[BL] Бесконечный город

После долгого поцелуя Сюй Шаоцянь посмотрел Ан Яню в глаза и тихо спросил:

— Ан Янь, ты действительно хочешь быть со мной? Не окажется ли так, что завтра, протрезвев, ты скажешь, что ничего не было?

— ...Я не пьян, — смущённо улыбнулся Ан Янь.

Он мягко обнял Сюй Шаоцяня и прижался щекой к его груди. Слушая ровный стук его сердца, он чувствовал необъяснимое спокойствие. Некоторое время они молча сидели в объятиях друг друга.

Наконец Ан Янь серьёзно сказал:

— Шаоцянь, сейчас мы не можем сделать наши отношения публичными. С одной стороны, есть мнение общественности в шоу-бизнесе. С другой — у моего дедушки больное сердце, я боюсь, что он не выдержит такого потрясения...

Говоря это, он невольно крепче сжал руки вокруг его талии.

— Наверное, какое-то время тебе придётся потерпеть неудобства... Мы можем встречаться только тайно. А когда появится подходящий момент, я расскажу обо всём семье. Ты согласен?

Увидев тревогу на его лице, Сюй Шаоцянь почувствовал, как сердце невольно смягчилось. Он ласково провёл рукой по его волосам и с улыбкой ответил:

— Хорошо.

Ан Янь уже думал о том дне, когда познакомит его со своей семьёй. Одного этого было достаточно, чтобы понять: на этот раз он настроен совершенно серьёзно.

Человек в его объятиях был таким привычным и родным — знакомый запах, знакомое тепло. В душе Сюй Шаоцяня впервые возникло чувство полного удовлетворения. Столько лет он любил Ан Яня без ответа, столько лет ждал, и теперь наконец дождался его чувств. В этот момент сердце было наполнено тихим счастьем.

То, что их отношения пока придётся скрывать, не имело значения. Ан Яню ещё предстояло работать в индустрии развлечений, и Сюй Шаоцянь давно был готов к тому, что ему придётся оставаться тайным возлюбленным.

Они ещё некоторое время молча обнимались, после чего Ан Янь обеспокоено сказал:

— Уже поздно. Тебе тоже пора отдыхать.

Если они продолжат так и дальше, это может плохо закончиться, смущённо подумал он. От выпитого алкоголя тело стало необычайно чувствительным. Запах Сюй Шаоцяня, его близость — всё это вызывало странное волнение.

— Хорошо, — тихо ответил Сюй Шаоцянь. — Тогда я пойду. Ты тоже ложись пораньше.

Ан Янь кивнул, затем неожиданно подался вперёд и легко коснулся губами его лба.

— Спокойной ночи.

На мгновение Сюй Шаоцянь замер. Мягкое прикосновение губ ко лбу заставило его сердце дрогнуть. Когда Ан Янь сам проявлял инициативу, устоять перед ним становилось почти невозможно. С трудом подавив поднявшееся волнение, Сюй Шаоцянь быстро попрощался и вернулся к себе.

Оставшись один, он коснулся рукой места на лбу, которого только что коснулись губы Ан Яня, и уголки его губ сами собой поднялись в улыбке. Он никогда не думал, что настанет день, когда это взбалмошный мальчишка сам приблизится к нему и поцелует.

«Ради этого мгновения тепла и счастья стоило ждать все эти годы.»

***

Настроение у Сюй Шаоцяня было настолько хорошим, что той ночью он спал как никогда крепко. Ан Янь, выпивший на банкете, тоже проспал до самого утра.

На следующий день они вместе пообедали в гостинице, а затем, вооружившись большими тёмными очками и прочими средствами маскировки, отправились в аэропорт.

Когда они прилетели в Силинь, часы показывали уже пять вечера. Сюй Шаоцянь сам сел за руль и повёз Ан Яня обратно в жилой комплекс Юэху.

По дороге внезапно зазвонил телефон Ан Яня. Увидев имя на экране, он сразу ответил:

— Алло, Ан Цзэ... Что?!.. Гэ вернулся?! — на его лице тут же появилось радостное выражение. — Ты съездил в Ванкувер и привёз его обратно? Отлично! Вы сейчас дома? Я только что закончил съёмки и вернулся из Цзиньчжоу... А, Чан Линь уже доложил тебе? — он со смехом потёр нос. — Совсем забыл, что теперь ты глава «ХуаАн». Ладно, господин Ан, я сейчас же приеду домой!

Закончив разговор, он не удержался от улыбки:

— Теперь делами развлекательной компании занимается Ан Цзэ. Получается, он мой непосредственный начальник. В офисе придётся называть его «господин Ан». Странное чувство. Когда мама была рядом, я гораздо привычнее чувствовал себя, обращаясь к ней как к президенту Чжоу.

Договорив, он вдруг замолчал. В глазах промелькнула грусть — он снова вспомнил Чжоу Бичжэнь.

Сюй Шаоцянь мягко сжал его руку, стараясь поддержать, и Ан Янь сразу же крепко сжал её в ответ. Помолчав немного, он наконец привёл мысли в порядок и улыбнулся:

— Шаоцянь, можешь изменить маршрут и отвезти меня домой, в особняк моей семьи?

— Конечно, — кивнул Сюй Шаоцянь. На ближайшем перекрёстке он свернул в другую сторону и направил машину к дому семьи Ан.

Подъехав к их дому, Сюй Шаоцянь остановил машину у ворот. Ан Янь поблагодарил его и попрощался, собираясь выйти из автомобиля, но Сюй Шаоцянь вдруг удержал его, поймав за руку.

Удивлённо обернувшись, Ан Янь встретился с его глубоким взглядом.

— Тебе не кажется, что чего-то не хватает? — тихо спросил Сюй Шаоцянь.

Ан Янь на мгновение задумался, а затем понял, что тот имеет в виду. Он, поспешно наклонившись, легко коснулся губами уголка его губ и, покраснев, сказал:

— Теперь ничего не забыли?

Сюй Шаоцянь слегка улыбнулся, а в следующую секунду он обнял Ан Яня за талию, приподнял его подбородок и поцеловал прямо в губы.

— Мм... — застигнутый врасплох, Ан Янь на мгновение растерялся. Но поцелуй был таким нежным, что оттолкнуть его он не смог. Обняв Сюй Шаоцяня, он ответил на поцелуй.

Они долго не могли оторваться друг от друга. Поцелуи Сюй Шаоцяня становились всё более настойчивым, и Ан Янь постепенно начал ощущать лёгкое онемение во рту. По спине пробежала едва уловимая дрожь.

— Мм-м... ах...

Понимая, что ситуация может выйти из-под контроля, он поспешно оттолкнул Сюй Шаоцяня и тихо сказал:

— Ладно, тебе пора ехать. Когда доберёшься домой, позвони мне, — с этими словами он быстро развернулся и выскочил из машины, его уши горели.

Сюй Шаоцянь смотрел ему вслед, и его взгляд становился всё мягче.

***

Войдя в дом, Ан Янь сразу почувствовал аромат приготовленной еды.

Пройдя в гостиную, он увидел, что Ан Луо сидит на диване с газетой в руках, а Ан Цзэ в фартуке хозяйничает на кухне, готовя ужин.

Ан Янь тут же подскочил к старшему брату и крепко обнял его.

— Гэ, я так и знал, что ты не уедешь в Ванкувер навсегда! Хорошо, что вернулся. Только больше не вздумай уезжать!

Повисший на нём словно щенок второй младший брат заставил Ан Луо беспомощно вздохнуть.

Отложив газету, он похлопал Ан Яня по спине и сказал:

— Отпусти сначала. Ты меня сейчас задушишь.

Ан Янь рассмеялся и разжал руки.

— Это Ан Цзэ поехал за тобой в Ванкувер? Вы что, помирились?

Щёки Ан Луо слегка покраснели. Заметив, что Ан Цзэ как раз выходит из кухни с блюдом в руках, он тут же принял невозмутимый вид старшего брата и спокойно произнёс:

— Идём есть, — после чего проигнорировал любопытный взгляд Ан Яня и направился в столовую.

***

Ужин прошёл неожиданно тепло и спокойно.

После еды Ан Цзэ отправился мыть посуду, а Ан Янь, который обычно на кухне почти не появлялся, вдруг вызвался помочь. Правда, его истинной целью была вовсе не посуда, а любопытство.

Наблюдая за тем, как младший брат моет тарелки, он с улыбкой спросил:

— Ан Цзэ, а ты молодец. Сумел вернуть старшего брата обратно. Вы ведь теперь вместе, да?

Ан Цзэ ненадолго замолчал. Лишь спустя несколько секунд он повернулся к нему и спокойно ответил:

— Да, мы действительно вместе. На самом деле Ан Луо не является нашим родным братом. Дедушка рассказал мне об этом совсем недавно. Я попросил тебя приехать не только из-за этого. Есть ещё много вещей, которые нужно тебе объяснить.

Увидев серьёзное выражение его лица, Ан Янь тоже перестал шутить.

— Что случилось? Почему ты такой серьёзный?

Быстро закончив с посудой, Ан Цзэ вернулся вместе с ним в гостиную и только тогда заговорил:

— По делу о похищении старшего брата полиция уже пришла к окончательным выводам. Тогда он случайно обнаружил проблемы в бухгалтерских документах отцовской компании и начал собственное расследование. В результате он узнал слишком много того, чего знать не должен был.

После короткой паузы Ан Цзэ продолжил:

— Двадцать лет назад отец тайно участвовал в торговле наркотиками вместе со своим однокурсником. Тот самый однокурсник — это и есть «Третий Мастер», про возвращение которого ты услышал во время ссоры родителей. Он возглавляет крупнейший наркокартель Юго-Восточной Азии под названием «Иллюминаты»... Все эти годы отец был связан с ним и участвовал в наркоторговле. Позже он захотел выйти из этого бизнеса, но было уже слишком поздно.

Ан Янь был потрясён. Он всегда помнил отца как мягкого и доброго человека. Мысль о том, что тот когда-то занимался торговлей наркотиками, казалась невероятной. Зато теперь он наконец понял, почему в тот вечер мать была так разгневана и говорила о его ошибках и преступлениях прошлого.

Некоторое время он молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Наконец, он сказал:

— Не ожидал... что отец был замешан в таком...

Ан Цзэ тоже помолчал, прежде чем тихо ответить:

— Отца уже нет. Полиция конфискует всё имущество, полученное благодаря наркоторговле. В последнее время я как раз занимаюсь проверкой и расчисткой всех этих финансовых дел. Ты был на съёмках, поэтому я рассказываю тебе обо всём этом только сейчас.

Ан Янь похлопал четвёртого брата по плечу:

— Тяжело тебе пришлось... — Затем он спросил, — а что с этим Третьим Мастером? Полиция его поймала?

Ан Цзэ посмотрел на него и тихо произнёс:

— Третий Мастер использовал имя Линь Сан, но его настоящее имя... Сюй Цзымин.

Ан Янь нахмурился.

— Сюй Цзымин... Почему мне кажется, что я уже где-то слышал это имя?.. — не договорив, он вдруг замер, его сердце сжалось от необъяснимой тревоги. Нервно сжав пальцы, он медленно спросил, — он... случайно не... отец Шаоцяня?..

Лицо Ан Цзэ помрачнело, и он тяжело кивнул:

— Это действительно отец Сюй Шаоцяня.

— ... — Ан Янь застыл на месте, не в силах произнести ни слова.

— Двадцать лет назад Сюй Цзымин инсценировал собственную гибель в автокатастрофе, присвоил часть имущества семьи Сюй и, сменив имя, уехал за границу заниматься наркоторговлей. Ан Луо докопался до правды, поэтому его и попытались устранить. А отец... узнав, что Третий Мастер вернулся в страну, спешил в аэропорт, пытаясь скрыться. Но шёл дождь, дорога была скользкой, машина ехала слишком быстро... и произошла авария.

После короткой паузы Ан Цзэ продолжил:

— Всё это время мы со старшим братом сотрудничали с полицией. Из-за потери памяти у него долго не было точных доказательств. Но теперь память вернулась, и вся правда наконец раскрылась. Ты тоже член семьи Ан, поэтому должен знать обо всём.

Лишь спустя долгое время Ан Янь смог прийти в себя.

Его голос заметно дрожал:

— Ты хочешь сказать... человека, который похитил старшего брата и в итоге стал причиной гибели наших родителей... зовут Сюй Цзымин? И он отец Сюй Шаоцяня?

Ан Цзэ молча кивнул.

Лицо Ан Яня побледнело. Он знал, что Ан Цзэ не станет ему лгать, но принять такую правду был не в состоянии.

«Почему виновником трагедии, разрушившей их семью, оказался отец Шаоцяня?»

В груди внезапно стало холодно. Казалось, будто в сердце появилась трещина, в которую один за другим засыпали осколки льда. Леденящий холод быстро распространился по всему телу. Перед глазами невольно всплыла недавняя сцена их прощания — их поцелуй, нежелание расставаться. От этого воспоминания стало ещё больнее.

Долгое время он сидел неподвижно, словно окаменев.

Наконец, опустив голову, тихо спросил:

— Вы уверены? На сто процентов? Третий Мастер действительно Сюй Цзымин?

Ан Цзэ снова кивнул:

— Сейчас он находится под арестом. Ты помнишь Сюй Цзяхуэй? Тётю Шаоцяня. Она лично приезжала в полицейский участок и подтвердила его личность. Третий Мастер — это Сюй Цзымин. Доказательств его участия в наркоторговле более чем достаточно. Через несколько дней состоится судебное заседание.

Последняя надежда окончательно рухнула. Ан Янь побледнел ещё сильнее. Он взял стоявшую на столе чашку и только тогда заметил, что его пальцы непрерывно дрожат.

Они с Шаоцянем были вместе меньше суток. Совсем недавно они признались друг другу в чувствах, а теперь он узнал такую правду — оказалось, что между семьями Ан и Сюй стоит кровь и непримиримая вражда.

«Что мне теперь делать? Могу ли я по-прежнему быть рядом с Шаоцянем?»

Стоило вспомнить мать, погибшую совершенно невинно... Стоило вспомнить старшего брата, которого едва не убили и который после побоев остался калекой, месяцами заново учась ходить... Даже понимая, что Сюй Шаоцянь не имеет к этому никакого отношения, Ан Янь всё равно не знал, как теперь сможет смотреть ему в глаза. Разве он сможет тогда спокойно приходить на могилы своих родителей, чтобы почтить их память.

Увидев боль на его лице, Ан Цзэ мягко положил руку ему на плечо.

— Я хотел скрывать это от тебя как можно дольше. Но через несколько дней начнётся суд, и ты всё равно узнал бы, кто такой Третий Мастер. — Он немного помолчал и обеспокоенно спросил, — между тобой и Сюй Шаоцянем... сейчас что происходит?

Сердце Ан Яня болезненно сжалось, но он не мог не признаться, и тихо произнёсти вслух:

— Мы только что начали встречаться.

Перед глазами снова возник образ Ан Луо в больнице. Даже теперь, когда старший брат вернул память, Ан Янь никогда не забудет те страшные раны, которые увидел тогда, его сломанные ноги. Не мог он забыть и месяцы лечения и восстановления, прежде чем тот снова смог встать на ноги.

«Старший брат слишком много пережил из-за этой истории. А родители.. и вовсе лишились жизни. Как после всего этого я смогу спокойно представить его семье, сказав, что мы теперь встречаемся...»

Помолчав, Ан Цзэ произнёс:

— Я рассказал тебе правду, потому что ты имеешь право её знать. Но это никак не связано с самим Сюй Шаоцянем. Он ничего не знал. Если ты всё же захочешь быть с ним, ни я, ни старший брат не будем возражать.

Ан Янь долго молчал, а затем через силу улыбнулся и сказал:

— ...Я немного устал. Пойду отдохну.

Вернувшись в свою комнату, он сел на кровать и ещё долго сидел неподвижно, погружённый в мысли.

Внезапно загорелся экран телефона. На дисплее появилась фотография Сюй Шаоцяня.

От одного её вида сердце болезненно сжалось. Совсем недавно он сам, забыв о смущении, первым потянулся к нему, поцеловал его, обнимал и отвечал на его поцелуи — в тот момент он был по-настоящему счастлив.

Но это счастье продлилось даже меньше одного дня. И теперь на него словно вылили ведро ледяной воды. Разумом Ан Янь понимал: всё это действительно не имеет никакого отношения к Сюй Шаоцяню. Но сердцем он не мог спокойно смотреть тому в глаза.

Почти до смерти избитый старший брат, которого он всегда уважал. Любимая мама, невинно погибшая в той аварии. Она была ещё совсем не старой, впереди у неё оставалось столько лет жизни... Если её душа и правда наблюдает за ним с небес, что бы она почувствовала, узнав, что её сын связал свою жизнь с сыном врага? Было бы ей больно? Решила бы она, что этот сын слишком слабый и слишком непочтительный?

Ан Янь неподвижно смотрел на экран телефона. Звонок длился какое-то время, но так и остался без ответа. Затем оборвался. Через несколько минут телефон зазвонил снова...

Сюй Шаоцянь настойчиво набирал его номер снова и снова. Пять раз подряд. Но у Ан Яня так и не хватило смелости нажать кнопку ответа.

Спустя некоторое время пришло сообщение: [Ты в душе? Когда увидишь сообщение, перезвони мне.]

Ан Янь долго молча смотрел на экран, прежде чем отправить ответ: [Прости, Шаоцянь. Нам лучше расстаться.]

Почти сразу пришёл ответ: [Что случилось?]

Сдерживая боль, пронзавшую сердце, Ан Янь негнущимися пальцами медленно набирал слова: [Наверное, мы слишком долго снимались в «Бесконечном городе». Я слишком глубоко вошёл в роль и настолько поставил себя на место Сяо Ци, что под влиянием эмоций признался тебе после окончания съёмок. Но потом я успокоился и всё обдумал. На самом деле мы не подходим друг другу.]

Ответа не последовало, Сюй Шаоцянь молчал.

Ан Янь ждал очень долго, но так ничего и не получил. Тогда он отправил ещё одно сообщение: [Давай лучше расстанемся сейчас. В будущем тебе придётся вернуться в семью Сюй и заняться семейным бизнесом, а я останусь в индустрии развлечений и продолжу сниматься. У нас всё равно нет будущего.]

В ответ пришли всего три слова: [Возьми трубку.]

Сразу после этого телефон зазвонил. Пальцы Ан Яня слегка дрожали, когда он нажал кнопку ответа. В трубке прозвучал низкий голос Сюй Шаоцяня:

— Ан Янь, что произошло на самом деле?

Подавляя боль в груди, Ан Янь заставил себя говорить спокойно:

— Всё так, как я написал в сообщениях. Давай расстанемся.

На другом конце ненадолго воцарилось молчание, затем голос Сюй Шаоцяня резко похолодел:

— Ан Янь, вчера ты говорил, что хочешь быть со мной. Сегодня ты говоришь о расставании. Ты считаешь, что я, Сюй Шаоцянь, из тех людей, которых можно позвать — и они придут, а потом прогнать — и они уйдут?

Он сделал паузу и продолжил:

— Это уже второй раз, когда ты меня отталкиваешь. Хорошенько подумай, дам ли я тебе ещё один шанс.

— ... — слова застряли у Ан Яня в горле. Он молчал очень долго, прежде чем, с трудом сдерживая душившую его боль, тихо произнести, — Прости, Шаоцянь... Я... не могу быть с тобой.

Звонок оборвался. Слушая короткие гудки в трубке, Ан Янь вдруг почувствовал внутри пугающую пустоту. Он крепко сжал телефон и едва слышно прошептал:

— Шаоцянь... я люблю тебя... Я правда тебя люблю... Это совсем не из-за съёмок... — голос дрогнул. — Но мои родители ещё не успели обрести покой... Мой брат едва не лишился жизни... Я не могу быть настолько эгоистичным, чтобы, несмотря ни на что, продолжать оставаться рядом с тобой... — Он закрыл глаза, прежде чем прошептать, — Шаоцянь... я люблю тебя...

Подступившая к глазам влага быстро затуманила зрение. Ан Янь неподвижно смотрел на фотографию Сюй Шаоцяня на экране телефона. Сердце словно кто-то безжалостно сжимал и выворачивал изнутри, так что становилось трудно дышать.

Ему казалось... На этот раз он действительно потерял Шаоцяня, окончательно упустив эту любовь, обретённую с таким трудом.

_________________________