22
Ребят , сорри за то , что я буду выпускать реже и меньше . Сейчас у меня случился неплановый переезд. Этот переезд видимо внезапный только для меня . Ведь как оказалось родители решили прислушаться ко мне и уехать из моего родного села. Поздравляю всех с окончанием учебы
———————————————————————
Пройдя на кухню, я увидела на столе бумажку. Белый листок, вырванный из тетради, придавленный кружкой. Я подошла ближе, взяла в руки. Почерк мамы — торопливый, с округлыми буквами, которые она всегда выводила, когда спешила.
«Дочь, мы уехали в Москву. Надо решать проблемы. Деньги вышлю на карту. Будь умницей. Не шали. Мама».
Я перечитала дважды. Потом третий раз. Уехали. В Москву. Решать проблемы. Какие проблемы? Снова деньги? Снова работа? Снова ссоры? Я не знала. Меня не спросили. Как всегда. Я положила бумажку обратно на стол. Внутри было пусто. Не обидно, не больно — просто пусто. Будто они уехали не в Москву, а на другую планету. И меня забыли. Или не захотели брать.
Я посмотрела на часы. Пять вечера. Дома никого. Тишина. Холодильник гудит, за окном ветер гоняет листья. Скучно. Очень скучно. И одиноко. После вчерашнего скандала с Ксюшей мне вообще не хотелось быть одной. В голове крутились её слова, её обвинения, её злые глаза. Я не хотела думать об этом.
Я достала телефон. Нашла Аню. Написала: «Приходи на ночёвку. Родители уехали». Аня ответила через минуту: «Ага, сейчас буду. У меня тоже никого».
Я улыбнулась. Хоть кто-то.
За час я успела убраться в комнате, застелить свежее бельё, найти запасные подушки. Аня пришла с огромным пакетом — чипсы, мармелад, шоколадки, печенье, две бутылки колы. Она влетела в квартиру, скинула кроссовки в коридоре и сразу начала разбирать пакет на кухонном столе.
— Это война, — сказала она, вываливая всё на стол.
— Это перемирие, — ответила я.
Мы начали с готовки. Аня хотела пиццу — но теста не было. Я предложила печенье — но масло забыли купить. В итоге решили сделать тосты с сыром и яйцом.
— Это вообще еда? — спросила Аня.
— Это шедевр кулинарии, — ответила я. — Я умею готовить только это.
— Тогда я помогаю.
Мы включили музыку на полную громкость. Аня выбрала какой-то плейлист с популярными треками, и мы начали танцевать между холодильником и плитой. Я резала хлеб, Аня взбивала яйца венчиком — так шумно, что брызги летели на все стены.
— У тебя в волосах яйцо, — сказала я.
— У тебя на лбу сыр, — ответила Аня.
Мы засмеялись.
Тосты получились кривыми, подгоревшими с одного края и сырыми с другого. Но мы их съели. Потому что это было весело.
— А давай эфир в тик-токе сделаем? — предложила Аня, вытирая руки.
— Прямо сейчас?
— А почему нет? У тебя родители уехали, у меня тоже. Дома никого.
— А если кто-то из школы увидит?
— Тем лучше, — усмехнулась Аня. — Пусть завидуют. Особенно Ксюша.
Я достала телефон, открыла тик-ток, запустила эфир.
Сначала зрителей было мало — человек пять. Кто-то из параллельного класса, несколько моих подписчиков. Я уже давно вела свой блог — снимала липсинги, танцы, иногда отвечала на вопросы. Подписчиков становилось всё больше, и меня это одновременно радовало и пугало. Радовало — потому что я делала то, что мне нравится. Пугало — потому что теперь каждый шаг могли увидеть сотни людей. В том числе и Ксюша. В том числе и Олег.
Аня тоже была не простой девочкой. Она участвовала в шоу «Суперниндзя. Дети». Это была не просто секция, это были соревнования на камеру, это была настоящая известность. О ней писали в пабликах, её фотографии мелькали в тематических группах. И при этом она оставалась собой — весёлой, громкой, неуклюжей. «Моя аудитория — это люди, которые любят смотреть, как я падаю с каната», — шутила она.
— Итак, мы в эфире! — сказала Аня в камеру. — Ника, скажи что-нибудь.
— Привет, мои хорошие, — сказала я, улыбаясь. — У нас сегодня ночёвка. Родители уехали, так что мы бесимся.
— И едим тосты, которые сами приготовили, — добавила Аня, показывая в камеру наши кривые творения. — Ника, ты уверена, что это съедобно?
— Это шедевр, — сказала я. — Вы просто не понимаете.
Вопросы посыпались. «Ника, кто твой парень?» — спросила Аня, читая первый. «У меня нет парня», — сказала я. «А Олег?» — спросила Аня. Я толкнула её локтем. «Олег — одноклассник». «Красивый одноклассник, — подмигнула Аня в камеру. — Ты знаешь, он тоже участник „Суперниндзя". Во втором сезоне выиграл. А Фил в первом. У нас тут настоящие звёзды в классе».
Я действительно знала. Фил выиграл первый сезон «Суперниндзя. Дети». Это было несколько лет назад, но о нём до сих пор говорили в спортивных кругах. А Олег победил во втором. Два чемпиона в одном классе. В одном доме. За стенкой. Иногда я думала: как мне вообще повезло оказаться среди них?
Зрителей стало больше. Человек тридцать. Потом пятьдесят. Вопросы посыпались градом: «Ника, ты любишь Олега?», «Аня, расскажи про съёмки!», «А Фил правда такой умный?», «Вы правда подруги или это для хайпа?». Аня показывала в камеру наши кривые тосты, я отвечала на вопросы про блог.
— Аня, а ты правда участвовала в «Суперниндзя»? — спросил кто-то.
— Правда, — сказала Аня. — И Олег тоже. И Фил. У нас в классе целая команда чемпионов. А Ника — звезда тик-тока. Так что мы крутые.
— Не хвастайся, — сказала я, смеясь.
— А что, правда, — ответила Аня. — Кто мы, если мы не крутые?
Зрители всё прибывали. Сто человек. Двести. Я видела в списке знакомые имена — одноклассники, подписчики, кто-то из параллели. Ксюши не было. Зато был Фил. И Олег. Олег смотрел эфир. Я не знала, как это выглядело с его стороны — мы сидели на кухне, в домашних штанах и растянутых кофтах, смеялись, жестикулировали. Я была без косметики, волосы собраны в небрежный пучок. Но мне было всё равно.
— Ника, скажи что-нибудь своим подписчикам, — сказала Аня.
— Спасибо, что смотрите, — сказала я в камеру. — Вы лучшие.
— А вы смотрели «Суперниндзя. Дети»? — спросила Аня. — Если нет — бегом смотреть. Там я красивая. И Фил с Олегом тоже. А мы тут пока будем есть наши кривые тосты.
Мы ещё полчаса отвечали на вопросы, потом отключились. Эфир посмотрели больше двухсот человек. Я выключила телефон, положила на стол.
— Устала, — сказала я.
— Я тоже, — сказала Аня.
Мы перешли в мою комнату. Сели на кровать, поджав ноги. За окном уже темнело. В комнате горел только ночник — мягкий жёлтый свет.
— Ника, — сказала Аня.
— Что?
— Я хочу тебе кое-что рассказать.
— Рассказывай.
Она помолчала. Смотрела в стену. Я ждала.
— Этот дурак Фил, — сказала она. — Он не замечает ничего. Знаешь, он же выиграл первый сезон «Суперниндзя». Все знают его как чемпиона. А он ходит по школе с планшетом и крутит свой кубик, как будто ничего не случилось. Как будто он не тот, кого показывают по телевизору.
— И что? — спросила я.
— А то, что я всё для него делаю, — Аня вздохнула. — Поправляю очки, когда они спадают. Слушаю его дурацкие шутки про конструкторы. Спорю с ним про расписание электричек. Я даже кубик Рубика научилась собирать. На втором этаже, когда никто не видит.
Я удивилась.
— Правда?
— Правда. Собираю медленно, неправильно, но собираю. А он не замечает.
— Может, замечает, но не показывает? — спросила я. — Он же чемпион, он привык быть в центре внимания.
— Если бы замечал, он бы хоть что-то сказал. Хоть что-то сделал. А он просто... друг. Просто Фил. Просто болтает, просто смеётся, просто крутит свой дурацкий кубик.
— Аня, — сказала я. — Он тебе нравится?
Аня посмотрела на меня. Глаза блестели в полумраке.
— Давно, — сказала она. — Очень давно. С тех пор, как увидела его по телевизору в первом сезоне. Он тогда был таким... смешным. И серьёзным одновременно. А потом мы оказались в одном классе, и я поняла, что он ещё и дурак. И что он мне нравится ещё больше.
Я обняла её.
— Спасибо, что доверилась.
— А кому ещё? Ты моя подруга. К тому же ты и сама вон какой блог ведёшь, почти звезда. А я — звезда ниндзя-спорта. Мы крутая команда.
— И ты моя подруга, — сказала я. — Самая крутая.
Мы посидели так, обнявшись. Потом я отстранилась.
— Знаешь что? — сказала я.
— Что?
— Давай позовём их.
— Кого?
— Олега и Фила. Пусть приходят. Мы же не одни. И вообще пусть посмотрят, как веселятся настоящие звёзды. Ксюшу не будем звать.
Аня уставилась на меня.
— Ты серьёзно? Сейчас? Вечером?
— А почему нет? — сказала я. — У меня родители уехали. У тебя тоже. Можно беситься.
— А если они не придут?
— Придут. Олег живёт рядом. Филу скучно.
Я взяла телефон, открыла чат «обезьяны». Написала: «Пацаны, выходите. У меня ночёвка. Аня здесь. Готовим, бесимся, скучно без вас».
Фил ответил первым: «Я через десять минут. Планшет беру?»
Я: «Бери. Но готовить будешь».
Фил: «Я умею только макароны».
Аня: «Макароны — это еда богов».
Фил: «Я бог?»
Аня: «Ты дурак».
Фил: «Это одно и то же?»
Я: «Олег, ты идёшь?»
Олег: «Иду».
Я: «Тогда ждём».
Аня смотрела на телефон и улыбалась.
— Ты рада? — спросила я.
— Дурак Фил придёт, — сказала она. — Уже рада.
— А Олег?
— А Олег — твоя проблема, — усмехнулась Аня. — Вы двое и ваша популярность. Ты в тик-токе, он в спорте. Чемпионы, блин.
Я покраснела.
— У меня нет проблем.
— Конечно, нет, — Аня подмигнула.
Через десять минут в дверь позвонили. Я открыла. На пороге стояли Фил и Олег.
Фил — в широких штанах, сером худи и с планшетом под мышкой. Олег — в чёрных спортивках, белой футболке и с рюкзаком на плече. Без наушников. Волосы влажные — видимо, из душа.
— Вы чего так быстро? — спросила я.
— Мы рядом живём, — сказал Олег.
— А я бежал, — сказал Фил. — Подумал, что если опоздаю, вы без меня начнёте беситься. А я хочу быть в кадре. Может, меня снова заметят и позовут на следующий сезон «Суперниндзя».
— Тебя и так заметят, — сказала Аня. — Ты же чемпион.
— Первого сезона, — напомнил Фил. — А Олег второго. Мы теперь конкуренты.
— Мы друзья, — сказал Олег.
— Это одно и то же? — спросил Фил.
— Нет, но у тебя всё вместе.
Мы прошли на кухню. Аня уже разложила продукты — остатки чипсов, мармелад, шоколадки, две банки колы. Я достала кастрюлю, налила воды, поставила на плиту.
— Мы будем готовить макароны, — объявила я. — Фил, ты помогаешь.
— Я умею только есть макароны, — сказал Фил.
— Научишься.
Фил чистил лук — неумело, криво, слёзы текли градом. Аня стояла рядом и смеялась.
— Фил, ты плачешь? — спросила она.
— Я плачу над судьбой этого лука, — ответил он.
— Лук не имеет судьбы.
— Имеет. Его сейчас съедят.
Олег резал помидоры — ровно, аккуратно, как спортивный снаряд.
— Олег, ты серьёзно умеешь резать? — спросила я.
— Я умею делать всё аккуратно, — ответил он.
— Даже галстук завязывать, — добавил Фил.
— Не начинай, — сказал Олег.
Я стояла у плиты, мешала соус. Аня подошла к Филу.
— Дай я порежу, а ты иди посоли воду.
— Я не умею солить, — сказал Фил.
— Солить умеют все.
— А если я пересолю?
— Тогда будет солёная вода, — сказала Аня.
— А если я недосолю?
— Тогда будет пресная вода.
— Вода не может быть пресной? — спросил Фил.
— Может. Питьевая, — сказала я.
— Вы меня запутали, — вздохнул Фил.
Олег засмеялся. Я услышала его смех — тихий, почти неслышный, но такой настоящий.
— Олег, ты смеёшься? — спросила я.
— Нет, — сказал он, но улыбался.
— Врёшь.
— Немного.
Мы сварили макароны. Фил их скинул в дуршлаг — половина упала в раковину.
— На развод, — сказал он.
— На утилизацию, — сказала Аня.
Мы всё равно их съели. С соусом, с помидорами, с сыром, который Фил натёр на крупной тёрке — кусками.
— Это не сыр, это пластик, — сказал Олег.
— Это дизайнерское решение, — ответил Фил.
Мы сидели на кухне. Я, Аня, Фил, Олег. Вчетвером. Пили колу, ели макароны и чипсы, болтали о всякой ерунде. Фил шутил свои тупые шутки — про конструкторы, про кубик Рубика, про то, что Олег спит с кубками.
— Я не сплю с кубками, — сказал Олег. — Они на полке.
— Ты обнимаешь их во сне? — спросил Фил.
— Нет.
— Врёшь.
— Немного.
Аня смеялась громче всех. Я смотрела на них — на Аню, на Фила, на Олега — и думала: как же хорошо, что Ксюши здесь нет. Как же хорошо, что можно просто сидеть, дурачиться, не бояться ничьих взглядов.
— А давайте кино включим? — предложил Фил.
— Давайте, — сказала Аня.
Мы перешли в гостиную. Фил подключил планшет к телевизору. Олег принёс пледы. Аня разложила подушки на диване. Я выключила верхний свет — оставила только торшер.
— Что смотрим? — спросил Фил.
— Ужастик, — сказал Олег.
— Ты любишь ужастики? — спросила я.
— Люблю. Адреналин.
— Тебе мало адреналина на соревнованиях?
— Никогда не хватает.
Мы включили фильм. Я смотрела на Олега — он сидел на полу, опёршись спиной о диван. Рядом с моими ногами. Я чувствовала его тепло. Или мне казалось.
— Олег, — сказала я тихо.
— Что?
— Ты правда победил во втором сезоне?
— Правда.
— И не гордишься?
— Горжусь. Но не показываю.
— Скромный чемпион, — сказала я.
— Молчаливый чемпион, — поправил он.
Фил заснул на диване. Аня накрыла его пледом. Олег помог убрать со стола.
— Ника, — сказал он, когда мы остались на кухне вдвоём.
— Что?
— Ты сегодня красивая. Даже без косметики.
— Я без косметики всегда, — сказала я.
— Я заметил.
— Врёшь.
— Немного.
Он улыбнулся. Я улыбнулась. Мы стояли на кухне, в полумраке, и молчали. За окном шумел ветер.
— Ладно, — сказал он. — Пойду. Завтра в школу.
— Спокойной ночи, чемпион, — сказала я.
— Спокойной ночи, блогер, — ответил он.
Он вышел. Я закрыла дверь. Вернулась в комнату, легла на кровать рядом со спящей Аней. Смотрела в потолок. Белый, пустой.
— Наверное, мне повезло, — сказала я тихо.
В этот раз голос прозвучал почти убедительно.