Глава 7.
Сотрудник подвел Фу Наньцзе и Цзян Цяньло к экскурсионной машине.
Детеныш, указывая на колеса, с удивлением сказал:
- Отец-самец, смотри, круглые ножки. Да, и к тому же это четыре ножки.
Фу Наньцзе сначала взял детеныша подмышки и поднял на сиденье, а затем поднял ногу и забрался в машину.
Экскурсионная машина тронулась, по пути проезжая мимо раскинувшегося на разных уровнях густого леса, в котором, казалось, еще и сновали туда-сюда маленькие животные.
- Скорее смотри, белая штука! - Цзян Цяньло указал рукой вдаль, а другой рукой вцепился в одежду Фу Наньцзе, чтобы привлечь его внимание.
У Фу Наньцзе было хорошее динамическое зрение:
- О, это клыкастый кролик.
- О, он называется клыкастым кроликом. - Детеныш немигающим взглядом уставился на пейзаж за окном машины, желая найти других кроликов.
Фу Наньцзе протянул руку и обнял ребенка, чтобы тот, засмотревшись, не вывалился наружу.
Ветер задувал с обеих сторон машины, принося свежий аромат деревьев и стрекотание насекомых, а по небу тут и там проносились птицы.
Время, казалось, никогда не оставляло здесь следов, лишь вечная красота и покой.
Фу Наньцзе вдруг немного заскучал по своим прежним боевым товарищам, они когда-то договорились поехать вместе в отпуск, как только закончится война.
...
Спустя четверть часа экскурсионный электромобиль прибыл в пункт назначения - на торговую улицу этой туристической зоны.
В торговых районах столицы империи были только модные тренды и рестораны высокого класса, к тому же цветовая гамма была однообразной, лишь технологичное ощущение вибраниума, холодно и пустынно.
*(вибраниум - вымышленный металл из Marvel'а или что то типа прочный/ крепкий/ нерушимый)
К тому же в эту эпоху большинство инсектов могли решить вопросы с покупками прямо из дома, 3D-примерка гарантировала, что вещь подойдет, и доставка занимала полдня, что было очень удобно.
Поэтому Цзян Цяньло никогда раньше не видел таких мест.
Торговцы, выстроившиеся в ряд по обеим сторонам улицы, громко зазывали покупателей, было необычайно шумно и очень по-житейски.
Куда ни кинь взгляд, все было раскрашено в пестрые цвета, совершенно не так, как в высококлассной, но ледяной столице империи.
Маленький комочек стоял на месте, слегка приоткрыв рот в оцепенении, погруженный в удивительные эмоции.
Фу Наньцзе не заметил действий детеныша, он открыл конверт и изучал подсказки.
На нем было написано четыре строчки, каждая из которых обозначала место, где был спрятан один из четырех наборов продуктов:
1. Сверкающее серебро.
2. Сладкий-пресладкий.
3. Полное счастье.
4. Будешь есть мандарины?
И больше ничего.
Фу Наньцзе спокойно перевернул листок на другую сторону - пусто.
Затем он зажал бумагу двумя пальцами и поднес к глазам - никакого двойного дна.
Так что здесь действительно были только эти шестнадцать иероглифов.
Фу Наньцзе резко закрыл глаза на секунду.
Простите, он пока не очень хотел есть мандарины.
[И это все? Как это угадать, что это вообще за штука такая?]
[Ха-ха-ха-ха-ха, какое отчаянное выражение лица, ха-ха-ха-ха.]
[Вы все не знаете?! Последний фильм с участием киноимператора Цяо снимался на планете Ялань!]
[Подождите! Я вспомнил, что в том фильме главный герой до перемещения в другой мир был продавцом мандаринов! 4 - это его реплика.]
[...Не в обиду будет сказано, но кто вообще запомнит реплику про то, будешь ли ты есть мандарины или нет.]
[Ха-ха-ха-ха, но ведь слишком очевидные реплики тоже нельзя вставлять, верно? Остальные три тоже выглядят очень сложными.]
[Син-Син точно сможет угадать! В конце концов, планета Ялань + мандарины = отец-самка!]
Фу Наньцзе еще во время объяснения правил ведущим заметил, что съемочная группа не установила четкого правила о том, что одна семья может взять только одну корзину.
Тогда, согласно этой лазейке, если бы он сначала нашел самый плохой набор продуктов, он мог бы продолжить поиски следующего.
Но теперь было трудно сказать, сможет ли он найти хотя бы один.
Оригинальный владелец тела совершенно не смотрел фильмы расы инсектоидов, а Фу Наньцзе прибыл сюда всего пару дней назад, и тем более не мог знать, что означают «мандарины».
- Эх. - Не имеющий ни малейшей зацепки большой жук решил идти и осматриваться по пути.
Он потянулся рукой в сторону, но ничего не схватил.
Фу Наньцзе посмотрел на пустое пространство слева от себя, и его лицо помрачнело: а где мой сын?
Он нахмурил брови и тут же огляделся вокруг, но не нашел силуэта малыша.
Бывший Альфа 3S-ранга подсознательно использовал духовную силу для поиска, но она была настолько слабой, что могла покрыть лишь полметра вокруг его тела.
Фу Наньцзе мысленно произнес ругательство, он впервые почувствовал, насколько ужасно потерять духовную силу.
Именно в этот момент широкоплечий и грузный жук с сахарной картинкой отошел от лотка неподалеку.
С уходом большого жука медленно показался скрытый до этого силуэт какого-то детеныша.
Ребенок прильнул к лотку, положив две пухлые ручки на стол, и на цыпочках наблюдал за тем, как торговец нагревает сироп и выливает его в виде картины.
Из-за того, что он долго стоял на цыпочках, его две короткие ножки подрагивали.
Несмотря на то, что стоять на цыпочках было так тяжело, он по-прежнему продолжал пристально смотреть на сахарную картинку, и его взгляд был предельно сосредоточенным.
Фу Наньцзе: ......
Раз мой сын обладает такой силой воли, в будущем он обязательно совершит великие дела.
Фу Наньцзе с обреченным видом подошел к Цзян Цяньло, взял его за руку, отвел в сторону и попытался воззвать к голосу разума.
- Ло-Ло, в следующий раз перед тем, как уйти, помни, что нужно сказать отцу-самцу, хорошо?
На лице Цзян Цяньло отразилось непонимание:
- Почему?
С тех пор как он себя помнил, он очень редко выходил из дома, а когда выходил, за ним всегда следовали дворецкий и телохранители, которые шли за ним по пятам.
Его отец-самка начал спать, когда ему был один год, и ни один жук никогда не говорил ему, что перед уходом нужно предупреждать.
Фу Наньцзе не понимал, какое тут вообще может быть «почему».
Он немного подумал и сказал:
- Потому что отец-самец может заблудиться, Ло-Ло не мог бы позаботиться обо мне?
Ло-Ло: О, оказывается, отец-самец - дурачок, тогда ему действительно нужно позаботиться об отце-самце.
Цзян Цяньло с серьезным выражением лица кивнул, чувствуя тяжелое бремя ответственности, легшее на его плечи.
Фу Наньцзе с облегчением улыбнулся, а затем Цзян Цяньло повел его за руку обратно к лотку с сахарными картинками.
- Тогда давай смотреть вместе.
Он опустил голову и увидел, что детеныш снова с большим трудом стоит на цыпочках, уставившись на сахарную картинку.
Фу Наньцзе: ......
Но на этот раз детеныш продержался всего несколько секунд, а затем повернулся и посмотрел на отца-самца большими влажными глазами.
Фу Наньцзе поднял бровь:
- Больше не хочешь смотреть?
Детеныш покачал головой.
Фу Наньцзе спросил:
- Что случилось?
Детеныш раскинул руки в его сторону и поднял их высоко вверх:
- Отец-самец хочет обнять Ло-Ло.
Фу Наньцзе: ......Э-э-э, какой хитрый и коварный детеныш расы инсектоидов!
Фу Наньцзе, схватившись за сердце, растаявшее от такой милоты, одной рукой подхватил маленький комочек.
Цзян Цяньло покрутил попкой, усаживаясь поудобнее, и с довольным видом уселся на стуле марки «отец-самец», чтобы смотреть на сахарные картинки.
[Что? Кто кого на самом деле хотел обнять! Это я хочу обнять, я хочу обнять, иди скорее ко мне, у-у-у!]
[Такой милый /громко плачет/.]
[Почему Цяньло так любит сахарные картинки, он смотрит на них так долго, что даже у меня слюнки потекли.]
[Подождите, эти два жука собираются смотреть здесь до скончания времен? Кто-нибудь из жуков помнит, что нужно еще искать продукты!]
[Ха-ха-ха-ха-ха, смеюсь до упаду, Ло-Ло - прямо роковая красота, а Фу Наньцзе просто раб своего детеныша.]
[В смысле, вы смотрите так долго, может, вы купите одну сахарную картинку?]
[Хозяин: Вообще-то я тут бизнесом занимаюсь.]
Даже режиссер не мог больше на это смотреть. Он подозвал сотрудника:
- Иди и напомни им.
Сотрудник похлопал Фу Наньцзе по плечу:
- Дружеское напоминание: вторая группа уже отправилась в путь, и до их прибытия на торговую улицу осталось 10 минут.
Фу Наньцзе был потрясен: Что?
Он еще не разобрался, о чем вообще говорят эти четыре строчки из шестнадцати иероглифов!
Жук-сотрудник, выполнив свою задачу, удалился.
Фу Наньцзе достал бумажку из кармана, развернул ее и прочитал Цзян Цяньло, возможно, у ребенка появятся какие-нибудь необычные идеи.
Цзян Цяньло слушал совершенно растерянно, не понимая, что конкретно это значит.
Но дедушка-дворецкий говорил, что когда находишься вдали от дома и чего-то не понимаешь, нужно спрашивать, это называется "не стыдиться спрашивать у кого-то там" *(...у тех, кто ниже по статусу)
- Отец-самец, может, мы спросим у этого дяди? - детеныш указал на молодого жука, который добросовестно и старательно выливал сахарную картинку.
Услышав это, молодой жук дернул рукой, державшей медную ложку с сахарным сиропом, и пририсовал фениксу петушиный гребень.
Ему было так грустно, в этом году ему исполнилось всего 18.
Фу Наньцзе не понимал, почему этот друг-жук с густой бородой на лице вдруг так приуныл.
Он спросил напрямую:
- Здравствуйте, скажите, пожалуйста, есть ли здесь у вас какое-нибудь место или какая-нибудь вещь, которая сверкает серебром?
Молодой жук знал, что в эти дни здесь снимают программу, поэтому, несмотря на плохое настроение, он все же по доброте душевной поделился информацией:
- У нас здесь есть серебряная скульптура, можно сказать, что она сверкает серебром.
В душе Фу Наньцзе созрел план: настоящее ли это место с сокровищами, можно будет узнать, как только они туда пойдут.
- Как туда пройти?
- Идите прямо по этой улице, дважды поверните налево, трижды направо, потом снова прямо, и еще раз направо, и вы ее увидите.
- Хорошо, спасибо.
Получив информацию, Фу Наньцзе, подхватив детеныша, развернулся и отправился в путь.
Молодой жук тряхнул головой, посмотрел на свое лицо в камеру оптического компьютера и решил все-таки забыть о своих печалях, опустил голову и продолжил плавить сахар.
Вскоре перед его глазами снова легла тень, а затем из оптического компьютера раздался звуковой сигнал о переводе средств.
Оказалось, что Фу Наньцзе ушел, но вернулся.
Он взял этого феникса-мутанта, похожего на курицу, и сунул его в руку Цзян Цяньло.
А затем Цзян Цяньло, обнимая куриного феникса, а Фу Наньцзе, обнимая Цзян Цяньло, снова отправились в путь.
Молодой жук открыл оптический компьютер - переведенная сумма равнялась стоимости десяти сахарных картинок.
Уху! Печали окончательно забыты, можно делать сахарные картинки, насвистывая мелодию.
.
На экскурсионном электромобиле с другой стороны.
Сюй Иньху вскрыл конверт, и не успел он прочесть и пару строк, как Сюй Маомао тут же пододвинулся к нему.
Он всем своим тельцем втиснулся в объятия Сюй Иньху, его голова полностью заслонила содержимое записки.
- Цк. - Сюй Иньху безжалостно поднял руку и отвесил этому маленькому паршивцу щелбан.
- А! - Сюй Маомао резко отшатнулся, его черты лица сморщились от боли.
Он закрыл голову двумя пухлыми ручками и недовольно произнес:
- Еси ты есе лас так сделаесь, то выбьесь ись меня все мосьги!
Сюй Иньху безжалостно ответил:
- О, правда? Но ты и так не был особо умным.
Что?? Это уж слишком! А ведь все учителя в классе для личинок хвалили его за ум!
Сюй Маомао очень разозлился.
Он изо всех сил развернул свое маленькое тельце на сиденье, повернувшись спиной к Сюй Иньху.
Сюй Маомао решил: если отец-самец не признает его ум, то он, он ни за что не простит отца-самца!
Детенышу было недостаточно просто повернуться спиной к отцу-самцу, он еще и отодвинулся в сторону на приличное расстояние.
Он смотрел из машины наружу, но никакой пейзаж не попадал в его поле зрения.
Всякие деревья, цветы, кролики, птицы - все они превратились в облик противного отца-самца.
Сюй Маомао чувствовал себя действительно очень-очень несчастным, злость превратилась в обиду, он был просто самым жалким маленьким самцом-жучком во всем мире.
Через мгновение экскурсионный электромобиль начал спускаться с холма, скорость машины постепенно увеличивалась.
Сюй Маомао мельком взглянул на непрерывно сменяющиеся дорожные знаки на земле и немного испугался.
Личинка тихонько попятилась назад, сдвинувшись в сторону Сюй Иньху на капельку, а затем еще на капельку.
Кхм... сесть чуточку ближе - ничего страшного, это же не значит, что он простил, он все равно не будет разговаривать с отцом-самцом!
Сюй Иньху краем глаза заметил движения Сюй Маомао, протянул руку, двумя пальцами подцепил детеныша за пояс штанов и притянул обратно к себе:
- Осторожнее.
Личинка плотно прижалась к отцу-самцу, оказавшись окутанной теплым дыханием, отчего чувство безопасности мгновенно зашкалило.
Мао-Мао: Эх, дам отцу-самцу еще один шанс.
Изначально обиженный Сюй Маомао снова превратился в радостный комочек.
Зрители в прямой трансляции от начала до конца наблюдали за этим большим спектаклем, который Сюй Маомао сам срежиссировал и сам же сыграл.
[Ха-ха-ха-ха-ха-ха Мао-Мао слишком милый!]
[Принц смены лиц Сюй Маомао во плоти.]
[Так жизненно, я тоже так злюсь на своих отца-самца и отца-самку.]
[Да-да, в душе девять изгибов и восемнадцать поворотов *(запутанный /сложный), а они этого совершенно не замечают, и потом непостижимым образом стоит им немного поуговаривать, как все становится хорошо.]
Сюй Иньху действительно совершенно не знал об извилистом мысленном пути Сюй Маомао. Он поместил записку между ними двумя и зачитал детенышу эти четыре подсказки.
Четырехлетний ребенок еще не знал так много иероглифов.
- ...четвертая: «Будешь есть мандарины?», больше ничего нет.
Детеныш причмокнул губами, сглотнув слюну, совершенно не расслышав слова после «мандарины».
- Вау, сладкий-плесладкий. Сладкий, плесладкий. Я так хасю кусять конфеты.
С тех пор как Сюй Маомао из-за обжорства лишился переднего зуба, семья приказала ему соблюдать наказ о контроле сахара, и каждый день он мог съедать только три конфеты.
Еще до обеда он уже съел всю свою сегодняшнюю порцию.
Конфеты? Сюй Иньху тут же вспомнил об одном месте.
Он с удивлением посмотрел на Сюй Маомао, не ожидая, что у его собственного детеныша тоже бывают моменты проблеска ума.
Он с любовью погладил голову детеныша в том месте, куда раньше отвесил щелбан:
- Чуть позже, когда выйдем из машины, дам тебе съесть конфету.
Сюй Маомао в недоверии широко раскрыл глаза, неужели бывает такое счастье?
Хорошо! Он решил окончательно простить отца-самца!
___
от автора:
Когда я писал «насекомые», я сомневался, но, поразмыслив, решил, что раз некоторые обезьяны, к несчастью, не смогли эволюционировать, то и то, что некоторые несчастные насекомые не смогли эволюционировать, тоже вполне закономерно :-P