Агата Холмс и Слеза Богов

Замок Вольтури оказался именно таким, как я себе представляла: мрачным, величественным и пропитанным запахом вековой пыли и чужой крови. Аро шёл впереди, его тонкие бледные пальцы то теребили край шарфа, то касались стен, словно он черпал силу из самого камня.

— Наш род, мадемуазель Холмс, — произнёс он тоном, полным надменного достоинства, — хранит тайны, о которых смертные даже не догадываются. Тысячи лет наблюдений, записей, сделок...

— И убийств, — вставила я, жуя шоколадку. Запас надо было экономить, но нервы требовали сахара. — Давайте не будем приукрашивать.

Аро остановился и обернулся. Его красные глаза сверкнули в полумраке. В голосе, когда он заговорил снова, послышалась лёгкая усталость — словно ему надоело повторять одно и то же смертным на протяжении тысячелетий.

— Ты не боишься меня, девочка. Это... освежает. — Он снова затеребил шарф. — Но и настораживает. Слишком смелые смертные обычно долго не живут.

— Я не обычная смертная, — парировала я. — И если вы меня убьёте, никогда не узнаете, почему я могу блокировать ваше чтение мыслей. А это, согласитесь, редкий экземпляр для коллекции.

Аро улыбнулся своей кошачьей улыбкой — снисходительно, словно ребёнку, который сказал что-то забавное — и жестом пригласил нас в зал.

Внутри нас ждали остальные. Кай — угрюмый брюнет с глазами убийцы, который смотрел на меня как на кусок мяса, и Маркус — с вечно печальным лицом и отсутствующим взглядом. Тот самый, который потерял пару и с тех пор не проявлял интереса к жизни. Я мысленно поставила галочку: Маркус может быть полезен, если найти к нему подход. Печальные люди любят говорить о своих потерях.

— Итак, — Аро уселся на трон, откинувшись на спинку с видом монарха, уставшего от приёмов, — рассказывай, Агата Холмс. Откуда ты явилась и что тебе нужно?

Я кратко обрисовала ситуацию: Мориарти, порошок, Форкс, вампиры-вегетарианцы, оборотни, красный камень, Виктория.

При имени Виктория Кай напрягся. Аро бросил на него быстрый взгляд.

— Виктория, — протянул Аро задумчиво, с той величественной медлительностью, которая бывает только у существ, уверенных, что их никто не перебьёт. — Рыжая бестия, которая мстила за своего возлюбленного. Мы следили за ней некоторое время, но она исчезла. А теперь, говоришь, появилась со светлыми волосами?

— Краска, наверное, — пожала я плечами. — Или маскировка. Женщины иногда меняют имидж, чтобы сбить со следа. Я, например, никогда не меняю причёску, потому что на это нет времени, но понимаю мотивы.

Аро задумчиво постучал пальцем по подлокотнику. В его глазах читалась скука — старая, глубокая, как сам мир.

— Она приходила сюда месяц назад. Интересовалась нашими архивами. Сказала, что ищет способ воскресить мёртвого. Мы, конечно, отказали. Воскрешение — это не наша компетенция. Но, видимо, она нашла другой путь.

— Слеза Богов, — встрял Себастьен. До этого он стоял молча, наблюдая за происходящим с лёгкой улыбкой. — Камень, открывающий порталы между мирами. О нём есть записи в вашей библиотеке, Аро. Я знаю.

Аро прищурился.

— Откуда тебе знать, Дюбуа? Ты всего лишь дизайнер, хоть и бессмертный.

— Я всего лишь любопытный француз, — поправил Себастьен с обезоруживающей улыбкой. — И я умею слушать. Ваши стены хранят много историй, если провести в них достаточно времени.

Аро хмыкнул, но в его глазах мелькнуло уважение.

— Хорошо. Допустим, у нас есть информация. Но что ты предложишь взамен, Агата Холмс? Я не благотворительная организация. Даже для таких очаровательных созданий.

Я задумалась. Деньги? У меня их нет. Шоколад? Вряд ли они оценят. Остаётся только мой ум.

— Я раскрою вам любую тайну, — сказала я. — Любую загадку, которая вас мучает. У вас, древних существ, наверняка есть нераскрытые дела. Дайте мне дело — и я его решу. Как плата за информацию.

Аро переглянулся с Каем. Тот едва заметно кивнул.

— Хорошо, — Аро подался вперёд. — У нас есть одна загадка. Древняя. Мы не можем её разгадать уже триста лет. Если справишься — получишь доступ к архиву.

— И к камню? — уточнила я.

— Если камень существует, и если он у нас — ты его увидишь, — уклончиво ответил Аро.

Я кивнула. Себастьен сжал мою руку — предупреждающе.

— Будь осторожна, — шепнул он по-французски. — Они хитры.

— Знаю, — ответила я тихо. — Но у меня нет выбора.

Его брови взлетели вверх. Кажется, он не ожидал, что я говорю по-французски. В его глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Ты говоришь по-французски? — спросил он с лёгким удивлением.

— Изучала в университете, — ответила я. — И не смотри на меня так. Я просто образованная.

Он улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у меня внутри что-то ёкнуло.

— Мы ещё поговорим об этом, — пообещал он.

Аро кашлянул (зачем вампиру кашлять? для драматического эффекта, видимо).

— Если вы закончили ворковать, я расскажу суть дела.

Я отпустила руку Себастьена и приняла максимально деловой вид.

— Слушаю.

Дело о пропавшем артефакте

— Триста лет назад, — начал Аро, — у нас хранился артефакт. Не Слеза Богов, но нечто похожее по силе. Медальон, который мог показывать будущее. Элис Каллен — лишь бледная тень того, что умел этот медальон.

Я навострила уши. Медальон, показывающий будущее? Звучит как то, что Мориарти очень бы пригодилось.

— Он исчез, — продолжил Аро. — Из закрытой комнаты. Без следов взлома. Никто из своих не мог его взять — мы все были под подозрением и доказали невиновность. Чужие не могли проникнуть — охрана была идеальной.

— И вы триста лет не можете найти? — удивилась я. — С вашими-то способностями?

Аро помрачнел.

— Мы перерыли всё. Допросили всех. Убили многих. Ничего.

Я задумалась. Закрытая комната, никаких следов, свои вне подозрений. Классический случай «невозможного преступления». Ватсон бы сейчас записывал в блокнот.

— Мне нужно осмотреть комнату, — сказала я. — И допросить всех, кто был тогда. Даже мёртвых. У вас же есть записи допросов?

— Есть, — кивнул Аро. — Кай, проводи.

Кай недовольно сверкнул глазами, но повёл нас в подземелье.

Осмотр места преступления (трёхсотлетней давности)

Комната оказалась небольшой каменной камерой без окон. Только тяжёлая дубовая дверь с современным замком (за триста лет, видимо, поменяли). Внутри — пустой каменный постамент, на котором когда-то лежал медальон.

— Следов взлома нет? — уточнила я.

— Никаких, — буркнул Кай.

— Кто имел доступ?

— Только члены Совета. Аро, я, Маркус, и ещё двое, которые сейчас... в отъезде.

— В смысле — мертвы?

Кай кивнул.

Я достала лупу и принялась ползать по полу. Кай смотрел на меня как на сумасшедшую. Себастьен стоял в углу с лёгкой улыбкой — ему явно нравилось представление.

— Пыль, — бормотала я. — Триста лет пыли. Если бы кто-то заходил, были бы следы... но их нет. Значит, либо вор был невесомым, либо...

— Либо? — нетерпеливо спросил Кай.

— Либо он был здесь всегда.

Я выпрямилась и посмотрела на каменные стены.

— У вас есть план замка? Старый, времён постройки?

Кай удивлённо моргнул, но кивнул и принёс пергамент.

Я разложила его на полу. Комната, коридоры, соседние помещения. И тут я заметила.

— Вот, — ткнула пальцем. — За этой стеной — что?

— Пустота, — ответил Кай. — Скала. Гора.

— Вы уверены? Триста лет назад, когда строили, могли оставить тайный ход. Средневековые замки полны секретов.

Кай задумался. Потом его лицо изменилось.

— Был один архитектор. Человек. Он строил эту часть замка. Потом его убили — чтобы не разболтал тайны.

— Убили? — переспросила я. — Значит, тайна была. Где его могила?

Раскопки и неожиданная находка

Мы вышли во внутренний двор, где под старой плитой действительно обнаружились останки архитектора. Кости, истлевшая одежда и... металлическая шкатулка, зажатая в руке.

— Любопытно, — прокомментировал Себастьен. — Хоронили с шкатулкой? Необычно.

Я открыла шкатулку. Внутри лежал пергамент с планом — тем же самым, что у нас был, но с пометками. И одна пометка указывала на тайный ход, ведущий прямо в комнату с медальоном. Ход начинался в соседней башне и проходил сквозь скалу.

— Он построил тайный ход, — поняла я. — И убийцы не знали. А потом кто-то из своих... или чужих... нашёл этот ход и украл медальон.

Кай выглядел ошеломлённым.

— Но кто? Мы проверяли всех!

— Проверяли тех, кто был после. А кто был архитектором? У него были помощники? Ученики?

Кай зарычал от злости.

— Этого мы не проверяли.

— Вот именно. Триста лет вы искали не там. Вор, скорее всего, был человеком, помощником архитектора, который знал о ходе. Он проник, взял медальон и исчез. А вы грешили на своих.

Аро, который бесшумно появился в дверях, медленно захлопал в ладоши. Его тонкие пальцы, казалось, вот-вот сломаются от напряжения. Надменная улыбка тронула бледные губы.

— Браво, мадемуазель Холмс. Браво. Триста лет мы ломали голову, а ты справилась за час. — В его величественном тоне послышалось нечто похожее на одобрение. — Ты действительно необычный экземпляр.

— За час и одну шоколадку, — поправила я, доедая последний кусочек. — Так что насчёт архива?

Архив Вольтури и красный камень

Библиотека Вольтури оказалась огромной — тысячи томов, свитков, пергаментов. Пахло древностью и тайнами.

Аро провёл меня к стеллажу с надписью на латыни: «De Portalis et Lapidibus» — О порталах и камнях.

— Здесь всё, что мы собрали за тысячелетия, — сказал он. — Ищи.

Я принялась за работу. Себастьен помогал — перелистывал тяжёлые фолианты, подавал свитки, иногда комментировал.

Через три часа (и две украденные у Аро шоколадки из его личных запасов) я нашла.

— Вот, — я ткнула пальцем в пергамент. — «Слеза Богов». Красный камень, упавший с неба во времена первых вампиров. Способен разрывать ткань миров. Хранился у... — я запнулась. — Хранился у клана Д'Арси. Во Франции.

Себастьен замер.

— Д'Арси? — переспросил он. — Это мой клан. Точнее, был. Я знал их.

Я посмотрела на него.

— Ты знал?

— Я был младшим в клане, — тихо сказал он. — Д'Арси уничтожили Вольтури лет двести назад за неподчинение. Я выжил, потому что был в отъезде. Камень... я думал, он погиб вместе с ними.

— Не погиб, — раздался голос из тени. — Его забрала я.

Из темноты выступила фигура. Светлые волосы, красные глаза, хищная улыбка. Виктория.

— Привет, Агата, — мурлыкнула она. — Мориарти передаёт привет. И просил сказать, что шоколад у него вкуснее.

Я вскочила, но Себастьен заслонил меня собой.

— Виктория, — его голос стал холодным. — Ты вмешиваешься не в своё дело.

— О, Себастьен, — она рассмеялась. — Всё такой же романтик. Помогаешь смертной девушке? Влюбился, что ли?

Я почувствовала, как краска заливает щёки. Чёрт.

— Камень у тебя? — спросила я, пытаясь вернуть контроль.

— У меня, — кивнула Виктория. — И Мориарти уже готов открыть портал. Ты опоздала, детектив. Твой мир скоро получит гостей.

— Каких гостей? — напряглась я.

— Узнаешь. — Она шагнула назад, в тень. — Встретимся в Париже, Агата. Себастьен знает место. Приходи одна, если хочешь вернуться домой. — Она сделала паузу и добавила с усмешкой: — И принеси шоколад. Мориарти сказал, что без шоколада ты не та.

Она исчезла, словно растворилась в воздухе.

Я повернулась к Себастьену.

— Париж?

— Париж, — подтвердил он. — Бывшее поместье Д'Арси. Там был портал. Видимо, они хотят открыть его снова.

Я уже собралась бежать, но тут сзади раздался величественный, чуть уставший голос Аро:

— Не так быстро, мадемуазель Холмс.

Мы обернулись. Аро стоял в дверях библиотеки, его тонкие пальцы теребили край шарфа, а в красных глазах горел холодный интерес.

— Я отпустил тебя в архив, но не отпускал из замка. Ты решила нашу загадку, и я благодарен. Но теперь у меня к тебе другое предложение.

— Я слушаю, — осторожно сказала я.

— Ты права насчёт вора — он был человеком, помощником архитектора. Но искать его среди смертных... — Аро сделал паузу, давая мне осознать всю безнадёжность этой затеи. — Люди стареют и умирают. Их дети умирают. Внуки. Правнуки. Медальон мог переходить из рук в руки сотни раз. Мы, бессмертные, не можем следить за каждым смертным поколением.

Я начала понимать, куда он клонит.

— Вы хотите, чтобы я нашла его?

— Я хочу, чтобы ты стала нашим консультантом, — поправил Аро. — По особо сложным делам. Ты мыслишь иначе, чем мы. Ты видишь то, что мы перестали замечать за тысячелетия скуки. Медальон всё ещё где-то в мире смертных. Рано или поздно он всплывёт. И когда это случится, я хочу, чтобы ты была готова его найти.

— А если я откажусь?

Аро улыбнулся своей кошачьей улыбкой.

— Тогда ты не получишь информацию о камне, которая у нас ещё есть. Например, о том, что Слеза Богов не просто открывает порталы. Она ещё и... как бы это сказать... оставляет следы. Энергетические отпечатки. Если знать, куда смотреть, можно отследить, где и когда её использовали.

Я замерла. Это меняло всё.

— Вы можете отследить Викторию?

— Можем, — кивнул Аро. — Но не бесплатно.

Себастьен шагнул вперёд.

— Аро, это шантаж, — сказал он жёстко.

— Это бизнес, — парировал Аро. — Ты же француз, должен понимать.

Я положила руку на плечо Себастьена.

— Хорошо, Аро. Я согласна стать вашим консультантом. Но с условием: вы даёте мне информацию сейчас, а я найду ваш медальон, как только разберусь с Мориарти. Идёт?

Аро прищурился, обдумывая.

— Идёт. — Он щёлкнул пальцами, и Кай вышел вперёд с древним свитком. — Здесь карта энергетических следов за последний месяц. Виктория активировала камень трижды. Два раза в Париже, в районе старого поместья Д'Арси. И один раз... — он сделал паузу, — в Лондоне.

— В Лондоне? — переспросила я.

— На Бейкер-стрит. — Аро смотрел на меня с холодным любопытством. — Твой Мориарти либо очень смел, либо очень глуп. Он ходит по твоему дому.

У меня перехватило дыхание. Мориарти был в моём мире. В моём доме. Рылся в моих вещах.

— Мне нужно в Париж, — выдохнула я. — Немедленно.

— Я с тобой, — твёрдо сказал Себастьен.

Аро величественно кивнул.

— Ступайте. И помни, Агата Холмс: ты теперь работаешь на меня. Если понадобишься — я тебя найду.

Я фыркнула, но спорить не стала.

Мы вышли из замка под холодный итальянский дождь.

— Ну что, француз, — сказала я, доставая последнюю шоколадку (надо было экономить, но нервы). — Веди в Париж. И по дороге расскажи мне всё, что знаешь о своём клане. А то я начинаю подозревать, что ты не просто дизайнер.

Он улыбнулся — и в этой улыбке было что-то новое. Что-то опасное и притягательное одновременно.

— Агата, я никогда не был просто дизайнером. Но для тебя готов им быть.

Я закатила глаза, но сердце предательски ёкнуло.

Чёртов француз. Чёртов Париж. Чёртов Мориарти, который шастает по моей квартире.

Впереди была битва. А пока — поезд на север, разговоры под стук колёс и тёплая (относительно) рука Себастьена, которая снова легла на мою.

— Рассказывай, — потребовала я.

И он рассказал.