Глава 36. Дом там, где ты
Ламин уехал в Барселону за два дня до Нового года.
Вообще-то Маргарита буквально вытолкала его туда сама.
Последний вечер перед вылетом он тянул время всеми возможными способами.
То десять минут искал худи, которое лежало прямо перед ним.
То опять заходил в детскую «просто посмотреть».
То сидел на кухне с давно остывшим чаем.
Маргарита наблюдала за этим с дивана, завернувшись в плед.
Всё же Новый год нужно было справлять с семьёй. Ламин уже пообещал маме и Кейну. Конечно, и Маргариту приглашали, но как-то не получилось. Сами знаем почему.
— Я всё равно буду у отца на Новый год, — вдруг пробормотала она.
— С дедушкой, бабушкой... всё нормально.
Несколько секунд Ламин молчал.
— Ты опять делаешь вид, что тебе будет легче без меня.
Она сразу закатила глаза.
— Господи, какой ты драматичный.
— А ты очень плохо врёшь.
Перед самым выходом Ламин вдруг снова опустился перед ней на колени.
Положил ладони ей на живот.
— Сынок.
Маргарита устало прикрыла глаза.
— Опять начинается...
— Я уезжаю ненадолго. Не устраивай матери революцию.
Малыш толкнулся почти сразу.
Ламин возмущённо поднял голову.
— Видела? Он реально меня понимает.
— Или просто хочет, чтобы ты уже поехал.
— Жестокая женщина.
А потом он вдруг очень быстро поцеловал её живот.
Новый год они встречали отдельно.
Ламин — в Барселоне с Шейлой, Кейном и отчимом.
Маргарита — у Антонио вместе с Карлосом и Эленой.
Но ощущение было такое, будто они всё равно праздновали вместе.
Потому что телефон буквально не замолкал.
Ламин присылал ей всё подряд.
Фотографии еды.
Голосовые.
Видео Кейна, который пытался поджечь бенгальский огонь и чуть не устроил катастрофу.
Шейла улыбается.
Кейн показывает какой-то дурацкий жест в камеру.
Ламин сидит рядом и выглядит слишком счастливым.
Маргарита зависла на фотографии дольше, чем собиралась.
Смотреть на его семью —
и понимать, что где-то там теперь есть место и для неё.
И для их сына.
Телефон снова завибрировал.
«Ты опять молчишь.»
Маргарита невольно улыбнулась.
«Смотрю на вас.»
Ответ пришёл почти сразу.
«Красивые?»
«Очень.»
Через секунду новое сообщение:
«Жаль, что тебя тут нет.»
И вот после таких сообщений ей становилось особенно тяжело делать вид, что она всё ещё держит дистанцию.
Четвёртого января у Алекс был день рождения.
И Маргарита вообще не собиралась никуда идти.
— Нет.
— Да.
— Алекс, у меня седьмой месяц.
— И?
— Я огромная.
— Ты беременная, а не умирающая.
Маргарита обречённо уткнулась лицом в подушку.
Но потом подключился Ламин.
И вот тут шансов у неё уже не осталось.
— Марги.
— Нет.
— Это день рождения твоей лучшей подруги.
— Я не хочу.
— Ты хочешь.
— Ламин...
— Иди, повеселись, сделай много фото и пришли все мне.
Он сделал паузу.
А потом слишком довольно добавил:
— Я хочу тебя увидеть.
Господи.
Вот как с ним вообще спорить?
В итоге вечером Маргарита стояла перед зеркалом в тёмном облегающем платье.
Беременность украшала Маргариту, и с этим было действительно сложно поспорить.
Но впервые за долгое время ей вдруг понравилось своё отражение.
Она поправляла серьги, когда Лаура вдруг подозрительно прищурилась.
— Подожди.
Маргарита напряглась.
— Что?
— Ты хочешь ему понравиться.
— А?
— Господи, Маргарита, ты десять минут выбирала, какие серьги лучше увидит Ламин через фотографии.
Маргарита резко отвернулась к зеркалу.
— Это неправда.
— Да?
Лаура скрестила руки на груди.
— Тогда зачем ты уже третий раз поправляешь волосы?
Маргарита открыла рот.
Закрыла.
И тут же услышала победное:
— АГА.
За последние месяцы Маргарита действительно начала думать:
понравится ли она ему такой?
Она слишком много видела в интернете историй про мужчин, которые начинали стыдить женщин за растяжки, вес или «не такую фигуру».
А Ламин...
Ламин смотрел на неё так, будто она стала ещё красивее.
Ресторан в Париже был шумным, красивым и полным знакомых лиц.
Алекс буквально сияла.
Все фотографировались.
Смеялись.
Пили шампанское.
Точнее —
все, кроме Маргариты.
У неё был сок.
И огромное количество внимания к животу.
— Можно потрогать?
— Господи, вы все сумасшедшие.
Но в какой-то момент Маргарита вдруг поймала себя на том, что ей...
нравится.
Нравится быть среди людей. Нравится смеяться. Нравится не прятаться.
К концу вечера её отметили, кажется, в тысячах сторис.
И впервые за месяцы Маргарита сама начала выкладывать фотографии.
С Алекс.
С Лаурой.
С животом.
Смешные видео.
Размытые кадры.
А потом под одной фотографией появился комментарий Ламина:
«И без меня?»
И интернет окончательно сошёл с ума.
«ОНИ ОФИЦИАЛЬНО ВМЕСТЕ?»
«Он никогда никому так не комментирует.»
Маргарита читала всё это ночью в кровати.
Она по-дурацки улыбалась.
Когда Ламин сказал ей про капитанскую повязку на финале Кубка Короля, Маргарита сначала замолчала.
Потому что слишком хорошо помнила прошлый раз.
Тогда Ламин впервые был капитаном команды. Маргарита обещала прийти, но из-за работы снова не получилось. Она, конечно, смотрела матч дома вполглаза. Но это было не то, чего ожидал Ламин.
И сейчас воспоминание об этом вдруг ударило слишком больно.
— Это будет важный матч, — тихо сказал Ламин по телефону.
— Очень важный.
В Барселону она прилетела неожиданно.
Ничего не сказала заранее.
Просто стояла вечером у двери его дома в длинном пальто и с огромным шарфом.
Когда Ламин открыл дверь —
он реально застыл.
— Ты...
Маргарита нервно пожала плечами.
— Сюрприз?
Следующие пять минут они орали друг на друга.
Потому что Ламин был в шоке, что она прилетела одна на таком сроке.
А Маргарита на гормонах почти довела себя до слёз.
— Если тебе что-то не нравится, я вообще сейчас уеду!
— Я НЕ ЭТО ИМЕЛ В ВИДУ!
— Тогда не ори на меня!
— Я ПЕРЕЖИВАЮ!
— А Я НЕТ?!
В итоге через десять минут они уже сидели на кухне.
Маргарита недовольная.
Ламин держал её за руку и молил о прощении.
Финал Кубка Короля был сумасшедшим.
Камп Ноу буквально дрожал от шума. Не самый ли важный матч в сезоне?
Барселона — Реал Мадрид.
Сердце колотилось. Она не могла нормально сидеть на месте.
И с каждой минутой вспоминала всё.
Она ведь никогда не переставала его любить.
Никогда.
После всего этого сюра. После ссор, драк, криков, слёз она всё ещё любила его больше жизни.
Если бы она однажды увидела его с другой —
она бы не пережила это.
Эта мысль ударила так резко, что Маргарите пришлось отвернуться к полю.
А потом Ламин забил.
И засунул мяч под футболку.
Изображая живот. Он корчил смешные рожицы, пока его напарники радовались.
Стадион взорвался.
Маргарита закрыла лицо руками.
— Боже...
Шейла рядом уже смеялась сквозь слёзы.
А Ламин показывал сердечко в сектор, где сидела Маргарита.
И в этот момент Маргарита окончательно поняла:
он никогда больше не будет их прятать.
Никогда.
После матча семьи вышли к полю.
Маргарита была в джинсах, футболке Барселоны с номером десять и фамилией Yamal, в шарфе клуба и с растрёпанными после эмоций волосами.
Но Ламин, увидев её, кажется, вообще забыл дышать.
Она шла рядом с Шейлой и Кейном, смеялась над чем-то — и вдруг подняла взгляд.
Ламин раскрыл руки.
И Маргарита реально почти побежала к нему.
Обняла так крепко, будто не видела годами.
— Боже, я так тобой горжусь...
Голос у неё дрожал от эмоций.
— Ты сегодня был просто...
Господи, Ламин...
Он замер.
Потому что никогда раньше не слышал от неё столько чувств сразу.
Маргарита подняла лицо к нему.
Абсолютно счастливая.
— Ты моя любовь, ты понимаешь это вообще?
И вот тут у Ламина внутри окончательно всё рухнуло.
Ламин смотрел на неё так, будто весь этот стадион исчез.
Его девушка в огромном шарфе Барселоны, с раскрасневшимися щеками и глазами, полными слёз.
Маргарита всё ещё держалась за его шею.
И, Господи...
Она даже не понимала, что делает.
Просто впервые за долгое время позволила себе чувствовать всё это открыто.
Ламин медленно прижал ладонь к её щеке.
Очень осторожно.
Будто до сих пор не верил, что она действительно здесь.
— Ты прилетела ради меня, — тихо сказал он.
— Не зазнавайся.
— Поздно.
И поцеловал её.
Прямо посреди поля.
И где-то рядом Кейн начал орать что-то абсолютно нечленораздельное.
Фотографы снимали этот момент, и со стороны всё выглядело как сказка.
Шейла закрыла лицо руками.
— Господи, они наконец-то нормальные...
Маргарита рассмеялась прямо в поцелуй.
И Ламин в этот момент понял:
он запомнит этот вечер до конца жизни.
Позже они сидели уже в ложе.
Маргарита сидела рядом с Ламином на диване, держа в руках его медаль. Она делала пост в инстаграме.
Первая фотография — девушки футболистов. Все они сидели вместе, держа флаг Барселоны и клубную атрибутику. Маргарита сидела по центру, улыбалась и рукой поддерживала живот. Именно на месте живота она отметила Ламина.
На фото присутствовали почти все:
Берта — девушка Фермина Лопеса.
Алехандра — девушка Педри.
Анита — девушка Гави.
Микки — жена Френки де Йонга.
Анна — жена Роберта Левандовского.
Лаура — девушка Дани Ольмо.
Мартина — девушка Пауля Кубарси.
Джулия — девушка Жерара Мартина.
Все они были в атрибутике Барселоны.
Ярко улыбались.
Потом было фото стадиона.
Потом — фото, где они вдвоём с Ламином держат кубок.
Фото, где она присела на корточки, обнимая Кейна.
Общее фото, где Кейн на руках у Ламина, с одной стороны Маргарита, а с другой — Шейла.
И последнее фото — там, где он её целует.
И почему-то Маргарита всё ещё не могла перестать улыбаться.
Ламин наблюдал за ней молча.
Слишком долго.
Маргарита наконец заметила это.
— Что?
Он тихо покачал головой.
— Ничего.
— Ламин.
Он усмехнулся.
— Просто...
ты такая улыбчивая, пришла в моей футболке.
Маргарита закатила глаза.
— Господи, ты как ребёнок.
— Ты буквально носишь мою фамилию на спине.
Она посмотрела вниз на футболку.
YAMAL.
10.
Ламин осторожно переплёл их пальцы.
— Я скучал по тебе.
Маргарита медленно выдохнула.
— Мы не виделись чуть больше недели.
— Самая ужасная неделя в моей жизни.
— Драматизируешь.
— Вообще нет.
Он поднёс её руку к губам и коротко поцеловал костяшки пальцев.
И именно это добивало окончательно.
У чёрного выхода было уже почти пусто.
Только охрана.
Пара сотрудников клуба.
Шум далёких машин.
На улице где-то вдалеке фанаты радовались победе любимой команды.
Маргарита стояла возле стены, кутаясь в шарф.
Фото успешно опубликованы.
Интернет взрывался от такого количества контента.
За последний месяц Маргарита свела с ума почти весь мир футбола и автоспорта.
Она была довольна всем этим.
Пост она подписала так:
«С верой в сердце 💙♥️»
Почти все девушки футболистов сделали репост фото себе в сторис.
И Ламин тоже.
Он вообще выложил подборку фото и в конце добавил снимок, где они с Маргаритой обнимаются, а его рука лежит на её животе.
И подпись:
«Папа сегодня победил, не ждите его»
Маргарита улыбнулась, увидев этот пост, лайкнула его и тоже написала комментарий:
«😛🙈»
Ламин вышел последним.
И сразу пошёл к ней.
Ламин молча обнял её за плечи.
Прижал к себе.
И Маргарита впервые за долгое время не почувствовала желания отстраниться.
Наоборот —
сама уткнулась носом ему в шею.
Дом.
— Ну что, — тихо сказал Ламин.
— Поехали домой?
Раньше она бы обязательно спросила:
«В Париж или в Барселону?»
Сейчас этот вопрос вдруг потерял смысл.
Маргарита только сильнее прижалась к нему.
И очень тихо ответила:
— Поехали.
Их годовщину Маргарита, конечно же, забыла.
Абсолютно.
Потому что последние недели её мозг существовал где-то между:
«нужно поспать»
и
«почему ребёнок решил танцевать чечётку в три ночи».
После возвращения в Париж она дальше одного квартала никуда не ходила. Да и ноги начали отекать.
Поэтому утром она вообще не поняла, почему Ламин ведёт себя так странно.
Слишком довольный.
Слишком подозрительно спокойный.
— Почему ты на меня так смотришь?
— Просто люблю.
— Фу, какой ты ванильный.
— А ты всё равно краснеешь.
Маргарита показала ему средний палец и ушла на кухню.
В их отношениях Ламин всегда был более романтичным и чувственным.
Только с наступлением беременности у Маргариты тоже начались сдвиги по фазе.
Через час Ламин куда-то исчез.
А вечером вернулся с ноутбуком и абсолютно убийственным выражением лица человека, который что-то задумал.
— Сядь.
Маргарита подозрительно прищурилась.
— Нет.
— Марги.
— Я тебя знаю.
— Это обидно вообще-то.
Но через пять минут она всё равно сидела рядом с ним на диване под пледом.
Ламин нервничал.
— Что происходит?
Он молча открыл видео.
Сначала Маргарита даже не поняла, что смотрит.
Размытый старый ролик.
Ей двадцать три.
Она пытается говорить на испанском.
— Но это же логично! Если я скажу так, значит—
— Нет, Марги, это вообще другое слово!
— Да блин, жопа вашей испанской!
На видео Ламин начинает ржать так сильно, что камера трясётся.
Маргарита закрыла лицо руками.
— О нет...
Следующий кадр.
Она на трибуне стадиона орёт:
— Ламин Ямаль! Ламин Ямаль!
Потом — селфи в аэропорту. Маргарита показывает язык.
Потом —
она спит у него на плече.
Потом —
видео, где Маргарита эмоционально говорит:
— И да, девушки футболистов смотрят футбол не в дорогих лакшери-ресторанах, а тут, в любую погоду, приходят поддерживать людей, которых любят больше жизни!
Видео обрывается на смехе Ламина за кадром:
— Ты сейчас буквально устроила пресс-конференцию.
Дальше —
Париж.
Их поход в Диснейленд. Маргарита мечтала попасть сюда именно с Ламином.
Её беременный живот на праздничной ярмарке.
Смешные видео из жизни.
Как Ламин пытался приготовить ужин, но Маргарита стебала его по полной. Где она начала показывать, как надо, а он уже просто дурачился, обнимал со спины, целовал.
Его рука на животе.
Как он фоткает её тайком.
Как он целует её в лоб.
Маргарита уже не смеялась.
Потому что только сейчас увидела их со стороны.
Это же та любовь, о которой пишут книги?
Та любовь, о которой говорят?
Ламин всё это хранил, а она даже не помнила, что у них действительно всё было так хорошо.
Последний кадр остановился на видео, где Маргарита спит у него на груди, его рука гладит живот, а он, улыбаясь, тихо говорит:
— Вот так выглядит вся моя жизнь.
Маргарита даже не помнила, когда спала у него на груди.
Экран потемнел.
А потом появился Ламин.
Он смотрел прямо в камеру.
— Наши отношения нельзя назвать идеальными. Иногда мы делали друг другу очень больно. Иногда я был идиотом. Иногда ты убегала от меня так быстро, будто я мог тебя разрушить.
Маргарита почувствовала, как начинает дрожать.
— Но несмотря ни на что...
мы всё равно пришли сюда. Смотри, я это ношу везде с собой.
Ламин показал маленькое фото УЗИ и фото Маргариты.
Ламин слабо улыбнулся.
— И если после всего этого мы всё ещё здесь...
значит, это не случайность.
У Маргариты покатилась скупая слеза по щеке.
А Ламин продолжил:
— Если бы всего этого не случилось...
я бы не вырос.
Я бы так и остался маленьким эгоистичным пацаном, который думает только о себе.
Он опустил взгляд.
— А ты бы так и продолжала делать вид, что тебе никто не нужен.
Маргарита нервно рассмеялась сквозь слёзы.
Потому что это было слишком правдой.
И потом —
— Давай построим настоящую историю любви.
Тишина.
Маргарита сидела, закрыв рот ладонью.
Ламин смотрел на неё так напряжённо, будто сейчас решалась вся его жизнь.
А потом Маргарита вдруг всхлипнула:
— Господи...
я ненавижу тебя.
— Это хороший знак или плохой?
Она резко придвинулась к нему сама.
Обняла.
Спрятала лицо у него в шее.
И впервые за всю их историю сказала это абсолютно спокойно:
— Я тебя люблю.
Ламин замер.
А потом очень медленно прижал её к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет.
— Я тебя тоже.
Больше всего в своей жизни.