Глава 8.
Первоначальный план Фу Наньцзе состоял в том, чтобы сначала добраться до места, о котором говорил молодой инсект, а затем действовать по обстоятельствам.
Но...
- Отец-самец! Что это такое? - ребенок указал в сторону.
- Зонтик из промасленной бумаги.
- Как из масла можно сделать зонтик?
- Зонтик делают из бумаги, промазанной маслом.
- Как из бумаги можно сделать зонтик?
- Промазанная маслом бумага становится водонепроницаемой.
- А почему она становится водонепроницаемой?
- Потому что плотность масла и воды разная.
- А что такое плотность?
- ...
- А это тогда что? - ребенок снова заметил другую вещь.
- Маска.
- Но почему на ней перья?
- Это хвостовые перья белого воробья, они для молитвы о благополучии и защите.
- Тогда поче...
Фу Наньцзе страдальчески закрыл глаза, немедленно зажал рот Цзян Цяньло и повернул голову ребенка к другому ларьку:
- Смотри, какая красивая глина!
- Вау! Это же Огг! - Цзян Цяньло мгновенно увлекся, словно пушечное ядро бросившись к ларьку с глиняными фигурками.
Он взял приглянувшуюся ему цветную глину и радостно поднял, показывая ее Фу Наньцзе.
Огг - самый лучший супергерой в мире!
- Ага! И правда очень красиво! - Фу Наньцзе активно поддержал его.
Личинка хихикнула, с головой погрузившись в рассматривание разнообразных глиняных фигурок, хвостовые перья белого воробья уже давно были выброшены из головы.
Фу Наньцзе вздохнул.
Он вел ребенка за руку, они то шли, то останавливались; двести метров пути они проходили уже полчаса, до сих пор оставаясь на этой же улице, не миновав ни единого перекрестка, путь до конечной цели был еще очень долгим.
Цзян Цяньло смотрел по сторонам, проявляя огромный интерес ко всему новому, каждый его волосок был наполнен радостной атмосферой.
На самом деле Фу Наньцзе было все равно, получит он самую роскошную корзину или нет, он просто был немного не в силах выносить такое количество вопросов «почему».
Откуда только берется столько «почему»!
[Сообщение от отца-самки, в семье которого трое детенышей: разве это не моя повседневная жизнь?]
[Предлагаю съемочной группе вставить рекламу Тысячи Градусов Тысячи Наук *(игра слов: Цяньду Цянькэ - пародия на поисковик Baidu), и привлечь спонсора.]
[Все-таки воспитывать детей по сети куда комфортнее, друзья-жуки, я правда-правда не решаюсь заводить ребенка.]
[Они, конечно, милые, но я все равно такого не вынесу.]
[Они идут так медленно, я смотрю и так волнуюсь.]
[Нельзя ли просто подхватить ребенка на руки и поспешить? Прямо-таки закинуть на плечо и унести.]
[+1, правда не понимаю, чем занят Фу Наньцзе, ребенок не понимает, а он что, тоже не понимает? Это же соревнование!]
[Только что пришел из соседней трансляции и докладываю вам, что Сюй Иньху и остальные уже получили корзины с продуктами.]
.
Сюй Маомао, бережно держа в руках леденец на палочке, сидел у входа в магазин сладостей и осторожно вскрывал упаковку.
Сюй Иньху внутри вел переговоры с хозяином магазина сладостей.
Этот магазин был традиционным старым брендом, который закупал ингредиенты только на планете Ялань; в эпоху высоких технологий они проложили себе путь с помощью ремесленного производства, на стенах висело множество совместных фотографий со звездами и газетных вырезок.
Через несколько минут Сюй Иньху получил корзину, внутри которой лежали кусок постного мяса, два помидора и горсть побегов гороха.
Не самое лучшее, но и не самое худшее.
Он вернулся ко входу в магазин и с первого же взгляда увидел, что в руках у Сюй Маомао осталась только четверть конфеты.
Сюй Маомао лизал ее и одновременно бормотал себе под нос:
- Я токо лисьну один лазочек... я токо лисьну один лазочек... я оставлю до весела, стобы потом скусять...
Сюй Иньху: ...
- Я токо... а! - голова Сюй Маомао снова получила щелбан. - Ты сего!?
Сюй Иньху помахал перед ним корзиной:
- Пора идти.
Детеныш гневно уставился на него, однако зачинщик спокойно пошел прочь, не обращая внимания.
Сюй Маомао надул свое сердитое лицо-булочку, возмущенно последовал за отцом-самцом, злобно облизывая леденец...
Э, а где конфета?
Детеныш с недоумением смотрел на пустую палочку в своих руках.
[Мао, наберись уже ума]
[Сюй Маомао - глупый самец-жучок, которого я, когда он вырастет, смогу заполучить, обманув всего тремя предложениями.]
[Почему у такого коммерческого гения, как я, Ху-цзы, родился такой глупый детеныш?]
[Сразу видно, что предыдущие комментаторы не слушали внимательно, мой директор Мао уже давно сказал: он супер глупый!.]
[Оказывается, наш Мао-Мао обладает великой мудростью, которая кажется глупостью, прошу прощения за неуважение! /складывает руки в знак уважения.]
Отправившиеся третьей группой Лю Дунди и Лю Шань, узнав, что «сладко-сладко» уже разгадано, вычеркнули номер «2» на бумаге.
Когда Лю Шань услышал «полное счастье»: Где находится самое счастливое место?
Как только он вышел из машины, он посмотрел в сторону, противоположную торговой улице.
Лю Шань заметил это еще тогда, когда они проезжали мимо в машине.
Пары сладких влюбленных рука об руку заходили внутрь, выходили с красными книжечками, покупали охапку роз в соседнем цветочном магазине, явно погруженные в пылкую любовь.
Лю Шань очень завидовал, было бы здорово, если бы его отец-самец и отец-самка тоже так сильно любили друг друга.
Он уже очень давно не видел отца-самку, и ему совершенно не нравились другие наложники-самки его отца-самца.
- Отец-самец, я хочу пойти туда и посмотреть.
Лю Шань повернул голову и увидел, что отец-самец просматривает оптический компьютер, должно быть, он занят, поэтому он послушно стоял и ждал.
Лю Дунди рассеянно отозвался, переключил экран прямой трансляции, отправил несколько сообщений знакомому ID и выключил оптокомпьютер:
- Пойдем.
.
Цзян Цяньло устал играть, вяло свернулся комочком в объятиях Фу Наньцзе и уснул.
Без любопытного детеныша, подливающего масло в огонь, Фу Наньцзе думал, что они быстро доберутся до места назначения, однако он шел уже 40 минут, но так и не увидел так называемой сверкающей серебром вещи.
Фу Наньцзе остановился и начал сомневаться.
Либо он сам запомнил неправильно, либо дядя с окладистой бородой сказал неправильно.
- Бип-бип--
Позади раздался автомобильный гудок.
Фу Наньцзе закрыл детенышу уши и отступил в сторону.
Автомобиль не поехал вперед, а ровно остановился рядом с двумя насекомыми.
Заднее окно машины опустилось, открыв улыбающееся лицо Ань Линмо и бесстрастное лицо Ань Синцяо.
Ань Линмо спросил:
- Вы случайно не ищете сверкающее серебро? Я слышал, что впереди есть серебряная статуя.
Фу Наньцзе приподнял бровь, совершенно не скрывая:
- Да, вы тоже?
Ань Линмо открыл дверцу машины:
- Садитесь.
Фу Наньцзе последовал доброму совету и сел в машину, но также не забыл продолжить закрывать уши детенышу.
Он увидел на переднем пассажирском сиденье корзинку с продуктами, она была довольно богатой: там были куриные ножки, свиные ребрышки, а также немного овощей.
- Вы уже нашли?
- Да, мы получили номер 4.
Фу Наньцзе стало любопытно:
- Где нашли?
- В переулке в десяти метрах от главного входа в ресторан «Фуцзян».
- Какое это имеет отношение к мандаринам?
Ань Линмо вкратце рассказал, что его супруг-самка Цяо Ми снимался в фильме, тот переулок был местом съемок, а пункт «4» - это реплика из фильма.
- ...поэтому мы нашли очень быстро.
К тому же они встретили фанатов Цяо Ми, которые захотели сфотографироваться, и им еще сообщили, что в конце торговой улицы, на границе с лесом, есть серебряная статуя, изображающая персонажа, которого играл Цяо Ми.
А затем они еще и очень любезно предложили подвезти их туда на машине, чтобы посмотреть.
Насекомое на водительском сиденье, услышав слова Ань Линмо, повернуло голову и доброжелательно улыбнулось.
- Твоя машина довольно ретро, - Фу Наньцзе не ожидал, что насекомые на этой планете в повседневной жизни тоже водят автомобили.
- Нет-нет, только иногда ради забавы катаюсь, разве я не увидел, что прибыл наследный принц, вот и поспешил вывезти ее, это тоже считается местной особенностью, - объяснил водитель, обычно они все же пользовались левитирующими машинами.
Ань Синцяо сидел между Ань Линмо и Фу Наньцзе.
Он молча рассматривал Цзян Цяньло, который лежал в объятиях Фу Наньцзе и видел сладкие сны, и бесшумно протянул руку, чтобы ткнуть его в выдавленную пухлую щечку.
Ресницы Цзян Цяньло слегка дрогнули, но он не проснулся.
Ань Синцяо ткнул еще раз.
Брови Цзян Цяньло нахмурились, он подсознательно махнул рукой, чтобы ударить внезапно появившегося комара.
Ань Синцяо снова ткнул.
Глазные яблоки Цзян Цяньло под веками быстро завертелись, затем он медленно открыл затуманенные глаза и увидел Ань Синцяо.
Как раз в этот момент машина остановилась, и Ань Синцяо невозмутимо сказал:
- Приехали.
Цзян Цяньло моргнул и проснулся окончательно, забыв о надоедливом комаре.
Он повернулся в объятиях Фу Наньцзе, прижал обе руки к окну машины и выглянул наружу.
Серебряная статуя была прямо перед глазами, а возле постамента стояла корзинка с продуктами.
- Так быстро нашли! - радостно воскликнул детеныш, совершенно не обратив внимания на то, когда появились машина, Ань Синцяо и Ань Линмо.
- Да, поспал и уже приехали, - Фу Наньцзе открыл дверцу машины и опустил барахтающегося детеныша на землю.
Как только ножки Цзян Цяньло коснулись земли, он со звуком - шлеп-шлеп - бросился вперед, будучи более взволнованным, чем когда увидел глину в форме Огга.
Детеныш приблизился к корзинке с продуктами и увидел четыре блестящих зеленых кочана китайской капусты.
Он засунул туда голову, посмотрел налево, посмотрел направо, всё те же четыре кочана китайской капусты.
Ребенок нахмурился и серьезно сосчитал, загибая пальцы.
Один, два, три, четыре - это ровно четыре кочана китайской капусты.
В это время как раз подул порыв ветра, капустные листья закачались на ветру, грациозные и изящные.
Волосы детеныша тоже разлетелись вслед за ними, растрепавшись на ветру.
Фу Наньцзе шел следом не спеша, но его беззаботное настроение рухнуло, когда он услышал плач ребенка, и он поспешил вперед.
Из глаз детеныша лился дождь, да так, что щеки стали мокрыми, загнутые ресницы тоже намокли и слиплись в пучки, он сморщил нос и скривил рот, выглядя донельзя расстроенным.
[Как жалко! Оказалось, это и правда всего лишь несколько кочанов зелени, даже одного лишнего не дали.]
[Ло-Ло так грустно, что мне хочется сбросить ему припасы с воздуха.]
[Какая неудача, надо же было выбрать самый далекий «сверкающий серебром», даже если бы они взяли его пораньше, а потом пошли искать другие три, они бы уже не успели.]
Детеныш всхлипывал:
- Че... четыре кочана.
Фу Наньцзе пошарил по карманам слева и справа, но ничего не достал, и Ань Линмо в нужный момент протянул бумажную салфетку.
Он поспешно развернул ее и вытер слезы убитому горем ребенку.
Ребенок, икая от плача, сказал:
- Я... я все со... сосчитал, там ровно... четыре.
Ань Синцяо поджал губы, шагнул вперед и заговорил:
- У меня есть много еды.
Цзян Цяньло со всхлипом заплакал еще горше:
- А у ме... у меня только... четыре кочанаааа.
Детеныш-самка растерялся, просто развернулся и побежал к машине, принес целый пакет мяса и положил перед Цзян Цяньло:
- Держи.
[А-а! Син-Син! Мой драгоценный Син-Син!]
[Меньше слов, больше дела, это некое руководство по ухаживанию для самок, можно многому поучиться.]
[Насекомое суровое, но немногословное, я действительно люблю это, я размахиваю большим флагом за Син-Сина!]
[Син-Син, возможно, наверное, скорее всего, просто не умеет красиво говорить~]
Цзян Цяньло медленно перестал плакать, он моргнул влажными глазами, посмотрел на отца-самца, а затем посмотрел на мясо.
Фу Наньцзе вытащил новую бумажную салфетку, чтобы высморкать детенышу нос:
- Нужно ли сказать спасибо?
Детеныш начал смущаться, спрятал голову в объятия отца-самца и очень тихо сказал:
- Спасибо...
Ань Линмо погладил своего детеныша по голове.
Атмосфера начала смягчаться, и зрители также умилялись дружбе между детьми. Но именно в этот момент внезапно появилась группа хейтеров и проплаченных ботов, разрушив гармоничную атмосферу, и начала нападки на Фу Наньцзе и Цзян Цяньло.
[Эх, говорили же, что нужно было уходить пораньше, уходить пораньше, а они все тянули и тянули.]
[Просто нет слов, очевидно же, что это результат их собственных действий, а нести ответственность заставляют нашего Син-Сина.]
[Все знают, что это соревнование, а они всё никуда не торопятся.]
[Если бы Наследный Принц по доброте душевной не позволил вам сесть в машину, у вас не было бы даже этих четырех кочанов капусты!]
Также были здравомыслящие зрители и фанаты Ань Линмо, которые возражали.
[Разве это не совершенно нормально, что такой маленький детеныш отвлекается?]
[Син-Син добровольно отдал это, ясно? Даже кронпринц ничего не сказал.]
Однако все больше и больше случайных прохожих-жуков поддавались влиянию толпы, часть фанатов кронпринца начали возмущаться несправедливостью, считая, что Цзян Цяньло и капризный, и плаксивый, а Фу Наньцзе потакает ребенку, не умеет воспитывать и не умеет проигрывать.
В Звездной сети также внезапно появились смонтированные видео со сравнением: другие группы серьезно и старательно искали корзины с ингредиентами, а Фу Наньцзе и Цзян Цяньло играли повсюду, прямо как на экскурсии.
И в конце концов, очевидно отправившись первой группой, они получили меньше всего ингредиентов, да к тому же еще и громко расплакались.
Этот пост даже был куплен и выведен в горячие поисковые запросы, имена Ань Линмо и Фу Наньцзе привлекали все больше и больше случайных прохожих, поднявшись с тридцатого места на самый верх, до первого.
.
Лю Шаню сегодня было немного грустно.
Днем детеныш получил из Бюро гражданских дел корзинку с продуктами, внутри было мясо зверя, что означало, что они получили самую лучшую!
Он радостно сообщил об этом отцу-самцу, но отец-самец был совершенно не заинтересован.
Лю Шань тоже был уже не так рад. Затем отец-самец просто потянул его за собой, чтобы сесть в экскурсионный автобус на обратный путь. На самом деле он хотел еще немного погулять по торговой улице, он почувствовал сладковатый запах и увидел много вещей, которых раньше не видел.
Но... эх.
Лю Шань в оцепенении смотрел на постоянно отступающий лес за окном экскурсионного автобуса и вдруг заметил белку, карабкающуюся на дерево.
- Отец-самец! - он хотел сказать отцу-самцу, но обнаружил, что тот все еще смотрит в оптический компьютер.
Шань-Шань: Он сегодня так занят?
Прямо под разочарованным взглядом Лю Шаня, в следующую секунду брови Лю Дунди расслабились, а выражение лица вдруг стало мягким. Он выключил оптический компьютер, посмотрел на Лю Шаня и спросил:
- Что случилось?
Детеныш был очень рад получить ответ, он повернул голову и указал наружу, но не увидел и следа белки. Тот лес уже давно проехали.