Глава 47.
После того как помощник режиссера официально стал режиссером, он повысил своего ученика на должность помощника.
Ученик предложил, что при объединении сокровищ можно выбрать шпиона из числа гостей, чтобы добавить программе интереса. Вот почему ведущий-жук так подчеркивал фразу "сохранять первоначальные намерения".
Однако на собрании вообще не упоминалось о сцене признания самки, неужели это была внезапная идея мастера? Он с восхищением посмотрел на режиссера:
- Режиссер, это просто потрясающе!
Режиссер, у которого голова шла кругом, совершенно этого не услышал.
Что за дикая самодеятельность!
Что не так с этим актером массовки? Неужели временные работники-жуки настолько опасны, в следующий раз даже для одного появления придется подписывать юридический контракт!
В это время в бегущих комментариях стоял сплошной гул одобрения.
[Почему даже у Фу Наньцзе ранга F есть самки, которые бегают за ним? Неужели это и есть настоящая любовь?]
[Как я завидую его смелости, вы обязательно должны быть счастливы!]
[Он произнес такое длинное признание, это немного трогательно, благословляю.]
[У Фу Наньцзе ведь только один наложник-самка; если эта самка сделает его своим господином-самцом, то не придется беспокоиться о конкуренции с множеством других наложниц.]
[У других жуков скоро уже будет господин-самец, а я... буду ждать распределения.]
[Хотя мне до сих пор очень не нравится, что он нарядился маршалом, но использование небольших уловок при ухаживании за самцом не причинит большого вреда.]
В конце концов, это общество с системой "один самец - много самок", и ни один жук не стал бы критиковать самку, отважно ищущего свою любовь.
Фу Наньцзе не считался звездой, поэтому поведение самки тоже нельзя было назвать поведением фанатичного жука-сталкера.
Но он же вмешивается в передачу!
Режиссер взревел:
- Немедленно вытащите оттуда эту самку!
Помощник режиссера в замешательстве спросил:
- А? Прямо сейчас?
- Да! Прямо сейчас! - брови режиссера сдвинулись так сильно, что ими можно было бы раздавить муху.
Помощник режиссера поспешно согласился.
Режиссер не смел отвести глаз от прямой трансляции.
На экране самка застыл, все еще держа в руке кусок ткани. Самец просто отрезал часть своей одежды, как будто...
Как будто он был каким-то вирусом.
Фу Наньцзе больше не удостоил его ни единым взглядом, он подошел к Цзян Цяньло:
- До какого места уже дорисовал Ло-Ло?
Детеныш не ответил, он был сосредоточен на мире под своей кистью и не услышал голоса отца-самца.
Под рукой у него было уже две раскрашенные ракушки, одна с розовым фоном и белыми облаками по краям, другая с синим фоном и несколькими зелеными штуками, которые, вероятно, были деревьями.
Оставалось еще две белые ракушки.
Свет был заслонен, и только тогда ребенок понял, что здесь есть еще какой-то жук.
Он поднял голову, увидел отца-самца, бросил ракушку, которую держал в руках, и поднял уже готовую, словно предлагая сокровище, радостно сказав:
- Посмотри скорее! Я уже нарисовал!
Фу Наньцзе кивнул:
- Очень здорово!
Он сел рядом с ребенком и взял фломастер, чтобы рисовать вместе.
Самка пришел в себя, его чувства были смешанными, и по сравнению с горечью разбитого сердца он чувствовал скорее разочарование от неудачи.
У него было прекрасное происхождение, отличное образование, и он был признан самым красивым парнем в университете.
Хотя ему было еще далеко до маршала, но среди самок его способности были одними из лучших.
В этот раз он специально нашел возможность попасть на программу, чтобы связаться с Фу Наньцзе, так как же ему могли отказать так категорично?!
Самка стиснул зубы, встал с кровати и подошел к Фу Наньцзе, с негодованием сказав:
- Господин самец, я прошу вас назвать мне причину отказа.
Свет снова был заслонен, и детеныш на шаг быстрее Фу Наньцзе поднял голову и посмотрел на вождя, увидев, что тот смотрит на отца-самца, а затем снова перевел взгляд на Фу Наньцзе.
- Отец-самец, о чем он говорит? - Цзян Цяньло почесал щеку, но забыл опустить фломастер, и его пухлая щека испачкалась.
Фу Наньцзе попытался вытереть лицо детеныша, но, увидев, что краска не стирается, сдался:
- Он говорит, что хочет стать твоим отцом-самкой.
Щеки детеныша покраснели от трения, а когда он услышал эти слова, кровь прилила к его голове, и его розовое личико стало еще краснее:
- Что?! Нельзя! У меня уже есть отец-самка! Тебе нельзя быть моим отцом-самкой!
Цзян Цяньло бросил ракушку и встал, его маленькое тельце излучало пугающую жуков ауру, он с гневом уставился на вождя.
Фу Наньцзе ущипнул ребенка за две раздувшиеся пухлые щечки, собрал пять ракушек и выложил их перед вождем:
- Сокровище?
Вождь продолжал стоять на месте, игнорируя вопрос Фу Наньцзе, его переполняли эмоции.
- Так вы отказываетесь принять меня из-за детеныша? Эту проблему очень легко решить, я могу жить в другом доме и не буду контактировать с детенышем.
Самка совершенно не обращал внимания на то, что сейчас рабочее время, и просто хотел получить желаемый ответ.
Фу Наньцзе немного подумал:
- Сначала отдай мне сокровище.
Иначе он потом помешает заданию.
Вождь пришел в восторг, это означало, что у него есть шанс!
Он торопливо достал из кармана белый драгоценный камень и протянул его.
Фу Наньцзе взял драгоценный камень двумя пальцами, как пинцетом, аккуратно спрятал его, подхватил Цзян Цяньло и сразу же развернулся.
- Подожди! - Самка, увидев, что Фу Наньцзе собирается вот так просто уйти, тут же преградил им путь.
Детеныш был очень зол:
- Мы уходим!
- Я не буду контактировать с детенышем. - Самка даже не взглянул на Цзян Цяньло, он пристально смотрел на Фу Наньцзе.
Проигнорированный ребенок был невероятно зол:
- У меня уже есть отец-самка!
Вождь наконец посмотрел на Цзян Цяньло:
- У тебя только один родной отец-самка, но у тебя может быть много отцов-самок.
Детеныш еще не понимал брачную систему общества инсектоидов:
- Каких еще много, только один!
[Эх, Ло-Ло не понимает, ничего страшного, когда вырастет, поймет.]
[До этого я еще сокрушался, что маршал может быть только наложником-самкой, а теперь ему еще и придется прислуживать господину самцу вместе с другими самками, цок-цок.]
[Так оно и бывает, разве все, даже самые упрямые самки, в конце концов не становятся одинаковыми?]
[Даже самые никчемные самцы все равно остаются теми же.]
[Советую вам, самкам, очнуться: если самец готов на вас жениться, то это уже ваше счастье, смотрите, чтобы потом не захотелось слишком многого, а в итоге останетесь ни с чем.]
[Один самец и много самок - это реальность, смиритесь с этим как можно раньше!]
[Не ожидал, что маршал, продержавшись так долго, все равно станет как все.]
[Ничего страшного, Ман-Ман, в будущем мы сможем вместе жаловаться на наших повелителей-самцов!]
.
За пределами прямой трансляции, Третий легион.
Цзян Цинмань был успокоен нежным голосом детеныша, вступающего в конфронтацию, и выражение его лица смягчилось.
Однако факт остается фактом.
У детеныша может быть много отцов-самок, у самца может быть много наложников-самок, та самка был прав.
Фу Наньцзе отверг вождя просто потому, что был недоволен этой самкой.
Даже если это не эта самка, в будущем будет вторая, третья, четвертая, это лишь вопрос времени. Этот день все равно наступит, Цзян Цинмань подумал об этом еще тогда, когда строил планы для Цзян Цяньло.
В любом случае, ему было все равно.
Поскольку ему было все равно, то не имело значения, что он наложник-самка, и тем более не имело значения, сколько самок у повелителя-самца.
Цзян Цинмань всегда чувствовал себя чужим среди других самок, он не стал бы бороться с самками до крови ради самца.
Он всегда так думал, и когда самец задавал ему вопрос, он думал так же, ему было все равно.
Но, как ни странно, почему, когда он увидел, что за Фу Наньцзе ухаживает самка...
Цзян Цинмань покачал головой, его взгляд стал твердым.
Он признавал, что Фу Наньцзе отличается от других самцов, но не более того.
Цзян Цинмань тайно принял решение, что больше не поддастся влиянию.
Он никогда не станет похожим на других самок, которые только и делают, что крутятся вокруг повелителя-самца.
Внезапно изображение дернулось и заполнилось лицом Фу Наньцзе.
Цзян Цинмань пришел в себя и моргнул.
Похоже, самец схватил рукой парящую камеру и притянул ее поближе к лицу.
Фу Наньцзе смотрел прямо в камеру, и на мгновение Цзян Цинманю показалось, что тот может видеть его по эту сторону экрана. Взгляд самца был сосредоточенным:
- Да, в этом обществе самец может быть вместе с несколькими самками. Но ты другой, тебе не нужно делить меня с другими самками.
Что? О чем говорит Фу Наньцзе?
Кровь во всем теле Цзян Цинманя почти потекла вспять.
На него снова тяжело смотрели эти черные глаза, и Фу Наньцзе, находящийся далеко на острове Валано, казался стоящим прямо перед ним.
Самец еще не закончил говорить, казалось, он знал, что Цзян Цинмань смотрит прямую трансляцию, и также знал, что Цзян Цинмань не понял.
- Я имею в виду, что я твой.
Фу Наньцзе зажал кончиками пальцев синий бутон цветка, поднес к губам, слегка прикусил, сок потек по его губам и был слизан кончиком языка. Самец слегка улыбнулся:
- И, конечно же, ты тоже мой.
[???]
[Я не понял или как? У меня проблемы с мозгами или с ушами?]
[Он что, сказал, что в будущем у него будет только один наложник-самка Ман-Ман!]
[Да, да! "Я твой" именно это и значит, да!]
[Чушь! Я ни за что не поверю! Как может быть, чтобы самец взял в жены только одного наложника-самку!]
Зрители, которые раньше вздыхали о том, что маршал опустился до уровня заурядного насекомого, остолбенели.
Они все забыли, что духовная сила Фу Наньцзе была только уровня F, и в обычное время они бы даже не удосужились взглянуть на него. Но теперь Фу Наньцзе не только преследовался самкой на шоу, но и прямо заявил, что в будущем у него будет только одна самка - Цзян Цинмань. Это было то, о чем все самки даже не смели мечтать.
Однако Фу Наньцзе именно так и сказал.
Цзян Цинмань прошел путь от убежденного холостяка, вызывающего зависть и восхищение самок, до превращения в ничем не примечательного наложника-самку, и вновь стал воплощением мечты самок.
Звездная сеть взорвалась.
#Фу Наньцзе я твой#, #Фу Наньцзе публично отвергает ухаживания самки#, #Фу Наньцзе открывает эпоху один самец одна самка#, #Цзян Цинмань мечта самок#, все первые строчки горячих поисков были заняты.
Уровень обсуждений неуклонно рос, Звездная сеть несколько раз зависала, и ремонтному персоналу пришлось направить дополнительных работников.
.
Режиссер, ожидавший, когда работники уведут вождя, был ошеломлен.
Он никак не ожидал, что события будут развиваться таким образом.
Хотя Фу Наньцзе и раньше вел себя не так, как обычные самцы, на этот раз он не просто шокировал насекомых своими словами, он просто сбросил ракету на всю Империю.
Перед глазами режиссера со свистом проносился шквал комментариев, полностью закрывая изображение, затем количество новоприбывших насекомых резко возросло, и прямая трансляция окончательно зависла.
Глядя на этот черный экран, он все же сохранил профессионализм, присущий режиссеру:
- Не отвлекайтесь на поедание дынь! Быстро чините!
Работники-жуки тоже были потрясены и в оцепенении отвечали:
- Хорошо, хорошо.
Пока режиссер контролировал работников, его оптокомп внезапно зазвонил.
Он открыл его и увидел, что это ID председателя Ассоциации защиты самцов. Режиссер вытер пот, отошел в угол и нажал кнопку ответа:
- Ой, это председатель, вы..
Не успел он договорить, как председатель на другом конце провода взорвался, словно серия артиллерийских снарядов, разразившись треском:
- А ну-ка скажи, что вообще происходит с этой самкой? Это ты подстроил?
- А? - осторожно спросил режиссер. - Председатель говорит о вожде Ракушек?
- Чушь собачья! - председатель был в неудержимом гневе. - Как тебе пришло в голову устроить такой эпизод, где самка открыто преследует Фу Наньцзе? Разве такой самец, не похожий на самца, как Фу Наньцзе, заслуживает пиара? Это вызовет огромные последствия!
Режиссер не собирался брать на себя эту вину:
- Нет-нет, это точно не я подстроил! Это тот временный актер взял инициативу в свои руки, он сам решил признаться в любви!
Председатель разозлился еще больше:
- Тьфу ты! То, что такой мусор уровня F, как Фу Наньцзе, может кому-то нравиться - это всё из-за вашего шоу! И он еще публично говорит о системе "один самец, одна самка", это просто вопиющее нарушение всех устоев!
Режиссер сухо рассмеялся:
- Ахаха, да-да.
Председатель был в ярости:
- Изначально не следовало пропускать ваше шоу!
Мозг режиссера мгновенно прояснился.
В самом начале "Вперед, милые жучки!" едва не провалили проверку, потому что Ассоциация защиты самцов твердо стояла на том, что самцы не должны воспитывать детенышей, это должны делать самки.
Отцам-самцам нужно было лишь давать пару наставлений в свободное время, или вообще не заботиться о детях, именно отцы-самки были главной силой в уходе за детенышами.
Режиссер, который тогда был еще помощником режиссера, решительно отстаивал свою правоту, приводя аргументы о том, сколько зрителей может привлечь воспитание детей отцами-самцами и какую прибыль это принесет, и только так смог убедить Ассоциацию защиты самцов.
Однако Ассоциация защиты самцов потребовала, чтобы съемочная группа обязательно выплачивала часть денег в качестве компенсации самцам.
Режиссер настороженно сказал:
- Ну, нельзя же так говорить, председатель, посмотрите на нынешние горячие поиски и популярность прямой трансляции, денег за этот выпуск тоже будет больше.
Председатель холодно фыркнул:
- У меня только одно требование: ты должен добавить еще один сегмент, чтобы прорекламировать то, как должен выглядеть настоящий самец!
Повесив трубку, режиссер немедленно крикнул помощнику режиссера:
- Подожди, пусть тот работник останется!
.
Пэй Шуюнь и Лю Шань находились перед мелководной лужей, комки морских водорослей тесно жались друг к другу, плавая в воде.
Как только режиссер на своей стороне завершил звонок, на стороне Пэй Шуюня снова поступил звонок. Оптокомп зазвонил.
Пэй Шуюнь только что присел на корточки, приблизившись к Лю Шаню, но тут же встал и, избегая Лю Шаня и камер, ответил на звонок.
- Алло, Пэй Шуюнь, я только что поговорил с режиссером, позже ты...
...Пэй Шуюн поугукал в ответ, повесил трубку, вернулся к детенышу и стал смотреть, как тот распутывает очередной комок морских водорослей. У его ног уже лежало несколько водорослей, вернувшихся в свой первоначальный вид; они были расправлены и разложены на траве, длинными полосами накладываясь друг на друга.
После прибытия в племя Водорослей они встретились со старейшиной племени и получили это задание.
Озорные молодые водоросли слишком расшалились, играя в воде, и свернулись в комки.
Им нужно было помочь комкам водорослей вернуться в их первоначальный вид.
Лю Шань распутал комок в своих руках, ткнул пальцем в оставшиеся в воде водоросли:
- Скользкие.
Пэй Шуюнь увидел, как ребенок выловил комок, мягко покрутил его и начал медленно, понемногу растягивать. Видя, как осторожно действует детеныш, он не удержался и спросил:
- Почему так медленно?
Лю Шань по-прежнему сосредоточенно смотрел на комок водорослей:
- Потому что, если приложить слишком много силы, ему же будет больно.
Детеныш был очень серьезен:
- Тот дедушка сказал, что водоросли сами не могут развернуться, я должен им помочь.
Выслушав это, Пэй Шуюнь присел на корточки рядом с Лю Шанем и тоже выловил один комок водорослей. Это была тонкая работа, не терпящая грубости.
.
Племя Раков-отшельников.
Четверо инсектов, включая Ань Линмо и Сюй Иньху, поскольку их место назначения находилось на одном маршруте, отправились в путь вместе.
Как только они подошли ко входу в племя, местные жители вышли им навстречу, выстроившись по обеим сторонам дороги, чтобы поприветствовать их.
Все они были одеты в огненно-красные одежды, а на головах носили шляпы в форме раковин улиток, что придавало им сильное сходство с раками-отшельниками.
- Добро пожаловать, легендарные воины племени Раков-отшельников!
Жрец вышел из толпы жуков, опираясь на трость, и встал перед ними:
- Э-э, но, кажется, у нас только один воин, позвольте спросить, кто из вас...? - Жрец смущенно посмотрел на Ань Синцяо и Сюй Маомао.
Ань Синцяо указал на Сюй Маомао и спокойно сказал:
- Он.
Сюй Маомао сначала кивнул, а затем с сомнением посмотрел на Ань Синцяо:
- Лазве Син-Син не воин?
- О, ничего страшного. - со смехом сказал жрец. - Любой, кто сможет пройти испытание небес, станет нашим воином!
Жрец подвел их к открытой площадке, где стояла простая школьная доска, на которой была прикреплена картинка.
На картинке была нарисована клетка, внутри которой находилось несколько раков-отшельников; некоторые стояли передом, и было видно самого рака, а некоторые стояли задом, и была видна только раковина.
Жрец с улыбкой задал вопрос:
- Маленькие воины, пожалуйста, посмотрите на эту картинку. Если вы сможете сказать, сколько всего ног у раков-отшельников на этой картинке, то сможете успешно получить сокровище.
Сюй Иньху с недоверием посмотрел на него:
- Съемочная группа вообще знает, сколько лет детям?
Ань Линмо нахмурился:
- На самом деле, если ответят родители, тоже ведь нет проблем?
Жрец кивнул:
- Конечно, поэтому сложность и была снижена.
Он взял ручку и написал четыре варианта ответа: A, B, C, D.
- Маленькие воины могут сразу выбрать ответ.
Ань Синцяо и Сюй Маомао стояли перед доской.
Ань Линмо про себя считал.
Судя по картинке, у одного рака-отшельника шесть ног. Раков-отшельников, стоящих передом, шесть, а тех, что задом - три.
Таблица умножения, шестью шесть - тридцать шесть, на картинке всего тридцать шесть ног, вариант А.
Ань Линмо посмотрел на Сюй Иньху и как раз встретился с ним взглядом.
Двое насекомых беззвучно шевельнули губами, у обоих вышло "А", и они кивнули друг другу.
Ань Синцяо тоже размышлял.
Он знал, что у одного рака-отшельника шесть ног, но еще не учил умножение, поэтому мог только считать по картинке по одной штуке.
Детеныш поднял руку, и жрец увидел это:
- Похоже, у этого воина есть ответ.
Ань Синцяо уверенно сказал:
- На картинке тридцать шесть ног.
Ань Линмо и Сюй Иньху мысленно кивнули, всё верно.
[Аааааа, как круто! Зацелую моего Син-Сина до смерти!]
[Син-Син крут! Син-Син великолепен! Син-Син - моя маленькая гордость!]
[Уху, получили еще одно сокровище! Вперед, вперед!]
[Немедленно отправляемся в племя Морских раковин~]
Все насекомые ликовали, кроме Сюй Маомао, который все еще смотрел на доску, и жреца.
Жрец загадочно улыбнулся:
- Хотя я очень хотел бы поздравить тебя, но это неправильно, пожалуйста, продолжайте пытаться!
Ликующие зрители и двое родителей остолбенели.
Ань Синцяо с серьезным личиком внимательно пересчитал еще раз, причем считал, указывая на картинку пальцем. Он обернулся и с сомнением посмотрел на жреца:
- Правда не А?
Жрец покачал головой:
- Нет.
[Это специально затягивают прохождение? Я пересчитывал много раз, там точно А.]
[Странно, неужели эта задача не такая простая?]
Среди гула удивленных голосов, там, куда никто из жуков не обращал внимания, Сюй Маомао поднял маленькую ручку. Жрец, следивший за всем вокруг, тут же обратился к этому участнику:
- Позвольте спросить, каков ваш ответ?
Сюй Маомао звонким голосом произнес:
- Я выбилаю С.
Жрец с удовлетворением кивнул:
- Поздравляю, ответ правильный!