Любовь по чужому сценарию 2

Утром я проводила Хуэй, которая с готовыми рисунками направлялась в издательство. Она сияла, как начищенный самовар, сжимала папку с иллюстрациями и целовала меня в щеку на прощание. 

— Ты гений! — крикнула она, уже садясь в такси. — Я тебя обожаю! 

— Я знаю! — крикнула я в ответ. 

Машина уехала. Я вздохнула и поплелась на работу. 

Я пришла уже уставшая. Спать с сестрой — это вообще отдельная пытка. Она обещала, что будет спать спокойно. Она врала. Одеяло уехало на её сторону через час. Локоть прилетел мне в бок в два ночи. В три она начала разговаривать во сне — что-то про героев и любовные треугольники. 

«Юмэй, — сказала она во сне. — Выбирай того, кто приносит лепёшки». 

Я тогда не поняла. А утром поняла — это был намёк. 

В лифте мы пересеклись с Лу Ченом. Он стоял в углу, свежий, выбритый, в идеальном костюме. Я зашла, встала у дверей. 

— Как дела? — спросил он. 

— Нормально, — ответила я. 

Лифт остановился на моём этаже. Я вышла и даже не взглянула на него. 

До обеда я просидела как вяленый овощ. Глаза слипались, руки не слушались, мысли путались. Я выпила две чашки кофе — не помогло. Выпила третью — начало тошнить. 

— Юмэй, — сказала Мэй, проходя мимо. — Ты выглядишь как зомби. 

— Спасибо, — ответила я. — Я знаю. 

— Может, домой? 

— Нельзя. Дедлайн. 

Мэй покачала головой и ушла. 

В обед я хотела выйти на крышу — подышать, проветриться, может, проснуться. Но за окном шумел дождь. Холодный, осенний, противный. 

Идея не хорошая. 

Пришлось есть в комнате отдыха. 

Я взяла ланч-бокс, налила чай, села в углу. Жевала рис и смотрела в одну точку. 

Дверь открылась. 

Вошел Лу Чен. 

Все, кто был в комнате — три человека из бухгалтерии, парень из IT и девушка из отдела кадров — одновременно поздоровались с ним и быстрым шагом покинули помещение. 

Начальство влияет на всех одинаково. 

Ну... почти на всех. 

Я клевала носом в свой обед, даже не заметив, что он пришёл. Когда остальные забормотали «здравствуйте, господин Лу», я автоматически повторила за ними: 

— Здравствуйте, господин Лу. 

И продолжила жевать. 

Лу Чен сел рядом со мной. 

— Ты заболела? — спросил он. 

— Нет, — я не подняла головы. — Просто ночь была тяжёлая. Не более. 

— Кто довёл тебя до такого состояния за ночь? 

«Сестра», — хотела сказать я. Но язык не слушался. Или слушался, но не так. 

— Очень активный человек, — сказала я. — Который считает, что я всё вытерплю. 

Чен молчал. 

— Но я потерпела поражение в этом сражении, — добавила я. — Он меня переспал. 

Я имела в виду — переспала в смысле «перележала», «отобрала одеяло», «заняла всю кровать». Но слова вышли двусмысленными. 

Чен глубоко выдохнул. 

— Понятно, — сказал он. 

И вышел. 

Я даже не обратила внимания. Доела обед, допила чай и пошла работать. 

Вечером, более-менее бодрая, я спустилась на первый этаж. 

И замерла. 

У входа стоял он. 

Моя главная боль в жизни. Интересно, сколько я ещё буду это терпеть? 

Ли Цян. 

В дорогом пальто, с букетом лилий. Белых. С длинными стеблями. Лилий, которые я терпеть не могу. Они пахнут приторно-сладко, как дешёвые духи. И напоминают мне о похоронах. 

Я решила, что не заметить его — это выход. Ускорю шаг, пройду мимо, сделаю вид, что я в телефоне. Может, не заметит. 

— Юмэй! — раздалось за спиной. 

Заметил. 

Он подлетел ко мне, сунул букет в руку. Я машинально взяла — и тут же захотела выбросить. 

— Мы должны поговорить, — сказал Цян. Крутился вокруг меня, заглядывал в глаза. — Пожалуйста. Я соскучился. 

— Нам не о чем говорить, — я попыталась отдать букет обратно. 

Он не взял. 

— Юмэй, умоляю. Пять минут. 

Весь вестибюль смотрел на нас. Охранник. Секретарь на ресепшене. Какая-то женщина из клининга. 

Позориться на всю компанию я не хотела. Поэтому лучшим решением было уйти отсюда. 

— Идём, — сказала я. 

Я схватила его за руку и потащила на улицу. 

Мы дошли до ближайшего парка — маленького сквера с фонтаном и скамейками. Дождь уже кончился, но асфальт был мокрым, и лужи отражали вечернее небо. 

Я отпустила его руку. 

— Чего ты хочешь? 

Цян посмотрел на меня с таким выражением, будто я спросила что-то нелепое. 

— Я люблю тебя, — сказал он. — Больше жизни. 

Я усмехнулась. 

— Звучит дёшево. 

— Чжан Ай была мимолётным увлечением, — продолжал он, не слыша меня. — Настоящая любовь — это ты. Всегда была ты. 

Я смотрела на него и не узнавала. Когда-то я думала, что он красивый. Когда-то я верила каждому его слову. Когда-то я плакала по ночам, узнав, что он изменил мне с коллегой. Прямо в нашу годовщину. 

Сейчас я не чувствовала ничего. Ни боли. Ни обиды. Ни злости. 

Только усталость. 

— Звучит ещё дешевле, — сказала я. 

Цян встал на колени. Прямо в лужу. Дорогие брюки промокли, но ему, видимо, было всё равно. 

— Прости меня, — сказал он. — Я готов на всё. На любые жертвы. Лишь бы ты вернулась. 

— Аттракцион любви окончен, — сказала я. — Если хотя бы одна сторона не согласна — семейная жизнь не удастся. А я не согласна. 

— Юмэй... 

— Так что можешь и дальше стоять на коленях в луже. А я иду домой. 

Я развернулась. 

— И не дай бог я замечу тебя под своими окнами, — добавила я через плечо. — Сразу наберу полицию и скажу, что ты сталкер. 

— У меня есть шанс? — спросил он, всё ещё стоя на коленях. — Вернуть всё как было? 

Я закатила глаза. 

— Между нами пропасть, Ли Цян. Ни любви, ни романтики, ни прочей ерунды. Не приходи ко мне. Особенно на работу. 

— У тебя есть кто-то? — спросил он. 

— А что с того? — я обернулась. 

— Буду бороться за тебя. 

Я усмехнулась. 

— Рыцарские дуэли остались в средневековье. Сейчас такое не прокатит. 

Я развернулась и пошла домой. 

— Не дежурь под окнами, — крикнула я на прощание. 

Подходя ближе к дому, я осмотрелась. Вроде не пошёл за мной. Вроде. 

Надеюсь. 

Я заползла в квартиру, рухнула на кровать, даже не раздеваясь. Лучше поставить будильник раньше, чем сейчас пытаться что-то сделать. 

Я быстро стянула джинсы, сняла свитер, натянула пижаму. Сунула ноги под одеяло. 

«Джин, — подумала я. — Я забыла про Джина». 

Но кот не бил меня лапой, не мяукал. Спал на своём комплексе, свернувшись клубочком. 

Значит, на одну ночь точно прокатит. 

Я закрыла глаза и провалилась в сон. 

Утром я проснулась по первому будильнику. 

Солнце слепило через шторы — впервые за несколько дней. Джин сидел у меня на груди и требовательно бил лапой по лицу. 

— Вставай, — говорил его взгляд. — Корми меня. Немедленно. 

Кажется, моё вчерашнее поведение ему не понравилось. Я забыла его покормить вечером. Он мстил. 

— Прости, — сказала я, садясь. — Прости, хороший мой. 

Я встала, насыпала корм, налила воду. Джин ел, не поднимая головы. 

— Обиделся, — сказала я. — Понятно. 

Потом стандартная рутина: душ, завтрак, сборы. Я обновила воду коту, поцеловала его в пушистую макушку. 

— Не обижайся. Сегодня вернусь пораньше. 

Кот не ответил. 

Я выбежала на работу. 

Возле работы меня встретила Хуэй. 

Она стояла у входа, сияющая, сжимая в руках телефон. 

— Юмэй! — закричала она, увидев меня. — Издательство в восторге! Иллюстрации приняли без правок! 

— Правда? — я обрадовалась. — Хорошо. 

— Не хорошо — прекрасно! — она обняла меня. 

— Главное, что автор доволен, — сказала я. 

Хуэй отстранилась, заглянула мне в лицо. 

— Что случилось? — спросила она. 

Я не хотела рассказывать. Но язык почесался сам собой. 

— Вчера приходил Ли Цян, — сказала я. — С лилиями. 

Хуэй в момент взорвалась. 

— Как это чудовище посмело явиться к тебе?! — закричала она. — На работу?! Он в своём уме?! 

— Я сама в шоке, — пожала я плечами. — Но надеюсь, больше не увижу. 

— Гнать его в шею! 

— Я прогнала. Сказала, что вызову полицию, если придёт ещё. 

— Правильно! — Хуэй топнула ногой. — Ещё раз появится — звони мне! Я ему устрою! 

Я посмотрела на часы. 

— Я опаздываю. 

— Беги. 

Я обняла её и побежала в офис. 

Хуэй смотрела мне вслед с улыбкой. Но улыбка быстро сошла с её лица, сменившись задумчивостью. 

— Ли Цян, — прошептала она. — Вот же... 

Она развернулась, чтобы уйти. 

И тут рядом с ней остановилась машина. 

Чёрный седан. Из него вышел Лу Чен. 

— Здравствуйте, — сказал он. 

— Здравствуйте, господин Лу. 

— Что-то случилось? — спросил он, заметив её расстроенное лицо. — Выглядите огорчённой. 

Хуэй по-детски топнула ногой. 

— Ли Цян в край обнаглел! — выпалила она. 

Лу Чен на секунду задумался. 

— Это бывший парень Юмэй? — спросил он. 

— Да! — Хуэй всплеснула руками. — Явился вчера на работу с цветами. Встал на колени. Клялся в любви. Идиот! 

— Они сошлись снова? 

— Нет! — Хуэй раскрыла глаза. — Юмэй сказала, что прогнала его. И правильно сделала! Эта собака будет бегать за ней, пока не найдёт новую пассию. 

— Вряд ли она соврала, — предположил Чен. — Если бы они снова сошлись, она бы сказала вам. 

— Я тоже так думаю, — Хуэй задумалась.  

— Но у неё есть чей-то портрет. 

— Портрет? 

— Да, — Чен кивнул. — Она быстро его спрятала, когда я пришел. Госпожа Сюй, вы ничего не знаете об этом? 

Хуэй покачал головой. 

— Я думаю, что это портрет мужчины, — продолжил он. — И Юмэй его прячет. Возможно, это Ли Цян? 

Хуэй стояла в панике. 

«Разве моя сестра настолько глупая? — думала она. — Что снова приняла это болотное чудовище? Нет, нет, нет. Это позор нашей семьи». 

— Такое дело нужно расследовать! — сказала она решительно. — И немедленно! 

— Что вы предлагаете? 

— Я побегу домой к сестре за доказательствами, — сказала Хуэй. — А господин Лу, вы просто обязаны помочь мне! 

— Чем? 

— Понаблюдайте за ней! — Хуэй почти кричала. — Проследите, не встречается ли она с этим... этим... 

— Зачем мне это? 

Хуэй состроила жалобное лицо. 

— Я не хочу потерять сестру, — сказала она. — Кроме того, я думала, что мы с господином Лу друзья. Оказывается, это всё ложь. 

И она показательно зарыдала. 

Лу Чен растерялся. 

— Хорошо, — сказал он. — Я послежу. 

Хуэй мгновенно перестала плакать. 

— Я знала, что на вас можно положиться! — она рассмеялась, развернулась и побежала прочь. 

Лу Чен смотрел ей вслед. 

— Пин, — сказал он. — Кажется, меня развели. 

Пин, сидевший за рулём, поправил очки. 

— Именно это и случилось, господин Лу. 

— Она хорошая актриса. 

— Талантливая семья. 

Чен вздохнул и пошёл в офис. 

Он притащил ноутбук в комнату отдыха на нашем этаже. Сегодня ему здесь было удобно работать. Здесь был отличный обзор на архитектурный отдел. И на меня. 

Мэй, заметив его, аккуратно подошла. 

— Господин Лу, — сказала она. — Что привело вас на наш этаж? 

— У архитекторов приятная атмосфера, — ответил Чен, не отрываясь от экрана. — Воодушевляет работать. 

Мэй покивала. 

«Директор явно не в себе», — подумала она. Но вслух ничего не сказала. 

Чен делал вид, что работает. Но на самом деле он аккуратно подглядывал за мной через стеклянную стену. 

Я сидела за своим столом и постоянно отвлекалась на телефон. Что-то печатала. Улыбалась. 

Это был плохой знак. 

— Кому она пишет? — пробормотал Чен. 

Пин, стоявший рядом, не ответил. 

— Пин, ты знаешь? 

— Откуда, господин Лу? Я не шпион. 

— Ты мой секретарь. Ты должен всё знать. 

— О госпоже Сюй я знаю только то, что она любит кошек, рисовые лепёшки и ненавидит, когда её начальник заставляет переделывать проекты. 

Чен посмотрел на него. 

— Это сарказм? 

— Наблюдательность, господин Лу. 

Чен вздохнул и снова уставился на меня. 

Я улыбнулась телефону. Написала ещё что-то. Улыбнулась снова. 

— Пин, — сказал Чен. 

— Да? 

— Как ты думаешь, ей может нравиться этот... Ли Цян? 

Пин поправил очки. 

— Я не знаком с этим человеком. Но если госпожа Сюй прогнала его — вряд ли он ей нравится. 

— Тогда кому она улыбается? 

— Возможно, кот прислал фотографию. 

— Ты издеваешься надо мной? 

— Может, кто-то другой. 

— Кто? 

Пин промолчал. 

Чен продолжал наблюдать. 

А я сидела за столом и переписывалась с Хуэй. Она прислала мне фотографию готовой книги — вёрстку с моими иллюстрациями. Выглядело красиво. 

— Ты гений, — написала она. 

— Я знаю, — ответила я. 

Мы обменялись смайликами. 

Я улыбнулась и убрала телефон. 

Работа ждала. 

А Лу Чен смотрел на меня из комнаты отдыха и думал о том, что эта женщина сводит его с ума. 

И он понятия не имел, что с этим делать. 

На обед я зашла в комнату отдыха — и остановилась в дверях. 

Лу Чен сидел за моим любимым столиком у окна. Перед ним — ноутбук, чашка кофе, папка с документами. Увидев меня, он натянул улыбку. Такую... неестественную. Будто его заставили. 

— Что генеральный директор забыл в комнате отдыха сотрудников? — спросила я. 

— Здесь приятная атмосфера, — ответил Чен. 

— Да? 

— Запах кофе, спокойные сотрудники на фоне... 

Я повернулась и посмотрела на наш отдел через стеклянную стену. 

Кто-то бегал туда-сюда с распечатками. Кто-то рвал волосы на себе — буквально, двумя руками. Кто-то крутился на стуле, ожидая, когда загрузится файл, и походил на юлу. Кто-то ругался с кем-то по телефону, размахивая руками. 

— Очень спокойно, — сказала я. 

— Ну... относительно, — поправился Чен. 

Я пожала плечами. Может, он совсем от работы поплыл? Или переутомился? Впрочем, неважно. 

Я подошла к кофемашине, налила себе кофе. 

На телефон пришло сообщение. Я открыла. 

Подруга Хуан Ю — с кем мы дружили ещё в университете — писала: 

«Юмэй, срочно! Выбери платье. Жених сказал, что я могу выбрать любое, а я не могу. У меня паника» 

И следом — три фотографии. Белое платье с открытыми плечами. Белое с длинными рукавами. И белое, пышное, как у принцессы. 

Я улыбнулась. Свадьба подруги была через месяц, и она готовилась к ней как к генеральному сражению. 

«Белое с открытыми плечами, — написала я. — Ты в нём как богиня» 

«Точно?» 

«Точно» 

Я поставила сердечко и убрала телефон. 

Чен, сидевший за своим столиком, пытался заглянуть в мой экран. Вытягивал шею, щурился — но увидел только, как я отправляю сердечко. 

— Кто пишет? — спросил он будто бы вскользь. 

— Ухажёр, — отшутилась я. 

Налила себе кофе, села за стол — подальше от Чена — и начала есть. 

Чен смотрел на меня с озадаченным лицом. 

«Ухажёр? — думал он. — Ли Цян? Ну это вообще трагедия. Зачем ей возвращаться к этому изменщику?» 

Потом он задумался. 

«С чего бы для меня это трагедия? Мне же всё равно. Наверное. Неважно». 

Он продолжил что-то печатать в ноутбуке. 

На его телефон пришло сообщение. От Хуэй. Они успели обменяться контактами утром. 

«Господин Лу, я обыскала всю квартиру. Никакого холста нет. И портрета тоже. Ничего подозрительного» 

Чен ответил: 

«Он должен быть. Она прятала его в спальне» 

«Я проверила спальню. Под кроватью, в шкафу, за шкафом, под матрасом — пусто» 

«Странно» 

«Чем занята сестра?» 

Чен покосился на меня. 

«Сидит, ест обед. Отправила кому-то сердечко. Больше ничего не успел выцепить» 

«Сердечко?! Это катастрофа! Моя жизнь — кошмар!» 

«Не рано ли делать выводы?» 

«Вы её плохо знаете. Если она снова простит это чудовище — скажет мне только перед свадьбой. А я даже платье не успею выбрать!» 

Чен выключил телефон и резко положил его на стол. 

Какая к чёрту свадьба?! 

Я подняла глаза. 

— Всё в порядке? — спросила я. 

— Да, — Чен попытался улыбнуться. Улыбка получилась кривой, как забор после урагана. — Всё окей. 

Он снова уткнулся в ноутбук. 

Я пожала плечами, доела обед и вернулась на своё место. 

До вечера я работала — правила макет, согласовывала цвета, отвечала на письма. 

Пару раз отвлекалась на сообщения от Хуан Ю: 

«А фату какую? Длинную или короткую?» 

«Длинную», — ответила я 

«А туфли? Белые или серебряные?» 

«Серебряные. Они интереснее» 

«Ты гений!» 

«Я знаю» 

Я улыбнулась и убрала телефон. 

Пару раз Лу Чен подходил ко мне. Будто бы проверял проект. Наклонялся, смотрел в монитор — но краем глаза косился на телефон. 

— Всё точно в порядке? — спросила я, поймав его взгляд. 

— Да, — он выпрямился. — Просто смотрю, как продвигается проект. 

— Нормально. К завтрашнему дню закончу. 

— Хорошо. 

Он постоял ещё секунду, потом развернулся и быстро ушёл. 

Я взялась за голову и посмотрела ему вслед. 

«Он явно поехал крышей, — подумала я. — Жалко. Такой молодой. Красивый. Но с приветом». 

До вечера я не отрывалась от работы. Наконец всё закончилось — последние правки внесены, макет согласован, файлы отправлены. 

Я поспешила собрать вещи. 

Внезапно пришло сообщение. От мужа Хуан Ю — Вэя. 

«Юмэй, я готовлю сюрприз для любимой. Хочу записать поздравительное видео. Ты не могла бы встретиться со мной сегодня вечером? Обсудим детали» 

«Конечно!» — ответила я. 

Я быстро накинула пальто, схватила сумку, и весёлая побежала к лифту. 

Лу Чен стоял у дверей лифта и ждал. Увидев меня, он тут же подошёл. 

— Тебя подвезти? — спросил он. 

— Нет, спасибо, — я улыбнулась. — У меня встреча. Не по пути. 

Двери лифта открылись. Я зашла, нажала кнопку первого этажа. 

— Хорошего вечера! — крикнула я, прежде чем двери закрылись. 

Чен смотрел на закрывшиеся двери и думал. 

«Встреча. С кем? С Ли Цянем? С тем, кто писал ей в телефоне?» 

Он спустился вниз, сел в машину. 

— Пин, — сказал он. — Едем за Юмэй. 

Пин, который сидел за рулём, поправил очки. 

— Господин Лу, это похоже на слежку. Мы ввязываемся в преступление. 

— Это во благо жизни, — отрезал Чен. 

Пин обречённо кивнул и двинулся за мной. 

Они остановились около кафе — небольшого, уютного, с вьющимся плющом на фасаде. Юмэй зашла внутрь и села за столик у окна. 

Чен пригляделся. 

Напротив неё сидел мужчина. Молодой, симпатичный. В очках, с доброй улыбкой. Они о чём-то весело болтали, листали что-то в телефоне, смеялись. 

Чен стукнул рукой по двери. 

— Ну как она вообще додумалась? — прорычал он. — Дать второй шанс изменщику? Изменил раз — изменит второй! 

Пин покосился на него. 

— Это, кажется, вообще не наше дело, господин Лу. 

— Мы действуем в помощь Хуэй. 

— У вас нет скрытых личных мотивов? 

Чен рассмеялся. 

— Откуда они у меня могут быть? 

Пин покивал и снова уткнулся в телефон. 

— Конечно, откуда, — пробормотал он. — Совсем ниоткуда. 

— Что ты сказал? 

— Ничего. Думал вслух. 

Чен продолжил наблюдать. 

Я вышла из кафе через час, довольная и счастливая. Вэй показал мне сценарий видео, мы всё обсудили, и он пообещал прислать готовый ролик на согласование. 

Я бежала домой и думала о том, что Джин там уже наверняка проклял меня. Картина озлобленного кота заставила меня рассмеяться — он сидит на моём столе, свернувшись клубком, и смотрит на дверь красными глазами. 

Я влетела в квартиру. 

Джин сидел на столе. На чертежах. И смотрел на меня. 

Да. Именно так, как я представляла. 

— Прости, — сказала я, подходя к нему. — Прости, хороший мой. 

Кот отвернулся. 

— Я задержалась на работе. А потом была встреча. Но ты же знаешь, я всегда возвращаюсь. 

Кот молчал. 

Я погладила его — сначала осторожно, потом смелее. Он не сопротивлялся. Я поцеловала его в пушистую макушку. 

— Иди есть, — сказала я, насыпая корм. 

Джин спрыгнул со стола и пошёл к миске. Простил. Немного. 

Я отправилась в душ. Горячая вода, пена, полотенце — счастье. Потом ужин — быстрый, простой. И на диван — смотреть очередную комедию. 

Я включила фильм, взяла чипсы, накрылась пледом. Джин забрался ко мне на живот, свернулся клубочком и тоже смотрел в экран. По крайней мере, ушами шевелил. 

— Тебе нравится? — спросила я. 

Кот моргнул. 

— Мне тоже. 

Мы смотрели комедию, ели чипсы и ни о чём не думали. 

В это время в парке, на скамейке, встретились Хуэй и Лу Чен. 

— Я обыскала всё, — сказала Хуэй. — Ни холста. Ни портрета. Ничего. 

— Портрет — это меньшее из зол, — мрачно сказал Чен. 

Хуэй замерла. 

— Что случилось? 

Чен рассказал. Про вечерние встречи. Про постоянную переписку с кем-то. Про сердечки. Про то, что сегодня она ужинала с мужчиной в кафе. 

— Я так и знала, — Хуэй обхватила голову руками. — Сестра обманула меня. 

— Не факт, что это Ли Цян, — сказал Пин. 

— А кто ещё? — Хуэй всхлипнула. — Она снова дала ему шанс. Этому чудовищу. 

— Выводы делать рано, — сказал Пин, стоявший рядом. — Господин Лу не знает, как выглядит господин Ли. Может, это был вовсе не он. 

— Его можно называть только «чудовище Ли», — отрезала Хуэй. — Имя Ли Цян не достойно произносить вслух. 

Пин поправил очки. 

— Как скажете. 

— Но в одном вы правы, — Хуэй задумалась. — Может, это не он. Может, она нашла нового парня? И скрывает его ото всех? 

Лу Чен закатил глаза. 

— Он выглядел на троечку, — сказал он. 

— Три из пяти — золотая середина, — сказала Хуэй. — Значит, не так уж и плох. 

Чен кашлянул. 

— Я оценивал по десятибалльной шкале, — сказал он. — Три из десяти. 

Хуэй задумалась. 

— Это совсем грустно, — сказала она. — Моя сестра не страшилище. Как она могла найти такого некрасивого парня? 

— Оценка господина Лу не совсем объективна, — заметил Пин. 

Чен повернулся к нему. 

— Это почему? 

— Потому что господин Лу себя оценивает на сто из десяти. О какой объективности может идти речь? 

Хуэй рассмеялась. Потом снова сосредоточилась. 

— В любом случае, — сказала она, — Юмэй что-то от меня скрывает. Разве это нормально для сестёр? 

— Не нормально, — согласился Чен. 

— Завтра я устрою ей допрос с пристрастием! — Хуэй топнула ногой. — И лучше всего — с утра. Тогда она точно не сможет соврать. Сонная, злая — язык будет молоть правду. 

— Это уже совсем клиника, — пробормотал Пин. 

— Что вы сказали? 

— Ничего. Просто мысли вслух. 

На телефоне Лу Чена раздался звонок. 

— Только этого не хватало, — сказал он, взглянув на экран. 

— Кто? — спросила Хуэй. 

— Отец. 

Чен поднял трубку. 

— Слушаю. 

— Чем занят? — спросил Лу Юн. 

— Слежу за отношениями Юмэй, — честно ответил Чен. — Вместе с её сестрой. 

На той стороне повисла тишина. Потом Лу Юн поперхнулся. 

— Какими ещё отношениями?! — закричал он. — Я отпускал вас из дома с надеждой, что мой бесполезный сын начнёт наконец встречаться с Юмэй! А не шпионить за ней! 

— Отец... 

— И кто такая Хуэй? 

— Младшая сестра Юмэй. 

— Младшая? — Лу Юн задумался. — Тоже красивая? 

— Не важно! 

— Важно! — отрезал Лу Юн. — Вы оба — безнадёжны. Без моего мудрого и аккуратного вмешательства не обойтись. 

— Отец, не надо... 

— Ничего не предпринимайте! — скомандовал Лу Юн. — Завтра тяжелая артиллерия в моём лице вступает в бой. 

Он отключился. 

Чен выдохнул. 

— Если мой отец берётся за дело, — сказал он, — это приведёт либо к беде, либо к невероятному успеху. Третьего не дано. 

— Завтра утром я буду у вашей компании, — сказала Хуэй. — Но так, чтобы не пересечься с сестрой. 

— Хорошо. 

— Договорились. 

Они разошлись в разные стороны. 

Хуэй — домой, готовить план допроса. 

Чен — в машину, переваривать события. 

А Пин — думать о том, что ему, наверное, пора искать новую работу. 

Без нервов. Без слежки. Без начальника, который влюбился в собственную сотрудницу и даже этого не понял.