Пробуждение в капле росы
Боль была первой вещью, которую почувствовал Шэнь Юй. Она не была острой, как удар меча, пронзивший его сердце десять лет назад на пике Тяньшу. Нет, эта боль была тягучей, изнуряющей, словно кости набили мокрым песком, а вены заполнили ледяной водой.
Шэнь Юй разомкнул веки. Потолок над ним был чужим: прогнившие балки, покрытые серой паутиной, и пятна сырости, напоминающие очертания уродливых лиц.
«Где я? Разве... ад выглядит так жалко?» - пронеслась вялая мысль.
Он попытался подняться, но тело отозвалось приступом удушливого кашля. Шэнь Юй прижал ладонь к губам, а когда отнял её, увидел на бледной коже пятна алой крови. Его ладонь была слишком маленькой. Тонкие пальцы, костлявое запястье - это были руки подростка, который годами недоедал.
В углу комнаты послышался шорох. Старая служанка, дремавшая на табурете, вскочила, опрокинув плошку с водой.
- Молодой господин Линь! Очнулись! - запричитала она, подбегая к кровати. - Хвала Небесам, три дня лихорадки... Мы думали, вы отправитесь вслед за матушкой!
Шэнь Юй замер. Молодой господин Линь?
Он медленно повернул голову к мутному бронзовому зеркалу, стоявшему на колченогом столике. Из глубины металла на него смотрело лицо - болезненно бледное, с огромными, лихорадочно блестящими глазами и мягкими чертами. Красивый, но хрупкий, как бумажный фонарик под дождем.
Это был не Шэнь Юй. Не «Ледяной Клинок», не Старейшина Снежного Пика, чьего взгляда когда-то боялись величайшие демоны.
- Какой сейчас год? - его голос прозвучал хрипло, словно шелест сухой травы.
Служанка удивленно моргнула:
- Десятый год эпохи Великого Спокойствия, господин.
Десять лет. Прошло десять лет с его смерти.
- Что... - он запнулся, чувствуя, как имя жжет язык. - Что слышно о Высших Орденах? О пике Юньхай?
Женщина всплеснула руками, наливая ему теплой воды:
- Ох, господин Линь, вам бы о здоровье думать, а не о небожителях! В Юньхае всё по-старому, только вот... поговаривают, Глава Мо снова впал в ярость. Говорят, на прошлой луне он в одиночку истребил гнездо призрачных оборотней только потому, что они посмели занять гору, где цвели белые лотосы.
При упоминании фамилии «Мо» сердце в груди Шэнь Юя пропустило удар.
- Глава Мо? - переспросил он. - Мо Сюань?
Служанка испуганно шикнула на него:
- Тише! Как можно называть Повелителя Тёмного Пика по имени? Теперь он - величайшая сила в Поднебесной. Говорят, он ищет чью-то душу уже десять лет, и горе тому, кто встанет у него на пути. Даже праведные ордена склоняют головы, когда видят его черный флаг.
Шэнь Юй закрыл глаза, чувствуя, как кружится голова.
Сюань-эр...
Маленький мальчик, который когда-то плакал из-за сломанного меча и прятался за широкие рукава Шэнь Юя. Мальчик, которого он учил медитации и которому отдавал свои порции целебного чая. Как он мог стать «Повелителем Тёмного Пика»? Как он мог стать тем, кого боится весь мир?
Внезапно со двора донесся шум труб и конское ржание. Ветхая дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился рослый мужчина в богатых одеждах - Линь Чжао, глава этого захудалого клана и, судя по всему, «отец» этого нового тела.
- Вставай, недомерок! - грубо бросил он, даже не глядя на бледность сына. - Тебе повезло. Сегодня великий день. Делегация Высших Орденов проезжает через наши земли. Они ищут новых учеников для восполнения потерь.
Линь Чжао подошел ближе и брезгливо осмотрел Шэнь Юя.
- Приведи себя в порядок. Глава Мо Сюань лично почтит нас присутствием. Если он выберет хотя бы одного слугу из нашего дома, наш род процветет. А ты... просто стой в заднем ряду и не смей даже кашлять. Не позорь фамилию Линь своим дохлым видом.
Мужчина вышел, громко хлопнув дверью.
Шэнь Юй остался сидеть в тишине, глядя на свои дрожащие руки. Десять лет назад он умер, преданный всеми, кого защищал. Он хотел лишь покоя в небытии.
Но судьба - злая шутница. Она вернула его в мир в теле слабого юноши и бросила прямо к ногам того, кого он боялся встретить больше всего на свете.
- Мо Сюань... - прошептал он, и в этом шепоте смешались нежность и ужас. - Что же ты натворил, пока меня не было?
Он с трудом спустил ноги с кровати. Ему нужно было спрятаться. Ему нужно было бежать. Но он знал: если Мо Сюань действительно стал тем тираном, о котором говорят легенды, спрятаться в этом мире будет невозможно.
Шэнь Юй взял со стола потрёпанную старую ленту и туго перевязал свои длинные волосы, скрывая лицо за прядями.
Игра началась. Но на этот раз у него не было ни меча, ни золотой сердцевины - только чужое имя и сердце, полное пепла.