12
Вечером я спокойно попила чай, игнорируя родителей.
Мама сидела на кухне, смотрела в телефон. Папа читал что-то на ноутбуке. Никто не говорил ни слова. Я заварила чай, налила в кружку, села за стол. Молча. Откусила печенье. Отпила чай.
— Ника, — сказала мама.
— Что? — спросила я, не глядя на неё.
— Ты сегодня какая-то...
— Какая?
— Не знаю. Отстранённая.
— Я всегда такая, — сказала я.
— Раньше ты была другой.
— Раньше вы меня не обвиняли в том, чего я не делала.
Мама замолчала. Папа не поднял головы. Я допила чай, помыла кружку и ушла к себе. Легла на кровать. Посмотрела в потолок. Потом закрыла глаза.
Утро.
Я проснулась по будильнику. Полежала немного, потом встала.
Сегодня пятница. Сегодня мы договорились прийти в школьной форме. Все. Даже Олег. Аня сказала вчера: «Давайте все завтра придём в школьной форме». И все согласились. Даже Олег. Правда, он сказал «нет», а потом «не хочу», но Аня на него посмотрела так, что он вздохнул и сказал: «Ладно». Фил потом шепнул мне: «Он согласился. Это чудо».
Я подошла к шкафу. Надела белую короткую рубашку — такую, чтобы чуть-чуть виднелась талия. Чёрный галстучек — тонкий, аккуратный. Юбку выше колена — чёрную, строгую. Пиджак — приталенный. Волосы оставила распущенными — только чуть подкрутила концы.
В зеркало посмотрела. Классика. Но с характером.
Я вышла из комнаты. Мама стояла в коридоре.
— Ты в форме? — спросила она.
— Договорились в классе, — сказала я.
— Выглядишь красиво.
— Спасибо.
— Ника, — мама сделала шаг ко мне. — Мы вчера... я хотела извиниться.
— Не надо, — сказала я.
— Ника.
— Не надо, мама. Правда.
Я надела форсы, взяла сумочку и вышла из дома. Не позавтракала. Не обернулась.
На улице было свежо. Сентябрь. Солнце светило, но не грело. Я шла в школу и думала. Сегодня пятница. Сегодня все в форме. Посмотрим, как Олег будет выглядеть в пиджаке и галстуке.
Я зашла в школу. Поднялась на второй этаж. Открыла дверь класса.
Там уже были ребята.
Фил сидел на своём месте, крутил кубик Рубика. Пиджак на нём сидел мешковато, брюки чуть коротковаты, галстук завязан криво — один конец длиннее другого.
— Фил, у тебя галстук как попало, — сказала Аня, стоявшая у доски.
— А я умею только так, — ответил он, не отрываясь от кубика.
— Ты вообще умеешь его завязывать?
— Умею. Но не идеально.
— Это видно.
— Аня, отстань, — сказал Фил. — Я старался.
— Видно, что старался.
Ксюша стояла у окна. Белый верх, чёрный низ, пиджак, галстук. Всё как по учебнику.
— Ксюша, а у тебя идеально, — сказала Аня.
— Я готовилась с вечера, — ответила Ксюша.
— С вечера?
— Погладила всё, погладила, галстук завязала, проверила.
— Ты серьёзно?
— А что? Форма должна выглядеть хорошо.
Аня закатила глаза, но ничего не сказала.
Я прошла на своё место. Села. Аня подошла, села рядом.
— А ты красивая, — сказала она.
— Ты тоже, — ответила я.
Аня была в форме, но с характером — юбка выше колена, рубашка навыпуск, галстук развязан.
— Ты галстук завязывать не умеешь? — спросила я.
— Умею, — сказала Аня. — Не хочу. Так лучше.
— Лучше?
— Свободнее.
Я усмехнулась.
Вошёл Олег.
Я увидела его сразу. Он был в школьной форме. Белая рубашка, чёрные брюки, пиджак, галстук. Галстук завязан идеально ровно — лучше, чем у всех. Волосы чуть влажные, причёсанные. Без наушников. Без рюкзака — просто шёл, руки в карманах брюк.
Фил присвистнул.
— О, Прокудин в форме! Я такого не видел с первого класса!
— Заткнись, — сказал Олег, но без злости.
— Ты чего такой красивый? — спросила Аня. — На свидание собрался?
— Я собрался на урок, — ответил Олег, садясь на своё место. — Как все.
— Но выглядишь как на свидание, — не унималась Аня.
— Аня, отстань.
— Не отстану. Ты галстук сам завязал?
— А кто?
— Не знаю. Думала, мама.
— Мама ушла в шесть утра, — сказал Олег. — Я сам.
— И как научился?
— В интернете посмотрел.
Фил засмеялся.
— Олег Прокудин смотрит туториалы по завязыванию галстуков! Это лучший день в моей жизни!
— Фил, я тебя ударю, — сказал Олег.
— Но ты же в форме! Спортсмены в форме не дерутся!
— Спортсмены в форме дерутся лучше.
— Ладно-ладно, молчу.
Олег посмотрел на меня.
— Привет, — сказал он.
— Привет, — ответила я.
— Ты тоже в форме.
— Мы все в форме, — сказала я. — Ты же видишь.
— Вижу, — он помолчал. — Тебе идёт.
— Спасибо, — сказала я.
Ксюша обернулась. Посмотрела на Олега. Потом на меня. Потом снова на Олега.
— Олег, — сказала она.
— Что?
— У тебя галстук ровно завязан.
— Я знаю, — ответил он, не глядя на неё.
— Я тебе вчера предлагала помочь, если что.
— Я помню. Я справился сам.
— Я вижу, — Ксюша улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.
— Ксюша, отстань от человека, — сказала Аня. — Он сам справился. Мы все справились. Кроме Фила.
— Я справился! — возмутился Фил.
— У тебя один конец галстука длиннее другого.
— Это дизайнерское решение.
— Это кривые руки.
— Аня, ты сегодня злая.
— Я не злая, я правдивая.
— Правдивая и злая — это одно и то же.
— Нет, это разные вещи.
— Спорим?
— Спорим.
Я смотрела на них и почти улыбалась. Аня и Фил спорили о том, что такое правда и злость. Олег сидел смотрел в окно. Ксюша смотрела на Олега.
Прозвенел звонок.
— Так, — сказала Аня. — Первый урок — русский. Кто не сделал домашку?
— Я, — сказал Фил.
— Я, — сказал Олег.
— Ты? — удивилась Аня.
— Забыл, — ответил Олег.
— Ты никогда ничего не забываешь.
— В первый раз.
— Ладно, — вздохнула Аня. — Училка сегодня добрая? Или злая?
— Добрая, — сказала Ксюша. — У неё вчера день рождения был.
— Откуда знаешь?
— Она сама сказала. Вчера на перемене.
— Не слышала, — сказала Аня.
— Ты в столовой была.
— А, ну да.
Учительница зашла. С улыбкой.
— Здравствуйте, — сказала она. — О, какие вы все красивые сегодня. Форма?
— Договорились, — сказала Аня.
— Молодцы. Приятно посмотреть.
Урок начался. Я сидела, слушала вполуха. Аня что-то писала в тетради. Ксюша сидела с прямой спиной. Фил крутил кубик под партой. Олег смотрел на доску.
Я смотрела на него. На его идеальный галстук. На его аккуратные волосы. На его профиль. Он чувствовал мой взгляд — повернул голову, посмотрел на меня. Я не отвела глаза. Он — тоже.
— Что? — спросил он одними губами.
Я пожала плечами.
Он отвернулся.
Аня толкнула меня локтем.
— Ты чего на него смотришь?
— Ничего, — сказала я.
— Врёшь.
— Немного.
— Он красивый в форме, да?
— Не знаю, — сказала я.
— Знаешь, — усмехнулась Аня.
Я не ответила.
На большой перемене мы вышли в коридор.
— Так, — сказала Аня. — Предлагаю сфоткаться всем классом. В форме. Для истории.
— Отличная идея, — сказала Ксюша.
— Фил, ты с нами?
— А куда я денусь? — ответил Фил.
— Олег?
— Не хочу, — сказал Олег.
— А надо, — сказала Аня.
— Зачем?
— Чтобы было что вспомнить.
— Я и так всё помню.
— Олег.
— Ладно.
Мы построились у окна. Кто-то присел, кто-то встал на стул. Аня попросила проходящего мимо учителя сделать фото.
— Скажите «сыыыыыр», — сказал учитель.
Мы засмеялись. Щёлк.
— Ещё раз, — сказала Аня.
Щёлк.
— Ещё.
Щёлк.
— Всё, — сказал учитель. — Хватит.
— Спасибо, — сказала Аня.
Фото получилось. Я стояла в центре, между Аней и Ксюшей. Олег — с краю, чуть позади. Недовольный, но красивый.
— Скину в общий чат, — сказала Аня.
— Скидывай, — сказал Фил.
Мы разошлись по своим делам. Кто-то пошёл в столовую, кто-то — в туалет, кто-то — просто стоять у окна.
— Ника, — позвал Олег.
Я обернулась.
— Что?
— Твой галстук съехал.
— Правда? — я поправила.
— Нет, — сказал он. — Просто хотел поговорить.
— О чём?
— Не знаю. Ты сегодня какая-то грустная.
— Я всегда грустная.
— Нет, не всегда. Вчера на биологии ты смеялась.
— Это было вчера.
— А сегодня?
— Сегодня пятница. Я устала.
Олег посмотрел на меня. Я смотрела на него.
— Если что, я рядом, — сказал он.
— Что значит «рядом»? — спросила я.
— Ну... соседи же.
— А, да. Соседи.
Я развернулась и пошла в класс.
Остаток дня прошёл как в тумане. Уроки, звонки, разговоры. Я отвечала, когда спрашивали. Писала, когда нужно. Но мысли были далеко.
Дома я скинула форму, повесила на плечики, села на кровать.
Телефон зажужжал — общий чат «обезьяны». Аня скинула фотку. На ней мы все — в форме, у окна. Я в центре, между Аней и Ксюшей. Олег с краю, чуть позади.
Фил написал: «Красавцы».
Ксюша поставила сердечко.
Аня написала: «Ника, ты красивая».
Я ответила: «Спасибо».
Олег не написал ничего. Но поставил лайк.
Я отложила телефон. Легла на кровать. Потолок — белый, без трещин.
Вечером этого же дня мы решили погулять.
Аня написала в общий чат: «Выходите через час, идём на набережную. Фил, ты с планшетом?» Фил ответил: «С планшетом и с новыми шутками». Аня: «Шутки оставь дома». Фил: «Шутки всегда со мной». Ксюша написала: «Я буду через полчаса». Олег не написал ничего, но я знала, что он придёт. Он всегда приходил, когда звала Аня. Отказать не мог.
Я встала с кровати, подошла к шкафу. После школьной формы хотелось надеть что-то удобное. Простое. Не для того, чтобы кому-то нравиться. Для себя.
Надела белый лонгслив — тонкий, облегающий, с длинным рукавом. Снизу — чёрные широкие штаны, те самые, в которых можно хоть на тренировку, хоть на подоконник. Кеды — белые, грязноватые, любимые. Волосы собрала в низкий пучок, выбилось несколько прядей — не стала убирать. В зеркало посмотрела. Просто. Аккуратно. Уютно.
Я вышла из квартиры. Повернулась, чтобы закрыть дверь.
И увидела, как дверь напротив тоже открывается.
Из квартиры Прокудиных вышел Олег.
На нём был чёрный лонгслив — такой же, как у меня, только чёрный. И чёрные широкие штаны. Кеды — чёрные. Волосы чуть влажные, небрежные. Без наушников. В руках — ключи.
Я замерла.
Он — тоже.
— Ты... — начал он.
— Что? — спросила я.
— Ничего.
— Почему ты на меня смотришь?
— Потому что ты на меня смотришь.
— Я первая вышла.
— А я первый посмотрел.
Я не знала, что ответить. Он тоже молчал. Стояли на площадке. В одной одежде. Белый и чёрный. Как шахматы.
— Ты на набережную? — спросил я.
— Да. Аня позвала.
— Я тоже.
— Я знаю.
Он нажал кнопку лифта. Я стояла рядом. Лифт приехал. Олег пропустил меня вперёд. Я зашла. Он — следом.
Лифт поехал вниз. Внутри было тихо.
— Мы одинаково одеты, — сказала я.
— Заметил, — ответил он.
— Это не специально.
— Я тоже не специально.
— Просто удобно.
— Просто удобно.
Я посмотрела на него. Он посмотрел на меня.
— Не смотри так, — сказал он.
— Как?
— Будто я украл твой образ.
— А ты украл?
— Я первый надел чёрный лонгслив в этом году.
— А я белый.
— И что?
— Ничего. Просто.
Лифт остановился. Мы вышли на улицу.
На улице было прохладно. Вечер. Солнце уже садилось, небо было оранжевым. Ветер трепал выбившиеся пряди.
— Пойдём, — сказал Олег.
— Пойдём, — ответила я.
Мы пошли к набережной. Шли медленно, не быстро и не медленно. Рядом. Не как обычно — он впереди, я сзади — а рядом.
— Ты сегодня была грустная, — сказал он.
— Уже говорил.
— Повторю. Ты грустная.
— Спасибо, что заметил.
— Я всегда замечаю.
— Зачем?
— Не знаю. Просто.
Я смотрела под ноги. Он смотрел прямо.
— Родители? — спросил он.
— Что «родители»?
— Из-за них грустная?
— Откуда ты знаешь?
— Догадался.
Я промолчала.
— Мои тоже иногда бесят, — сказал он. — Юра командует, Игорь подкалывает, Ярик орёт. Мама с папой вечно на работе. Дома — бардак.
— У тебя большая семья, — сказала я.
— Большая. Шумная.
— А у меня — маленькая. Тихая. Но тоже бесит.
Мы прошли мимо парка. Фонари уже зажглись. На скамейках сидели бабки, смотрели нам вслед.
— Ты с кем-нибудь говорила об этом? — спросил Олег.
— С Аней.
— И что она?
— Сказала, что я справлюсь.
— И справишься.
— Откуда знаешь?
— Ты сильная. Я вижу.
Я посмотрела на него. Он смотрел прямо.
— С чего ты взял, что я сильная?
— Ты переехала в новый город, в новую школу, без друзей. И уже через неделю у тебя есть компания. Ты не плакала при всех. Не жаловалась. Ты просто делала.
— Я плакала дома.
— Это не считается. Дома можно.
Я почти улыбнулась.
— Ты странный, — сказала я.
— Я знаю, — ответил он.
— И предсказуемый.
— Это ты мне уже говорила.
— Повторю.
— Как хочешь.
Мы вышли на набережную. Река блестела в темноте. Фонари отражались в воде. Дул ветер, пахло водой и сыростью.
Аня и Фил уже сидели на скамейке. Аня махала рукой. Ксюша стояла у перил, смотрела на воду.
— О, пришли! — крикнула Аня. — О, а вы в чём?
— В чём? — спросил Олег.
— Вы как будто подбирали образы!
— Не подбирали, — сказали мы почти одновременно.
Аня засмеялась.
— Ну да, ну да.
Ксюша обернулась. Посмотрела на Олега. Потом на меня. Потом снова на Олега. Лицо у неё было каменное.
— Привет, — сказала она.
— Привет, — ответили мы.
Фил оторвался от планшета.
— О, близнецы! Белый и чёрный. Как инь-янь.
— Фил, заткнись, — сказал Олег.
— Что? Я просто заметил.
— Не надо замечать.
Я села на скамейку рядом с Аней. Олег сел на край, подальше от всех, но не на свою отдельную скамейку — на ту же. Рядом. Через одно место от меня.
Аня посмотрела на меня, потом на Олега, потом снова на меня. Подняла бровь. Я сделала вид, что не заметила.
— Ну что, — сказала Аня. — Рассказывайте, как прошёл день.
— Нормально, — сказал Фил.
— Скучно, — сказала Ксюша.
— А у меня было весело, — сказала Аня. — Мы с Никой на истории записки передавали. Про вас.
— Про нас? — спросил Фил.
— Про всех.
— Что именно?
— Не скажу.
— Аня!
— Тайна.
Фил вздохнул. Ксюша подошла к скамейке, села рядом с Олегом. Он не подвинулся. Она села близко.
— Олег, — сказала она.
— Что?
— Ты сегодня хорошо выглядел в форме.
— Спасибо.
— Правда. Галстук ровно завязан.
— Я уже понял. Ты говорила.
— Повторю, — Ксюша улыбнулась.
Олег ничего не ответил.
Я смотрела в воду. Ветер дул в лицо. Волосы выбивались из пучка. Я их убирала, но они снова вылетали.
— Ника, — позвал Олег.
— Что?
— У тебя волосы.
— Знаю.
— Они красивые.
Ксюша замерла.
Я посмотрела на Олега. Он смотрел на меня.
— Спасибо, — сказала я.
Отвернулась.
Ксюша встала.
— Я пойду, — сказала она.
— Куда? — спросила Аня.
— Домой. Голова болит.
— Может, посидишь?
— Нет. Пока.
Ксюша ушла. Быстро. Не оборачиваясь.
Аня посмотрела на меня. Я пожала плечами.
— Она дуется, — сказал Фил.
— Заметно, — ответила Аня.
Мы посидели ещё час. Говорили о всякой ерунде. Фил рассказывал тупые шутки, Аня смеялась, Олег иногда вставлял слова. Я молчала.
Потом разошлись.
По дороге домой Олег шёл рядом. Не впереди, не сзади — рядом.
— Ксюша обиделась, — сказал я.
— Заметил, — ответил он.
— Из-за меня.
— Из-за нас.
— Я ничего не делала.
— Я тоже.
Он помолчал.
— Она думает, что ты мне нравишься, — сказал он.
— А это правда? — спросила я. И сама испугалась.
Олег посмотрел на меня. Долго. Потом сказал:
— Не знаю. Я ещё не понял.
— Понятно.
— А тебе?
— Что — мне?
— Я тебе нравлюсь?
— Ты меня бесишь, — сказала я.
— Это не ответ.
— Другого нет.
Мы дошли до подъезда. Зашли в лифт.
На площадке перед дверями остановились.
— Пока, — сказал Олег.
— Пока, — ответила я.
— Ника.
— Что?
— Ты правда красивая сегодня.
И он зашёл в квартиру, не дожидаясь ответа.
Я стояла в коридоре, смотрела на закрытую дверь.