Под тенью заражённых

«Зейн»

Утро ворвалось в подвал тусклым сероватым светом, едва пробивавшимся сквозь грязные вентиляционные решётки.

Мы поднялись разбитыми и невыспавшимися, но адреналин быстро выгнал остатки сна.

Наспех перекусив, начали собирать минимальный запас снаряжения. Ария ни на шаг не отпускала от себя Стива, её пальцы то и дело проверяли, плотно ли застёгнута куртка на брате, словно пытаясь защитить его от всего мира.

— Грузовик готов? — спросил я, натягивая плотные кожаные перчатки.

— Да, всё на месте, ходовая в норме, бак полный, — отозвался Эрик, вытирая испачканные в масле руки ветошью. — Только умоляю, мужики, будьте тише. Заражённые твари сейчас могут караулить на каждом перекрёстке.

Ария подняла на меня глаза. В их глубине застыл немой вопрос, а пальцы сильнее сжали плечи Стива:

— Зейн... — тихо, почти шёпотом позвала она. — У тебя есть хоть какое-то оружие? Ну, сейчас?

— Нет, — ответил я совершенно спокойно, чтобы не выдавать собственного напряжения.

— Именно за этим мы и едем на загородный склад. Там сможем вооружиться как надо и привезти стволы для защиты периметра.

В этот момент Дженни решительно зыркнула по сторонам, подошла к Амиру и внезапно взяла его за руку. Её ладонь выглядела такой маленькой в его широкой мозолистой руке.

— Пожалуйста... — мягко, с непривычной для неё серьёзностью произнесла она, заглядывая ему в лицо. — Вернись живым.

Прежде чем Амир успел сообразить, что ответить, Дженни потянулась на носочках и быстро, нежно поцеловала его в щеку.

Мой суровый зам в секунду замер, вытянувшись по струнке, а его смуглые щёки залил густой, пунцовый румянец. Он растерянно захлопал глазами, не зная, куда деть руки.

— Я... э-э... да. Обязательно, — выдохнул он, глупо глядя куда-то в потолок.

Рафаэль за моей спиной судорожно фыркнул, из последних сил сдерживая гомерический хохот, а я лишь понимающе качнул головой и едва заметно улыбнулся.

Даже когда мир катится к чертям, люди умудряются находить моменты для тепла. Это и делало нас людьми.

Ария, заметив эту сцену, неуютно поправила волосы, но не проронила ни слова. Когда я сделал шаг к ней, она подняла на меня преданный, волнующийся взгляд.

— Мы скоро вернёмся. Я обещаю тебе, — тихо сказал я, глядя ей прямо в глаза.

Она тяжело, шумно вздохнула, а затем через силу улыбнулась, отчаянно пытаясь спрятать съедающую её тревогу:

— Тогда... удачи, Зейн. Береги себя.

Тяжёлые двери старого грузовика захлопнулись с глухим металлическим стуком.

Рафаэль и Амир тут же разложили на коленях планшеты с картами, а я выжал сцепление, намертво вцепившись пальцами в руль и сканируя пустынные предрассветные улицы Праги через лобовое стекло.

Ария и Дженни остались там, в сырой глубине подвала. И именно ради того, чтобы снова увидеть их живыми, мы обязаны были выгрызть эту победу у судьбы.

Тяжёлая машина глухо урчала, пробираясь сквозь мёртвый, серый город. Первые лучи солнца едва окрашивали верхушки готических шпилей.

Шум двигателя казался слишком громким в этой звенящей пустоте.

— Ария реально смелая девчонка, — нарушил тишину Рафаэль, не отрывая взгляда от бокового окна. — Другая бы на её месте забилась в угол и выла от ужаса, а она таскала выживших через этот хаос, решения принимала на лету. Кремень. Настоящий лидер.

Я коротко кивнул, внутренне соглашаясь с каждым словом. Вчера она перевернула моё представление о женщинах. Хрупкая официантка оказалась способна мыслить холодным рассудком и брать на себя ответственность за чужие жизни, когда вокруг рушился мир.

— Да, — подал голос Амир с заднего сиденья. — И при этом в ней нет эгоизма. Вокруг ад, а она думает о горничных, о поварах, о Стиве... Это по-настоящему впечатляет.

— Согласен, — отозвался я, переключая передачу. — В таких условиях важно понимать, на кого можно рассчитывать. Она действует рационально, без истерик. И это главное.

Рафаэль философски хмыкнул:

— Вчерашний день вообще чётко показал, кто чего стоит под давлением. Шелуха отсеялась. Остальное — вторично.

На пару минут в салоне воцарилась тишина, нарушаемая только скрипом подвески, но затем Раф хитро прищурился и повернулся назад:

— Ну ладно, с командиром всё понятно. А что насчёт Дженни? Она ведь тоже девчонка не промах. Город знает как свои пять пальцев, соображает мгновенно. В панику не впадает.
Амир как-то мечтательно улыбнулся и тихо, почти про себя добавил:

— Да... Она невероятно умная. Практичная. И этот её юмор... даже когда страшно, она умудряется шутить.

Рафаэль демонстративно вскинул брови и развернулся в кресле всем корпусом, довольно скалясь:

— Ага! Ну-ка, ну-ка, наш железный Амир поплыл? Признавайся, до сих пор уши горят после того поцелуя в подвале? Чего ты так раскраснелся, брат?

Амир мгновенно смутился, резко отвернулся к окну и начал бубнить себе под нос, путаясь в словах:

— Да ладно вам... Ерунда... Просто... Ну, мне реально важно, чтобы с ней всё было в порядке. Понимаете? Я... я просто не знаю, что со всем этим делать. Не вовремя всё это.

Я поймал его взгляд в зеркале заднего вида и тихо, по-доброму усмехнулся:

— Главное — держи голову холодной, Амир. Но отрицать глупо: ты за неё переживаешь. И это нормально.

Рафаэль согласно хлопнул его по колену:

— Да, брат. Главное, что она умеет действовать, а то, что тебя к ней тянет — естественный процесс. Прими это и не парься.

Амир шумно вздохнул, унял дрожь в руках и решительно кивнул, собирая волю в кулак. Я снова переключил всё внимание на дорогу:

— Ладно, о личном поговорим позже. На одних эмоциях в апокалипсисе долго не протянешь. Сейчас фокус на главном: склад, стволы, план защиты. Всё остальное — потом.

Грузовик выехал на загородное шоссе, ускоряясь. Мы оставили Прагу позади, каждый думал о своём, но образы оставшихся в подвале девушек незримо сидели рядом с нами в кабине.

Через полчаса мы затормозили у ворот нашего загородного филиала. Огромный серый ангар из металлоконструкций выглядел мёртвым и заброшенным.

Вокруг — ни души, только ветер гонял по бетонной площадке обрывки газет. Я заглушил мотор, мы выждали пару минут, проверяя, нет ли хвоста или бродячих заражённых, и осторожно вылезли наружу.

— Так, парни, — скомандовал я, снимая ангар со скрытой сигнализации. — Сначала быстрый осмотр периметра, потом распределяем задачи по погрузке.

Парни молча кивнули, держась рядом и внимательно осматривая углы территории.

Мы вошли внутрь прохладного, пахнущего оружейным маслом и порохом помещения.

— Первым делом — стволы, — Рафаэль быстрым шагом направился к сейфовой зоне.

— Нужно лично проверить автоматику. Нам осечки в критический момент не нужны.

Я подошёл к стеллажам, где уже были подготовлены к отгрузке несколько ящиков с короткостволом и штурмовыми винтовками.

— Проверяем каждую единицу, — бросил я, вскрывая первый ящик монтировкой. — Сюрпризов быть не должно.

Амир ловко выудил из поролона новенький девятимиллиметровый пистолет, с чётким металлическим щелчком загнал пустой магазин и резко передёрнул затвор, проверяя плавность хода:

— Механика чистая, смазка заводская. Работает как часы.

Рафаэль в это время профессионально осматривал автоматы, проверяя бойки и прицельные планки:

— Посмотрел первую партию штурмовых. Всё в идеале. Оружие исправно, теперь всё зависит только от нашей стратегии.

Я взял в руки увесистый автомат, проверил баланс, прикинул приклад к плечу и сухо подытожил:

— Стрелять только в крайнем случае. Шуметь в городе нельзя, звук привлекает этих тварей. Сначала — координация и чёткий план.

Амир, аккуратно укладывая пистолеты обратно, снова слегка порозовел, но тихо, твёрдо произнёс:

— Я сделаю всё, чтобы быть полезным... И я костьми лягу, но защищу Дженни.

Рафаэль молча похлопал его по плечу, закрывая очередной проверенный ящик:

— Отлично. База у нас есть. Теперь мы зубастые. Завтра можно сунуться на разведку и готовить план зачистки отеля.

Следующий час превратился в монотонную тяжёлую работу. Мы упаковывали ящики с патронами, оптикой и оружием, перетаскивая их в кузов грузовика. Рафаэль лично зафиксировал каждый деревянный короб плотными такелажными ремнями, чтобы их не швыряло на ухабах.

— Готово, шеф, — выдохнул Раф, с грохотом захлопывая тяжёлую заднюю дверь фургона и вешая замок. — Всё, что могло пригодиться, мы выгребли.

Амир устало вытер вспотевшие ладони о джинсы. Напряжение потихоньку отпускало, сменяясь глухой усталостью:

— Надо рвать когти обратно, пока светло. Дженни там, небось, уже все локти себе искусала... да и Ария тоже.

Я кивнул, бросил быстрый взгляд на запертые двери ангара и прыгнул за руль:

— Поехали. Напрямик, без остановок. Нам всем нужно хоть немного поспать перед тем, что начнётся завтра.

Мы тронулись. Тяжёлый грузовик яростно зарычал, колёса подняли тучу серой пыли с просёлочной дороги. За окнами расстилался абсолютно вымерший пейзаж — Прага казалась декорацией к фильму про конец света. Мир затаился в ожидании чего-то жуткого.

Рафаэль хмуро смотрел вперёд, крепко держась за пассажирский поручень:

— Дико как-то... Ещё вчера здесь были пробки, люди спешили в офисы, ругались. А сейчас — никого.

— Наш привычный мир рухнул за несколько часов, — тихо отозвался Амир сзади. — Слишком быстро. Мы даже опомниться не успели.

Я сильнее вжал педаль газа в пол, концентрируясь на разбитом асфальте:

— Плевать на мир. Главное — довезти этот груз. С этими стволами и припасами у людей в подвале появляется реальный шанс. Хоть какая-то надежда на выживание.

Дорога назад, вопреки опасениям, заняла меньше времени. Вот на горизонте показался знакомый мрачный силуэт нашего отеля.

Окна верхних этажей были темными и разбитыми, здание казалось гигантским склепом, но там, в самом низу, в узком окошке подвального полуэтажа, горел едва заметный, слабый огонек. Наши люди были живы. Они ждали нас.

— Мы на месте, — я заглушил двигатель во внутреннем дворе, чувствуя, как расслабляются затекшие плечи. — Парни, к бою. Пошли разгружать подарки.

Вот такие у нас мальчики , я надеюсь хотя бы один вам нравиться 😉