Пепел холодного лотоса

Двор поместья Линь напоминал растревоженный муравейник. Слуги суетливо подметали и без того чистые дорожки, а младшие адепты клана, одетые в свои лучшие одежды, стояли ровными рядами, стараясь выглядеть величественно. Но за их напускной гордостью скрывался липкий, едва сдерживаемый страх.

Шэнь Юй стоял в самом последнем ряду, под тенью старой раскидистой ивы. Его новое тело — тело Линь Юя — едва держалось на ногах. Солнце нещадно палило, и каждый вдох отдавался в груди свистящим хрипом.

— Стой прямо, никчемность, — прошипел проходящий мимо старший кузен, Линь Фэн, намеренно задев Шэнь Юя плечом. — Если из-за твоего вида Глава Мо сочтет наш клан сборищем калек, я лично скормлю тебя псам.

Шэнь Юй даже не поднял взгляда. Он смотрел на свои носки, мысленно считая удары сердца. Раз, два, три... Он пытаться нащупать внутри хотя бы каплю духовной энергии, но его меридианы были сухими и узкими, словно русло реки в великую засуху. В этом теле он был беззащитнее кролика перед волком.

Внезапно воздух над поместьем похолодел. Птицы в ветвях ивы мгновенно смолкли. Тяжелая, властная аура опустилась на двор, придавливая присутствующих к земле. Ученики в передних рядах побледнели, а Линь Чжао, глава клана, поспешно склонился в глубоком поклоне, едва не касаясь лбом пыли.

— Приветствуем Достопочтенного Главу Мо! — хором выкрикнули адепты.

Шэнь Юй затаил дыхание.

Раздался низкий, вибрирующий гул — это был звук меча, входящего в ножны. На дорожку ступили тяжелые сапоги, подбитые серебром. Черный шелк подола мантии, расшитый узорами плывущих облаков, коснулся земли.

Шэнь Юй не поднимал головы, но он видел эти сапоги. Он сам когда-то выбирал для своего ученика первую пару обуви для тренировок... Тогда они были из простой ткани, и Мо Сюань постоянно стирал их в кровь, стараясь заслужить похвалу учителя.

— Встаньте, — раздался голос.

Голос Мо Сюаня изменился. Раньше он был мягким, с легкой хрипотцой, часто срывался на радостный крик. Теперь же он звучал как рокот далекого обвала в горах — глубокий, холодный и абсолютно лишенный эмоций.

— Я здесь ненадолго, — продолжал Мо Сюань. Каждое его слово хлестало, как плеть. — В окрестностях замечены следы запретной магии. Если кто-то из вас что-то видел или скрывает... последствия будут необратимы.

Шэнь Юй почувствовал, как по спине пробежал холод. Запретная магия? Неужели он почувствовал мое перерождение? Это было невозможно. Его душа вернулась в этот мир без ритуалов, просто по капризу Небес.

Мо Сюань начал медленно обходить ряды учеников. Тишина во дворе стала такой абсолютной, что Шэнь Юй слышал собственное прерывистое дыхание. Он еще ниже опустил голову, позволяя длинным прядям волос полностью закрыть лицо.

«Не смотри на него. Не выделяйся. Ты просто пыль под его ногами», — твердил он себе.

Шаги приближались. Пятый ряд... четвертый... второй...

Мо Сюань остановился прямо перед Линь Фэном. Тот задрожал так сильно, что его меч в ножнах начал мелко постукивать. Шэнь Юй видел, как Мо Сюань протянул руку в черной перчатке и кончиками пальцев приподнял подбородок юноши.

— Твое ядро... — протянул Мо Сюань. — Гнилое. Ты используешь пилюли для ускорения роста силы. В моем ордене за такое отрубают руки.

Линь Фэн рухнул на колени, заходясь в немом крике ужаса. Глава клана Линь побледнел как полотно, но не посмел заступиться за племянника.

Мо Сюань потерял к нему интерес и двинулся дальше. Его шаги зазвучали совсем рядом с Шэнь Юем.

Сердце Шэнь Юя предательски пропустило удар. И в этот момент, как назло, в горле запершило. Он отчаянно пытался подавить кашель, сжимая челюсти до боли, но тело Линь Юя было слишком слабым.

— Кхм... кхм-кхм! — тихий, но отчетливый звук разорвал тишину.

Сапоги перед глазами Шэнь Юя остановились.

Шэнь Юй замер, перестав дышать. Весь мир сузился до куска земли перед его глазами. Он чувствовал на своей макушке тяжелый, изучающий взгляд. Взгляд, который, казалось, прошивал его насквозь, до самой израненной души.

— Ты, — коротко бросил Мо Сюань.

Шэнь Юй не шевелился.

— Я обращаюсь к тебе, — в голосе Мо Сюаня прорезалась опасная нотка. — Подними голову.

Линь Чжао, стоявший поодаль, зашипел:
— Никчемный мальчишка! Тебе велено смотреть на Великого Главу! Живо!

Шэнь Юй понял, что сопротивление сделает только хуже. Он медленно, очень медленно начал выпрямлять спину. Его шея казалась налитой свинцом.

Наконец, его взгляд встретился с глазами Мо Сюаня.

Шэнь Юй едва не вскрикнул. Его ученик... его милый Сюань-эр. Лицо Мо Сюаня было прекрасным, как резная нефритовая статуя, но на нем не осталось и тени прежней теплоты. Глаза, когда-то смотревшие на Шэнь Юя с обожанием, теперь напоминали два глубоких темных омута, в которых застыла вечная зима.

Но самым страшным было другое. На шее Мо Сюаня, у самого воротника, виднелась тонкая красная нить — оберег, который Шэнь Юй подарил ему в день совершеннолетия. Мо Сюань всё еще носил его.

Взгляд Мо Сюаня впился в лицо Шэнь Юя. На мгновение в глазах тирана промелькнуло нечто странное — тень узнавания, острая, как укол иглы. Его зрачки сузились.

Мо Сюань сделал шаг вперед, нарушая все границы приличия. Он стоял так близко, что Шэнь Юй почувствовал запах его благовоний — сандал и холодный снег. Этот запах преследовал его в кошмарах.

Рука Мо Сюаня в черной перчатке медленно потянулась к лицу Шэнь Юя. Шэнь Юй видел, как дрожат пальцы великого мастера.

— Как... — голос Мо Сюаня сорвался на шепот, слышный только им двоим. — Как тебя зовут?

Шэнь Юй сглотнул, чувствуя, как по лбу катится капля пота. Он должен был ответить. Ошибиться сейчас означало уничтожить всё.

— Этот ничтожный... — голос Шэнь Юя дрожал, имитируя слабость и страх. — Мое имя Линь Юй, Достопочтенный Глава. Простите мою дерзость... я болен и не смог сдержать кашель.

Мо Сюань не убирал руки. Его пальцы остановились в паре сантиметров от щеки Шэнь Юя. Казалось, он хотел коснуться его, сорвать маску, закричать... Но вдруг Мо Сюань резко отпрянул, словно обжегся.

Его лицо снова стало маской из льда.

— Линь Юй? — повторил он, словно пробовал имя на вкус. — Ты выглядишь так, будто одной ногой уже в могиле. В твоем теле нет и капли силы.

— Да, Глава. Я слаб с рождения, — Шэнь Юй смиренно опустил глаза.

Мо Сюань молчал долго. Долго настолько, что Линь Чжао начал мелко креститься. Наконец, Глава Тёмного Пика развернулся к главе клана.

— Этот мальчик, — Мо Сюань указал на Шэнь Юя. — Я забираю его.

Во дворе воцарилась гробовая тишина.

— Н-но... Достопочтенный Глава! — заикаясь, выкрикнул Линь Чжао. — Он же калека! Он не проживет и месяца в ваших горах! У нас есть куда более достойные... Линь Фэн, или...

— Я не спрашивал твоего мнения, — отрезал Мо Сюань. Он уже шел к выходу, его мантия развевалась на ветру, как крылья огромной птицы. — Подготовьте его. Через час он должен быть в моей карете. Если с его головы упадет хоть волос до этого времени — я сравняю это поместье с землей.

Шэнь Юй стоял под ивой, чувствуя, как мир вокруг него рушится. Он хотел сбежать от прошлого, но прошлое только что схватило его за горло и потащило за собой.

Он посмотрел вслед уходящему Мо Сюаню. Тот ни разу не обернулся, но Шэнь Юй знал: клетка захлопнулась. И ключи от неё были у человека, который за десять лет разучился прощать.