17. Хаос
«Ария»
Тишина вокруг нас внезапно стала слишком плотной, маслянистой и удушливой. Воздух будто застыл, превратившись в желе.
Первый утробный, хриплый рёв разорвал эту тишину мгновенно.
Это не было предупреждением. Это был приговор.
— Назад! Назад, суки, валим отсюда! — истошно заорал кто‑то из мародёров впереди.
Но было уже слишком поздно.
Один из мужчин резко, до хруста в суставах дёрнул меня за связанную руку назад. Я сильно споткнулась, теряя равновесие, завалилась набок, и в этот самый момент холщовый мешок зацепился за что-то острое — за низко растущую ветку или торчащий из бетонной стены кусок ржавого металла, я даже не успела понять.
Плотная ткань с громким треском лопнула.
Мешо слетел с моей головы.
Яркий, безжалостный предрассветный свет больно ударил по отвыкшим от солнца глазам.
Я зажмурилась, судорожно заморгала, пытаясь сфокусировать зрение, — и первое, что увидела прямо перед собой, была свежая, брызжущая во все стороны кровь.
Огромная стая вывалилась из утреннего тумана сразу со всех сторон. Твари не выходили поодиночке — они атаковали слаженно, как единый, голодный, безумный организм.
Первого амбала, который секунду назад тащил меня, сбили с ног мгновенно, навалившись втроём. До моих ушей донёсся глухой, влажный, чавкающий звук укуса.
Мужчина закричал — дико, утробно, но почти сразу захлебнулся собственной кровью, когда ему перервали трахею.
Слева оглушительно визжала женщина-мародёр. Заражённый мертвой хваткой вцепился ей в плечо, а второй, подмяв под себя, с лёту рванул зубами шею. Звук был такой, будто с треском разрывают кусок плотной брезентовой ткани.
Её крик оборвался на самой высокой, звенящей ноте.
— ЧЁРТ! ЧЁРТ! — в панике закричал старший, чей взгляд только что казался мне леденящим. Он попытался мертвой хваткой дёрнуть меня к себе, используя как живой щит.
Я не стала безвольно подчиняться. Забыв про страх, я со всей силы резко ударила локтем назад, наугад.
И попала прямо в цель — в его сломанный нос. Главарь взвыл, грязно заматерился и на секунду ослабил хватку. Я вырвалась.
Вокруг бушевал настоящий, первобытный хаос.
Второй мужчина из банды лихорадочно пытался вскинуть автомат и открыть огонь, но прыгнувший с крыши ангара заражённый уже оказался у него на спине.
Гнилые зубы с хрустом вгрызлись в его шею, ухо, лицо, вырывая куски мяса. Автомат с грохотом упал на бетон. Мародёр завалился вслед за оружием, дёргаясь в предсмертных судорогах и хрипя в луже собственной крови.
Подросток, Эван, стоял посреди этого кровавого побоища, замерев как вкопанный.
Его глаза были огромными, стеклянными от ужаса. Он полностью оцепенел.
— ЭЙ! — изо всех сил закричала я, перекрикивая рычание тварей. — ЭВАН, КО МНЕ! ЖИВО!
Он вздрогнул, сделал один неуверенный шаг в мою сторону... и не успел.
Шустрый, дёрганый заражённый нагнал его со спины и мёртвой хваткой схватил за предплечье. Зубы мертвеца с ходу вгрызлись в детскую плоть. Мальчишка закричал — тонко, пронзительно, по-настоящему по-детски, захлёбываясь от боли.
В этот момент мой мозг отключился. Я перестала думать о собственной безопасности.
Я просто побежала.
Разогнавшись, я со всего маху толкнула заражённого всем своим телом, наваливаясь сверху. Мы вместе покатились по гравию.
Тварь яростно зарычала, переключаясь на меня и пытаясь дотянуться до моего горла, её окровавленные зубы клацали буквально в сантиметрах от моего носа.
Обдавая меня гнилостным смрадом. Не имея возможности защищаться руками, я со всей силы ударила его коленом в пах, а затем ещё раз — наотмашь в челюсть. Заражённый отшатнулся, мотая головой.
Я мгновенно перекатилась, свободной рукой мёртвой хваткой схватила плачущего Эвана за шиворот куртки и изо всех сил потянула за собой.
Спотыкаясь и задыхаясь, мы кубарем повалились в узкую, тёмную щель между двумя ржавыми грузовыми контейнерами. Я до долей секунды прижала мальчишку к сырой земле и намертво закрыла ему рот ладонью, заглушая его всхлипы.
Он крупно, конвульсивно дрожал подо мной, но, поняв знак, больше не издал ни звука.
Грубая пеньковая верёвка на моих запястьях невыносимо горела, врезаясь в кожу до мяса.
Я лихорадочно огляделась по сторонам в поисках спасения. Прямо в бетоне у основания контейнера торчал острый, обломанный кусок ржавой строительной арматуры. Настоящий подарок судьбы.
Стая была совсем рядом. Буквально в трёх метрах от нашего укрытия. Но мертвецы не искали нас — они были слишком заняты свежим, тёплым мясом мародёров.
Я завела связанные руки назад и с остервенением начала тереть верёвку о ржавый, неровный край железа.
Раз.
Ещё раз. Быстрее, Ария, быстрее!
Ещё!
Грубые волокна со скрипом поддавались, пальцы от напряжения и холода уже окончательно онемели, покрываясь липкой сукровицей.
Эван смотрел на меня снизу вверх широко раскрытыми, полными слёз глазами. Я коротко и строго качнула головой: «Тихо. Молчи».
Сзади, за пределами контейнеров, раздавалось жуткое, влажное хлюпанье, довольное урчание и треск ломаемых костей.
Я сделала последнее, дикое усилие, натягивая путы.
ХРУСТ. Верёвка наконец лопнула.
Я едва сдержала глухой стон боли, когда
застоявшаяся кровь огненной волной хлынула обратно в затекшие кисти. Быстро, до покалывания растёрла запястья, возвращая пальцам чувствительность, и перевела взгляд на мальчика.
— Смотри на меня, — едва слышно, одними губами прошептала я Эвану, наклонившись к самому его уху. — Только на меня, слышишь? Не смей оборачиваться назад. Не смотри туда.
Я крепко прижала его к своей груди, уберегая от страшного зрелища.
Последний выживший мужчина — кажется, это был сам вожак — попытался на четвереньках отползти в сторону забора.
Стая настигла его за доли секунды. Хрустящий укус в икроножную мышцу. Затем трое мертвецов вцепились ему в спину.
Последний — прямо в горло, вырывая кадык. Мужчина тяжело рухнул лицом в грязь. И больше не поднимался.
Отрезав мародёров, стая больше не пыталась сканировать местность. Она просто пировала, подчиняясь животному голоду.
Я вся дрожала от бьющего меня адреналина, но мой разум оставался кристально чистым. Я слишком хорошо выучила главное, негласное правило этого нового, разрушенного мира.
Если заражённые пошли на штурм — живым из этой мясорубки не уходит никто.
Никто... кроме нас.
Я опустила взгляд на раненого подростка. На его предплечье, сквозь разорванную ткань куртки, проступал уродливый, сочащийся кровью след от зубов. Он был жив. Но это было лишь вопросом времени.
— Ты слышишь меня, Эван? — тихо, но со стальной, взрослой жёсткостью прошептала я, фиксируя его подбородок своими пальцами.
— Если ты действительно хочешь выжить — ты сейчас замолчишь и будешь беспрекословно делать всё, что я тебе скажу. Каждый шаг. Каждое движение. Понял?
Мальчишка, захлёбываясь беззвучными слезами и дрожа от шока, часто и послушно закивал в ответ.
Вот такая вышла глава надеюсь вам понравиться если не сложно оставляйте звездочки 🫶
А если хочешь знать больше про Арию, Зейна и других героев?
В Telegram — спойлеры, фото персонажей и обсуждение сюжета.
Присоединяйся, будь в курсе всех событий! Мой тгк: Romelia_books📚