна. Тот уже осматривал периметр, но глаза цеплялись за каждый след, каждый скол на полу.

- Были ли ещё такие случаи рядом? - спросил Ней у информатора, который только подбежал.

- Н-нет. Ничего такого, - тот перелистнул планшет. - Разрыв нестабилен. То открывается, то схлопывается. Скорее всего, тварь ворвалась в момент всплеска.

Пока Ней и информатор обсуждали тактику зачистки, Пенн отошёл к машине скорой помощи. Увидел мальчика. Тот сидел на краю носилок, обмотанный пледом, на одежде - запёкшаяся кровь. Шмыгал носом, глядел в пустоту.

Пенн присел рядом, чтобы оказаться на одном уровне.

- Эй, - тихо сказал он. - Я из Компании. Мы тут, чтобы помочь.

Мальчик молчал. Только сильнее вжался в плед.

Пенн не стал давить. Вместо этого скривил лицо, вытянул губы, потом внезапно распустил волосы, скрутил их в два смешных пучка на макушке, изобразил кошачьи ушки. Мяукнул. Тихо, нелепо.

Мальчик моргнул. Уголок губ дрогнул. Потом - неуверенная, но настоящая улыбка. Детей легко отвлечь. Детям нужно дать передышку.

Когда дыхание выровнялось, Пенн снова заговорил. Уже без гримас. Спокойно.

- Расскажи, как всё было. Только то, что помнишь.

Мальчик шмыгнул носом. Голос дрожал, но пошёл:

- Мы ели. Мама с папой разговаривали. Мы с братом... делили конфеты. Ругались из-за шоколадной. Потом стало прохладно. В комнате потемнело. И появилось... чудище.

Слёзы снова полились. Пенн не отдёргивался. Просто погладил его по голове. Аккуратно.

- Мама и папа были ближе всех. И монстр их... - голос сорвался. - Брат толкнул меня. Кричал: «Беги!» Я и побежал.

Мальчик всхлипнул, сжал кулаки.

- Теперь их нет. Там кровь. Мама, папа, брат... там лежат.

Он поднял глаза. В них была детская, всепоглощающая вина.

- Может... если бы я остался, они бы были живы?

Пенн замер. Его голос стал тише, но твёрже:

- Чшш. Ты правильно сделал, что убежал. Бегство - не слабость. А твоя смерть только обесценила бы жертву брата.

Мальчик заплакал сильнее. Не от боли. От облегчения, которое пришло слишком поздно.

Ней подошёл сзади. Ударил Пенна ладонью по затылку. Не сильно. Но ощутимо.

- Хватит лезть к ребёнку. И так весь на нервах.

Пенн дёрнулся, потёр голову.

- Больно...

- Что будет с ним? - Ней кивнул в сторону машины, не глядя на Пенна.

- Сначала врачи, психологи поработают, - ответил информатор, подойдя ближе. - Потом, если найдутся родственники... заберут. Если нет - приют Компании.

- Детская психика пластична, через год-два забудет. Вернётся к обычной жизни. - К ним подошёл старший лейтенант.

Ней замер.

Забудет. Обычная жизнь. Пластична

Те же слова. Та же казённая интонация. Пять лет назад так говорил корпоративный психолог, когда Ней стоял в морге над телом брата. «Со временем отпустит. Вы справитесь.»

Он не справился. Он запомнил каждую каплю.

- Забудет? - голос Нейа прозвучал тихо, но в комнате будто похолодало.

Лейтенант моргнул, не уловив смены тона:

- Ну, да. Стандартная реакция на стресс. Социализация, терапия...

Ней сделал шаг вперёд. Резко. Тень от него упала на планшет лейтенанта.

- Он слышал, как мать кричала. Видел, как отец упал. Брат закрыл его собой. - Ней говорил ровно, но каждое слово било, как удар дубинкой. - А вы тут про «обычную жизнь».

Лейтенант отступил на полшага, растерянно:

- Я просто констатирую факты, агент Воен. Мы все видели...

- Вы видели трупы. - Ней навис над ним. Рука сжалась в кулак, костяшки побелели. - Не смейте называть это «фактами». Не смейте...

- Ней.

Голос Пенна прозвучал тихо, но чётко. Не окрик. Не приказ. Просто присутствие.

Ней не обернулся. Дышал тяжело, глядя на испуганного копа. Внутри всё дрожало от злости, которая не имела выхода.

Пенн шагнул между ними. Не разнимал. Просто встал так, чтобы закрыть лейтенанта от прямой линии взгляда Нейа. Повернулся к Нейу. Синие линзы в полутьме казались почти чёрными.

- Ты прав, - сказал Пенн. Не копу. Нейу. - Это не факты. Это кровь. И она ещё не высохла.

Тишина. Лейтенант поспешно кивнул и отошёл, бормоча что-то про «продолжим осмотр».

Ней выдохнул. Медленно разжал кулак. Развернулся к своей машине.

Розовые пучки растрепались. Пенн посмотрел на Нейа. В глазах не было обиды. Только тихая, усталая ясность.

- Пошли, - сказал Ней. - Разрыв сам себя не закроет.

Пенн догнал его у капота. Ни один не отстранился.

Ветер донёс запах дождя и старой крови. Где-то вдалеке сирена выла, как раненый зверь. Ней открыл дверь.

---

Ней вытащил кейс, расстегнул замки. Стабилизатор лёг на бетон рядом с дрожащим разрывом. Три щелчка, калибровка частоты, нажатие на спуск. Устройство загудело. Разрыв затрещал, как лёд под сапогом, и схлопнулся. Ветер, который выл из щели между мирами, разом стих. В доме стало тихо. Слишком тихо.

Ней захлопнул кейс, подошёл к Пенну. Тот сидел на корточках у порога, глаза закрыты. Дышал ровно, но пальцы правой руки слегка подрагивали, упираясь в грязь.

- Она не особо далеко, - тихо сказал Пенн, не открывая глаз. - Можем ещё догнать.

- Отлично.

Сели в машину. Поехали. Остановились в старом парке на окраине - в это время тут обычно никого. Удачно.

Ней достал пистолет. Щелчок магазина. Патроны на месте. Вставил обратно. Проверил предохранитель. Движения механические, но внутри всё кипело.

Пенн вышел, указал пальцем вглубь аллеи, к заросшим фонтанам.

- Там. Между деревьями. Движется рывками.

Ней не стал ждать. Шагнул вперёд.

Тварь выскочила из-за кустов. Кожа покрыта шипами, пасть перекошена. Пахла гнилью и озоном.

Ней выстрелил. Пуля ушла в плечо. Тварь взвизгнула, метнулась.

Он не отступил. Стрелял снова. И снова. Каждый выстрел - не прицел, а выплеск. В голове вспыхнуло: ".. пол в крови. Брат. Лёгкое тело в руках. Чёрный плащ. Красные глаза в темноте. Тишина, которая кричит .."

Злость ударила в виски. Далась силой.

Тварь кинулась. Ней убрал пистолет, вложился в удар кулаком. Костяшки врезались в челюсть. Хруст. Ещё раз. Ещё. Тварь рыча, царапнула ему щеку. Кровь потекла, жгла. Не остановил.

Пенн стоял в стороне, но мышцы напряжены, взгляд не отрывался. Готов рвануть, но не лез. Ждал момента.

- Под грудную клетку! - крикнул он, когда тварь замахнулась. - Там сплетение!

Ней не стал думать. Поднял пистолет. Выстрелил. Ещё раз. И ещё. Лишние, ненужные уже пули уходили в бетон, в листву, в воздух. Сбивал злость. Выжигал память.

Тварь рухнула. Дёрнулась раз. Обмякла.

Тишина. Только тяжёлое дыхание.

Щека горела от царапины. Костяшки саднили, покрыты кровью и пылью. Тварь мертва.

- Ты как? - осторожно спросил Пенн, подходя. Голос тихий, без привычной иронии.

Ней тяжело дышал. Опустил пистолет.

- Заебись. Я просто... - не договорил. Глотнул воздух.

Пенн смотрел на него. На сжатые челюсти, на кровь на щеке, на дрожащие руки. В его глазах не было осуждения. Только тихое, тяжёлое понимание.

- Идиот ты всё-таки, Пенн, - проговорил Ней. - Променял спокойную жизнь на это.

Ней убрал пистолет в кобуру. Вытер щеку рукавом. Повернулся к машине.

Пенн не стал спорить. Просто пошёл следом. Их шаги ступали в такт.

Ветер в парке был обычным. Но в кармане Нейа что-то холодное лежало. Не пуля. Не гильза. А маленькая, чёрная, как смоль, пуговица с чужого плаща. Он не помнил, когда поднял её. Но знал: охота только начинается.