Глава 63.
Вскоре рогатый олень приземлился.
Он подождал немного, заметил, что жуки позади еще не спустились, и кружил вокруг входа в пещеру круг за кругом.
На третьем круге вес саней наконец стал легче.
Когда Фу Наньцзе помог ему снять оглобли, рогатый олень, почувствовав легкость во всем теле, побрел отдыхать в свой домик.
Ванная комната, хотя и была передвижным устройством, оказалась довольно просторной.
Фу Наньцзе достал ванночку, набрал горячей воды и, держа за руку полусонного детеныша, вошел внутрь.
Ребенок прислонился к ноге отца-самца и пробормотал:
- Очень холодно, не хочу мыться.
Фу Наньцзе посмотрел на обогреватель на стене, он не был сломан:
- Тогда давай просто оботремся.
Он намочил полотенце и просто обтер тело детеныша, надел на него пижаму, положил на одеяло и скатал в комок.
Руки и ноги детеныша были туго замотаны, снаружи торчала только голова.
Он пошевелил телом:
- Я гусеница.
- А я тогда кто? - спросил Фу Наньцзе, доставая свою пижаму.
Детеныш перестал двигаться и задумался:
- Хм... ты бабочка.
- Почему? Разве отец-самец маленькой гусеницы не большая гусеница?
Детеныш продолжил извиваться:
- Потому что гусеница, когда вырастет, становится бабочкой, отец-самец - глупенький.
В глазах Фу Наньцзе мелькнуло удивление, Цзян Цяньло даже смог додуматься до такого:
- Оказывается, Ло-Ло умнее меня, жаль, что у отца-самца нет крыльев, крылья есть только у твоего отца-самки.
Фу Наньцзе повысил температуру обогревателя и только потом вышел, чтобы искупаться.
Когда он искупался и вернулся в пещеру, температура внутри была уже очень комфортной.
Гусеничке тоже стало жарко, она вылезла из-под одеяла и легла на него.
Оптический компьютер лежал в изголовье кровати, неизвестно, с кем он общался.
- ...подарили подарки, а потом мы дрались на улице.
С другой стороны донесся голос Цзян Цинманя:
- Вы дрались?
Ребенок кивнул, сел, двумя руками сделал вид, что выкапывает из одеяла комок воздуха, затем похлопал и помял его, поднял правую руку высоко и бросил вперед.
- Вот так.
- Я понял, это снежок?
- Угу-угу, сначала я сделал вот так... а потом вот так...
Детеныш тут же встал и начал на кровати представление без реальных предметов.
Увидев, что левая нога ребенка шагнула за край кровати, Фу Наньцзе сделал несколько шагов вперед, раскинул руки и поймал его.
Цзян Цяньло поднял голову:
- Отец-самец так быстро помылся.
- Если бы я мылся медленнее, ты бы упал. - Фу Наньцзе отнес ребенка обратно на кровать и заодно разглядел внешность самки на той стороне экрана.
Цзян Цинмань всё ещё был одет в безупречно отутюженную униформу, сидел на диване, а за его спиной висела картина из гостиной первого этажа.
- Ты только что пришел домой? - Фу Наньцзе сел боком рядом с детенышем, глядя на самку.
Цзян Цинмань, увидев Фу Наньцзе, сразу вспомнил отправленное недавно сообщение, он впервые сказал такие прямолинейные слова.
Там, где камера не снимала, руки на коленях напряженно сжались.
Сердце Цзян Цинманя бешено колотилось, но на лице сохранялось спокойствие:
- Угу.
Детеныш снова поднялся с кровати:
- Я еще не договорил, а потом я побежал за Мао-Мао, чтобы они не смогли в меня попасть.
Цзян Цинмань посмотрел на ребенка и кивнул.
Цзян Цяньло, получив ободрение, продолжил рассказывать:
- После этого Мао-Мао тоже начал бегать...
Цзян Цинмань не отрывая глаз смотрел на детеныша:
- ...Что случилось? ...Не знаю... Хорошо...
Ответы самки стали краткими и лаконичными.
Фу Наньцзе дождался, пока двое насекомых немного остановятся, и своевременно вставил слово:
- Я пойду высушу волосы.
Ребенок с недоумением посмотрел на отца-самца:
- О, иди скорее.
- Вернусь через 10 минут. - Сказав это, Фу Наньцзе встал и ушел.
Детеныш почесал затылок.
Разве отец-самец раньше так говорил, когда сушил волосы? Похоже на рекламу в середине «Космического альянса».
Он быстро выбросил этот вопрос из головы и продолжил свой неоконченный рассказ.
Фу Наньцзе высушил волосы всего за одну минуту, вернулся в пещеру и остановился в слепой зоне видео.
Слушая, как голос Цзян Цинманя постепенно становится более расслабленным, он мимоходом открыл Звездную сеть.
Едва зайдя на главную страницу, он увидел свое имя: #Фу Наньцзе заявляет, что между самками и самцами нет разницы#, #Фу Наньцзе заступается за сирот-самок#, #Исцелен Фу Наньцзе#.
Тот небольшой диалог между Фу Наньцзе и Цзян Цяньло был вырезан сетевыми жуками и вирусно распространялся в виде видео и скриншотов.
В прошлый раз на планете Фэйтэли Фу Наньцзе перед камерой заявил, что выберет только одного партнера-самку, что еще можно было назвать его личным выбором насекомого.
Но в этот раз он сказал, что между самками и самцами нет разницы, что было абсолютным открытым вызовом светским устоям.
[Я респектую, Фу Наньцзе никогда не боится, что его будут ругать, реально крут, я решил назвать это духом в стиле Фу, этому стоит поучиться.]
[Всего несколько простых слов, а оглушают, как гром.]
[У Фу Наньцзе есть смелость, поставил ему лайк, теперь он в моих глазах полностью обелился, так и надо быть радикальным!]
[Это в самом деле искренние слова или же попытка угодить публике и привлечь к себе внимание ?]
[Чушь собачья, Фу Наньцзе, иди поучись еще несколько лет, по какому праву ты ставишь под сомнение правила, оставленные предками? Из-за того, что ты ведешь себя как самка?]
Не говоря уже о самцах, внезапно свергнутых с высоких позиций, даже некоторым самкам было не по себе от этих слов.
Они всю жизнь были зажаты в рамки правил, будучи порядочными насекомыми, и глубоко чувствовали, что Фу Наньцзе шокирует мир.
Конечно, было также немало представителей новых течений, которые аплодировали от радости, они долго боролись и, наконец, увидели немного света.
Аккаунт @ЗвездныеБеседыНасекомых, как их типичный представитель, поставил лайк и сделал репост: [Послушайте другие голоса]
Фу Наньцзе кликнул туда.
Под этим постом уже группа насекомых начала атаковать ученого.
[Что это еще за голос... Взгляды Фу Наньцзе слишком опережают время, нельзя слепо верить даже авторитету ученого.]
[Вы ранее предлагали объединить образование для самок и самцов, я считаю, что это правильно, но то, что между самками и самцами нет разницы? Извините, я отписываюсь.]
[В черный список, я должен был заметить неладное еще тогда, когда вы поддержали то, что Фу Наньцзе - самец нового типа, очень жалею, что когда-то восхищался таким насекомым.]
...
В то же самое время во дворце.
Ань Юйбай лежал на массажном столе, его кожа сияла влажным красноватым блеском.
Рядом с ним четверо насекомых-слуг одновременно делали массаж, а у кровати стояло еще одно молодое насекомое.
Ань Юйбай оторвал взгляд от Звездной сети:
- Это ты?
Пань Чэнь окинул взглядом второго принца: настроение должно быть неплохим?
Он поспешно ответил:
- Да, Ваше Высочество.
Ань Юйбай поднял руку и махнул ею.
Помощник передал Пань Чэню документ:
- Знаешь, что делать?
Пань Чэнь открыл его, перелистал прямо до суммы перевода и начал считать пальцем: один, два, три, четыре, пять, шесть нулей.
Он поспешно рассмеялся:
- Понял, понял.
Пань Чэнь увидел, что на экране перед Ань Юйбайем отображается скриншот из программы «Вперед, милые жучки!» - это был сегодняшний диалог между Фу Наньцзе и Цзян Цяньло.
Раз уж второй принц нацелился на Фу Наньцзе, то ругать Фу Наньцзе - это определенно правильный шаг.
Пань Чэнь начал льстить:
- Я ненавижу Фу Наньцзе не из-за того детеныша, а потому что он действительно бунтует против устоев, предав принципы нас, самцов.
Ань Юйбай поднял голову и бросил взгляд на Пань Чэня.
Увидев, что второй принц отреагировал, Пань Чэнь решил развить успех.
Он выразительно и эмоционально произнес:
- Второй принц, скажите, он же просто ничтожество F-ранга, как маршал мог выйти за него замуж?
Лицо Ань Юйбайя внезапно потемнело.
Пань Чэнь сглотнул слюну и осторожно спросил:
- Второй принц?
Помощник молчал.
Одной фразой наступить на две мины, этому товарищу лучше было бы вообще не говорить.
Он шагнул вперед, преграждая путь между Пань Чэнем и Ань Юйбайем:
- Ты можешь идти.
Пань Чэнь вышел из комнаты в полном недоумении.
Ань Юйбай хмыкнул и махнул рукой, веля насекомым-слугам уйти.
Помощник закрыл дверь и спросил:
- Ваше Высочество, разве не нужно проверить личность этого жука?
- Разве важно, правда это или ложь? - Ань Юйбай сел и поднял руки.
Помощник встряхнул халат и накинул его на него.
- Я просто хочу, чтобы ему было некомфортно. - Ань Юйбай встал, сел на стоящий рядом диван и высоко поднял стеклянный бокал навстречу свету.
Неправильные тени от света падали на его лицо, то освещая его, то погружая во тьму.
Если это правда, то все будут счастливы.
Если это ложь, то можно поднять такую шумиху, что выудим правду.
Как бы то ни было, у Фу Наньцзе теперь спокойствия не будет.
Помощник послушно стоял в стороне:
- Вы правы, даже если это ложь, мы сможем превратить ее в правду.
...
Планета Сисайя, внутри пещеры.
В верхней части экрана выскочил беззвучный будильник.
Девять минут прошло.
Фу Наньцзе выключил оптический компьютер и повернулся, чтобы посмотреть в другую сторону.
Как и ожидалось, Цзян Цинмань действительно прощался с детенышем.
Ребенок расстроился, сильно надув губы:
- Я не хочу отключаться.
Цзян Цинмань попытался убедить его:
- Отцу-самке нужно идти мыться.
Глаза детеныша быстро забегали:
- Тогда возвращайся, когда помоешься.
Цзян Цинмань терпеливо ответил:
- Когда я помоюсь, вы все уже будете спать.
В этот момент Фу Наньцзе заговорил:
- Ло-Ло, ты помнишь, что говорил ведущий?
Детеныш повернул голову:
- Что?
- Он сказал, что эта пещера - лучшее место для наблюдения за полярным сиянием. Хочешь посмотреть на полярное сияние?
Цзян Цяньло взволнованно захлопал в ладоши:
- Хочу!
Ребенок заморгал влажными щенячьими глазами, глядя на Цзян Цинманя.
Цзян Цинмань не смог устоять и кивнул.
Видеозвонок завершился, Фу Наньцзе подтащил кровать к входу в пещеру.
Детеныш лег на край кровати:
- Вау!
Фу Наньцзе также подтащил обогреватель к кровати, раздел ребенка и засунул его под одеяло, а сам тоже прислонился к изголовью и укрылся одеялом.
Над их головами раскинулось звездное небо.
- Отец-самец, что такое полярное сияние?
Цзян Цяньло, только что услышав, что будет еще какое-то мероприятие, пришел в восторг, но на самом деле он совершенно не знал, что они будут делать.
- Позже, когда увидишь, узнаешь.
Фу Наньцзе открыл карту межзвездных координат, пробежался по ней взглядом и снова закрыл.
Он повернул голову и спросил детеныша:
- Ты знаешь, где сейчас отец-самка?
Ребенок озадаченно ответил:
- Дома.
Фу Наньцзе прищурил глаза с улыбкой и, подняв руку, указал на юго-запад:
- Вон там.
Цзян Цяньло моргнул:
- Что вон там?
Фу Наньцзе объяснил:
- Потому что одна из тех звезд - это Столичная звезда, на которой мы живем.
Детеныш широко открыл рот:
- О!
Они неспешно болтали, пока не зазвонил оптический компьютер.
- Хе-хе. - Детеныш нажал на кнопку, и экран всплыл прямо посередине между двумя насекомыми.
Цзян Цинмань переоделся в атласную пижаму и утопал в мягких подушках.
С естественным видом он спросил:
- Вам там снаружи не холодно?
Фу Наньцзе покачал головой:
- Рядом стоит обогреватель, на кровати лежит термоковрик, очень тепло.
Цзян Цяньло переключил камеру и рассказал отцу-самке те небольшие знания, которые он только что услышал от Фу Наньцзе.
Фу Наньцзе время от времени добавлял несколько фраз.
Время незаметно текло.
Даже когда детеныш постепенно закрыл глаза и уснул, полярное сияние все еще не появилось.
Звездный занавес был бескрайним, Млечный Путь прорезал в этом занавесе щель, из которой струился ослепительный звездный свет.
На самом деле все это было привычным зрелищем.
Фу Наньцзе смотрел на ночное небо сквозь глаза Цзян Цинманя, случайно подумав об этом.
Но сегодня ночью звездная река казалась ярче.
- Уже больше одиннадцати часов, сегодня ночью, вероятно, мы не дождемся полярного сияния. Ты хочешь спать?
Фу Наньцзе забрал оптический компьютер у детеныша и отодвинулся подальше, чтобы не разбудить его.
Цзян Цинмань, держа в руках фарфоровую чашку, сделал глоток воды:
- Вполне нормально.
Фу Наньцзе рассмеялся:
- Правда?
Цзян Цинмань сначала кивнул, а потом немного озадачился.
Он потрогал край губ, там не было следов воды:
- Над чем ты смеешься?
Фу Наньцзе неторопливо ответил:
- Смеюсь над тем, почему ты больше не убегаешь.
- ...
Цзян Цинмань уклонился от ответа:
- Я хочу кое о чем тебя спросить.
Фу Наньцзе любезно подыграл самке, сменив тему:
- Спрашивай.
Цзян Цинмань поджал губы:
- То, что ты сказал Ло-Ло, это серьезно?
Фу Наньцзе кивнул:
- Серьезно.
Цзян Цинмань внимательно наблюдал за выражением лица самца, оно было спокойным и безмятежным.
Когда он услышал эти слова, его сердце бешено забилось; он чувствовал, что это непостижимо уму, но в то же время ему казалось, что услышать такое из уст Фу Наньцзе вполне нормально.
В ушах Цзян Цинманя спорили голоса.
Один говорил верить, другой говорил, что верить нельзя.
А еще был голос, скрытый еще глубже, который говорил, что Фу Наньцзе другой.
Взгляд Цзян Цинманя стал сложным:
- Мне часто кажется, что ты не похож на самца.
- Да? - Фу Наньцзе сохранял невозмутимость, - Тогда на что я похож?
Цзян Цинмань, нахмурившись, думал несколько минут и строго ответил:
- Не знаю, возможно, на чужеродный вид. В пределах моего нынешнего познания нет ничего похожего.
Фу Наньцзе некоторое время молчал, тихо глядя на самку, а потом покачал головой.
Цзян Цинмань допытывался:
- Тогда почему ты ничего не говоришь?
Фу Наньцзе без всякой причины вздохнул:
- Потому что ты такой серьезный.
- ... - Цзян Цинмань немного растерялся.
Фу Наньцзе посмотрел на самку и честно сказал:
- Настолько серьезный, что это даже мило.
Цзян Цинмань растерянно моргнул.
Не прошло и нескольких секунд, как Фу Наньцзе увидел, что уши самки быстро покраснели.
Цзян Цинмань притворился спокойным:
- Скоро 12 часов, пора спать.
Фу Наньцзе покорно согласился:
- Хорошо.
После этих слов они снова замерли на мгновение, ни одно из насекомых не завершало видеозвонок.
Цзян Цинмань заговорил:
- Тогда я отключаюсь?
Фу Наньцзе сказал:
- Отключайся.
Цзян Цинмань завершил видеозвонок.
Однако, не прошло и полминуты с тех пор, как он залез под одеяло, как оптический компьютер снова зазвонил.
Фу Наньцзе звонил со своего собственного ID.
Что-то случилось?
Цзян Цинмань нажал на кнопку и увидел на экране, что Фу Наньцзе тоже уже улегся и, похоже, собирался спать.
Самец спросил:
- Еще не спишь?
- Нет.
- Вот и хорошо.
Затем Цзян Цинмань увидел, что собеседник прислал запрос на совместную голографическую трансляцию.
Он немного подумал и выбрал «согласиться».
В мгновение ока современный интерьер комнаты сменился просторами зимней ночи.
Потолок перед глазами Цзян Цинманя поднялся ввысь и отдалился, открывая звездный занавес Млечного Пути, находящийся на расстоянии световых лет.
Розово-фиолетовая полоса света пересекала все небо, словно вечерняя заря в ночи.
Это было полярное сияние.
Цзян Цинмань невольно приподнял уголки губ, подсознательно желая поделиться этим с Фу Наньцзе, лежащим по другую сторону от детеныша.
Он повернул голову, но как раз столкнулся с черными глазами Фу Наньцзе.
Самец лежал на кровати на боку, лицом к нему, половина его лица была зарыта в подушку, переносица была прямой, растрепанные черные волосы падали на лоб, но не могли скрыть его глубокий взгляд.
Между ними не было никаких преград, они находились очень близко.
Цзян Цинмань широко открыл глаза, его дыхание сперло.
Он мог чувствовать, как теплое дыхание из носа Фу Наньцзе ударяет ему в лицо.
Он прекрасно понимал, что сейчас это всего лишь голографический режим, но всё было слишком реальным.
Они словно действительно лежали на одной кровати; стоило ему немного протянуть руку, и он смог бы коснуться ладони самца.
Фу Наньцзе не стал подходить ближе, но и не отступил назад.
Он смотрел прямо в глаза Цзян Цинманю:
- Полярное сияние появилось как раз вовремя. Стоило тебе уйти, как оно возникло.
Цзян Цинмань приоткрыл рот и выдавил из себя одно слово:
- Угу.
К счастью, Фу Наньцзе не придавал значения немногословности самки:
- Но ничего страшного, теперь ты успел.
Цзян Цинмань кратко отозвался:
- Да.
Он увидел свое отражение в глазах Фу Наньцзе, но пока не мог разобрать, был ли румянец на его лице отблеском неба.
Однако Фу Наньцзе это заметил.
У Цзян Цинманя покраснели не только щеки - его белые волосы также окрасились в цвета полярного сияния, а аквамариновые глаза казались еще одним звездным небом.
На самом деле у самки горели только кончики ушей. Но его ресницы дрожали, а взгляд блуждал, что можно было заметить при внимательном рассмотрении.
Несмотря на тревожно бьющееся сердце, он незаметно прикусывал губу изнутри, притворяясь невозмутимым, встречая взгляд; чем сильнее он нервничал, тем холоднее становилось его лицо.
Фу Наньцзе обратил внимание, что на подбородке Цзян Цинманя из-за скрытого напряжения появилась ямочка, в которой тоже мерцал крошечный свет звезд.
Ему захотелось слегка поцеловать ее.
Спустя мгновение Фу Наньцзе наконец сдался и произнес:
- Тогда спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Как только прозвучали эти слова, Цзян Цинмань немедленно прервал видеозвонок.
Проекция исчезла, и перед глазами Фу Наньцзе снова оказался спящий, раскинув руки и ноги в разные стороны, детеныш, который в полусне бормотал что-то неразборчивое.
Он беззвучно усмехнулся.
Спустя еще некоторое время Фу Наньцзе аккуратно уложил руки и ноги детеныша, натянул на него одеяло, сам снова лег, закрыл глаза и погрузился в светлый сон.
.
Рано утром следующего дня биологические часы разбудили Фу Наньцзе.
В это время небо на горизонте только начало светлеть, свет еще не резал глаза.
Фу Наньцзе сладко потянулся.
Детеныш, почувствовав движения отца-самца, перевернулся, приоткрыв глаза в узкую щелочку.
Фу Наньцзе протянул руку и прикрыл глаза ребенка, и тот вскоре снова уснул.
Он тихо встал с кровати и почистил зубы, собираясь заодно посмотреть новости.
Однако, включив оптический компьютер, Фу Наньцзе обратил внимание на странное сообщение во входящих:
[ ...Поздравляем вас с избранием «Жуком года» в сфере образования за первое полугодие 2023 года! ]