Котенок для мафиози

Адриан

Склад горел.

Я стоял на восточной окраине, у бетонного забора, и смотрел, как пламя пожирает крышу. Оранжевые языки вздымались в ночное небо. Дым застилал звёзды. Пахло бензином и горелым деревом. Это был не несчастный случай. Это было послание.

Матео стоял рядом, прижимая телефон к уху. Закончил разговор и повернулся ко мне.

— Пожарные едут. Охрана не пострадала — их вырубили до поджога. Камеры засекли четверых. Работали профессионально. Почерк Драго.

Я не ответил. Смотрел на огонь. Склад стоил около двухсот тысяч — товар, оборудование, помещение. Мелочь. Виктор знал, что для меня это мелочь. Поэтому это было не о деньгах. Это была демонстрация силы. Проверка границ. Он хотел посмотреть, как я отреагирую.

— Босс, — Матео убрал телефон, — полиция будет через десять минут. Нужно уходить.

— Кто на дежурстве в участке?

— Капитан Рейес. Наш человек.

— Пусть списывает на короткое замыкание. Без расследования.

— Понял.

Я развернулся и пошёл к машине. Матео сел за руль. Двигатель заурчал, мы выехали с промзоны. Я смотрел в окно. Огонь остался позади, но что-то внутри меня всё ещё горело.

— Он думает, что я ослаб, — сказал я в тишине салона. — Из-за свадьбы. Из-за Лилии.

— Возможно.

— Он думает, что женщина делает мужчину уязвимым.

Матео помолчал.

— А это не так?

Я перевёл взгляд на него. Он смотрел на дорогу.

— Она делает меня уязвимым, — сказал я. — Да. Но она же делает меня опаснее. Потому что теперь мне есть что терять. А человек, которому есть что терять, — самый страшный противник. Виктор этого не понимает. Поймёт. Когда станет поздно.

Матео кивнул. Он понимал.

— Что будем делать сейчас?

— Усилить охрану по периметру поместья. Удвоить людей. Всех, кто приближается к дому без моего разрешения, — задерживать. Без исключений.

— А Лилия?

Я задумался. Она не знала. Она думала, что я просто владелец казино. Для неё этот пожар — если она вообще о нём узнает — будет просто новостью из криминальной хроники. Не моей проблемой. Не нашей проблемой.

Я хотел, чтобы так и оставалось. Как можно дольше.

— К Лилии приставь Доминика, — сказал я. — Незаметно. Он будет следить за ней в университете. В библиотеке. По дороге домой. Она не должна знать.

— Доминик — хороший выбор. Молодой, неприметный.

— Именно. И Матео.

— Да?

— Если хоть волос упадёт с её головы — я снесу весь род Драго. Ты меня знаешь. Я не шучу.

Матео посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Его взгляд был серьёзным.

— Я знаю, босс. Я прослежу.

Домой я вернулся глубокой ночью. Поместье спало. В окнах было темно, только в нашей спальне горел ночник. Она ждала меня.

Я поднялся по лестнице, стараясь не шуметь. Открыл дверь. Она сидела на кровати, поджав ноги, в пижаме с голубыми цветочками. На коленях лежал альбом для рисования — она, видимо, заснула, не дождавшись меня, а потом проснулась.

— Ты вернулся, — сказала она.

— Я всегда возвращаюсь.

— Я волновалась. Ты не отвечал на звонки.

— Дела. Прости.

Я подошёл, сел на край кровати. Она прижалась ко мне — сама, без приглашения. Её голова легла на моё плечо. От неё пахло ванилью и сном.

— Всё в порядке? — спросила она тихо.

— Да. Небольшая проблема на работе. Уже решена.

— Казино или клуб, это опасно?

Я помолчал.

— Иногда.

— Ты поэтому держишь охрану у дома?

Я посмотрел на неё. Умная. Моя маленькая умная жена.

— Да.

— И поэтому вокруг меня теперь тоже кто-то есть? Я видела молодого человека в университете. Он делал вид, что читает газету, но газета была вверх ногами. Это же тот Доминик?

Я чуть не усмехнулся. Доминик, идиот. Не мог даже газету правильно держать.

— Это Доминик. Он будет рядом с тобой. Для безопасности.

— От кого ты меня защищаешь?

— От людей, которые могут захотеть навредить мне. А через меня — тебе.

Она подняла голову. Серые глаза смотрели на меня — не испуганно, а серьёзно.

— Это из-за казино? Из-за того, что ты владелец?

— Да. Конкуренция. Иногда она бывает жёсткой.

— Ты должен быть осторожен, — сказала она. — Ты мне нужен.

Я посмотрел на неё. Эти три слова. «Ты мне нужен». Она сказала их просто, без пафоса, без театральных пауз. Как будто это было очевидно. Как будто это было правдой.

— Ты мне тоже, — сказал я.

Она прижалась ближе. Я обнял её. Мы сидели так в тишине — мужчина, который только что смотрел на горящий склад и думал о войне, и женщина, которая ничего об этом не знала, но чувствовала: что-то изменилось.

— Я хочу, чтобы ты знала, — сказал я тихо, — что бы ни случилось, я защищу тебя. Всегда.

— Я знаю, — прошептала она. — Ты странный. Но я тебе верю.

Я поцеловал её в макушку. Она закрыла глаза и через минуту уснула — прямо в моих руках. Я держал её и думал о Викторе Драго. О том, что он только что разбудил спящего зверя. О том, что он ещё не знает, с кем связался.

Он хотел войны. Он её получит.

Но не сегодня. Сегодня — только она. Только её дыхание. Только тишина.