Утопленник.

Три дня.

Три дня без синего вихря «Торнадо» стоял на якоре у северных скал. Три дня капитан ходил с перевязанным плечом и делал вид, что ему всё равно. Три дня Тейлз спал с гаечным ключом под подушкой (на всякий случай). Три дня Крим оставляла на борту по яблоку — на случай, если «синий братик» вернётся голодным.

Яблоки не трогали. Они лежали в корзине у мачты, покрываясь мелкой моросью, и ждали.

На четвёртый день Шедоу сказал:

— Снимаемся с якоря. У нас дела.

— А как же… — начала Эми.

— Он сказал «вернусь», — отрезал капитан. — Я ему верю. Но ждать мы не можем. Мы и так потеряли три дня.

Он не сказал, что каждую ночь не спал, всматриваясь в тёмную воду. Что его плечо заживало медленно — не потому, что рана была глубокой, а потому, что он запретил себе её лечить. Слишком быстро. Словно хотел сохранить следы зубов под бинтами.

Слишком похоже на правду.

— Кэп! — крикнул Тейлз с вороньего гнезда. — Горизонт чист!

— Поднимай якорь, — скомандовал Шедоу.

Руж взялась за штурвал. Наклз и Скордж закрепили канаты. Ванилла увела Крим в каюту, чтобы девочка не плакала, глядя, как уплывают скалы — единственное место, где её «синий братик» оставил следы.

«Торнадо» медленно отчалил.

Вода расступалась под форштевнем, солнце поднималось выше, и ничто не предвещало беды. Только лёгкий ветер с запада, только привычный скрип снастей, только запах соли и свободы.

А потом вода впереди корабля взорвалась.

Брызги взметнулись на пять метров вверх, окатив палубу. Кто-то выругался. Кто-то вскрикнул. Штурвал дёрнулся в руках Руж, и «Торнадо» едва не лёг на правый борт.

Из пенного фонтана вылетел ОН.

Синий. Мокрый. Счастливый.

Соник приземлился прямо на бак, вскочил на ноги, раскинул руки и заорал так, что чайки разлетелись в разные стороны:

— Я ВЕРНУЛСЯ! ВСЕ МЕНЯ ЖДАЛИ? ЯБЛОКИ ЕСТЬ?

Он был в той же чёрной футболке, в тех же джинсовых шортах и белых носках — по-прежнему сухих. Фуражка — новая, какая-то чужая, с золотым позументом — лихо сидела набекрень, закрывая один глаз. Он сдвинул её пальцем, осмотрел палубу, нашёл взглядом Шедоу.

И глаза его засветились.

— Братик! — радостно взвизгнул он, исчезая с бака и появляясь прямо перед капитаном. — Ты не уплыл!

— Я думал, — сказал Шедоу. Голос его дрогнул — самую малость, незаметно для посторонних. — Я думал, что ты… что ты…

— Что я утонул? — Соник склонил голову. Ухмыльнулся. — Я УЖЕ УТОНУЛ, БРАТЕЦ. ХЫ. ЭТО МОЁ НОРМАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ.

Он потянул носом. Повернулся к корзине у мачты, увидел яблоки. И замер.

— …Это, — он ткнул пальцем. — Это мне?

Крим выбежала из каюты, расталкивая взрослых. Подбежала к корзине, схватила самое большое яблоко, протянула Сонику.

— Тебе, — сказала она. — Я оставляла каждый день. На случай, если ты придёшь.

Соник взял яблоко. Посмотрел на него. Потом на Крим. Потом на Шедоу.

— …Кролик, — сказал он тихо. — Я тебя люблю. Не так, как братика. По-другому. Ты… ты хорошая.

Он погладил её по голове. Откусил яблоко. И улыбнулся — той самой улыбкой без оскала, от которой у Тейлза подкашивались колени (но не поэтому. Нет, не поэтому. Совсем).

— А теперь, — сказал Соник, доедая яблоко и хватая следующее, — РАССКАЗЫВАЙТЕ, ЧТО Я ПРОПУСТИЛ. И ГДЕ МОЯ ФУРАЖКА? СТАРАЯ. Я ЕЁ ЛЮБИЛ.

— Она упала за борт, — сказал Шедоу.

— ТЫ НЕ ПОЙМАЛ?

— Я не успел.

Соник надул губы. Секунду смотрел исподлобья. Потом пожал плечами и надвинул новую фуражку поглубже.

— Ладно. Новая лучше. С золотом. ХЫ.

Он развернулся, одним прыжком взлетел на марс, уселся на рее, свесил ноги. И запел.

Старенькую, хриплую, но мелодичную песню о ветре и море.

Шедоу смотрел на него снизу вверх, чувствуя, как затягивается рана на плече. Или не на плече. Где-то глубже. Там, где слова не нужны.

— Кэп, — сказала Руж, подходя ближе. — Вы уверены, что это хорошая идея — брать его с собой?

— Он всё равно пойдёт за нами, — ответил Шедоу, не отводя глаз. — Так проще, когда он на корабле.

— А если он снова укусит?

— Я переживу.

Руж помолчала. Потом улыбнулась — краешком губ.

— Вы влюблены в легенду, капитан.

— Я в курсе.

Соник сверху бросил в них огрызком. Попал в фуражку Руж. Та слетела и покатилась по палубе.

— Я ВСЁ СЛЫШУ, — крикнул он, скалясь. — НЕ ЗАБЫВАЙТЕ ПРО БРАТИКА. ХЫХЫХЫ.

«Торнадо» плыл вперёд.

В неизвестность. В новые приключения. В порты, где его уже ждали легенды о синем вихре — только теперь к ним добавилась новая деталь.

Говорили, что у чудовища появилась команда.

И капитан, который не боится его укусов.