Пятно на репутации

Чанбин подошёл к доске, на которой мелом были набросаны ноты, и заговорщически улыбнулся классу.
— Сегодня мы поэкспериментируем с необычным для нас звучанием, — громко объявил он. — Я покажу вам, как глубокий вокал может передавать тоску и силу одновременно. Послушайте эту старую русскую песню.
Чанбин набрал в грудь воздуха и запел. Его сильный, раскатистый голос заполнил весь класс:

> «Ой, то не вечер, то не вечер…
Мне малым-мало спалось,
Мне малым-мало спалось,
Ой, да во сне привиделось…»

— Эй, Хёнджин, смотри, учитель Со сейчас вызовет дух древней тайги, — тихо прыснул Феликс, прикрывая рот ладонью.
— Ага, или Минхо из соседнего кабинета, — шёпотом отшутился Хёнджин, подмигивая. — У того как раз вид такой, будто ему «малым-мало спалось» после ночных проверок тетрадей.
Пока друзья увлечённо шутили, Джисон уткнулся в тетрадь. Глубокий, убаюкивающий голос Чанбина и сильное действие утреннего обезболивающего сделали своё дело. В голове Хана лениво заворочались строчки для новой главы: «Чанбин сидел за роялем, перебирая клавиши, пока Сынмин…» Но закончить мысль он не успел. Глаза Джисона закрылись сами собой, и он сладко уснул прямо на парте, подперев голову рукой.
Тридцать минут пролетели как одно мгновение. Оглушительный школьный звонок резко прервал урок.
Чанбин, который в этот момент увлечённо спорил с Бан Чаном по телефону прямо у двери, махнул классу рукой:
— Всё, одиннадцатый класс, свободны! Тетради оставьте на партах!
Ученики, радостно шумя, мигом собрали вещи и выбежали из кабинета. Феликс и Хёнджин, увлекшись обсуждением новых кроссовок, даже не заметили, что их друг остался спать. Кабинет полностью опустел.
Джисон резко открыл глаза только через пять минут после звонка. В классе была гробовая тишина.
— Блин, проспал! — пробормотал он, потирая затекшую шею.
Чувствуя себя абсолютно разбитым, Хан поплёлся в школьный туалет, чтобы хоть как-то прийти в себя. Он подошёл к раковине, открыл кран и плеснул в лицо прохладной водой. Джисон выпрямился, посмотрел в зеркало, вытирая капли с подбородка, и вдруг отпрянул от испуга.
В отражении, прямо за его спиной, стоял Чонин. Он опёрся на свой скейт и хитро щурился, глядя на замершего Хана.
— Хён, — тихо и протяжно произнёс младший, и на его губах заиграла загадочная улыбка. — А я знаю твой секрет.
Джисон замер, округлив глаза в полном шоке. Сердце ухнуло куда-то вниз. «Неужели он узнал про фанфик?! Или... видел нас с Минхо в кабинете?!» На лбу Хана выступил холодный пот, он не мог вымолвить ни слова, судорожно глотая воздух.
Чонин, насладившись его паникой, ещё шире улыбнулся, крутанул доску в руках, развернулся и спокойно вышел из туалета, оставив Джисона в полном одиночестве и ужасе.