31. Береги себя
«Ария»
Томас резко выдыхает и отходит к стене. Стоит несколько секунд спиной к нам, застыв в тусклом свете фонаря, а потом медленно оборачивается.
— Я так не могу.
— Томас... — тихо начинает Марта, протягивая к нему руку.
— Нет, — наотмашь перебивает он, качая головой. — Я больше не пойду за ней.
Он переводит взгляд и смотрит на меня. Прямо, без страха, но с какой-то глухой, тяжёлой обидой.
— Ты сильная, Ария. Может, даже права. Но я больше не готов так рисковать.
Я молчу. Просто стою и слушаю его, выпрямив спину.
— Я не доверяю твоим решениям, — продолжает Томас, и его голос разносится по пустому подвалу. — И не хочу в следующий раз просто не проснуться.
Марта делает шаг к нему, её глаза испуганно округляются.
— Ты серьёзно? Ты просто уйдёшь? Туда?
— Да, — коротко отвечает Томас. — Пока ещё можем. Пока не стало слишком поздно.
— Это самоубийство, — резко бросает Итан, делая шаг вперёд. — Один ты на улицах и пары часов не вытянешь.
— С ней я тоже не выживу, — отрезает Томас.
Он наклоняется, поднимает с пола свой рюкзак и резко закидывает его на плечо. Руки у него заметно дрожат от напряжения, но он не останавливается.
— Кто со мной? — кидает он вопрос в гнетущую пустоту подвала.
Марта молчит. Она переводит взгляд то на него, то на меня, её глаза лихорадочно блестят от подступающих слёз. Ей страшно.
— Томас... — тихо, умоляюще говорит она. — А если ты ошибаешься? Если на улицах нас сразу зажмут?
Он отвечает не сразу. Поправляет лямку рюкзака и глухо произносит:
— Тогда это будет моя ошибка.
Он разворачивается и делает первый шаг к выходу из подвала.
— Я не желаю вам зла, — добавляет уже тише, не оборачиваясь. — Просто... это не мой путь.
Томас идёт к лестнице, проходя мимо нас. На секунду он останавливается совсем рядом со мной. Наш взгляд пересекается. Наверное, он ждёт от меня криков или приказов, но я смотрю на него абсолютно спокойно.
— Береги себя, — тихо говорю я.
Он кивает. Один раз. Коротко и тяжело.
И уходит вверх по ступеням.
Дверь наверху закрывается с глухим, тяжёлым стуком.
После его ухода тишина в подвале становится ещё плотнее, кажется, её можно потрогать руками. Марта медленно, будто у неё подкосились ноги, опускается прямо на грязный пол и закрывает лицо ладонями.
— Господи... — шепчет она сквозь пальцы.
Итан сильно сжимает челюсть, глядя на закрытую дверь.
— Он долго не протянет. Город кишит ими.
— Это был его выбор, — спокойно и как-то обыденно отзывается Карел, убирая свой нож в ножны.
Ноа поворачивает голову и внимательно смотрит на меня. В его глазах я вижу искреннее беспокойство.
— Ты в порядке, Искорка?
Я медленно, глубоко выдыхаю, вытряхивая из головы последние остатки минувшего кошмара.
— Да.
И это правда. Внутри всё ещё щемит, сердце бьётся тяжело и больно, но панического страха больше нет.
На его месте осталась только холодная, чистая сосредоточенность.
Я перевожу взгляд на тех, кто остался сидеть в полумраке. На Ноа, на Итана, на Карела, на Марту с маленькой Лили. И на бледного, тяжело дышащего Эвана.
— Нас стало меньше, — говорю я, и мой голос звучит твёрдо. — И дороги назад больше нет.